Прекрасная Рихунна

Чунмён дочитал последнюю страницу договора и задумчиво потёр подбородок. Пригубил апельсинового сока, который для него любезно купил сидевший напротив Сехун, и подмигнул напряжённо нахмурившейся Ча Ён. — Ну, что я могу сказать, — наконец, заговорил Ким. — Вам начать с плюсов или с минусов? — Чунмён, я твоего приезда из Пусана ждал не для того, чтобы ты мне сейчас мозги пудрил! — зашипел О. — Говори внятно и по делу. И без всяких загадок! — Ладно-ладно! — Парень миролюбиво поднял руки и откинулся на спинку стула. — Всё же начну с плюсов, их куда больше. Например, ты, Сехун, сразу после подписания контракта получишь кучу плюшек — станешь лицом косметической компании, моделью брендового мужского белья, регулярно будешь светиться в телевизоре и на модных показах различных кутюрье. — Я буду рекламировать трусы?! — воскликнул О, тут же зажав рот ладонью. — А теперь о минусах, — сурово сведя брови, продолжил Ким. — Ты будешь полностью подчиняться некому Пак Чанёлю. Его решение — твой закон. Скажет, допустим, ехать в Китай, и ты поедешь. Скажет, рекламировать презервативы, и ты станешь! Он даже может в порнушке заставить сняться, и ты не посмеешь ему отказать. — Хватит озвучивать свои грязные фантазии! Я уверен, что Чанёль на такое не способен! — О-о-о! — передразнил Чунмён, одним глотком допив сок. — Ещё скажи, что ты не знаешь, в каких монстров превращают деньги людей. Так что подумай хорошенько, готов ли ты вручить свою судьбу на ближайшие пять лет в руки этого человека. А сейчас я пойду. Мне ещё надо с родителями повидаться, а в пять вечера у меня автобус в Пусан. Попрощавшись с парнем и поблагодарив за помощь, Сехун и Ча Ён направились к автомобилю Кёнсу, припаркованному в соседнем дворе. О то и дело косился на подругу и увиденное ему совсем не нравилось. Мало того, что Чон за последний час не проронила ни слова, так ещё и глаза опасно блестели, словно стоит хлопнуть в ладоши и она разрыдается, по-детски размазывая слёзы по щекам. — Что-то не так? — не выдержав, спросил Сехун. Ча Ён пожала плечами, но попытка уйти от ответа с треском провалилась. О схватил её за рукав куртки и притянул к себе. Положил ладони на плечи, крепко сжал и заглянул в искривлённое в преддверии истерики лицо. — Я жду честного ответа, — проникновенно заявил парень. — Ты согласишься, да? Сехун несколько мгновений неотрывно смотрел в глаза напротив, после чего тяжело вздохнул и опустил руки. Теперь уже Ча Ён пристально следила за каждым его движением и, кажется, даже не дышала. — А почему я должен отказаться? Это мой шанс на безбедное и яркое будущее. Только представь — весь мир будет у моих ног! — Ага, и все девушки в твоей постели, — криво улыбнулась Чон. — Сехун, но ведь Ким прав — вдруг Чанёль не настолько хороший человек, чтобы ты ему доверял? — Пока не проверю — не узнаю. Девушка лишь покачала головой и крепко прижалась к другу, обхватив его руками и уткнувшись носом в плечо. Постояла так несколько мгновений, словно заряжаясь чужим теплом, и медленно отпрянула. — Жаль, что ты так и не сможешь закончить универ и мы будем редко видеться. Но я всё равно желаю тебе счастья и поддержу любой твой выбор! — Спасибо, — искренне улыбнулся Сехун. — И не думай, что я забыл про своё обещание найти тебе парня. Вот сначала найду, а потом в модельный бизнес подамся! — Конечно, только попробуй этого не сделать! — рассмеялась Ча Ён, хотя больше всего на свете хотелось расплакаться.

