Глава XII. Самый Родной Человек На Свете.
1 сентября 2012 г., 18:27
Моя любимая, Я навсегда преданна тебе. Чёрный день пришёл, Вокруг меня всё меньше любви. Опытная наставница, Вечная как Вселенная. Непорочная луна. Привычка любить…*
Роза проснулась от того, что кто-то теребил её за плечо. Открыв глаза, она увидела тётю Габриэллу ругающуюся шепотом с Эриком. — Говорю вам, Элла, по дороге я вылечил Ленни, но это заняло больше времени и сил, — говорил Эрик полушепотом. — Я знаю, что у неё треснуто ребро! — Мы отвезём её в больницу, где она и должна быть, — ответила Габриэлла, но Роза поднялась на локте и громко сказала: — Где что? Крёстная обернулась и, присев на пол, крепко обняла девушку. Дыханье оборвалось, стало трудно дышать, а в боку вспыхнула острая боль. Сквозь зубы Роза замычала. — Что с тобой? — удивилась Габриэлла, отстранившись и посмотрев прямо в лицо крестнице. — Я же говорил вам о её рёбрах! — сказал Эрик, присаживаясь с другой стороны кровати. Роза судорожно оглядывалась по сторонам и наконец-то успокоилась, поняв, что находиться в своей комнате в поместье «Хрустальная Роза». Взглянув на себя и увидев многочисленные синяки и порезы да разорванное белое платье, она заметила, что где-то она уже это проходила. Совсем недавно, летом, в битве с демоницей. Горячие ладони обхватили её за плечи и осторожно вернули на подушки. В руках Эрика блеснул серебряный кинжал. Это довело Розу окончательно. — Хватит таскать мою единственную защиту от всяких Тварей у меня из-под юбки! Она попыталась встать, но тяжелая рука Мейдона придерживала её за плечо. Он закатил глаза и покачал головой. Потом обернулся в сторону Розы. — Я его тебе верну, — сказал Эрик совершенно спокойно. — Элла, — он поднял голову в сторону крестной, — помогите мне. Мне нужно усилить свою силу для её исцеления. Он, отложив кинжал, протянул ей ладонь. Габриэлла подала свою руку. Эрик отпустил плечи Розы и дотронулся до её живота. По телу девушки большими волнами растекалось тепло и спокойствие. Боль и тяжесть улетучивались. — Эй, Роза, — Эрик тихонько потрепал её плечо, — спать будешь только после слушания. Сама того не заметив, девушка едва снова не заснула. Она помотала головой и удивлённо смотрела в тёмно-синие сапфировые глаза. — Какое ещё слушание? — В Священном Совете Старейшин состоится слушание по поводу твоей силы, — объяснила крестная. — Они не верят, что ты лишилась своей магии и думаю, будто бы ты потеряла рассудок. — Твой отец, Роза, сейчас не в Тибете и не в Париже, он в их мире пытается решить этот вопрос, — добавил Эрик и помрачнев продолжил: — Мистер Картер просил меня обезопасить тебя, доставив сюда, но теперь потрудись ему сама объяснить, что ты делала на празднике вампиров. Наверняка во всём будет виноват Генри. Последнюю фразу он сказал с морем сарказма. Роза вспыхнула снова. — Да! — внезапно выкрикнула она на всю комнату, заставив тётю вздрогнуть. — Мы договорились о свидании! — Но ты же вчера перенесла встречу, — не унимался Эрик, смеясь. — Ты всё слышал?! — испугалась Роза. — Само собой! Ты же разговаривала с ним, вовсю метеля вампиров. — Тебя при дворе не учили не подслушивать чужие разговоры? — Так я же тебя просил передать, чтоб позвонил позже. — И не перебивать, когда другие говорят? — А что ты выберешь: быть прерванной или убитой? — Ты не представляешь как трудно найти стоящего парня в Лондоне! — А ты не представляешь как трудно найти стоящую Убийцу Времени в этом мире?! — Хватит! — прервала их перепалку Габриэлла. — Роза, одевайся, умывайся и мы тогда поедим. А ты, Эрик, нас туда проводишь и кыш из будуара! Эрик сделал недовольный вид и, вздохнув, да что-то сказав, что уже всё видел, вышел из спальни сопровождаемый пристальным взглядом Габриэллы. Махнув на него рукой, она тоже удалилась из спальни, оставив Розу одну. Не спеша, Роза поднялась с кровати, печально огляделась. Она облокотилась на резную деревянную колонну, поддерживающую балдахин. Девушка с грустью оглядывала свою спальню. Постояв немного и потрепав руками бахрому на лентах занавеса, она направилась в ванную, где наконец-то приняла душ и помыла голову, а после, высушив волосы феном, прекрасно зная, что он жутко вредит им, направилась в гардероб. Все платья, все наряды снова кто-то поменял. Каждый раз, как только Роза заглядывала после длительного отсутствия сюда всегда что-то менялось. Кто-то вновь заменил старую одежду на новую. Может для всех девушек это и был рай на земле, но не для Розы. Она терпеть не могла походы по магазинам и выбор фасонов. Единственное, что она любила носить, так это юбка или брюки, кофта с длинными рукавами, чулки и сапоги с малиновой шнуровкой. Но обязательно в этой одежде должен фигурировать чёрный цвет! Это единственное её условие. Пошарив в шкафах, Роза нашла среди прочих тряпок узкие чёрные джинсы, белую синтетическую блузку, красно-коричневые сапоги на самой обычной шнуровке и зелёное пальто с асимметричной линией застёжек. Вытащив всё это из гардероба, Роза комом бросила на кровать, а затем натянула на себя. Последний раз окинув спальню взглядом, у неё сложилось впечатление, будто она покидает этот дом навсегда. — Да, гордость Богинь меня в могилу загонит, это точно, — задумчиво сказала она и закрыла за собой дверь, даже не заметив сияние на столе у окна, где лежал дневник её матери. Пройдя коридор с портретами Богинь, девушка, держась за перила, медленно спускалась по лестнице в холл. Её настигали ужасные мысли. Как только ей сказали о слушание, так страх мигом проснулся и стал её терзать. У двустворчатой двери парадного входа Габриэлла махнула