Friendzone

Свет в комнате погас, и всё погрузилось во тьму. — Эй, алё! — возмущённо воскликнул я, возводя глаза к потолку. Чёрт, как же не вовремя. Аля придвинулась ближе ко мне, шаря рукой по дивану. Девушка нашла мою руку, переплетая пальцы и затем сжала. Её ладонь покрылась холодны потом. В комнате повисла оглушительная тишина, и только частое прерывистое дыхание подруги и цоканье лап Аркадия по паркету нарушали гробовое молчание. — Малышка, что с тобой? — спросил я, пытаясь найти её лицо в темноте. — Я… Я боюсь темноты, — выдохнула она, ещё ближе прижимаясь ко мне. Мои глаза уже привыкли к темноте, и теперь я старался рассмотреть её очи. Алины веки были прикрыты и слегка подрагивали, правая рука была сжата в кулак, а левой она крепко вцепилась в мои пальцы. Ещё немного и придётся идти к травматологу. — Почему ты мне не сказала? — Ну-у, я думала, что ты будешь смеяться надо мной, — проговорила она, всё ещё не открывая глаз. Не понял. С каких пор Аля не доверяет мне? Я нахмурился. — С чего ты взяла? Людям свойственно чего-либо бояться. Такова наша природа. У меня вот, к примеру, клаустрофобия. Теперь Сосновцева уже во всю разглядывала меня, не выпуская моей руки. Вот честное слово, в этот момент меня будто электричеством долбануло. — Где-то на кухне лежат свечки, — сказала Аля спустя пару минут. Тяжело вздохнув, я поднялся с дивана, высвобождая ладонь из цепких лап подруги. Девушка тут же вскочила на ноги, чуть не повалив меня на пол. Она обняла меня и крепко прижалась к груди. — Нет, Денис. Не оставляй меня тут одну. Мне страшно, — Алевтина сдавила руками грудную клетку так сильно, что мне стало тяжело дышать. — О, Боже, — прохрипел я, стараясь хоть как-нибудь отлепить её от себя. М-да, не такую романтику я себе представлял. — Пошли. Аля схватилась за мою руку, словно за спасательный круг. Никогда бы не подумал, что такая сильная и волевая девушка, как Сосновцева, будет бояться темноты. Покачав головой, я каким-то образом покинул комнату, опираясь на стены и ощупывая предметы. — А вот и кран, — радостно воскликнул я, оборачиваясь назад. Аля смотрела мне в глаза, плотно сжав губы. Усмехнувшись, я нагнулся к ящикам, чтобы наконец-таки выполнить нашу особо опасную и сложную миссию. — Так… Ну… Почти.., – каждое мое движение сопровождалось репликой. — И… Ай, блядь! — выкрикнул я, когда кто-то укусил меня за руку. — Аркадий, ты охуел или да?! Аля внезапно появилась передо мною, осветив комнату ярким светом. Честное слово, я был в таком гневе, что хотелось разгромить всю кухню. Мало того, что Сосновцева до этого не могла достать этот чертов телефон, так ещё и рука ужасно болела, пес лаял, как сумасшедший, а Алевтина орала на нас с ним, потому что оба дебилы, придурки и прочее. — Блин, не шевелись, — девушка уже успела достать бинты и теперь, смочив вату в перекиси, вытирала кровь и параллельно обрабатывала рану. Она старалась как можно аккуратнее перевязать мою ладонь, бережно обматывая бинт. — Аркадий, закрой пасть, — проговорила Аля, не отрываясь от своего занятия. — Спасибо, — проговорил я, с благодарностью смотря на подругу. Аля не спешила отпускать мою руку, что, несомненно, удивило меня. Её глаза были прищурены, а губы плотно сжаты. Я старался смотреть ей в глаза, но не получалось. — Не за что, — она отпустила мою руку. — Ну-у, и что мы будем делать? — спросил я, поглаживая бинт. Чёрт, ладонь болит даже от самых невесомых прикосновений. Я вздохнул и скрестил руки на груди, пытаясь на смотреть на Аркадия, который крутился у моих ног. Его большие карие глаза могли растопить сердце самого хладнокровного и безразличного человека, что уже говорить обо мне? — Как насчёт достать свечки? — Хорошая идея, — я улыбнулся и покосился в сторону Али. Девушка стояла рядом, и её губы были растянуты в улыбке. — Чего же ты медлишь? — Хм, а кто из нас тут мужчина? — Алевтина повернула голову в мою сторону. Пожав плечами, я снова нагнулся к нижним ящикам, и на этот раз мне повезло. Я вручил Сосновцевой свечи и усмехнулся. Девушка зажгла свечи, и теперь я мог отчетливо видеть всю комнату, что, несомненно, радовало. Алины губы всё еще были плотно сжаты, и я не мог понять, что с ней происходит. До того момента, когда Аркадий случайно ударился головой о ногу Сосновцевой. Она заорала, как резаная, и, отбросив свечу куда-то, снова крепко прижалась ко мне, лишая легкие кислорода. — Сука, — прохрипел я, ударившись рукой о столешницу. — Дениска, всё в порядке? — спросила Аля с издёвкой. Вот же стерва. Я усмехнулся и отстранился от девушки. — Да, всё отлично. Алины глаза расширились, рот раскрылся, и учащённое дыхание подруги наполнило комнату. Я отошел назад, внимательно наблюдая за ней. Сосновцева всегда была отличной актрисой, и я бы нисколько не удивился, если бы узнал, что это очередной спектакль. Девушка шарила рукой по столешнице, ощупывая каждый предмет. — Ну елки-палки, — прорычала она, случайно сбросив что-то. — Дебил, если я тебя сейчас найду, то будет очень плохо. Господи, как же страшно. Я рассмеялся, выдавая своё месторасположение. Аля, громко шаркая ногами по полу, направлялась ко мне с сжатыми кулаками. Может, поиграть в прятки? Я встал на колени и только хотел отползти в сторону, как тут внезапно включился свет. — А, вот ты где, холопское отродье. Правильно, перед Госпожой всегда нужно вставать на колени.