Глава XIII. Пламя Ночи.
1 сентября 2012 г., 18:38
Теперь я решил: мне больше не нужно Одиночество по имени Свобода… Будет больно, знаю я, Когда проснусь, не дослушав тебя...
После событий в Совете прошло несколько дней. Но это происшествие стало основной темой любого разговора в тех семьях, которые были там. Когда все оказались в поместье Картеров, то недосчитались только двоих: Клеопатры и Эрика. Как потом объяснил мистер Картер, Клео вернулась назад в Цитадель – действие эликсира, дающего ей тело для обычных миров, кончилось из-за использования сил для телепортации шестнадцати человек на Землю из хорошо защищённого помещения в Совете. А Эрик остался на следующее слушание. Все Богини вернулись на свои законные места в картинах, а Роза сидела в спальне и смотрела на хмурое небо. Осень холодным ветром срывала листья и уносила их прочь. Французский сад под окнами Розы утратил всю красоту и зачах до прихода весны. Уснул сладким сном, предвкушая как следующим летом станет снова радовать свою хозяйку. Девушка села за небольшой письменный столик у балкона, с тоской глядя на фотографию в маленькой шкатулке. Она пришла за ней. Клео спасла её от Старейшин! Роза положила руку на сердце. Неужели чувства этой женщины так сильны? Неужели это самый настоящий материнский инстинкт? Клеопатра и правда могла убить тех людей, послав слабый заряд для пытки, но не сделала это только из милосердия? Возможно ли, став Богиней, потерять чувство жалости? Клео же не была такой раньше. Она была совсем другой. Хотя, чувство юмора осталось прежним. — Переживаешь, что больше не увидишь её? — спросила Мунлайт. Роза покачала головой. — Нет, просто тогда я поняла как сильно не хочу становиться Богиней, и не хочу умирать. — Насчёт последнего – согласна, но насчёт первого – почему? — На Богинях лежит ответственность и какое-то проклятье. Какое – не знаю, но я видела это. В глазах Клео. У меня другая цель в жизни, и ты знаешь, какая именно. — Всё ещё хочешь доказать свою независимость, стать леди? — А ты думаешь, что я откажусь от этого? В ответ Мунлайт что-то проворчала и улеглась на кровати. Роза лишь улыбнулась. Следующий год обещал оказаться труднее этого. Она даже подумывала о переводе в другую школу. В дверь постучали. — Войдите! — крикнула Роза. В спальню вошла Габриэлла. — Я думала, ты в школе. — А я думала, ты вернулась на Кенсингтон. — Как грубо! — возмутилась Габриэлла, присев на кушетку возле кровати. — Я-то думала, что ты меня ценишь. — Я-то думала, что ты меня любишь и не обижаешься по пустякам. — Хватит меня передразнивать. — Хватит меня… — и Роза задумалась. — ладно хорошо. Я прекращаю. А какую книгу ты задумала писать? Габриэлла задумалась. — Знаешь, твоя мама однажды дала мне хороший совет: если хочешь что-нибудь написать – просто представь как бы ты поступила иначе. Проще говоря, посмотри вокруг. И я решила, что раз Сандра предлагает, то отказываться не стоит. К тому же мне нравится её чувство юмора и характер. — Не могу с этим не согласиться, — ответила Роза. — Она, правда, хороший человек. Как назовёшь? — Пока не знаю. Обработаю сюжет, соберу материал, расспрошу её. — Как насчёт «Рыжая Королева»? — Вполне сойдёт. Габриэлла встала с кушетки и, подойдя к зеркалу, стала прихорашиваться. Роза только закатила глаза, заметив, как та выпятила вперёд грудь. — Совсем забыла зачем пришла. Звонил учитель мистер Соврен, сказал, что подъедет сюда передать тебе что-то очень важное. Ой, и ещё. Звонил мистер Рейдер и сказал, что ему нужно поговорить с тобой о чём-то важном. Как думаешь, кого мне попробовать очаровать? Я, конечно, не вейла, но всё же… Дальше Роза не вникала в тётину пустую болтовню. Она поднялась со стула и рванула в гардероб. Габриэлла отправилась за ней. — А мистер Соврен симпатичный? — как бы невзначай спросила она. — Для тебя в самый раз, — бросила Роза, подыскивая подходящее платье для встречи гостей. Из всего она нашла только зелёное платье с короткими рукавами, квадратным вырезом и подолом до колен. Натянув белые чулки и надев чёрные классические туфли на низком квадратном каблуке, Роза вернулась в спальню за трюмо. — Сейчас на твоей расчёске останется больше волос чем на голове, если ты с такой силой будешь их драть! — возмутилась Габриэлла, вырвав из рук племянницы расчёску. — Давай. Что хочешь? — «Колос». — Хорошо. А твоё колье подходит