рукой, давая знак поторопиться. Роза прибавила скорость, но вдруг она вцепилась в поручень и замерла, судорожно хватая воздух ртом. В это время дверь приоткрылась, и в холл заглянул Эрик. — Поторопитесь, дамы, — сказал он, но заметив лицо Розы, полностью вошёл в дом. — Эй, Убийца Времени, что случилось? Его голос привел Розу в чувства, и она наконец-то смогла пошевелиться. — Вы видели портреты Богинь? — спросила она. Габриэлла удивлённо переглянулась с Эриком. — Да, — ответила крёстная. — А что с ними не так? Ничего не говоря, девушка поманила их за собой. Поднявшись по лестнице назад в коридор, она указала Габриэлле и Эрику то, что было на самом видном месте и то, чего они не заметили, когда покидали её комнату. В золотых рамах вдоль стен напротив друг друга висели картины с историей Великих Богинь. Всех двенадцати женщин с их семьями от эпохи Елизаветы Первой, до конца двадцатого века. Все двенадцать Богинь ласково улыбались всегда, когда мимо них проходила их наследница, но сегодня случилось необъяснимое. Заметив их чёрные слёзы и горестное выражение лица, Роза бы поняла, что сегодня конец её дней, но исчезновение сразу всех женщин с картин понять было невозможно. Как это случилось? Как могли нарисованные Богини сбежать с холстов и фотографий? Это немыслимо. И именно этого и не заметили обитатели поместья. Никто не заметил побега Богинь с полотен! Никто. — Как это возможно? — удивился Эрик. Габриэлла провела рукой по картине с кораблём на закате, где на их фоне стояла Богиня Ночи Корнелия. — Этого не могло произойти, — подавленно произнесла она. — Они и следа за собой не оставили. Как это возможно? — По-моему, фразу «как это возможно?» я слышу уже дважды, — прервала её Роза. — Богини просто покинули картины, — прокомментировал Эрик немного растеряно. — Стоп! — и Роза хлопнула себя по лбу. Она сорвалась с места и побежала в апартаменты отца. С грохотом раскрыв дверь в его приёмную комнату, она пробежала в его кабинет. Над столом висел огромный портрет Клео, но самой Клео там не было. Она покинула фотографию не только в коридоре, но и здесь. Роза прищурила один глаз. Здесь творилось что-то очень странное. Понурив голову, девушка вышла из комнаты отца, и наконец-то все сели в машину, продолжая обсуждать этот «побег». Когда догадки иссякли, Роза задала вопрос, мучащий её давно: — Как мы смогли так быстро оказаться в Британии, раз были в Австрии? — Забываешься, Роза, — покачал головой Эрик, пояснив: — Ты живёшь среди магии, а значит есть одна такая хорошая вещь, как телепортация. И, говоря по правде, тогда оказалось намного сложнее, чем… Он продолжал говорить, но Роза его больше не слушала. Она отвернулась и смотрела в окно. Осень уже надела на все деревья пёстрые красные, жёлтые и оранжевые платья. В этом году осень ударила дождями и сыростью. Туман устилал поля, делая очертания деревьев едва заметными. Но, когда чёрный «ягуар» въехал в Маленький Ангел, то волшебные пейзажи окружили со всех сторон. Роза немного грустно улыбнулась. Это прекрасно! Но, подняв глаза к небу, она встретила тяжёлые серые облака, готовые в любой момент обрушиться на деревушку. Машина остановилась на холме возле дома. Девушка восхищённо смотрела на особняк «Розовая Роза». Он великолепен! Даже высокий кирпичный забор не мог укрыть красоту этого дома. Даже то, что окна заколочены и никто не ждёт у камина в гостиной. Роза подняла голову вверх и стала вглядываться в витражную мозаику с цветком этого дома на окнах чердака. — Последний раз, когда мы сюда ездили, Роза, то попали в западню, — задумчиво потянул Эрик, наблюдая за девушкой. Она кивнула, а Габриэлла подступила ближе к калитке и попыталась её открыть. — Заперта, — сказала крёстная, поднявшись на цыпочки и заглядывая через узорчатую решетку маленького окна двери во двор. — Конечно! От этого резкого насмешливого тона Роза подпрыгнула на месте. К ним подходила Сандра Дубмон. Женщина с короткими белыми волосами и голубыми глазами раньше была длинноволосой рыжей красоткой-королевой, но годы и несчастья сильно ударили по ней, не изменив, пожалуй, только одну черту – это её независимый и весьма хитрый смех над окружающими. Сандра по-всякому умела веселить не других, а именно себя довольно страшными вещами. — О, добрый день, госпожа Дубмон! — улыбнулся ей Эрик. Сандра оглядела его с ног до головы с задумчивым и не доверяющим лицом, а потом нахмурилась. — Мы с вами раньше разве встречались? — подозрительным тоном спросила она поставив Эрика в весьма неловкое положение и стерев улыбку с его лица. Потом ударила в ладони. — Боже! Видел бы ты своё лицо! — и залилась смехом. — Да, и я вас рад видеть, — каким-то растерянным тоном ответил он ей. — Взяла тебя твоей же техникой, — радостно сообщила она ему, хихикая и ткнув локтём в бок. — Какой техникой? — Предложений с подтекстом. Роза ещё ни разу не видела такой озадаченности на лице Мейдона, но это длилось не долго. Он усмехнулся, осознавая ловушку хитроумной женщины. Стоя перед ней во всём чёрном: в кожаной куртке, джинсах, мягких ботинках и в шёлковой рубашке – он сильно отделялся от неё. На бывшей правительнице самого могущественного королевства красовалось только старое алое пальто из шерсти, а красный подол платья торчал из-под его коротких полов. К её красным изрядно потрёпанным туфлям уже прилипла грязь. Но сколько бы времени не прошло её улыбка никогда не меркнет. Сандра обернулась к Габриэлле, и они крепко обнялись. — Как продвигается книга? — спросила она крёстную. — Я пока не знаю о чём писать, — призналась Габриэлла. — Я знаю! Напиши обо мне! Мне будет очень приятно, — хихикнула