Как приручить аристократа

- Нашла! – радостно воскликнула я, достав помятый обрывок пергамента со дна одного из чемоданов. - Фух, наконец-то. Замучаешься тут в твоих вещах рыться, - сказала Грейн. - Ты ещё не видела, сколько всего с собой из дома взяла Дафна, - произнесла я, разворачивая пергамент и бегло его просматривая. Это признание в любви к Нотту я написала ещё в прошлом году, но у меня духа не хватило отдать его Теодору. И хорошо. Сейчас эти строки показались мне такими детскими и наивными, что смотреть было тошно. - Что ты собираешься с этим делать? – поинтересовалась Фоули. – Сжечь? - Нет, я не смогу, - мотнула я головой. – Я собираюсь спрятать это признание там, где его никто никогда не найдёт. Трейси и Тео встречались уже целых две недели. Дафна всё это время ходила мрачнее тучи, а я поставила перед собой цель – во что бы то ни стало разлюбить Нотта. Звучит, конечно, глупо, но так действительно будет для меня лучше. Я просто пытаюсь не думать о Теодоре, но когда он неожиданно появляется в моём поле зрения, сердце начинает биться предательски громко и быстро. Учёба, как и в прошлом году, даётся мне пока довольно легко, но когда нам дают объёмные задания на дом, мне приходится жертвовать часами сна и засиживаться в гостиной допоздна. Впрочем, так было всегда. В течение нескольких дней я бродила по Хогвартсу с этим признанием в любви в кармане, думая, куда же его деть. Уничтожить обрывок пергамента у меня рука не поднималась. «Я люблю тебя, Тео…» Как же глупо. За пару дней я уже несколько раз обошла весь замок, но подходящего места для того, чтобы спрятать признание, не нашла. Я ходила взад-вперёд по восьмому этажу, думая, что же теперь делать с пергаментом, если его некуда деть, когда вдруг заметила кое-что необычное. Вернее, очень странное – только что в месте, где была сплошная стена, возникла странная двустворчатая дверь. Причём возникла постепенно, прямо на моих глазах. Естественно, я тут же почувствовала непреодолимое желание узнать, что за этой новой дверью скрывается. Как говорится, любопытство – не порок, хотя, надо признать, именно благодаря этому качеству я частенько наживала приключения на пятую точку. Створки двери медленно распахнулись, и, как только я вошла вовнутрь помещения, закрылись за мной. Я в изумлении огляделась. Комната, в которой я оказалась, была огромной по размерам и забитой под завязку всякой всячиной. Груды всевозможного хлама доставали до самого потолка, образуя некий лабиринт. Тут можно было найти самые разные и неожиданные предметы: от разбитой чашки до красивых ювелирных изделий. Ну и ну! Сколько же всего можно тут отыскать… или спрятать. Только сейчас до меня наконец-то дошло, что это помещение – просто идеальное место для того, чтобы избавиться от пергамента с признанием. Осталось только найти подходящее местечко. Я бродила среди каких-то бутылок, старых учебников и обломков непонятных предметов и остановилась у большого тёмного шкафа необычной формы. Тут я услышала звук открывающейся двери и чьи-то уверенные шаги. Не зная, что делать, я так и осталась стоять на месте, а шаги только приближались. Спустя секунд десять из-за ближайшей груды хлама показался никто иной, как Драко Малфой собственной персоной. Увидев меня, парень замер – он явно не ожидал встретить тут кого-нибудь. - Как ты здесь оказалась, Гринграсс? – спросил он, воззрившись на меня с удивлением. - Вошла через дверь, - честно ответила я, гадая, что привело сюда «слизеринского принца». - Зачем? Что ты здесь забыла? – он произнёс всё это довольно резко, и мне это не понравилось. - Не твоё дело, - отрезала я, скрестив руки на груди. Удивление во взгляде Драко сменилось яростью и страхом. - Спрашиваю ещё раз, Гринграсс: что ты тут делаешь? – блондин неожиданно нацелил на меня свою волшебную палочку. - Какой у тебя интерес к этому шкафу? О чём это он? Я оглянулась и удивлённо посмотрела на странный шкаф у себя за спиной. Малфой, похоже, понял, что сболтнул лишнее, и тихо выругался. - Как я уже сказала, это не твоё дело. Но я сегодня добрая, так что если ты прекратишь мне угрожать, я, так и быть, отвечу тебе, - сказала я. Помедлив мгновение, Драко опустил палочку. - Я хочу здесь кое-что спрятать, - наконец, поведала я, - и никакие шкафы меня не интересуют. С минуту Малфой смотрел на меня своими светло-серыми глазами, наверное, пытаясь обнаружить признаки того, что я вру. Я спокойно выдержала этот взгляд. - Что именно ты хочешь спрятать? – поинтересовался блондин. Я занервничала – знать о моих чувствах к Теодору этому хорьку уж точно было ни к чему. Я крепко сжала признание в любви в руке, и