под это платье. Тонкие пальцы Габриэллы быстро расправились с длинными каштановыми волосами Розы. Они скользили и словно сами укладывались в высокую косу. Когда тётя закончила, то девушка обняла её. Спустившись в холл, Филипп сразу оповестил юную леди о прибытии учителя и проводил в малую гостиную. Возле картины ангела в золотой раме на бледно-красной стене рядом с декоративными люстрами-канделябрами стоял мистер Соврен в простой бело рубашке, джинсах и кедах, держа в руках обычную осеннюю куртку. Обернувшись, он улыбнулся. — Добрый день, сэр! — сказала Роза, стараясь соблюдать все правила этикета и поведения хозяйки дома. — О! Так тебе даже лучше, чем в школьной форме, — ответил учитель. — Почему прогуливаем занятия? — Скажем так, я немного приболела и меня решили хорошенько полечить на дому, — ответила она. — Присаживайтесь, — Роза указала на бледно-лиловый диванчик возле итальянского окна. С одной стороны от дивана стояла подставка с вазой с цветами похожей на античную колонну. Немного поколебавшись, мистер Соврен сел на диван с немного скованным видом и тревожно вздохнул. — Вам не привычно? — спокойно спросила Роза, присаживаясь напротив него на стул с мягкой спинкой оббитый велюром под цвет дивана у круглого стола, накрытого белой скатертью. — Десять лет подряд соблюдать в великих памятниках культуры – в музеях и дворцах – положенные правила и оказаться в таком шикарном месте, это уже не привычно, — ответил учитель, рассматривая хромированные под золото выступы плинтусов. — А тебе? Но ты наверняка к такому всему привыкла, я прав? Роза покачала головой. — Про таких как я говорят: «Птица в золотой клетке». А что вы собственно хотели? — Смотри, — мистер Соврен достал из кармана куртки несколько снимков. — Как человек изучающий историю, я ездил по миру и кое-что совсем случайно заметил. Посмотри на это. И он протянул их ей. Роза смотрела на странные надписи на замшелых стенах, а на одном из фото узнала египетские письмена. — Что это? — спросила она. — Это имя, — ответил учитель. — На обороте – перевод. Девушка перевернула фото с иероглифами. На клейком листочке жёлтого цвета чёрным маркером было написано «Варда – роза». На другом – «Розамунда – защита роз», на третьем – «Гулаб – роза». — Это имя египетское, древнеримское, персидское и вон там древнегреческое, — пояснил учитель. — Самое странное, что я заметил, так это окружение этого имени. И заметьте, это одно и то же имя одной и той же девушки. Её всегда окружают мудрец, возлюбленный и демон. Они всегда с ней. Во всех доступных мне источниках говориться о её смерти. — Она всегда умирает? — уточнила Роза. Соврен печально кивнул головой. — Да, но самое печальное это имя и эта девушка с той же внешностью присутствовала во время войны с нацистами. Последнее, так сказать, «перерождение» этой девушки Розенн Коридж. Последнее, будем называть это «перерождение», произошло как раз во времена римских походов в Британию. С тех пор эта девушка появляется здесь, на территории Королевства. Шотландия, Ирландия, Англия, Уэльс – исключительно здесь. И ещё. Мистер Соврен достал из-под куртки маленький пластиковый чемоданчик для бумаг и вытащил оттуда старый исписанный ежедневник. — Я нашёл странные сведения о каких-то Богинях, ну, про тех, о ком я рассказывал как-то на первом уроке. Там говориться о их родстве друг с другом, что они дочь, мать, бабушка, прабабушка, но заметь одно «но»: их всего двенадцать, и последняя родилась не так давно, примерно в семидесятых годах прошлого века, а жили они все в разные эпохи. Теперь главное. Смотри, первая Богиня появилась во времена королевы Елизаветы Первой, а через семь поколений её правнучка уже при Виктории. Как такое возможно? Сократить такой огромный промежуток времени. Это же не возможно, прожить пять столетий за тринадцать поколений! Роза нахмурилась. — Хотите сказать, что они не родня? — осторожно спросила она. — Вовсе нет! Вот! Здесь есть кое-то об этом, — и учитель, пролистав ежедневник, показал ей рисунок похожий на генеалогическое дерево с большими промежутками. — Их всего должно быть тринадцать, но вот! Я кое-что нашёл в архивах и смог восстановить их имена. Самую первую звали Ясмин, а её дочь – Маори, а дальше следует разрыв на пять поколений, и все эти девушки бесследно исчезают. Дальше наконец-то всплывает третья Богиня Камина, и снова