Сандра. — Роза! — она отстранилась от писательницы и крепко обняла теперь и девушку. — А я о тебе даже не вспоминала! — И я по тебе очень скучала, — смеясь ответила ей Роза. — Так, срочно придумываю новые издёвки в ваш адрес, а то эти уже не проходят, — ещё громче засмеялась Сандра. — Ну, что? Айда в ад? И она направилась к калитке. Вперёд выступила Габриэлла. — Дверь заперта, — напомнила она. Сандра закатила глаза и усмехнулась. — Ну, да. — Мы хоть и договорились здесь о встречи, но нам придётся лезть через забор, — задумчиво произнесла крёстная. — А вот этого я делать не советую. — Почему? — Брось камень. — Что? — Брось камень. Габриэлла недоверчиво посмотрела на Сандру. — Зачем? — Ох, Богини вы мои! Поймёшь, — Сандра огляделась вокруг и подняла с влажной земли грязную ветку. — Это тоже сойдёт. Замахнувшись, Сандра перебросила её через забор. Но прежде чем ветка успела долететь до ограды, сухой толстый стебель дикого винограда поймал её и бросил назад, а Сандра непринуждённо увернулась от неё. — Так, и о чём мы? — спросила она, обернувшись к остальным. — Мы о том, что ключи у вас, — сказал Эрик. — Ой! Точно! Я о них совсем забыла! — всплеснула руками Сандра и принялась их искать в карманах старенького пальто. — С твоей Катриной я тут совсем забегалась. Вот ещё! Нашла развлечение: бегать оттуда сюда – делать ей что ли нечего?! В наше время мы очень ответственно относились к возложенной на нас почести, а не играли между мирами в салочки! — продолжая ворчать, она достала связку и принялась искать нужный ключ: — Хотя, тогда играли в «дворцовые перевороты». Вот тогда все так бегали за наследницами сразу двух тронов. Какой был кошмар! Это ж надо было так умудриться украсть младенцев двух королевств и бросить их под дверью земной женщины! Но, зато спасли их от лютой смерти… — Это вы сейчас о себе и о Синей Королеве? — невзначай спросил Эрик, склонив голову на бок. Сандра подозрительно замерла. Немного подумав, она продолжила искать ключ, а когда нашла его, то ответила: — Я не поняла твой вопрос, но если ещё раз рот откроешь – я поджарю как и обещала тогда во внутреннем дворике своего дома. Эрик сделал ошеломлённый вид и усмехнулся. Видно он вспомнил ту сцену, которую прервала Роза, придя с Акией. Тогда Сандра бегала за ним по саду, вовсю размахивая шваброй и осыпая проклятьями. Тогда Эрик был монстром, и тогда он едва не убил Розу. Замок щёлкнул, и Сандра жестом пригласила войти на территорию особняка, но заметив немного напуганный взгляд Габриэллы, опустила руки. — Да ладно, пока мы внутри – мы в безопасности, а то что вы видели, так это Хватка Дьявола замаскированная под ползучий плющ. Он нас внутри не тронет, — успокоила бывшая Рыжая Королева. Пройдя небольшой заброшенный сад и попав в дом, Сандра повела всех к лестнице, бросив не раздеваться и не снимать обувь. Поднявшись по большой лестнице на второй этаж, а затем по складной забравшись на чердак, все остановилась. Роза уже была здесь однажды, когда нашла дневник матери на большой деревянной подставке для книг, но теперь всё изменилось. Девушка уныло вглядывалась в плохо освещённое пустое помещение. Не замечая ничего вокруг, Сандра подошла к старому выцветшему покрывалу висевшему на стене и сдёрнула его вниз, подняв огромное облако пыли. — Апчхи! Роза обернулась назад. Совсем рядом стояла её кошка Мунлайт и кот Эрика Странник. — Заткнись! — сказала Мунлайт, ударив серого кота хвостом. — Могла бы пожелать мне здоровья, — проворчал Странник. — Ты путаешься у меня под лапами постоянно! Достал! — возмутилась Мунлайт. — Что вы здесь делаете? — удивилась Габриэлла. — То же, что и вы – будем свидетелями на слушание Розы, — ответила Мунлайт. — И Эрика, — добавил Странник. — А вот с этого места поподробнее, — сказала Роза, присев рядом с ним. — Что он там натворил? — Мои руки, хоть, и по локоть в крови монстров, но чисты перед законом, Роза. И хоть ещё одно слово ты скажешь, Ник, то умрёшь самой страшной смертью! — улыбаясь, сказал Эрик. — Ты, что, правда убьешь своего единственного покровителя? — удивилась Роза, посадив на плечо Мунлайт и подняв на руки немного потрясённого Странника. — Ты что, серьезно? — прошептал кот. — Хочешь проверить? – с убийственным спокойствием сказал Эрик. От такого у Розы по спине прошлась армия мурашек. Она нервно сглотнула и обернулась в сторону Сандры, которая уже стояла возле сияющих открытых дверей. Она кивнула в их сторону и растворилась в ярком свете. Роза и остальные последовали за ней. Переступив порог, девушка зажмурила глаза и внезапно ощутила сильный ветер. Роза подняла глаза и выдохнула. Три огромных солнца в оранжево-красном небе освещали огромный золотой купол центральной башни высоченного и невероятно масштабного замка, в котором классика сливалась с современностью. Огромная блестящая крепость, напоминающая со стороны часть римского амфитеатра с передвигающимися вверх-вниз стеклянными капсулами-лифтами и развевающимися знамёнами и флагами золотого цвета с тремя солнцами, захватывала дух. Даже на штилях здания эти три солнца были как одно целое. А у подножья этого великолепного замка располагался целый комплекс различных зданий и тянулись паутины стеклянных трасс. — О, Боже! Это немыслимо! — не сдержала восхищения Роза. — Ну, — потянул Эрик немного задумавшись, — здесь более приемлемо «Творец». И даже не смей заикаться про Великих Богинь. Это как христианстве сказать что-то приятное Будде. Жутко возмущаются. Уж поверь мне. Я через это проходил и не раз. Сандра обернулась в его сторону, сделав шаг вперёд. — Я, прощу прощенья, не поняла. И сколько