Приговоренный

"Он вернулся." Мысли вихрем кружились в голове Стайлза. Некоторые казались ему странными, некоторые же невероятно правильными. Первых было больше. "Думает, что я по нему скучал." Под ногтями кровь. Она присохла к одежде. Одежда - слишком громкое слово для тех лохмотьев, что висели на Стилински. Старые кеды превратились в нечто отдалённо смахивающее на обувь. Запёкшаяся кровь и мокрая земля, образуя кашу грязи, полностью покрыла новенькие джинсы. Кровь добавляла некий оттенок красного к его блеклому, потрёпанному стилю, прекрасно сочетаясь с цветом глаз. "Я и Он теперь одно целое. Он даёт мне силу. Я даю ему еду. Я даю ему цель. Думаю, это не моя кровь." Оглянувшись по сторонам, Стайлз прищурился. Что-то виднелось вдалеке. Чьё-то тело. Присмотревшись, он различил фигуру затаившейся девушки, которая словно прикидывалась мёртвой. Но её пульс зашкаливал, что сразу перечёркивало мысль о её смерти. А вот плечо было вывихнуто. Наверняка, придя в себя, она почувствует сильную боль. Да и с коленом дела обстояли не лучше: разодрано, словно кто-то с длинными и острыми когтями очень крепко схватил её за ногу. Стилински был уверен, что кровь на его руках и под ногтями, принадлежала не ему. Но воспоминания, которые могли бы это подтвердить, исчезали, растворялись в сознании как в тумане. Всё казалось сном. "Мог ли я видеть сон?" - спросил себя Стайлз, и тут же услышал изнутри ответ, на этот бредовый вопрос: "Все видят сны". Устало протерев глаза грязными руками, Стилински не нашёл лучшей идеи, чем ущипнуть себя. Надежда была мельче песчинки, так что, когда ничего не изменилось после этой манипуляции, парень не особо удивился. - Не каждому дано запоминать сновидения, - вслух пробурчал подросток когда-то услышанную фразу. "Я помню, - внутренний зверёк тут же оповестил своего хозяина и добавил, с ноткой издёвки: - Только это был не сон". Боль в висках заставила Стилински упасть на колени. Прямиком в грязь, но это уже было не важно. Вместе с незванной болью вернулись и воспоминания. - Помню всё, до мельчайших деталей. Как сидел у себя в комнате. Как позже выпрыгнул через окно. Выпрыгнул и выжил. Круто, да? - снова вслух пробормотал парень, а услышав ответ своего не в меру осведомлённого эго, мигом заткнулся. "Нет." Стайлз вспомнил, что было дальше. Он бежал, наверное, со скоростью света. Никто не был способен его остановить. Ветер гудел в ушах. На пути ему попадались люди, но парень не придавал им особого значения. Поначалу. Потом жуткий голод обжёг изнутри. А вместе с ним и страх. Он боялся дышать. Боялся, что не выдержит давления и сорвётся, а шериф - и отец, по совместительству - будет потом искать маньяка, который зверски убил пару-тройку людей. И Стайлзу придётся ему в этом помогать, придётся обманывать его. Нет. Такого он не хотел. Стайлз вспомнил, что финишем в его маршруте стал лес. Он вспомнил, что сознание иногда к нему возвращалось. Он вспомнил, что в те моменты, когда был в себе, слышал голоса. Он слышал крики. Они словно заползли под кору головного мозга и высасывали жизнь. Почему он до сих пор жив? Слишком сложно перебороть зверя. Почему его мозг всё ещё функционирует? Голоса делают это? Они заставляли парня кричать, отчаянно выть, задыхаясь от боли и шума в голове. Девушка. Стилински помнил её голос. Такой молодой и звонкий. Необычайно мелодичный, как для крика. Очевидно, она была очень красивой. И она хотела помочь, она хотела быть частью чего-то хорошего. Только вот Стайлз был насквозь пропитан тьмой и из-за этого не мог ей доверять. Она осела внутри него и не хотела отпускать. Он не мог спасти себя, но мог спасти её. Стайл Стилински, вернее, то, чем он тогда был, ранил девушку. Да, ранил, но не убил. Она отстала от него, а значит, причинять ей больше вреда не было смысла. И тогда он увидел проблеск света во мраке. Он увидел глаза, голубые и до ужаса холодные. В области груди что-то кольнуло и сердце начало оттаивать, а тьма отступать. - Стайлз, это Дерек… - оборотень с голубыми глазами стоял на коленях. Чуть поодаль стоял подросток, он держал на руках девушку. Кажется, она была без сознания. Рыжие волосы развевались на ветру, а рядом стояла лиса. Кицунэ. О да, он слышал её запах. Её сияние. Это сбивало, заставляло отключить разум и включить инстинкты. Волк и лиса не должны быть вместе. - Стайлз? - Дерек уже в который раз отчаянно пытался достучаться до сознания Стилински. Сердце отбивало чечётку. Ещё никогда ему не было так сложно. В это полнолуние он чувствовал куда большую ответственность, чем обычно. Стайлз стал волком. Это Хейл виновен, что подросток наделал столько ошибок. Питер предупреждал, что пока не будет убит человек, Стайлз не сможет полностью переродиться. Он будет бродить в поисках жертвы. Такая у них инициация. Такова их суть. По-другому и быть не может. Кто-то должен умереть. Или умирает человек, или умирает волк. - Стайлз, что ты наделал? - Скотт старался перекричать бушующий ветер. - Лидия почти мертва! Грим завороженно уставился на тело девушки. Странно, он не слышал биения её сердца. Чёрный волк навострил уши. Её сердце билось. Очень слабо. Она умирала? Её лицо начало мелькать у него перед глазами, вызывая множество воспоминаний. Вот, она открывает двери с бокалом пунша. Тут она застыла, не в силах поверить в то, что Мередит - их единственной знакомой банши - больше нет. Здесь, она бежит за ним, просит остановиться. В следующую секунду он бросается на неё, пытаясь убить. Когда его зубы разорвали её кожу, она посмотрела на него так, будто не верила, что он это сделает. С удивлением. Недоумением. Значит, теперь она умрёт? Кровь, ничем не сдерживаемая, потекла по коже и закапала на землю. Грим затряс головой, отчаянно пытаясь выкинуть навязчивые мысли. Голос в его голове становился всё громче. "Я хочу остановиться. Хочу, чтобы мне помогли. Помогите, пока я ещё не убил её". - Стайлз, я рядом. Я смогу помочь, - голос Дерека раздался звонким гулом в голове парня. Неизвестно, что именно заставило зверя уйти. То ли воспоминание о Лидии, то ли голос Дерека. Но он ушёл. Оставив за собой кровавый след. Младший Хейл успел как раз вовремя подхватить Стайлза-человека, прежде чем тот закончил трансформацию. Он снова человек. Значит, кто-то мёртв. Тихий шёпот Стайлза заставил всё живое и неживое замереть, желая услышать сказанное. - Лидия. Одно слово, произнесённое в ночной тишине на опушке леса, было началом и концом всего. И тогда банши закричала.