разрыв! Потом дона Лолита Анна Изабелла Редвуд-и-Сангри и её дочь Кармен во времена Георга Второго и разрыв. А потом при царствовании Вильгельма Четвёртого восходит звезда театра Вилена. Далее до самой девятой богини Дианы всё хорошо и опять пробел. А дальше во время войны Фиалина Дубмон, потом Жасмин Маклейн и Клеопатра Маклейн. Поэтому я тогда и спросил о твоей матери. Роза смотрела на дерево не отрываясь. — Дубмон-Маклейн, — сказала она. — Что, прости? — После замужества фамилия Жасмин звучит Дубмон-Маклейн, а у Клеопатры правильно будет Дубмон-Маклейн Картер. И ещё, она не терпела, когда незнакомые люди, первый раз называя её полное имя, ограничивались только личным. Вам следовало записать здесь не просто «Клеопатра Маклейн», а «Клеопатра Корнелия Кармен Ясмин Дубмон-Маклейн Картер», и место для этого здесь как раз есть. — Ты этим ответила на мой вопрос? — Скажем, что просто не хотела вдаваться в подробности, как сделали вы, — пожала плечами Роза. — Но ты уже это сделала, разве нет? — Нет, просто поправила вас и сказала как будет правильно. — Значит ты – ещё одно «перерождение» той девушки, — утвердительно произнёс мистер Соврен. — Тогда ты должна бояться троих людей, а точнее нелюдей. Роза прищурила левый глаз. — Что же в этих «нелюдях» такого особенного? Я уже привыкла - меня везде и все убить хотят. — А эти не только убить. Есть три бессмертных существа, и планы на тебя у них разные. Тот, кто предал всех вас, тот, кто желает получить тебя, а из этого можно сделать вывод – Творец, и тот, кто убил всех вас. — И кто же первый и последний? — На первого даются странные и смутные наводки, — учитель перелистал несколько страниц и передал ежедневник Розе. — Этот человек бессмертен, но он не… — Вампир? — предположила девушка. — А они существуют? — удивился мистер Соврен. — Они стали причиной моего больничного, — печально ответила Роза. — Он не питается кровью. Он подпитывается самыми светлыми мечтами людей. Выпивает из человека всю радость до последней капли и так живёт уже пятое столетие. Ему нужна Богиня. Только она может дать ему необходимую силу, чтоб продолжить существование. — Так это он сделал «пробелы» в дереве? — Возможно. И ещё я кое-то разузнал о доне Лолите Анне Изабелле Редвуд-и-Сангри. У её мужа Хавьера Сангри был младший брат Алонсо Сангри. Алонсо погиб на войне, и после этого, Хавьер отправил в деревню Святая Долина целое войско с указом убить жену и дочь. Но задержался и когда прибыл на место обнаружил холм их тел убитых людей. В кровавой луне появилась его жена и он смог убить её, и отправился на убийство дочери, но так и не нашёл. Только спустя много лет она пришла и отомстила ему. Она была… — Известной воровкой во всём графстве Йоркшир, — продолжила девушка. — Я знаю, кем были Богини, но всё равно так охота мне сказать «Давайте убьём Гитлера!»* Соврен печально улыбнулся и протянул ей ежедневник. — Возьми, он пригодиться тебе. Ты сможешь узнать того человека. — Почему вы это делаете? — с недоверием спросила Роза. — Помогаю? — удивился учитель. — А разве я не могу помочь? — Обычно люди помогают только за выгоду себе. Почему вы это делаете? Чего хотите? — Хочу помочь и передать «привет!» мистеру Говарду Маклейну. — Вы знаете моего деда? — Он мне и привил любовь к истории. Мне уже пора. Надеюсь, ещё увидимся, Роза Картер. — Наверно. Спасибо вам! После этого разговора прошли три часа, но Роза всё прокручивала его в памяти и наблюдала как за окном от сильного ветра срывается с деревьев яркая листва. Она так и не заглянула в дневник. Перед уходом Соврен добавил, что его отец занимался этим «исследованием», но по непонятным причинам так до конца и не закончил. В большой гостиной тишина невероятно давила на нервы. Роза отвернулась от окна, у которого простояла как минимум полчаса, и взвизгнула. Перед ней стоял Дерек Рейдер! Тот самый тип, едва не убивший её фламбергом в своём кабинете! Точнее не её, а Воровку Баст. Всё такой же как и тогда. Строгий костюм, дорогая обувь, коричневые уложенные волосы, лицо будто бы из камня и графитовые глаза. — О, Боже! Здравствуй, Дерек, — пролепетала она. Ей пришлось поднять голову, чтобы не говорить это его ботинкам. Дерек стоял к ней слишком близко и это в кои-то веки роднило его с Эриком. Они оба едва не под два метра ростом. Или же это просто Роза была для них слишком мелкой. — Добрый вечер! — как