раз ты им визит наносил? — недоверчиво спросила она. — Пару раз после переезда домой, а дальше по особым почестям. жуткое место. Ненавижу этих гадов! Лицо Эрика стало таким же, как и в присутствии Дерека Рейдера. Они друг другу гадостей не говорили, но неприязнь была заметна слишком хорошо, что бы назвать их отношения «деловыми». Дерек иногда мог позволить себе «пошутить», а Эрик с радостью отвечал ему тем же. Как в случае с пролетевшей мимо плеча Мейдона стрелой в медкабинете академии. Это оказалось слишком рискованно, но тогда Джеймс ничего не знал про Эрика, а Дерек дал бедному парню нагоняй за плохую меткость. Тем не менее, они шли за Сандрой через главные золотые ворота, высотой и шириной сравнимые пожалуй с «Лондонским Глазом». Но сам замок был в десять раз больше. Проходя мимо стеклянных трасс с весьма необычными машинами, Роза не могла оторвать от них глаз. — Хватит на них смотреть, — сказал Эрик, небрежно выхватив у неё из рук Странника и бросив на белые мраморные плиты, а потом едва не наступив на него. — Охрана может заподозрить что-то. — Что может сделать девушка шестнадцати лет впервые оказавшаяся здесь, да к тому же оставленная Великими Богинями? — улыбнувшись, спросила Роза и пожала плечами. Неизвестно откуда появились люди в доспехах их золота и платины и, окружив, наставили на небольшую компанию серебряные копья. Эрик закрыл глаза. — Примерно, вот что, — сказал он. Роза испуганно озиралась по сторонам. — Прошу прощенья, — тревожно сказала она, но никто из стражников так и не опустил своё копьё. — Не думаю, что их остановит твоё волшебное слово, — насмехался Странник, за что ему хозяин едва не опалил хвост незаметной огненной атакой. — И что теперь делать? — развела руками Габриэлла. — Ждать их командира? — Не думаю, что он тут поможет, — сказала Сандра очень громко. — Он скорее сам нас убьёт, прежде чем мы что-нибудь скажем госпоже Федьмил, но когда она узнает… Стражники опустили свои копья и исчезли, как будто их здесь и не было. Сандра ударила кулаком по своей же ладони. — Ха! Видать Вега занимает теперь какой-то важный пост, — усмехнулась она, продолжая путь. — Теперь, Роза, крепко держись за Эрика. Оказавшись во внутреннем дворе и поднявшись по широкой беломраморной лестнице, украшенной гравировкой подсолнухов и солнц, Роза насчитала всего двенадцать ступень. А очутившись в большой зале у неё закружилась голова из-за ярких отблесков солнц на беломраморных стенах. Вся утварь, все перила сделаны из чистого серебра. Даже турникеты и различные перегородки – всё из золота. Розе показалось, что этот холл занимал две трети футбольного поля, хотя никогда раньше не была там. — Будешь и дальше так вертеть головой – она оторвётся, — гневно бросила Мунлайт, вцепившись когтями в пальто хозяйки. — Я никогда раньше не видела такого. Я будто бы Алиса в Стране Чудес, — ответила ей Роза, продолжая разглядывать зал. Эрик схватил её под локоть и потащил за остальными в стеклянную капсулу-лифт. Мягкий женский голос оповестил о главном зале совета, и Роза ощутила тяжесть на сердце и неприятное ощущение в животе. — Всё будет хорошо, — сказала ей Габриэлла, дотронувшись до её плеча. — Я знаю, — ответила девушка. — И знаешь, что Элла тебе солгала, пытаясь успокоить? — спросил Эрик, сделав всё только хуже. — И это тоже знаю, — тихо бросила Роза, почувствовав как его захват стал сильнее. — Знаешь, что тебе скажу? — нагнувшись к её уху, прошептал Мейдон. — Если выживешь – я не умру. — Это почему это? — удивилась Роза, встрепенувшись. — Кто-то же должен тебе нервы трепать, а эти старики лишают меня моих обязанностей! Если погибнешь мне придётся искать такую же Убийцу Времени, а раз «такой же» нет, то легче за тобой отправиться, чем сидеть без дела, — и он засмеялся, за что Роза пихнула его локтём в живот. — Вот делать тебе нечего! — проворчала она. — Утешил… — А! Тебя надо утешать?! — наигранно удивился он. — Так тебя надо утешать?! Хорошо! Я знаю много способов, например, обнять, поцеловать… — Эр, остановись! — сказала Роза, чувствуя себя прижатой его весом к стенке, хотя так оно и было. — У меня к тебе послание. — Я весь во внимании, — каким-то игривым тоном прошептал он. — Убери от меня свои лапы, положи назад моё единственное средство обороны и помолчи! — чуть не плача высказала она последнее слово. Наконец-то он замолчал. И отстранился. Выйдя из лифта они оказались в огромном коридоре. Здесь присутствовало не только золото, но и янтарь. На стенах, на флагах и на гобеленах присутствовали подсолнухи и три солнца. — Почему здесь три солнца? — спросила наконец-то Роза. — Потому что в аббревиатуре Священного Совета Старейшин сразу три буквы «С», — ответила Мунлайт. — Эта галактика Трёх Солнц и Старейшины чтят самый первый орден на этой земле, орден Солнечных Мужей. Их, знаете, благословил сам Творец! — Чепуха! — полушепотом сказала Сандра. — Они вон как бояться родню твоей матери, что весь дворец обнесли крадеными металлами. — А это что значит? — Золото в какой-то степени дает нам больше энергии, поглощая её у смертных, а серебро забирает наши жизни и исцеляет раны не магов, так что Совет думает прибрать к рукам побольше наших сил для противостояния, — она замолчала, немного задумалась и продолжила: — для противостояния родне твоей матери. Всем они внушают, что есть только Творец, а на самом деле просто прикрываются им. Чёрт возьми! Мне больше по душе тюльпаны! Роза заметила, как мимо прошёл какой-то мужчина в белой одежде с горой книг летящей за ним. Мунлайт потёрлась о её щёку. — Совет верит, что в солнцах есть сила, — задумалась она. — Но как