Прекрасная Рихунна

Финальная фотосессия Рихунны получила название «Жидкое золото». И если бы брюнетка не была настолько погружена в собственные душевные терзания, то несомненно оценила бы антураж, в который её поместил именитый фотограф, получивший от Чондэ приличную сумму за молчание об истинной половой принадлежности модели. Рихунна сидела спиной к камере, закутавшись по пояс в шёлковое золотистое покрывало, а на её лопатках золотой краской были нарисованы лёгкие линии с вкраплениями страз, прекрасно сочетающиеся с бледной кожей. Длинные тёмные волосы были небрежно заброшены на плечо, обнажая чуть кривую линию позвоночника. Фотограф прыгал вокруг неё, раздавая отрывочные команды вроде «поверни голову» или «опусти ресницы», а Чондэ с Кёнсу молча стояли в стороне и хмурились, недовольные деревянностью модели. — Чего это с ней? — хмыкнул Ким, покусывая нижнюю губу. — Влюбилась, — со знанием дела развёл руками стилист. Когда пришло время снимать Рихунну крупным планом, До с готовностью подскочил к ней с кисточкой в руках и аккуратно поправил чуть смазавшуюся золотую слезинку на правой щеке. Ещё раз растушевал тени в уголках глаз, мазнул губы бесцветным блеском и не удержался от комплимента: — Ты отлично выглядишь! Брюнетка словно ожила и благодарно улыбнулась. Крепко прижав струящуюся ткань к искусственной груди и обнажив линию плеч, она пленительно взглянула в камеру — так, что фотограф поперхнулся слюной и закашлялся. Длинные пальцы коснулись тем временем острых ключиц и так и замерли во впадинке, чтобы оказаться увековеченными в очередном кадре. — Это было круто, правда! — возбуждённо лепетал Кёнсу, помогая Рихунне смыть грим. — Спорим, что у фотографа был стояк! — Ха-ха! Очень смешно, — надула губы брюнетка. — Это, знаешь ли, сомнительный комплимент! — Наоборот, нужно радоваться, что в любом облике можешь возбуждать! — Лучше скажи, как ты, в своём облике, смог возбудить саму Да Хэ! — выпалив это, Ри тут же прикусила язык, опасаясь, что коротышка обидится. — Она такая же женщина, как и остальные. А к ним подход нужен, — задумчиво улыбнулся Кёнсу, и его лицо словно разгладилось. — Вот ты, опарыш конченый, упускаешь свою женщину! Опомнись, пока не поздно! Сехун зашипел, моментально преображаясь из томной модели во взбешённого парня. У него и так голова болела который день, стоило вспомнить о тайных чувствах Ча Ён, а тут ещё и Кёнсу посыпал солью свежую рану. Ну, каков наглец, а? Услышав скрип двери, парни одновременно обернулись и узрели невозмутимого Пак Чанёля, подпирающего плечом косяк. Окинув тяжёлым взглядом Кёнсу, он приоткрыл пошире дверь, и стилист, вспыхнув, гордо задрал нос и покинул гримёрку. Рихунна же нервно заёрзала, принявшись чесать гребнем роскошную гриву и мысленно готовясь к непростому разговору со спонсором. Краем глаза проследив траекторию движения мужчины, брюнетка невольно сжалась, когда он расслабленно опустился в соседнее кресло. — Прекрасная фотосессия. Жаль, что я не смог на ней присутствовать лично, — задумчиво произнёс Чанёль, не отводя взгляда от стушевавшейся модели. — Завтра финал. Ты уже принял решение? Карие глаза впервые смотрели на Пака столь цепко и оценивающе, и именно это заставило мужчину напрячься. Он ожидал, что О тут же обрадовано кивнёт и согласится на все его условия, но тот медлил, явно продолжая что-то взвешивать и сомневаясь. Дожать? — Почему ты молчишь? — усмехнулся Чанёль, отстранённо разглядывая перстень на безымянном пальце. — Я предложил тебе мало денег? Сехун устало опустил ресницы и покачал головой. Все эти дни на него велись неоднократные массированные атаки. Чондэ, Кёнсу и Да Хэ — каждый из них считал своим долгом доказать истинную сущность Пака. Они подкидывали ему статьи из журналов, в которых говорилось о самоубийствах известных моделей. Показывали снимки с пьяных оргий, которыми неизменно заканчивались модные показы. А накануне и вовсе зашли слишком далеко. Вначале Кёнсу продемонстрировал ему несколько фотографий безумно красивого парня, являющегося пару лет назад главной звездой модельного агентства Пака, а затем усадил к ноутбуку