бы он не старался, его голос всё равно звучал холодно. — Ты не устала так долго стоять у окна? — А долго ли ты меня ждёшь? — ответила она по-еврейски. — Минут десять, а что? — Да так, ничего особенного, просто задумалась. — Тогда я дам вам повод хорошо задуматься над моим предложением. Ты помнишь, мы так и не договорили на твоём дне рождении то условие о помощи с корпорацией? Роза содрогнулась. Тогда он говорил о браке! Какой ужас! — Да, я помню это, — выдавила она. — Моё предложение всё ещё в силе, — как ни в чём не бывало говорил Дерек. — Но только после вашего согласия и с вашей помощью. У тебя не так много времени для раздумий над нашим браком. Только зима и весна. — Это как? — удивилась Роза весьма сильно, но тут же сообразила. — Но я не могу… ведь… выйти за тебя. И не в том, что… а в том, что я ещё не совершеннолетняя! — Это поправимо, — спокойно произнес Дерек. — Если ты согласишься добровольно, то твой отец сможет тебя отдать под уже мою опеку как мужу. Роза пыталась придумать другое оправдание, кроме как того, что было и «я ещё не хочу замуж». Но ничего другого в ум не приходило. Тем временем Дерек достал из внутреннего кармана пиджака маленькую бархатную коробочку, и по размерам она как раз таки подходила для кольца. Он, открыв крышку, протянул её девушке. Красивый серебряный перстень с большим белым круглым камнем. Схожим с полной луной. Дыханье Розы задержалось. Она попятилась назад. — Извини, но я подумаю об этом, — пролепетала она, выходя из гостиной. Как только она закрыла за собой двери, то со всех ног помчалась в свою комнату. Пробежав коридор с портретами Богинь, девушка облокотилась о двери своей приёмной спиной. — Он – больной на всю голову псих! — высказала вслух Роза, зарыв ладонью глаза. — Кто? — внезапно раздался знакомый голос. Тяжело вздохнув, Роза убрала руку и снова положила её на лоб. — Ещё один! Тебя мне именно не хватало! — дрожащим голосом бросила она, отойдя от дверей и плюхнувшись на диван рядом с Эриком. — Спасибо! Я тоже по тебе скучал, — совершенно спокойно ответил он. — Почему не спрашиваешь о слушание? — Своё в печенках сидит! — гневно ляпнула девушка. — Далековато, но достать смогу, — хитро улыбнулся Мейдон. — И о чём ты? — с недоверием спросила Роза. — Забыла, какой сегодня день? — удивился Эрик. — А какой сегодня день? Эрик поднялся с дивана и подошёл к балкону возле стены с телевизором. Заглянув за занавеску, он покачал головой. — Одевайся! Сегодня ты должна быть неотразимой. Забыла? Вот ведь у вас, дам, память! Ты же назначила свидание с тем гадом, который звонил тебе тогда, в замке Шёнбрунн. Вроде его звали Гарри Венстер? — Генри Вебстер! — возмущённо поправила Мейдона Роза, вскочив с дивана. — И я никуда не могу поехать. Ты забыл? Грейс меня без разрешения папы никуда не везёт, а машину водить я не умею. Эрик обернулся к ней с довольно хитрой улыбкой. — За то я умею, — сказал он. — Собирайся, и надень что-нибудь потеплее и поприличнее. В этом он примет тебя за деревенщину из той деревни. Что ты так смотришь на меня? Действительно. Роза весьма пристально смотрела на него, не отрывая глаз, совершенно не скрывая недоверие. — Ты тогда чуть не дал мне нагоняй. Почему сейчас решил меня отвезти? И почему ты не вернулся домой? Почему?— завалила она его вопросами. — Если честно, то ты называешь меня «Чеширским Котом», а как Кот я хожу там, где вздумается. Появляюсь-исчезаю. Таков я. Настроение у меня тоже весьма переменчиво. А почему отвезти, так сегодня мы с Ленни планировали променять всех девушек на двойной бар в текиле, тьфу, точнее на двойную текилу в баре, но он нарушил уговор и попёрся к своей знакомой. Точнее просто по работе, а я принял это за предательство. И выходя из этого, я тут, здесь, у тебя. Роза сделала глубокий вдох. — Ты напился? — удивилась она. — Я просто начал без него. Подумаешь пол литра! Девушка застыла как громом поражённая. — Как ты здесь оказался? Телепортировался? — Нет. Спокойно доехал сюда на «додж вайпере». — На машине?! — «Додж вайпере»? Да, но если точнее, то гоночный суперкар. — Не говори мне, что ехал больше ста! — Тогда не будем трогать этот вопрос. Всё это Эрик говорил совершенно невозмутимо, спокойно и легко, и именно этим вгоняя Розу в состояние истерики. — Я ни куда с тобой не поеду! А ты никуда не поедешь, пока не протрезвеешь! — заявила она. — А ты