грянет тут мега глобальное потепление, думаю, они он перейдут с трёх на одно солнце. Твоя сила в Луне, а они пытаются приручить энергию Солнц. Даже самой кровожадной Сахмет, владычице жаркой пустыни и палящего диска, такое не под силу. Твой символ цветок розы и жасмина, а их – лотос и подсолнух. Твой камень жемчуг, хризолит, изумруд, а их янтарь… Но её прервали распахнувшиеся двери. Другой мужчина в такой же белой одежде с золотым воротником вышел в коридор и объявил: — Для суда по скрытию лишённого разума в связи с преждевременным использованием магической силы вызывается обвиняемая Розалитта Анжела Розаликлео Дубмон-Маклейн Картер рождённая в Земном мире как человек-маг и владевшая силами противоположностей. Просим войти в зал суда Священного Совета Старейшин. Одну. Без сопровождения. Роза застыла на месте. Её вызывают одну. — У них на правах родственников есть привилегии! — внезапно подал голос Эрик. — Священный Совет Старейшин желает видеть только подсудимую! — важно сказал мужчина. Вперёд выступил Странник. — Это нарушает закон! Вы не можете вызвать одну лишь Розу! — сказал он. — Вы обвиняете Священный Совет Старейшин в нарушении законов?! — воскликнул мужчина. — Вы понимаете, что можете все попасть под суд за такое обвинение. — Нет, не можем! — возразила Сандра, подойдя к нему. — Если Совет Седых Стариканов желает разобраться с этим делом, то пусть следует по установленному порядку! И передайте им, что наша Роза никуда без сопровождения не пойдёт, она разума не лишена, по магической расе она вейла и владела шестью парами противоположностей, силами жён Творца. Так что иди, давай! Шевели своим жирным задом! Когда посланник Совета закрыл за собой двери, она облегчённо вздохнула. — И с чего это они взяли, что могут просто так взять и судить Розу без сопровождения? — сокрушенно покачала головой Габриэлла. — И с чего это они решили её судить? — подала голос Мунлайт. — Они же прислали на повестку на слушание, а не на суд! Эрик прислонился к стене и тяжело вздохнул. — Они так же и со мной хотели разобраться, пока не вмешался правители Арбары и Аркса, — сказал он весьма печально. — Король Арбары как-то странно намекнул им о каком-то пророчестве, и они мигом успокоились. Мунлайт перебралась с плеча Розы к Эрику и спросила: — Какое ещё пророчество? — Какой-то стих, я его толком не запомнил. Там говорилось о гибели мечты и о чьей-то смерти… Сандра развела руками. — Ну, конечно! Сейчас все, даже эти развалены, — она кивнула в сторону дверей, — боятся Конца Света в двенадцатом году. Но если Роза умрёт сегодня, кое-кто решит запустить кнопку уничтожения раньше. Роза совсем потеряла настрой, хотя, в начале его и так не было. Двери снова открылись и снова вышел посланник. — Прошу за мной, — важно сказал он, показывая дорогу. Облегчённо вздохнув, Габриэлла обняла Розу и поцеловала в лоб. Когда они вошли в зал, то Розу вновь пронзил страх. И первое впечатление оказалось правдивым – это амфитеатр. Только ещё у каждого была своя ложа. И тянулось это всё вверх метров на десять вверх, а самая главная ложа оказалась ниже всех с величественными тронами и богатым убранством. Здесь восседало сразу трое человек. На их лицах были маски в виде солнц. — Зачем им они? — полушепотом спросила Роза у Мунлайт. — А для чего нужна маска палачу? — вдруг громко спросил сидящий в центре мужчина. — А я-то думала, вы руки пачкать боитесь, — мимолётно бросила Роза. — Да начнётся Священный суд! — объявил громко он, сделав вид, что не услышал её слова. — Сегодня рассматривается дело Розалитты Анжелы Розаликлео Дубмон-Маклейн Картер рождённой в Земном мире как человек-маг и владеющая силами противоположностей… — Нет! — закричала Роза и поняла свою ошибку. — Нет? — удивился судья. — Что же вы хотите нам сказать? Роза вздохнула и начала: — Вы допустили в своих документах большую ошибку. Точнее сразу две. Я Розалитта Анжела Розаликлео Дубмон-Маклейн Картер рождённая в Земном мире, являюсь последним представителем древнейшей расы Вейл. А ещё я владела силами жён Творца. Всеми двенадцатью. Но я потеряла их в день своего шестнадцатилетия использовав раньше положенного срока. Всё это произошло по вине демоницы Юу. Её земное имя Милла СоулФайтер. Она подвергла смертельной опасности гостей и вынудила меня использовать свои силы для их защиты. Если бы я этого не сделала, она бы… — Молчать! — проревел судья. — Как вы все хорошо отрепетировали свои роли. Он рукой указал к дверям. Роза обернулась. С правой стороны в специальной самой низкой ложе сидели Тим, Джеймс, Ким, Акия, Стелла, Давид, Дерек, Ленни, тётя Марина, тётя Санни, дядя Джек, бабушка Ванесса и отец. С левой – только двое: мужчина и женщина. На мужчине были кожаные высокие сапоги, чёрные бриджи, дорогой бархатный камзол коричневатого цвета расшитый золотыми нитями, и широкополая шляпа с пером, прикрывавшая лицо. На женщине горело ярко-алое длинное платье с рукавами-фонариками и дорогими украшениями. Выглядела она не дружелюбно. — Мы уже устали выслушивать этот бред! — поддержал его мужчина, сидящий по левую руку от судьи. — Это всё сговор! У вас заговор против совета. И вы решили, что потерявшая разум девчонка сможет нас свергнуть?! Она сказала слово «вейла». Она сказала, что она – вейла. Верить в такое может только сумасшедший! — Их больше нет! — крикнул кто-то из верхней ложи. — Верно! Они вымерли много веков назад, — поддержал другой из ложи напротив. — Значит, вы – сумасшедшие! — внезапно сказал Эрик. Он вышел вперёд и встал рядом с Розой. — Вам не кажется, что это вы забыли об их существовании много веков назад, когда они нуждались