***

Рихунна искренне считала, что симпатия Тао сошла на нет, ведь в последнее время ведущий не подходил к ней, только косился обиженно и скорбно, словно побитая собачонка. И от того удивительнее было столкнуться с ним на кухне поздней ночью, куда брюнетка спустилась для небольшого перекуса. Стоило ей залезть с головой в холодильник в попытках найти что-нибудь вкусненькое, как горячая ладонь коснулась обнажённого бедра, вызвав нездоровые мурашки и тонкий писк. — Кто здесь?! — взвизгнула Ри, выставив перед собой палку колбасы словно меч. — Это я, любовь моя! — растерялся Хуан. — Увидел, как мелькнул в коридоре твой силуэт и не удержался, чтобы не пойти следом! Девушка лишь закатила глаза и покрепче запахнула короткий шёлковый халатик, впопыхах накинутый на плечи. Тао, к слову, тоже не был обременён одеждой — обнажённая накачанная грудь с редкой порослью тёмных волос невольно притягивала взгляд. Как и торчавшая из-под резинки серых домашних штанов полоска трусов. — Что ты здесь забыл? Съёмки давно окончены! — зашипела Рихунна, не опуская колбасу и махая ей перед носом Тао. — Любимая, я затеял в доме ремонт, так что до окончания проекта буду жить в комнате на первом этаже. Хочешь, покажу, где она находится? — Отвали, извращенец! — Милая, ты даже не знаешь на что я способен, — смущённо хихикнул Хуан и неожиданно подался вперёд, ловя губами кончик салями и принявшись нежно его посасывать. Рихунна так и зависла с искривлённым в ужасе ртом. Правда, когда Тао, высунув широкий розовый язык, прошёлся по всей длине, она истошно завизжала и, отбросив колбасу куда-то под стол, метнулась прочь из кухни. — И всё равно ты будешь моей, малышка! — крикнув вслед свою коронную фразу, пригрозил Хуан. О не помнила, как добежала до второго этажа и хлопнула дверью спальни. Дыша загнанно, словно дикий зверь за которым устроили охоту, она привалилась к стене и закрыла глаза. Почему Тао так откровенно лизал колбасу? Вдруг, он узнал, что Рихунна — мальчик? Ох, блять, это что ж теперь будет! — Может, хватит уже по этажам бегать? Ночь на дворе! — недовольно раздалось с одной из кроватей. Брюнетка лишь чертыхнулась. Из головы совсем вылетело, что сегодня она не одна в комнате. Да Хэ как всегда была на съёмках, а вот Соён, пропадавшая где-то накануне, сегодня спокойно лежала в своей кроватке. — Тебя забыла спросить! — экспрессивно выдала Рихунна, запершись в ванной комнате. Прекрасно понимая, что легко заснуть не удастся, она потянулась за таблетками Нам, которые те иногда выпивала перед сном. «Лёгкое снотворное», как называла его модель, было отправлено под язык. Ещё пять минут ушло на то, чтобы стереть с лица остатки макияжа и умыться. Вытерев ладони полотенцем и несколько минут повтыкав на своё помятое отражение, Рихунна вернулась в спальню и завалилась под одеяло. Покрутившись немного и приняв наиболее удобную позу, она закрыла глаза и вскоре уснула, дыша размеренно и глубоко.

***

На следующий день съёмки должны были начаться чуть позже обычного, поэтому Рихунна дала себе возможность понежиться подольше и не вскакивать спозаранку. Когда она всё же соизволила открыть глаза, в комнате никого не было, а с первого этажа доносился привычный гул женских голосов. Сейчас, когда финал был уже не за горами, конкуренция стала более явной. Девушки всё так же улыбались в камеру, но она их больше не стесняла в движениях. Поэтому, не теряясь, они и ругались друг с другом под объективом, и дрались. А почему нет? Так и эфирного времени можно побольше отхватить. А если жертвой прикинешься, то больше зрительских голосов получишь. Единственными, кто не участвовал в этом балагане, были Да Хэ, которой некому и нечего было доказывать, и сама Рихунна. Как-то не комильфо было бить девчонок, да и оставался страх, что в порыве чувств парик слетит с головы или грудь из декольте вывалится. Чутьё подсказывало О, что риск себя не оправдывает. А тут ещё и Чиа, которая бегала хвостиком за брюнеткой, как-то отдалилась от публичных выяснений отношений. Рихунна подсознательно ждала от блондинки подвоха, но та смотрела на неё преданно и влюблённо. И ни через неделю, ни через две не устроила никаких подстав. Вот и О расслабилась, перестав себя контролировать ежесекундно. Позевав и от души потянувшись, брюнетка наконец сползла с кровати и направилась в душ. Этот короткий отрезок времени, когда можно было избавиться от всего искуственного в её образе, она ценила на вес золота. Потому и мылась три раза на дню, вызывая лишь недоумение своей болезненной чистоплотностью. Закрывшись на замок, Рихунна с удовольствием стянула парик и бросила на кафельный пол халатик. Следом полетели ненавистные стринги и жалкое подобие женской груди. Шагнув в душевую кабину и включив тёплую воду, О потянулся к мятному гелю и выдавил в ладонь целую пригоршню бледно-зелёной жидкости. И затем, игнорируя губку, принялся размазывать её по плечам и груди. Когда ладони коснулись живота, он неловко замер, не веря своим глазам. Сердце начало стучать, словно сумасшедшее, а ноги подкосились, разъехавшись на мокром полу. Вывалившись из кабины и всё-таки растянувшись, Сехун с трудом поднялся и подскочил к зеркалу. Видение не исчезло, продолжая сверкать размашистой надписью, сделанной синим маркером. Услышав стук в дверь, О ахнул и попятился к стене. — Опарыш, я знаю, что ты там. Открывай немедленно, нет у меня времени с тобой нянчиться! — Кёнсу! — с облегчением воскликнул Сехун, щёлкнув задвижкой. Увидев обнажённого парня, До слегка растерялся, но опустив взгляд на плоский живот, побледнел и схватился за сердце: — Как же ты так умудрился, козёл ты горный!