забыла про Фениксов и алкоголь? — спросил он её. — А? Пьянею меньше, чем на полчаса. Это были хорошие планы: попробовать напиться до состояния коврика – но видно не судьба. Давай! — Эрик кивнул в сторону балкона. — Нам не особо нравиться, когда девушка бросает второй раз. Всё ещё глядя с недоверием, Роза попятилась в спальню, и закрыв двери, она оттуда поспешила в гардероб. Сбросив зелёное платье и скинув туфли, девушка натянула белую простенькую, но довольно плотную мини-юбку, красно-коричневые обычные сапоги и чёрную водолазку с горлом. К белым чулкам Роза добавила только кожаный ремень с серебряным кинжалом, а так, схватив зелёную куртку, выбежала в приёмную. Она удивилась, что Эрик терпеливо ждал её, успев натянуть длинное чёрное пальто. Как всегда простая белая рубашка, чёрные джинсы и чёрные ботинки – его стиль. Сверкнув сапфировыми глазами, точно кот, он улыбнулся, открывая дверь на балкон. — Ну что? Полетаем? — вкрадчиво спросил он. — Но погода-то нелётная, — ответила Роза боязливо. Эрик протянул ей руку. — В самый раз! Засмеявшись, девушка положила свою ладонь в его. Да, это был маленький побег от реальности и именно это так сильно нравилось ей. Раньше она смотрела на звёзды, мечтая увидеть маму, а сейчас – прогулка и свидание. Но как раз о свидании. Она хотела поговорить об этом с Генри. Сперва Розу немного озадачила машина, но она её быстро узнала. Она видела её на Трафальгарской площади, когда думала, что Эрик в Нью-Йорке, но когда «додж вайпер» доставил её за полчаса в Маленький Ангел, была несказанно рада. Заметив это, Эрик что-то пробурчал за спиной о спидометре, но Роза его уже не слышала. Она, увидев возле ратуши Генри, выскочила из машины и стала пробираться сквозь толпу. Подбежав, Роза улыбнулась. — Привет! — сказал Генри, вытащив руки из карманов синий спортивной куртки. — Ты опоздала на встречу, но успела к началу салюта. — Я была в заточении, — спокойно ответила Роза, добавив: — болела. — Через три минуты начало, давай отойдём, а то здесь как селёдка в бочке. Салют будут запускать с другого берега Галгеии… — Галатеи, — поправила Генри Роза. — Хорошо, давай отойдём к лесу. Но Роза остановила его. — Ты знаешь, что в этом лесу водятся волки, медведи и прочая живность и неживность, включая фейри? — Нет, я не суеверный, — смеясь, ответил Генри. — И я такой была, пока меня не сбило с ног целое полчище домовых брауни в зелёных шапках… На это Генри громче рассмеялся, а Роза закатила глаза, потому что говорила она сущую правду. Весной, во время панихиды тёти Элиз, она вышла прогуляться по ночной деревне и сбили её с ног как раз таки маленькие коричневые домовые брауни, спешащие доделать за хозяев работу. Взяв за руку Розу, Генри случайно задел правое бедро, где на кожаном ремне крепился кинжал. Коснувшись кожи, холодная рукоятка заставила Розу невольно вздрогнуть. Внезапно Вебстер потянул девушку к себе и со всей силы приложил её о толстый ствол дерева, закрыв ей рот ладонью. Его серо-зелёные глаза зловеще блестели, из-за чего по спине Розы пробежал холод и осенним он точно не был. — Какая же ты доверчивая, Картер! — прошептал он. — И такая предсказуемая! Как, в общем, и любая девчонка. Роза хотела двинуться, но не тут-то было. Силы у этого парня хоть отбавляй. Как она могла потерять бдительность? «Он же один из демонов!» — кричала она в мыслях. Но как только его свободная рука скользнула по берду, задирая юбку, страх и предположение насчёт демонов сменились безграничной яростью. Будь у неё сила испепеляющего солнца, то кровожадная львица вырвалась бы на свободу. Глаза Генри удивлённо опустились вниз. И перед лицом девушки он помахал её кинжалом. — Это ещё что такое? — спросил он, убрав руку ото рта. — Это против таких как ты! — прорычала Роза сквозь зубы. — Неужели? — лживо изумился Генри. — А почему не пользуешься им? Почему не угрожаешь мне? — И ты меня об этом ещё спрашиваешь?! — воскликнула Роза, дёрнувшись, но вновь оказалась прижатой к дереву. — Тебе он уже не поможет, — противно улыбнулся парень и сунул его к себе во внутренний карман куртки. — Продолжим? — Пошёл ты к чёрту! — проскрипела девушка. Она не понимала почему её оставили силы. Она могла же запросто оттолкнуть его и дать хороший пинок с разворота, но почему ничего не получалось? Почему она оказалась такой слабой и беспомощной? Этот тип совершенно не