в вашей помощи, а? — Не забывай, что мы проявили к тебе милосердие, оставив в живых и восстановив тебя в твоей должности после предательства! — громом раскатился по залу голос судьи. Украдкой Роза посмотрела на Эрика. В его сапфировых глазах плескалась ярость и бессилие. Такого она не видела ещё ни разу. Вздохнув, она подступила ближе. Единственная мысль заставила её говорить. — Раз считаете меня виновной в том, его я не совершала, умалишенной, хотя, это не правда и лгуньей, даже если в моих словах страшная правда, я ничего не буду отрицать и ни с чем не соглашусь. Я приму свой приговор и смирюсь с уготованной мне судьбой, если вы оставите в покое мою семью и моих друзей. Я понесу вашу кару точно так же, как это сделали вейлы. Выйдет ли это всё благородно и в рамках чести, но я исполню долг дворянина, как дочь Рыцаря Феникса Огненное Сердце и самой Великой Богини Жизни, Вейлы Двенадцатой. Я приму наказание, но не признаю свою вину! Всё это она сказала на одном дыханье, но с выражением. В ложах стали волноваться. Поднялся шум. Эрик, схватив её под локоть, развернул к себе лицом. — Да ты с ума сошла! — сказал он. — Ты понимаешь, что наделала?! Они же тебя теперь на кусочки разорвут! — Я знаю, что делаю. Доверься мне, — и Роза опустила взгляд в пол. — Ну, и как ты мне прикажешь это сделать?! — разгневанно спросил он. — Я верю, что ты меня не предашь, — ответила она, взглянув солнечными глазами в его глаза. — Прошу, чтобы не происходило, не вмешивайся. Даже, если это будет стоить мне жизни… — Но, Роза, ты же!.. — Заткнись! Это мой приказ! — не выдержала она. — Исполни его, как должен исполнить рыцарь! И, вырвав руку из его хватки, девушка вышла вперёд. — Кто за то, чтобы без Очищающего Обряда казнить виновную? — громко спросил главный судья. Окинув взглядом ложи, Роза сокрушенно вздохнула. Поднявших рук было много. — Кто за то, чтобы снять обвинения и отпустить? Роза зажмурилась. Она услышала голос другого судьи: — Все за «обвинение», против – только трое. — Тогда пусть выйдут сюда без масок и встанут на колени, как предатели, — грозно произнёс судья. Послышались шаги. Девушка подняла голову. Рядом с троном на коленях стояли две женщины и один мужчина. У одной из женщин были тёмные волосы и очень молодое лицо, на вид ей где-то двадцать-двадцать пять, не больше, другой – лет тридцать. Тёмно-русые волосы лежали на плечах. У мужчины длинные рыжие волосы взяты чёрной атласной узкой лентой в низкий хвост. Девушка не могла увидеть их лиц: они закрыли ладонями глаза. — Против только граф Гильберт Дарнелл Бист, госпожа Вероника Альтаира Гудьир и госпожа Андромеда Вегалия Федьмил, — представил мужчина в маске по правую руку от судьи. — По общепринятому решению, обвиняемая признаётся виновной и приговаривается к смертной казне. Роза содрогнулась. Она слышала протесты Сандры и Габриэллы, шипение котов-Покровителей, крики друзей, но ничего поделать не могла. — Тогда, — судья как-то небрежно махнул рукой, — проводите приговор в исполнение. Заметь, девочка, мы проявили милосердие. Роза в ужасе подняла глаза. — Мы решили убить тебя без Очищающего Обряда, — ответил второй судья на её немой вопрос. — Если бы мы использовали Обряд, то ты бы молила о смерти, сгорая в огне. Мужчина в маске стоящий по левую руку от главного судьи достал серебряный лабрис на длинной рукоятке и спустился из ложи в зал, к Розе. — На колени! — прогремел он. — На колени, как признавшая вину! Девушка собрала всю храбрость и бросила на него гордый и презренный взгляд. — Вы разве не слышали? — спросила она. — Я сказала: «Я приму наказание, но не признаю свою вину!» Хотите, чтобы я повторяла всё дважды? — Раз так, то склони голову! — раздражённо проговорил сквозь зубы он. — Раз вы меня считаете сумасшедшей, то желаю видеть ваше удивление – я не виновна, — спокойно произнесла Роза. — Начинайте! — объявил судья, но вдруг около Розы оказалось лезвие. Она обернулась. На полном серьёзе Эрик держал Меч Феникса наготове. — Убери оружие, или мы посчитаем это восстанием против Совета, — сказал «палач», на что Эрик только улыбнулся. — Буду только рад, — ответил он. — Я же сказала тебе не вмешиваться! — закричала на него Роза. — Что ты творишь?! — Тебя спасаю! — бросил Эрик. — Я же тебе приказала! — А я единственный не подчиняюсь твоим приказам. Внезапно по залу эхом разлетелись одинокие аплодисменты. Все обернулись назад. Это был поднявшийся с места и спустившийся в зал мистер Картер. Прихрамывая и держа свою трость подмышкой, он улыбался. — Вот это Верность и Благородство! Вот это я понимаю! — говорил он, снова опираясь на трость. — Но вы не учли одного небольшого момента, господа. Если рыцарь так защищает свою леди, то это будет до самого конца. Хотя, это не самое главное. Вы вызвали мою дочь на верную смерть, зная, что вызовите гнев в нас. Солнца скрылись за тёмные тучи, небо озарили вспышки молний, и громовые раскаты заставили всех содрогнуться. В коридоре послышался стук железных каблуков, а мистер Картер продолжил: — Вы решили вызвать гнев её друзей, родных и мой гнев, но представить себе не могли того, что навлекли на себя. Вы теперь в большой беде, ведь вы не учли того, что Розалитта не только моя дочь… Шаги стихли. Грохот грома раздался вместе с грохотом силы разбивших и выбившихся дверей. Они пролетели через весь огромный зал и разнесли ложу судьи, едва успевшего увернуться от щепок. В дверном проёме сквозь туман, пыль и дым показался нечёткий силуэт. Не дожидаясь, когда всё уляжется, оттуда вышла женщина двадцати лет. Чёрные густые волосы доходившие ей до самых колен убранные в высокий