это не укрылось от внимательного взгляда Драко. - Не твоё дело, - в очередной раз повторила я. Малфой не отрывал взгляда от скомканного листа в моей ладони, а когда я попятилась, он усмехнулся, видимо, поняв, что попал в цель. - Что это у тебя в руке? – «слизеринский принц» шагнул ко мне и попытался выхватить обрывок пергамента. Я сопротивлялась. Силы были явно не равны, и поэтому схватка вышла короткой – не прошло и полминуты, а Малфой уже победно размахивал вещью, которой я так дорожила. - Отдай сейчас же! – выкрикнула я, нацелив на Драко свою палочку. - Иммобулюс! – опередил меня блондин. Я не успела среагировать и оказалась обездвиженной. Мне оставалось только буравить шестикурсника ненавидящим взглядом, пока он разворачивал пергамент. - Так-так, похоже, малышке Тори есть, что скрывать, - издевательски протянул Малфой. «Малышке Тори»? Прибить его мало. Вообще, терпеть не могу, когда моё имя коверкают. Если «Асти» ещё стерпеть можно, то «Тори» - явно перебор. Звучит, как кличка собаки. Дочитав признание до конца, Драко расхохотался. - Нотт? Серьёзно? – выдавил он сквозь смех. Затем слизеринец, наконец, вернул мне способность двигаться. Я чуть не плакала от обиды. Нет, всё-таки надо было сжечь это дурацкое признание. Теперь Тео обо всём узнает, и я скорее умру на месте, чем покажусь сегодня в общей слизеринской гостиной. Ну почему мне так не повезло? Слёзы всё же закапали из глаз, и я чувствовала себя просто раздавленной. - Эй, Гринграсс, что это с тобой? – с самодовольной усмешкой на лице поинтересовался Малфой. - Я тебя ненавижу, - сказала я, отворачиваясь. - Расслабься, я не стану говорить что-либо Теодору, - вдруг заявил Драко. - Но только при одном условии. Я быстро вытерла предательские слёзы тыльной стороной ладони и недоверчиво посмотрела на блондина. - Ты никому не скажешь о том, что я был здесь. Если я узнаю, что ты хоть кому-нибудь проговорилась, твой маленький секрет будет известен всем. И Нотту в первую очередь, - произнёс Малфой. - Хорошо, - быстро сказала я. - Я буду молчать. - Вот и славно. А теперь иди отсюда, и никому не рассказывай об этой комнате. Драко вернул мне пергамент, и я тут же разорвала злополучное признание на кусочки. Затем на ватных ногах я направилась к выходу из комнаты, чудом не заблудившись в лабиринте из всяческих предметов.

***

С того момента, как я побывала в странной комнате, прошёл почти что месяц. Всё это время я старалась избегать Малфоя, да и он особо не стремился со мной пересекаться. О моей влюблённости в Нотта никто не знал, так что Драко, похоже, действительно молчал. Я в свою очередь никому не рассказала ни о странной комнате, ни о том, что встретила там «слизеринского принца», хотя порой так и хотелось поведать обо всём Игрейн. Но, в конце концов, я – не моя болтливая сестрица и умею держать рот на замке. Но природное любопытство не давало мне покоя. Я часто думала о том, что всё случившееся было крайне подозрительным. Было очевидно, что Малфой что-то замышляет, и для этого ему нужен тот самый странный шкаф. Что мне, в сущности, известно о Драко? Его отец – Пожиратель Смерти, который в данный момент сидит в Азкабане. Может, шестикурсник хочет устроить Люциусу побег? Нет, слишком бредовая идея. Но больше на ум ничего не приходило. Из-за большого объёма домашней работы я часто засиживалась в гостиной после отбоя и замечала, что Малфой возвращается в спальню позже всех – иногда даже после «комендантского часа», хотя, насколько мне известно, Филч блондина пока не ловил. В последнее время у меня плохо обстояли дела с Трансфигурацией, вернее, с выполнением заданий на дом по ней. Был конец октября, приближался Хэллоуин, и я немного разленилась. На самом деле, я просто второй раз подряд не сделала домашнюю работу, и профессор Макгонагалл рассердилась. - Мисс Гринграсс, у вас есть все данные, чтобы добиться гораздо большего в моём предмете, - произнесла Минерва, сурово сдвинув брови. - Но вам не хватает старания. Приходите ко мне завтра вместо похода в Хогсмид. Были выходные перед Хэллоуином, и мне ох как не хотелось отбывать наказание у Макгонагалл вместо того, чтобы сидеть в «Трёх мётлах» с друзьями и наслаждаться сливочным пивом. Но делать не было нечего, и на следующий день, проводив Патрицию, Алексис и Игрейн тоскливым взглядом, я, понурившись, направилась к кабинету Трансфигурации. Постучавшись, я, не дожидаясь ответа, открыла дверь и переступила порог. В классе декана Гриффиндора не оказалось, но зато там, к моему удивлению, сидел Малфой. - Профессора Макгонагалл нет? – осторожно спросила я, уже жалея о том, что не осталась стоять у дверей