замечал её попыток выбраться. Не замечал и не чувствовал её кулаков. Совершенно. В памяти всплыл момент, когда Эрик, перевалив её через плечо, как мешок картошки, не замечал её «кулачного массажа» по спине, а совершенно невозмутимо тащил к озеру через этот же лес. — Почему не кричишь? Где же коронное «Помогите! Насилуют!» или «Полиция, на помощь!» Где? — издевался Генри. — Не хочу на эту глупость тратить силы. А насчёт полиции. Тебе и без них здесь что ли скучно, извращенец? — дрожащим голосом выдавила из себя Роза. — Я хочу, что бы ты заткнулась! — прикрикнул на неё он. — Так что ты хочешь, псих? Хочешь, что я замолчала или кричала дальше? Определись уже, озабоченный! — Заткнись! — проревел Генри. Он приблизился. Роза крепко зажмурила глаза и стиснула зубы. Вдруг Генри зашипел, немного ослабив хватку. — Что за?.. — простонал он. Открыв глаза, Роза увидела на его губах следы ожога. Она видела такое раньше. В воспоминаниях дома. Тогда, когда Рич поцеловал Клео, к ним ворвался демон в теле их друга и он пытался поцеловать её, но на его губах появился ожог. — Ты что сделала? — заревел он. — Это ты сделала! Да ты… Но договорить ему не дали. Кто-то с такой силой отодрал его от немного напуганной Розы, что парень едва сумел устоять на ногах. — Прошу прощенья, что так нагло прерываю столь интересный и весьма познавательный разговор, но у меня пара слов к твоему парню, Убийца Времени, — с сарказмом и убийственный спокойствием пропел Эрик. В ужасе Роза смотрела на его абсолютно спокойное лицо и только по его сапфировым пылающим глазам поняла – он в самой настоящей ярости. — Ты кто? — обескуражено удивился Генри. Эрик тут же сделал задумчивое выражение лица. — Считай меня дьяволом, с которым это невинное во всех смыслах создание, — он указал на Розу, — заключило сделку. Но кое-какие правила сделки она так и не удосужилась прочитать, и поэтому я – её, а она – моя. Причём моя полностью, со всеми врожденными недостатками. Так что, мальчик, слушай меня внимательно: ещё раз к ней подойдёшь и у нас с тобой состоится нецивилизованный мужской разговор, а в моём понимании «нецивилизованный», это значит без слов. Тебе всё ясно? Ах, и не думай о своём ноже в правом заднем кармане джинсов – он уже давно валяется в кустах. А, и пока не забыл: акции кампаний твоих родителей завтра же скупаются. Лицо Генри вытянулось. Он побагровел. — Но их купить не возможно! — взорвался он. — У вас просто не хватит денег на двенадцать нефтяных вышек! У вас нет десяти миллиардов! — Ой, да ты что?! — усмехнулся Эрик. — Поэтому «Картер» и «Беринг Фая» объединяются против вас. Плохая новость, не правда ли? Но согласись, получить от родителей пять миллионов условных единиц на выпуск не так уж и плохо, и никто ничего не знает о твоих, кхе-кхе, «похождениях». — Это шантаж! — заревел Генри. — Вообще-то это был цивилизованный мужской разговор, ну раз ты так настаиваешь, — потянул Эрик, встав к девушке спиной. Послышался хруст суставов, а Мейдон с такой же беззаботностью сказал: — Роза, иди и жди меня у машины. Тебе не стоит видеть «нецивилизованный мужской разговор». Хоть он и сказал это как бы между прочим, в его голосе слышалось серьёзность. Теперь Роза действительно испугалась. Она вцепилась в его пальто и дёрнула на себя. — Ты его не тронешь! — тихо прошептала она. — Почему? — как-то без эмоций спросил Эрик. — Потому что хотела ему сегодня сказать, что ухожу из «Ноболнест» и не смогу с ним встречаться, — так же тихо говорила девушка. — У меня очень большие планы на эту зиму. — Хорошо, — вдруг согласился Эрик и выпалил: — Но можно хотя бы… — Нет! — воскликнула Роза. — Значит – да, — и он сделал шаг к Генри. Испугавшись, Роза закрыла лицо руками. Послышался гулкий звук, и что-то тяжёлое рухнуло на землю, издавая протяжный стон. Тёплая ладонь взяла девушку за кисть и потянула за собой в сторону. — О! Ну, почему каждый раз, когда меня нет рядом, ты всегда попадаешь в какую-нибудь передрягу?! — как всегда спокойно возмутился Эрик. — Потому что ты всегда опаздываешь, хоть и отчитываешь, как сейчас, но всегда приходишь мне на помощь, — протараторила Роза, не открывая глаз. — И не говори, что я не права. Последовало молчание. За это время Роза дважды споткнулась о какие-то коряги и трижды не вписалась в дерево. Устав полагать на Мейдона, она открыла глаза. Они шли не к машине, а дальше