хвост качались в такт её грациозной походки и развивались вместе с длинным прозрачным плащом светло-розового цвета, а белое и красивое лицо обрамляли тонкие пряди бывшей чёлки. Чёрное короткое платье с широкой юбкой и с V-образным лифом и высокие шёлковые сапоги с железными каблуками были украшены тремя камнями: чёрным жемчугом, светло-зелёным хризолитом и насыщенным изумрудом. Словно ожерельем они украшали край лифа и прекрасно лежали на линии шва пояса с драгоценной пряжкой в центре из серебряного цветка с бриллиантами и двух малахитовых листков. От цветка отходили две цепочки с тем же чередованием камней и подвесками из малахита. На ботфортах в области колена всё те же цветы с листьями, а цепочки украшали щиколотки. Красивые изумрудные глаза, блестели выражая сразу дюжину эмоций, а тонкая полоска красных губ складывалась в улыбку. Эта женщина шла медленно, но двигалась так красиво, как будто она кошка. — Когда от нас все отворачиваются, — говорила она красивым звенящим голосом. — Когда нас никто не понимает, или просто не хочет понять. Когда нас обижают, доводя до слёз. Когда мы не знаем, что делать и как поступить. Когда мы не можем противостоять отчаянью и горю, нас гложет одиночество. За нас некому заступиться. Есть только один самый родной человек на свете. Он поднимется из могилы, простит нам все обиды и ссоры, просто обнимет нас, подставит плечо для наших слёз. Этот человек за нас будет гореть в кострах ада, отринув своё законное место в раю. Лишь этот человек никогда не покинет нас… Она остановилась возле палача, продолжая говорить: — И когда мы думаем: «Нас уже никто не спасёт», этот человек… приходит. И если нам грозит смертельная опасность и какой-то жалкий дряхлый совет думает избавиться от нас, то даже самые грозные демоны ада сами себя сжигают в котлах, потому что ничто не может сравниться с гневом этого человека. И этот человек сейчас готов растерзать всех и каждого, кто желает нам зла. Это самое опасное существо во всей бесконечной вселенной. Его имя заставляет всех нас трепетать. И имя его… мама… — и женщина игриво и хитро улыбнулась. — Привет! Я Великая Богиня Жизни, Вейла Двенадцатая, а при жизни Клеопатра Корнелия Кармен Ясмин Дубмон-Маклейн Картер. Я жена Рича Ричарда Картера, и посему мама Розы. Сделав резкое движение рукой, она с такой силой врезала палачу, что того отбросило в разгромленную ложу. Она вздохнула с облегчением и, обернувшись к потрясенной Розе, крепко обняла её, тихо приговаривая, что всё будет хорошо. В зале появилась стража и направила на неё свои серебряные копья. Закатив глаза и вздохнув, Клеопатра отстранилась от дочери, обратив внимание на подбежавших ребят. — Мальчики и девочки, — обратилась она к друзьям Розы, переведя взгляд на остальных, — друзья, кто помнит курс химии и физики? Эй, Ваше Саркастическое Величество, — она повернулась к Эрику, — ты захватил курс физики с Сандрой. Она, я знаю, хорошо рассказывает в лицах про электропроводность металлов. Какие из них лучше всего это делают? Давай, от меньшего к большему. Потерев лоб , Эрик задумался и медленно, вспоминая, стал проговаривать названия: — Это никель, цинк, вольфрам, молибден, иридий, магний, алюминий, золото, медь и… — его лицо застыло, но вдруг стало выражать неописуемый восторг, — о! Клеопатра улыбнулась и вновь посмотрела на стражу, на хи оружие из серебра. — Как бы вы не пытались остановить или убить магов, у вас никогда не получиться этими штуками напугать меня. Того, кто может управлять и пропускать через себя самый малый пятидесятимиллионный заряд электричества. Следовательно, это электричество притягивается вашими железными палочками и бояться вам следует,— Клеопатра стала растирать руки и очень скромно ответила, — меня. Из её ладоней вырвались молнии, прошлись по наставленным в женщину копьям, и стража рухнула на пол. — Ты стала довольно жестокой, — заметил мистер Картер. — О да, Ричи, — согласилась она. — Но чтобы ты сделал, потеряв самообладание? И не волнуйся: я пропустила только самый маленький заряд к ним. Они просто оглушены. Я не Лолита, я – Клеопатра. Эта фраза означала совершенно другой смысл. Клеопатра обладала силой Жизни, а Лолита – смерти. Эта фраза значила: «Я могу пощадить тех, кто желает смерти моей дочери, а не убить всех их». К ней вышел судья. — Ты, одна, что можешь против нас? — спросил он. — Я послал всем телепатический сигнал, что враг владеет электричеством. Ты не справишься с нами. Как глава Священного Совета Старейшин я приказываю тебе сдаться. — Да что ты говоришь! — как-то весело ответила Богиня. — Думаете, меня и моих друзей остановят какие-то переодетые в резиновые костюмы солдатики? Или не думали о моём знании вашей телепатической связи? Вот я точно не думала, что вы окажитесь таким тупым как угол равный ста семидесяти девяти и ещё сто раз девяти после запятой градусам. Мы друг друга недооценили. Я недооценила вашу тупость, а вы недооценили способностей жён Творца. Даже полагаю, вы о них и слышать не желали. Богиня говорила всё это спокойным ровным тоном. Раздался грохот, и мимо по коридору пролетело штук восемь стражников. Где-то вдали прогремел взрыв, а крики «Отступаем!» доносились отовсюду. Клеопатра спокойно смотрела на судью с улыбкой. — Ах! И ответ на вашу первую фразу: «Кто вам сказал, что я пришла одна?» В разбитом дверном проёме появилась женщина в чёрном длинном платье с красными кружевами. Растрёпанные чёрные волосы развивались как победный флаг, а на губах застыла немного сумасшедшая улыбка. — И кто из вас хочет исполнить клятву «Нас разлучит только смерть»? — спросила она, вопросительно