и открыл скайп. Сехун вздрогнул, когда увидел на экране не молодого здорового человека, а исхудавшего лысеющего парня с тёмными кругами под глазами. Они проговорили больше получаса — Лью рассказал, как он попал в модельный бизнес, как познакомился с Чанёлем и заключил договор. И о том, что с ним после этого стало. О понимал — всё это не грим. У парня действительно был ВИЧ, и он проходил лечение в наркологической клинике. Ему оставалось от силы лет восемь, если он, конечно, не умрёт раньше от передозировки или банальной простуды. От былого величия и красоты Лью не осталось и следа. И Сехун не хотел становиться таким же. Поэтому сразу после разговора, они втроём поехали в дешёвый кабак на окраине Сеула, завсегдатаи которого ни за что бы не признали в пришедшей в компании двух парней молоденькой ненакрашенной девушке популярную модель Нам Да Хэ. И пока Кёнсу бегал за новой порцией соджу, девушка гладила Сехуна по коротким волосам и устало улыбалась, обещая, что всё будет хорошо. — Простите, но я вынужден вам отказать, — спокойно ответил О, крепко сжав в пальцах деревянный гребень. — Что? Я не расслышал! — И во вкрадчивом тоне было столько скрытой угрозы, что спина парня невольно покрылась мурашками. — Боюсь, я слишком хорош для вашего агентства, — с трудом подобрал он ответ. — Ты, видимо, что-то путаешь, мальчик, — подавшись вперёд, прошипел Чанёль. — Кто дал тебе право решать за меня, кто хорош, а кто нет? — Вы услышали моё решение. Более мне нечего сказать, — поднявшись, отрезал Сехун. Пак внимательно посмотрел на него и неожиданно хрипло рассмеялся, запрокинув голову, выставив на обозрение острый кадык. Он долго хохотал, а потом вальяжно поднялся и приблизился к Рихунне. Подцепил пальцами подбородок, повертел побледневшее лицо из стороны в сторону и поцокал языком: — Смотри, не пожалей, Рихунночка! Ведь ты же не хочешь, чтобы народная любовь сменилась народным гневом?

***

Вечер был встречен в одиночестве и темноте. Рихунна стояла у окна своей комнаты, смотрела во двор, где стафф уже начинал собирать аппаратуру, и до крови кусала непокрытые блеском губы. Как же быстро летело время — вроде совсем недавно они заехали в этот дом большой шумной компанией, а сейчас их осталось всего четверо, нервных, злых и мучающихся бессонницей в преддверии финала. Завтра — последний день, когда всё решится. Система голосования пересмотрена в угоду зрителям, гостям разослали приглашения, платье аккуратно висит в шкафу. Только Рихунна ещё не готова — возвращаться к привычной жизни, прощаться с каблуками и париками, как бы странно и смешно это не звучало. Сехун отвык от реального мира, и в глубине души таился страх. Кто же он на самом деле? Сехун или Рихунна? И единственный человек, который мог бы помочь ему разобраться и прийти в себя, позорно сбежал из его жизни, ничего толком не объяснив. Сейчас, когда первые эмоции улеглись и вернулась способность трезво мыслить, Сехун смог найти в себе силы воскресить в голове образ Ча Ён. Посмотреть на неё не как на подругу, а как на молодую девушку. Симпатичная? Вполне. Весёлая, заботливая, понимающая. Просто идеал. Но Сехун даже мысленно не мог её поцеловать или представить их двоих в одной кровати. Ему казалось, что этим он порочит светлый образ Чон, которую он считал своей младшей сестрёнкой, невинной и неприкосновенной. Всё было сложно. И это хорошо, что Ча Ён не было рядом. Возможно, когда они увидятся в следующий раз, Сехун уже придумает, как себя вести, что говорить и делать. Встреться они сейчас, и он бы походил на имбецила, не способного и двух слов связать. Всё же Чон всегда была настоящим другом и безошибочно могла угадать, когда лучше уйти и оставить его в покое. А ещё не давали покоя размышления о Чанёле. Кёнсу убеждал, что Пак блефует и ни за какие коврижки не раскроет правду об истинном происхождении О Рихунны. Сехуна это мало успокаивало, червячок сомнения подтачивал его изнутри и идея стать моделью уже не казалась такой же классной, как прежде. От дурных мыслей вновь разболелась голова, а бокал вина, зажатый в пальцах, оказался как нельзя кстати. Самый