в лес. Роза вновь запаниковала. — Да, чёрт возьми! Ты права! — воскликнул наконец-то Эрик. — Ты молчал, потому что не хотел признавать это? — с опаской спросила Роза. — Нет. Просто не хотел это признавать, — с раздражением ответил он. На это девушка закатила глаза. И вдруг заметила вдалеке странный блеск. Воздух стал ещё более влажным и туман почему-то пропал. Деревьев становилось все меньше, и наконец они вышли из леса. Это был берег реки Галатеи. Невероятно чистые воды уносили, словно кораблики, опавшие листья и переливались в свете ярких звёзд на тёмном ночном небе. Позади слышались взрывы хлопушек и возгласы восхищённой толпы, а здесь лишь осеннюю мелодию играл ветер, шелестя сухими листьями и гоня реку вперёд, качая сухую траву. Когда тёмные свинцовые тучи разошлись, полная луна засияла в небе, словно белый костёр, маня к себе опавшие яркие листья. Мелодия была так прекрасна, что могла в такую холодную погоду согреть душу, но поёжилась Роза только из-за сильного ветра. Она распустила свои волосы и не отрываясь смотрела на луну. — Как ты догадался, что я в опасности и где я нахожусь? — спросила она, обернувшись лицом к Эрику. — Я услышал его мысли, — и он помрачнел. — Спасибо. — Это я тебя должна благодарить. Я полагалась на свои силы, но Генри оказался сильнее, — Роза опустила голову. — Он и должен быть сильнее тебя пока ты не примешь облик Баст, — немного устало сказал Эрик. — Но как же так?! — воскликнула девушка. — В своём повседневном облике ты можешь сражаться только с монстрами, а не с людьми. А, и ты должна быть рада – я же пришёл тебе на помощь. Подумать страшно что бы произошло, опоздай я. — А я снова вляпалась в неприятность. И думать о случившемся буду всю жизнь. — Не надо об этом думать. — Тогда о чём же? Эрик задумался и сделал два шага в сторону. — А ты изменилась, — задумчиво сказал он. Роза тут же посмотрела на свои руки – чистая белая кожа, но, взяв прядь волос, она увидела, что волосы остались каштановыми. Она печально вздохнула. — Я всё та же, только с белой кожей, — сказать это она пыталась совершенно без печали, но не получилось. — А глаза зелёные, — каким-то хитрым тоном сказал Эрик. — Помнится, ты говорила о луне, вейлах и о съехавшей крыше. — Я говорила, что если вейла, то есть я, увидит полную луну, то она ничего не будет помнить, что сделала в этот момент, — нахмурилась Роза. — Ты тогда сказал, что хочешь это увидеть. — Нет, я хотел получить от тебя поцелуй. Я заслужил, — сказал Эрик. — Сейчас моя очередь говорить «нет», — воскликнула она. — И что это за ерунду ты ему там наплёл про сделку с дьяволом? — Я вроде в твоём понимании точно не ангел, а ляпну Кот Чеширский – поймёт не правильно. Но тогда мне было некогда об этом думать. Все мысли только «как бы с отбивной не перестараться». — По-моему, мы говорили о другом? — спросила Роза. — По-моему, ты хотела меня поцеловать? — задал встречный вопрос Эрик. — Уймись! Я вовсе не… Холодный ветер подхватил опавшие листья и стал кружить их в воздухе, увлекая в тёмное небо к звёздам. Желтые листья парили среди маленьких ярких небесных огоньков, купаясь в их свете и в свете полной луны. Но Роза этого не видела. Всё произошло слишком быстро и неожиданно. Схватив её под локоть, Эрик подтащил её к себе, зарылся свободной рукой в её распущенные волосы и поцеловал. Его требовательные губы дарили нежность, но в тоже время и страсть, что у Розы закружилась голова. Дыханье перехватило не только из-за мёртвой хватки и стальных тисков, но и отчего-то неизвестного. Последняя мысль девушки оказалась печально и её жутко не понравилась. Пусть её целует тот, кто насмехается над ней, тот, кто старше её, тот, кто жаждет её проигрыша, и пускай это похоже на волшебство, но завтра она об этом помнить точно не будет…***