***

Через полчаса позорная надпись «Здесь была Соён» слегка померкла, но так и не исчезла окончательно. Кёнсу выбросил в мусорное ведро очередной ватный диск, пропитанный лосьоном, и устало вытер пот со лба: — Она ещё не предъявляла тебе условий? — Нет пока, — шмыгнул носом О. — И как ты умудрился так вляпаться? — Сам не знаю. Не дави… До похлопал парня по плечу и в задумчивости покусал пухлые губы: — Думаю, надо сообщить обо всём Чондэ. Он у нас не дурак, придумает что-нибудь! — А может лучше Чанёлю? Сехун сразу прикусил язык, стоило ему увидеть нахмурившегося Кёнсу. Коротышка недовольно покачал головой и набычился, явно мысленно прикидывая, куда лучше двинуть О. — Значит, мои опасения оправдались и ты что-то там мутишь с Паком, да? Много он тебе уже лапши на уши навешал? Горы золотые обещает, верно? — А что, если так? Побежишь Киму жаловаться? — фыркнул Сехун. — Для начала попытаюсь вправить твои тупые мозги! Посмотри, пожалуйста, на Да Хэ. Думаешь, что Пак не предлагал ей заключить договор? Как бы не так! Предложения от него поступают ежемесячно и куда более выгодные, чем тебе, но Нам на них никогда не согласится. Да, Чондэ платит меньше и не даёт так много возможностей, зато не имеет связей с криминальным миром, как Чанёль. Ты знаешь, что делают его модели помимо хождения по подиуму? Рассказать? — Мне неин… — Например, занимаются проституцией. Знаешь, среди криминальных авторитетов Азии есть очень много любителей юных мальчишеских попок. А ещё выступают на закрытых показах, где танцуют стриптиз, а после участвуют в различных оргиях. Мало кто выдерживает такую жизнь. Большинство садятся на наркоту или спиваются. Некоторые подхватывают СПИД и гепатит. Да, у них куча денег. Да, они известны по всему миру. Но однажды, очень скоро, всё это заканчивается. Гораздо быстрее, чем ты можешь себе представить. Такой жизни ты для себя хочешь? — Чанёль не может так поступать! — упрямо, но гораздо менее уверенно, заявил Сехун. — А ты заключи договор, проверь. Только помни, что подпись, которую ты в нём поставишь, станет твоим последним самостоятельным выбором! — А что ты мне предлагаешь? Заключить договор с Чондэ? Всю жизнь изображать Рихунну, шляясь по показам в бабских платьях? — Ким — нормальный мужик. Если его хорошенько обработать, он заключит договор не с Рихунной, а с О Сехуном. И ты получишь почти то же самое, что при контракте с Чанёлем, только в чуть меньших объёмах и без налёта криминальности. — Но… Пак ведь знает, что я парень. — Что?! — Казалось, глаза До не могут стать ещё больше, а сейчас они и вовсе норовили вылететь из орбит. — Тогда ты очень крупно попал, Сехун!

