Предательница...

Пришла в себя я в каком то мрачном доме, похоже в заброшенной постройке. Руки мои были в наручниках и прикованы к батареи. На губах скотч. Сидела я на холодном стуле. - Очнулась, Оксаночка? - услышала я до боли родной голос и убедилась в том, что это не сон. Голос Тихонова прервал звенящую тишину. Но на этот раз он звучал грубо и с огромной ненавистью. Я закрыла глаза и помахала головой. Открыла. Нет, не кажется. Я испугано смотрела на парня, который держал в руках нож. - Вижу, что пришла в себя, сотрудник лаборатории "Ингрид" - в руках у парня оказался мой рабочий пропуск с фотографией. Теперь все стало на свои места. Я поняла его негодование и неприязнь ко мне. - Мммм... - хотела что-то сказать я. - Оксан, слушать тебя у меня нет никакого желание, веришь? - расстроенным голосом произнес Иван. Похоже он сам далеко не в восторге от случившегося. Я замолчала. На глазах заблестели слезы. Нет, мне не было обидно за себя. И даже не боялась смерти. Я вдруг отчетливо ощутила, какую боль испытывает Ваня и слезы мимо вольно покатились вниз. - Плачешь? Ты разве умеешь плакать. - парень прикурил сигарету, - Эх, Амелина. Ну почему все так? Что же мне так с бабами не везет. Сначала Вика, теперь ты. - Тихонов подошел и провел лезвием по ноге девушке. Холод окотил ее и мурашки прошли по всему телу. - Ты думаешь я тебя сейчас убью? Неееет...такие как ты не заслуживают быстрой смерти. - ненавистный взгляд Тихонова испепелил мне душу. - Ты будешь долго страдать. И начнем мы пожалуй, с тела. - после этих слов Тихонов потянулся к моей куртки и она полетела вниз. Такие же манипуляции продолжались со всеми вещами, пока я не осталась в одном нижнем белье. - Дай угадаю, вчера у нас с тобой ничего не было, правда ведь, шлюшка? - кипя ненавистью спрашивал шатен, прекрасно понимая, что я не отвечу. - Ну мы сейчас догоним все. Ты же любишь грубо - я запротестовала, - любишь...Такие суки как ты любят силу и любят слушаться. Тихонов снял с меня трусы и грубо вошел в меня, без предварительных ласк. Я зойкнула и ручей слез полился с глаз. Он долбил меня грубо. Каждое движение доставляло невыносимую боль. Я протяжно стонала. Было больно физически, но еще пущую боль представляла душевная рана. Да, не так я представляла себе первый секс...