оглядываясь по сторонам, но вдруг замерла, медленно подняла огромную серебряную косу и помчалась в сторону друзей Розы. Дерек едва успел достать из ножен фламберг Тьмы, блокировав её удар. — Вот ведь гад! — могильным голосом говорила она. — Это ты всё рассказал Хавьеру про меня с его братом. Теперь моли о пощаде, как это делал он, жалкий и ничтожный лживый двуличный самовлюблённый амбициозный испанский волк! — Успокойтесь, мадам! — сказал Дерек Рейдер. — Я не понимаю о чём вы говорите. Он едва избежал смертельного удара косы и снова блокировал её выпад. — Не понимаешь?! — завопила женщина. — Да ты, предатель, всех нас подставил! Попробуй заикнуться о свадьбе, тут же с небес меня в траурном платье получишь. В зал вошли ещё три молодые женщины, но как только увидели эту сцену, ринулись разнимать, а точнее просто оттащили воительницу в сторону. — Какого чёрта?! Матушка, ты что творишь?! — возмутилась девушка в серебристом платье с множеством серебряных цепочек. — Лолита, в самом деле, прекрати! — сказала другая в тёмно-синем платье. — У меня тоже к нему руки чешутся за Симфонию, но уговор-то держу. Глядя на всё это, Габриэлла пыталась сказать хоть слово, но ничего у неё не получалось. Обернувшись к Клеопатре, она указала на женщин рукой, хватая ртом воздух, словно рыба на суше. Клеопатра только улыбнулась. — Верно, — ответила она. — Это дона Лолита Сангри с дочерью Кармен, графиня Корнелия Горал и графиня Маори Феникс, дочь самого Эрроу Феникса. И сейчас они немного рассержены. — Но, Клео, почему они нападают на Дерека? — спросил подбежавший дядя Джек. — Я, конечно, помню тот случай, но он что, живёт вечно? Клеопатра засмеялась. — У нас с Богинями есть один договор, но скажем так: его предки поступали с нами не слишком-то хорошо. Эй, мистер Рейдер, готовьте свои щёки к одиннадцати пощёчинам за грехи ваших предков. — Клео! — воскликнула тётя Санни. — О, Боже! Клео! — Это ты! — восторженно пролепетала тётя Марина. — Это правда ты? — Вам по-честному или правду сказать? — спокойно спросила Клеопатра, не переставая святиться счастьем, но остановила своих кузин рукой. — Мы здесь ненадолго. Есть ещё одно дело. Богиня Жизни подошла к судьям. Рядом с ними из яркой вспышки появилась ещё одна женщина в парчовом платье с различными узорами цветов. — Как главная среди Великих Богинь Священной Цитадели, я – Ясмин, Царица Сил Земли и Вейла Первая, приказываю вам всем сдаться и покинуть занимаемые посты… — Нет, — вдруг возразила Клео. — Я хочу предложить куда белее унизительное предложение: вы оставите свои полномочия на тринадцать дней, говоря всем, что вас отстранили от должности сами Великие Богини. И когда вам зададут вопрос «Существуют ли они?» или «Можно ли их уничтожить?», вы рассказали всё, что тут произошло. Друзья, родители, дяди, тёти, сёстры, братья – это всё моя семья. Я не могу спасти одного из них в скором времени, но сделаю всё возможное, чтоб отгородить их от вас. Разве это не тот самый долг дворянина? Вы забыли. Иметь дело с благородными Вейлами, в крови которых течёт благородная кровь Фениксов-аристократов, так же бессмысленно, как и пытаться запретить всем думать о том, что Великие Богини лишь выдумка, легенда. Вы принимаете условие? Мужчина стоящий по правую руку хотел что-то сказать, но его остановил судья остановил его. — Мы принимаем ваши условия, — ответил он. — Это очень хорошо, — кивнула головой Клео. — Но только у вас второго шанса сегодня не будет. — Раз вы согласны, то мы уходим. Клеопатра, ты знаешь, что делать, — сказала Ясмин и растворилась. Остальные Богини последовали её примеру. Клео вернулась к Розе и снова крепко обняла её. — Как же я по тебе скучала, Маленькая Розочка! — сказала она. — Я тоже, — ответила девушка. — Что это значит? — удивился Тим. К нему подошла женщина с тёмными волосами, стоявшая на коленях. Это была Андромеда Вегалия Федьмил – живая звезда. Создатель. — Когда Роза была маленькой, то путешествовала в прошлое, — объяснила она. — Они встречались раньше. Тогда Клео не знала, что она её дочь. Всё было немного необычно, но за то они встретились тогда и хорошо провели время. — Ладно-ладно, ребята, — сказала Клео, — я использую свои последние силы, чтоб отправить вас по домам. Паркены, передавайте своим родителям от меня «Привет!». Не волнуйтесь, они меня хорошо знают. Габриэлла, напиши-ка рассказ о нашей семье. И да, госпожа Ванесса, я знаю, я была ужасной женой и никудышной безмозглой невесткой, и я сегодня покипятилась. Ну, что ж, идём? Как только всё обернулись к выходу, раздался свист, а Богиня обняла Розу за плечи позади. В зале послышались возмущённые голоса. — Я не собираюсь подчиняться каким-то Богиням! — закричал судья. — Вы все будите гореть в Очищающем пламени! — Э-э-э, Эрик, — как-то странно начала Богиня, — ты не мог бы вытащить из моей спины алебарду этого гада? Спасибо. — Вообще-то, если точнее, то это лабрис, — подал голос Джеймс. — Какая разница? Всё равно боевой топор! — ответила Клео и обернулась к Эрику. — Давай его сюда! И размахнувшись, запустила лабрис назад, пригвоздив им судью-старейшину к стене разбитой ложи. — Говорила же: второго шанса сегодня не будет, — сказала она. — И так случиться с каждым из вас, хотя, я могла пропустить через всю крепость довольно низкий заряд. Вы бы корчились от боли и медленно умирали. Но я предложила вам совершенно другое. Это было моё милосердие… — Прошу прощения, — прервал её Эрик, — им ещё сегодня судить меня и Торна. Кого-нибудь пожалейте?… Клеопатра опустила взгляд, а потом кивнула в знак согласия. *Вольный перевод песни «Mother» группы Era.