кабинета. - Она отошла и сказала, что скоро вернётся, - ответил Драко, отрывая взгляд от свитка пергамента, лежавшего перед ним. Судя по всему, «слизеринский принц» пребывал в крайне мрачном расположении духа – похоже, он сейчас тоже предпочёл бы находиться не здесь, а в Хогсмиде. - А. Хорошо, - пройдя мимо учительского стола, на котором лежал журнал «Трасфигурация сегодня», я, немного помедлив, уселась за блондином – в конце концов, лучше видеть затылок Малфоя, чем его физиономию. К сожалению, Драко повернулся ко мне. - Что, Гринграсс, пришла исправлять отметки? – ехидно поинтересовался он. - Я два раза подряд не сдала домашнее задание, - призналась я. - Я тоже, - задумчиво произнёс Малфой. И только я успела порадоваться, что он не стал говорить о Теодоре, как блондин усмехнулся и спросил: - А как твои дела с Ноттом? - Никак, - буркнула я, выкладывая из сумки учебник Трансфигурации. – И вообще, какая тебе разница? - Никакой, просто мне нравится портить тебе настроение, - признался Малфой. Ответить я не успела, потому что в этот момент в кабинет вошла Макгонагалл, и я, пожалуй, впервые в жизни обрадовалась её появлению. Целый час мы с Малфоем поочерёдно устно сдавали профессору темы, по которым мы не сделали домашнее задание, и за это время я даже приобрела кое-какие знания касательно Трансфигурации на шестом курсе. Затем Минерва переключилась на письменную часть, и несделанную домашнюю работу пришлось писать под пристальным взором преподавательницы. Драко управился раньше меня и, не без глумления пожелав мне удачи, покинул кабинет. Когда я сдала профессору задание, на улице уже стемнело. Я спустилась в подземелья и вернулась в слизеринскую гостиную. Там сидел Драко, несколько ребят с первого и второго курсов и вернувшиеся из Хогсмида Алексис Портрейт и Патриция Трэверс. Я села на диван рядом с однокурсницами. Алексис и Патриция были лучшими подругами и их характеры были очень схожи, в отличие от внешностей – Алекс была смуглой кареглазой брюнеткой с короткой стрижкой, а Пат являлась обладательницей очень бледной кожи, светло-рыжих вьющихся волос и болотно-зелёных глаз. - Представляешь, «Зонко» закрыли, - сообщила Трэверс, вздохнув, - Мы посидели в «Трёх мётлах», зашли в «Сладкое королевство»… -… и вернулись, потому что больше там делать нечего, - закончила Портрейт. Мы сидели в гостиной и болтали, когда вдруг дверь резко распахнулась и вошла крайне взбудораженная Паркинсон. Её лицо раскраснелось – видимо, она намеревалась сообщить очередную сплетню. Пэнси всегда любила вынюхивать чужие тайны и оглашать их во всеуслышание. - Слыхали новость? Только что в Хогсмиде прокляли с помощью какого-то ожерелья одну гриффиндорку! – как-то слишком радостно сообщила Паркинсон. - Кэти Белл сейчас на попечении мадам Помфри, но я слышала, что её хотят отправить в больницу Святого Мунго. Мой взгляд в этот момент упал на Малфоя, и я с удивлением отметила, что он изменился в лице. Резко поднявшись с места, «слизеринский принц» вышел из гостиной, провожаемый недоумённым взглядом Пэнси. Что это с ним? Расстроился из-за этой Белл? Во мне разгорелось любопытство, и, недолго думая, я покинула гостиную вслед за Драко. - Куда ты? – спросила Пат. - Я оставила у Макгонагалл учебник, - соврала я. Малфой уже был на другом конце коридора и, дождавшись, когда он скроется за поворотом, я поспешила следом. Я думала, что он, наверное, опять направится в ту странную исчезающую комнату со скоплением старых предметов, но он не пошёл на восьмой этаж, а, к моему разочарованию, зашёл в мужской туалет на седьмом. Каким-то чудом мне удавалось всё это время быть незамеченной – Драко не особо смотрел по сторонам. Я решила дождаться, когда Малфой выйдет из туалета и стала ходить взад-вперёд по коридору, чтобы в случае чего сделать вид, что я просто шла мимо. Наконец, дверь открылась, и оттуда показался Драко. И выглядел он так, будто бы только что давился рыданиями – его глаза были опухшими от слёз, а обычно бледная кожа лица раскраснелась. Это зрелище меня, признаться, шокировало. Завидев меня, Малфой остановился. Ясное дело – быть застуканным в таком виде явно не входило в его планы, и я, развернувшись, просто поспешила уйти, чувствуя себя так, будто бы я проникла во что-то глубоко личное. Несмотря на то, что Драко мне особо не нравится, я буду последней свиньей, если кому-нибудь расскажу о том, что видела его заплаканным, так что я мысленно пообещала себе держать язык за зубами. И всё-таки, поведение Малфоя в самом деле было очень странным... Я уже не могла отвязаться от желания во что бы то ни стало выяснить, что скрывает блондин.