лучший выход — это надраться до чёртиков и заснуть до утра. А уж потом пусть Кёнсу думает, как избавить модель от запаха перегара и мешков под глазами. Услышав стук в дверь, Рихунна изумлённо замерла — кого могло принести в столь поздний час? — Войдите! Увидев заглянувшую в комнату Чиа, брюнетка расслабилась и приветливо помахала рукой. — Да Хэ нет? — Она на съёмках. — Это хорошо. — Девушка бесшумно зашла в помещение и осмотрелась. — А ты чего без света сидишь? — Включи… — Не надо. Так даже лучше! Чиа добралась на ощупь до кровати подруги и присела на самом краю. Расправила складки платья, поправила волосы и нервно сложила ладони на коленях. Почуяв неладное, Рихунна подошла к низкому столику и взяла в руки полупустую бутылку. К Чиа она вернулась с бокалом и молча его протянула, предлагая выпить. — Волнуешься? — сделав глоток, спросила блондинка. — Куда же без этого, — рассмеялась О. — Ты не переживай! Я уверена, что одно из призовых мест будет твоим. — Знаешь, я пришла, чтобы извиниться. — За что? Рихунна изумлённо разглядывала едва заметный в темноте профиль Чиа. Казавшиеся смазанными черты лица хмурились, выдавая волнение девушки, и странная тревога передалась и брюнетке. Что такого сделала эта девушка, раз сейчас того и гляди разревётся? — Я начала общаться с тобой из корыстных целей! Тебя чаще других показывали в выпусках, поэтому я решила, что если стану твоей подругой, то стану больше мелькать на экране. Я очень хочу стать популярной. Прости меня, Ри! Чиа подняла на подругу заплаканные глаза, а хрупкая ладошка стиснула чужую — широкую и горячую. Рихунна лишь покачала головой и улыбнулась кончиками губ: — Хорошо, что ты нашла в себе силы в этом признаться. Я уже поняла, что здесь не может быть друзей. — Но я не хочу быть фальшивой! И всё равно ей становлюсь! — Тогда зачем ты пошла в модельный бизнес, где всё построено на лжи и предательстве? Блондинка надолго замолчала, собираясь с мыслями, а затем заговорила, совсем тихо, так, что Рихунне пришлось прислушиваться к каждому слову: — Потому что я с самого детства листала мамины красочные журналы, ходила на показы мод и мечтала быть такой же красивой куколкой в блестящем платье, на которую все смотрят и восхищаются. Знаешь, моя мама была помешана на моде и красоте. Она постоянно что-то себе подтягивала и подкачивала, тратила бешеные деньги на наряды от кутюрье. А когда они с отцом развелись, денег стало гораздо меньше. Маме приспичило сделать ещё одну подтяжку, что-то пошло не так и всё её лицо перекосилось. Она наглоталась таблеток с горя, её едва откачали. Сейчас она живёт в пригороде Лос-Анджелеса, почти не выходит из дома и не берёт трубку, когда я ей звоню. А я всего лишь хочу, чтобы она увидела меня по телевизору и улыбнулась, так же, как смотрела на других девушек десять лет назад. Я хочу, чтобы она мной гордилась. Чтобы не стеснялась себя. Неожиданно голос Чиа сорвался и она расплакалась, беспомощно размазывая слёзы по щекам. Отставив в сторону бокал, Рихунна села рядом с ней и прижала к груди, нежно гладя по волосам и убаюкивая. Всё же какие порой неожиданности устраивает судьба. Ты навешиваешь на человека ярлыки исходя из первого впечатления, начинаешь ненавидеть его, раздражаться, злиться. А стоит только заглянуть внутрь, в глубину, туда, где прячется хрупкое сердце, и невольно задерживаешь дыхание от вида старых ран и свежих шрамов. У каждого человека своя трагедия. Кто-то прячет её от остальных, другие делятся с каждым встречным. У всех свои решения проблем. Но все сломаны — были, есть и будут. Потому что в жизни нельзя иначе. Она бьёт, ломает, крушит. Кто-то оправится и вновь гордо распрямит спину. Кто-то останется лежать на самом дне. И личное дело каждого, подать руку в знак помощи или пройти мимо. Потому что рано или поздно все окажутся на этом месте. — Тшш, не плачь, — шептала Рихунна, вытирая подушечками пальцев влажные щёки. — Твоя мама непременно будет тобой гордиться! — Думаешь? — Я уверена в этом. Чиа согласно кивнула и затихла, изредка шмыгая носом. А Сехун неожиданно подумал, что и его Ча Ён, быть может, сейчас сидит