***

Соён объявилась ближе к вечеру, за час до начала съёмок. Молча бросила на кровать Рихунны пухлый конверт и уселась в кресло, ловко подпиливая ногти ядовито-розовой пилочкой. — Не хочешь заглянуть? — видя, что брюнетка не спешит предпринимать какие-либо действия, поторопила синеволосая. — У тебя красивый член, Рихунна. Так стоял, прямо как настоящий! В какой клинике пришивала? О равнодушно перевернула страницу журнала и углубилась в чтение статьи о правильном питании. Тогда Соён раздражённо подсела к ней и сама распотрошила содержимое конверта, показательно подсовывая под нос фотографии обнажённой Рихунны, из-под халатика которой торчал возбуждённый член. Щёки слегка заалели, когда О понял, что его в сонном состоянии посмели приласкать, но он продолжал сохранять невозмутимость, помня о плане, придуманном Кёнсу. — И что будешь делать дальше? — наконец, отложив журнал, спокойно улыбнулась брюнетка. — Например, пойду к Чондэ и расскажу, что ты не девка, а мужик! — Пф, он знает об этом с самого начала! — Тогда пойду к Паку и… — Не поверишь, и он в курсе, — уже откровенно смеялась Рихунна. — Что? — Соён задохнулась от возмущения и смяла в руках несколько фотографий. — Отлично устроился, да?! Тогда я всё расскажу зрителям! Пусть знают, что ты водил их всё время за нос и прикидывался тем, кем не являешься на самом деле! — Да, пожалуйста! Можешь хоть сейчас обратиться! К слову, я и сам собирался это сделать, — перестав гримасничать, О заговорил обычным мужским голосом. — Да, я парень, который отчаянно хочет стать моделью, поэтому пошёл на этот шаг и прикинулся девушкой. Я не гонюсь за победой, просто мечтаю побыть тем, кем не смог стать в своём привычном обличии. И если люди будут меня ненавидеть… Что ж, значит я это заслужил. Но и тебя они не полюбят, Соён-а! А знаешь почему? Ты не забыла, что эта комната напичкана камерами? И твой ночной налёт на меня со всеми этими пощупываниями и попытками возбудить, а затем фотографированием, выставляет тебя далеко не в лучшем свете… Кроме того, в школе ты тоже не отличалась хорошим поведением. И все те оргии и скандалы, в которых ты участвовала, я могу осветить в прессе. Как думаешь, на чьей стороне будут зрители? Ты выбрала противника, который тебе не по зубам, девочка. Сехун блефовал — не было у него никаких доказательств разгульного прошлого Соён, но глядя на её вытянувшуюся физиономию, он врал всё увереннее с каждым словом. — Сука! Какая же ты сука! — заорала синеволосая, раскидав в приступе бешенства все снимки. — Клянусь, если я вылечу с проекта, то ты сдохнешь! Я не пожалею денег, я найму киллеров, чтобы они выпустили тебе мозги! — Не думаю, что Ким Чондэ и Пак Чанёлю это понравится, — вновь манерно заговорила Рихунна. — Да ебала я их! Поверь, у меня и на них денег хватит! Возомнили себя модными богами и не дают пробиться на свет таким дарованиям, как я! А тупые зрители ведутся только на таких шлюх, как ты и Да Хэ! Я вас всех ненавижу, будьте вы прокляты! Услышав аплодисменты, Соён резко обернулась и изумлённо замерла — дверь ванной была открыта настежь, а на её пороге стоял усмехающийся Кёнсу с зажатым в руке диктофоном. — Потрясающий монолог! — похвалил её До. — Я прямо сейчас выкладываю это в сеть, чтобы и наши спонсоры, и зрители, и Да Хэ узнали, что ты о них думаешь! А за угрозу жизни, шантаж и домогательство ещё и приличный срок светит… — Ты не посмеешь! — Ещё как посмею! На твоей карьере будет поставлен жирный крест! Соён зависла, медленно осознавая, чем это грозит. Лихорадочно тёрла виски, дрожала и нервно кусала губы. А затем подняла на Кёнсу больной взгляд и прищурилась: — И ты всё знаешь, да? — Знаю. Это рекламный ход такой — взять в команду парня в образе девушки. И поверь, пиар-менеджеры придумали такую историю, что Рихунна и О Сехун выиграют в любом случае, а твоя карьера окончательно разрушится. Но… я готов предложить тебе компромисс. — Какой? — шмыгнула носом синеволосая. — Ты добровольно уходишь из проекта и забываешь о существовании О Рихунны. А я в свою очередь помогу тебе сделать профессиональное портфолио и покажу его паре своих друзей. Дальнейшая карьера в твоих руках. Сможешь пробиться — поздравлю. Нет — так нет. Но если ты посмеешь хоть кому-то рассказать о Рихунне, клянусь, твоя карьера будет разрушена до основания и тебя даже уборщицей ни в одну забегаловку не возьмут. — Скотины, — жалобно расхохоталась Соён. — Ладно, игра в любом случае стоила свеч. Ведь мне не светил выход в финал, не так ли? Решительно вытащив из-под кровати чемодан, синеволосая принялась скидывать в него вещи. Кёнсу незаметно подмигнул до сих пор молчавшей Рихунне и, словно невзначай, заметил: — Соён-а, дружеский совет на будущее: никогда не считай себя самой умной, потому что обязательно найдётся человек умнее тебя. — В дешёвой философии не нуждаюсь! — огрызнулась девушка. — Мне опять включить диктофон? — Да пошли вы! Нервно собрав вещи, Соён выскочила из комнаты, от души хлопнув дверью, и лишь тогда Сехун расслабился, осознав, что всё позади.