Ещё полчаса после «не цивилизованного мужского разговора» Генри бродил по краю леса переваривая то, что сказал ему тот подозрительно знакомый тип. Он уже встречал его раньше, но никак не мог вспомнить, где именно. Одно было понятно: он хорошо разбирается в делах бизнеса. — Эй, парень! Генри обернулся. Чуть поодаль от него возле дерева стояла девушка со светлыми короткими волосами и серо-голубыми глазами. На вид, она была его ровесницей. Когда она сделала шаг к нему на встречу, то несметное множество кулонов на её шее зазвенели, а большие серьги звякнули. На плечах была шерстяная накидка-пончо с различными узорами, а длинная юбка из тёмного сукна едва доходила до пола. — Ты не местный? — спросила она. — Нет, — спокойно ответил Генри. — А ты знаешь, что в этом лесу водиться всякая нечисть? — Слышал. Сказки. Вдруг девушка громко рассмеялась. — Пойдём, смельчак, угощу пивом. Она махнула рукой в сторону большого особняка на окраине леса, выглядевшим заброшенным. Об этом говорили не только заколоченные окна и упавшая с крыши черепица, но и огромная дыра в стене на втором этаже. Как бы это не казалось странным, Генри не мог остановиться. Он просто шёл за девушкой следом, будто бы тело перестало его слушаться. Переступив порог он оказался во тьме. Блестящие серьги и звенящие ожерелья девушки удалялись от него. — Знаешь, милый мой смельчак, — раздался её холодный голос, — всё местные знают, что в этом лесу обитает тьма и не просто так, они видят её. Все местные знают, что в этом доме обитает смерть, потому что он принадлежал слугам тьмы семье СоулФайтер. И только местные не соглашаются идти со мной, потому что знают, если пойдут со мной, как ты, то станут кормом для клана «Кровавой Луны». Со всех сторон вспыхнули яркие глаза, и со всех сторон на Генри набросились странные существа. Хозяйка разрушенного дома медиум Мерлин СоулФайтер грациозной походкой, не обращая внимание на крики, поднялась на второй этаж по скрипучей лестнице. В слабо освещённой комнате её ждал изгнанный принц Торн. — Я принёс и книгу и медальон Эрика, теперь ты, — произнёс он. Мерлин фыркнула, достала маленький мешочек и бросила в руки Торна. — Спасибо! Хорошая работа! Вот здесь Чёрные Звёзды, а «Кровавую Луну» забирай хоть сейчас. Я привела ещё одного добровольца. Наш договор закончен, мне больше ничего не нужно. Ухмыльнувшись, Торн только сел в кресло за стол. — Я хочу знать, что же такое ценное для тебя мой младший брат так долго носил на шее? — спросил он. — Ах, какая ирония! — вздохнула Мерлин. — Сначала в наших рядах Эрик, теперь мне с радостью помогает его старший брат Торнтон Мейдон. Что же на это скажут ваши родители? — Они вычеркнули меня из семьи после обращения, — без сожаления ответил принц-изгнанник. — И не называй эту фамилию. Теперь я Норт Донмей. Мерлин засмеялась. — Правда хочешь знать, что носил всё это время любимчик родителей? Я скажу. Видишь? — она сняла с шеи бархотку и протянула её Торну. — Точно такое же медальон был и у Юу. Торн взял в руки бархотку с такой же подвеской, как и у Эрика. Шар и рукоять меча, только у этой был красный алмаз, а у того чёрный. — И что же это? — спросил Торн. — Это два из трёх ключей к Ящику Пандоры, созданные той самой Богиней, наложившей на тебя это проклятье. — Ящик Пандоры? — удивился Торн. — Миф. — Верно, это миф, но ящик существует. По преданиям там содержится самое страшное зло на свете. Если я подчиню его себе, то смогу управлять этим миром, а потом и всеми остальными. Та Богиня остановила семью Чёрных Молний, но меня теперь никто не остановит. Если взять сразу два ключа и поднести к карте, то они укажут местонахождение третьего, а когда окажутся все вместе, то покажут где спрятан Ящик Пандоры. Мерлин забрала у Торна медальоны Эрика и Юу и поднесла их к карте мира. Медальоны засияли, а на карте крестом оказалась отмечена Великобритания, Лондон. Мерлин тут же схватила распечатку карты округа и поднесла к ней медальоны, а те указали крестиком пригород Лондона, пустую местность в пятидесяти километрах от района Харроу. — Что это? — удивилась она, показав карту Торну. — Что здесь? Торн задумчиво заглянул в карту. — Без понятия. Может, спросишь у своих друзей? Когда пришли остальные вампиры из клана «Кровавой Луны», то вперёд вышел только что ставший одним из них Генри Вебстер. Он посмотрел на бумагу и ответил: — Я знаю, что здесь. — И что же? — Мерлин распирало любопытство. — Здесь находиться поместье «Хрустальная Роза», — ответил он. — А кому принадлежит-то? Кто живёт? — Семья Картер. Мистер Рич Ричард Картер и его дочь Розалитта… *Фраза «Давайте убьём Гитлера» является довольно расхожим в современной англо-американской культуре, означая «Давайте изменим историю». Существует поджанр компьютерных игр, посвящённых Второй мировой войне, в которых можно убить Гитлера. В своей книге «Как творить историю» Стивен Фрай описывает альтернативную реальность, возникшую в отсутствие Гитлера.