в темноте и безутешно плачет. Глупая влюблённая Ча Ён. Кто ей поможет, кто поддержит и успокоит? И угораздило же её влюбиться в такого говнюка, как О Сехун. Хотя… это было ожидаемо, ведь перед ним никто не устоит! Дождавшись, когда всхлипывания прекратятся окончательно, а содержимое бокала плавно перекочует в желудок разомлевшей Чиа, Рихунна решила избавляться от балласта. Оставив хихикающую подругу в одиночестве, брюнетка выглянула в коридор и узрела спину Тао, намеревающегося свернуть за угол. — Хуанчик! Резко затормозив, китаец обернулся и его смуглое лицо озарила счастливая улыбка. Не прошло и двух секунд, как Рихунну уже прижимали к стене и жарко водили носом по покрывшейся мурашками шее. — Тихо ты, озабоченный, — пищала О, комкая в пальчиках белоснежную рубашку Тао. — Как же ты пахнешь! М-м-м, — вздыхал Хуан, плавно опуская ладони на узкие бёдра. — Дорогой, ты такой ненасытный! — хищно лязгнув зубами, прошипела Рихунна и оттолкнула парня на пару шагов назад. — Поможешь довести Чиа до её комнаты? — Она наклюкалась? — выгнул бровь китаец. — У неё был повод! — И какой же? — В тебя влюбилась и теперь страдает. — Кто? Чиа? — Тао недоверчиво хмыкнул и почесал подбородок. — Ри, хватит шутить… — Я серьёзна! Милый Тао, я опечалена тем, что не могу ответить на твои чувства взаимностью. Но, быть может, ты дашь шанс Чиа? Она хорошая девушка и очень подходит к твоему мужественному образу! — заливала Рихунна, параллельно разминая напряжённые плечи поклонника. — Рядом со мной ты выглядишь так себе, а вот с ней — настоящим героем, диким гепардом, готовым к прыжку! Ах, Тао, вы стали бы великолепной парой! — Хватит пудрить мне мозги, дорогуша, — взбрыкнул китаец. — Доведу я твою подруженьку до кроватки, но в моём сердце есть только ты. Запомни! Раздосадованная провальностью казавшейся гениальной аферы, Рихунна впустила Тао в комнату и даже помогла водрузить полусонную Чиа ему на шею. Провожая их до двери, невольно приревновала — Хуан и вправду смотрелся шикарно рядом с хрупкой легковесной блондиночкой. Эх, будь О девкой, точно бы захомутал китайца. Да что там хомутать — Тао и так готов сидеть у ног и с жадностью ловить каждое слово красавицы. — Будьте осторожнее! — крикнула Ри им в спину и поспешно захлопнула дверь. Не хватало ещё, чтобы после проводов Чиа, Тао припёрся к ней в гости. Этот нахал уже не видел границ и готов был зажать брюнетку в каждом углу. Так и до разоблачения недалеко! Приняв душ и переодевшись в пижамку, Рихунна взбила подушку и улеглась под тёплое одеяло. Помазала руки кремом, собрала волосы в хвост и покосилась на лежащий на тумбочке мобильник. Пятиминутные сомнения привели к тому, что аппарат лёг в ладонь, обжигая кожу приятным холодом. Набрав номер Ча Ён, О поднёс трубку к уху и вслушался в длинные гудки, каждый раз подавляя желание сбросить вызов и отключить телефон. Он мужик или не мужик, в конце концов?! — Да, — тихо раздалось в трубке, когда Сехун уже перестал надеяться на ответ. — Ча Ён-а, привет, — как можно беззаботнее поздоровалась Рихунна, памятуя о камерах в комнате. — Привет, Ри. — Как дела? Почему уехала, не попрощавшись? Чон тяжело вздохнула, явно сомневаясь с ответом: — Возникли сложности, и мама попросила меня приехать. Твоим родителям я сказала, что ты задержишься в Пусане на пару дней. — Э-э-э, спасибо. Разговор не клеился от слова совсем. Это раньше Сехун не задумываясь находил темы для разговоров, смешил подругу, доводя до истерики. А сейчас его словно подменили. Он по-прежнему мог поговорить на любую тему, вот только мозг анализировал каждый вздох Ча Ён, каждое слово, ломая голову над дилеммой «любит или всё-таки нет». Почему-то мысль спросить об этом напрямую даже не рождалась в голове — всё же это был не телефонный разговор. — У тебя точно всё хорошо? — не унималась брюнетка, щёлкая крышечкой крема. — Просто прекрасно. Ты бы спать шла, завтра финал. — Ты… это… придёшь? Ответ задержался ровно на три секунды, но Рихунне это время показалось вечностью, за которую она успела поседеть, упасть в обморок, заработать инфаркт и вновь ожить от короткого: «Обязательно».