Исцеление любовью

Хогвартс

      Аппетита не возникало, и я решила выпить Успокаивающего зелья. Фиолетовая жидкость на вкус оказалась сладкой, а на языке я ощутила мелкие склизкие частицы. «Фу, — поморщилась я, закрыв крышку на колбе. — Должно быть, так мерзко из-за слизи флоббер-червя». Когда я готовила зелье на уроке, не возникало мысли о его вкусе. Перед сном я понадеялась на то, что бессонница никогда не вернётся.       Сонливость быстро навалилась, глаза стали слипаться, и все тревоги отошли на второй план. Кажется, я заснула прежде, чем голова коснулась подушки. Спала крепко, как сурок.       Утром я почувствовала прилив свежих сил и прекрасное настроение. Из груди вырвался вздох облегчения: «Наконец-то выспалась!» Увидев время на настенных часах, я засуетилась, испугавшись, что могу опоздать на завтрак. По-быстрому совершив утренние процедуры, я привела волосы в порядок.       «Напишу письмо тёте Кеби, — решила я, надевая школьную форму. — Расскажу о том, что со мной произошло». Мне захотелось узнать, как у неё дела, чем она занимается и знает ли об опасности, исходящей от Каина. «Может быть, она даст мудрый совет», — подумала я. Давно надо было отправить письмо, но раньше было не до того и из-за загруженности учёбой. Но наконец-то наступила суббота, и у меня появилось много свободного времени.       Исход следующего нападения мог оказаться смертельным. Стоило подумать об этом, как я вновь ощутила страх, что придётся покинуть Хогвартс навсегда. Но я не могла представить жизнь без близких друзей. Мне очень хотелось остаться в волшебной школе и стать достойной волшебницей. Теплилась надежда, что директор сможет как-то защитить меня от Каина.       «Может быть, и не придётся покидать школу», — подумала я с мимолетной улыбкой. Пусть занятий не было, всё же надо было взять что-то с собой: самозаправляющееся перо, листки пергамента, учебник по трансфигурации. После завтрака я планировала пойти в библиотеку писать доклад. «Может быть, друзья составят мне компанию, — подумала я, повесив школьную сумку через плечо. — Надеюсь, они не будут против».       Две подружки ушли, когда я спала. Видимо, они специально встали пораньше, настолько им не хотелось контактировать со мной. Было бы прекрасно жить отдельно от них, потому что я не была уверена, что когда-нибудь смогу забыть их дурные поступки. Оскорбления и предательство нелегко выкинуть из памяти, и каждый раз встречая людей, причинивших боль, я чувствовала незаживающую рану. Если бы знала заранее, что они поступят так некрасиво, никогда бы не стала общаться с ними!       Когда я вышла в гостиную, то застала там Альбуса и Скорпиуса. Они сидели на кожаном диване изумрудного цвета и заливались от хохота. «Вот это да!» — удивилась я. В памяти до сих пор звучали неприятные слова Скорпиуса об Альбусе. «Видимо, Скорпи пересмотрел своё мнение насчёт него», — решила я и не смогла не удержаться от довольной улыбки. Как же здорово, что мальчики подружились!       — Доброе утро, ребята! — произнесла я бодро.       — Мэрит, и тебе доброго утречка! — воскликнул Скорпиус, слегка улыбнувшись.       — Доброе утро! — произнес Альбус радостно.       — Над чем так угорали? — поинтересовалась я, разглядывая их довольные лица.       — Это было стихотворение. Я его сам придумал, — ответил мой друг, встав с дивана. — Расскажу по пути в Большой зал.       Мы быстро вышли из нашей гостиной и отправились завтракать.       Я посмотрела на Альбуса в ожидании. «Интересно, — подумала я. — Что же он придумал?»       Друг с выражением рассказал весёлую и поучительную историю о том, как один глупенький медведь захотел летать, как птичка, чтобы мёд скорее достать. На его удачу, он встретил лесную фею, но та попросила не воровать. Тот мишка согласился, да схитрил —хотел сладость получить. Но ему это не удалось — трудолюбивые пчёлки жестоко покусали медведя, и он лишился своих чар.       Скорпиус и я не смогли удержаться от смеха. Это было так мило, нелепо, и, главное, нас позабавило смешное выражение лица нашего друга и его неуклюжие взмахи руками — так он изобразил летающего медведя.       — Это было круто! — призналась я, отдышавшись.       — Верно, — улыбнувшись, кивнул Скорпиус.       Внимательно посмотрев на меня, он поинтересовался:       — Вот что хотел спросить, Мэрит: почему тебя не было на ужине?       — Ты в порядке? — обеспокоился Альбус.       — Всё хорошо, — объяснила я с улыбкой. — Мне хотелось выспаться. Ребята, а что вы собираетесь делать после завтрака?       — Хм, — задумался Скорпиус. — Я был бы не против сходить в Выручай-комнату.       — Да, — ответил Альбус. — Было бы неплохо.       — А в библиотеку не хотите пойти? — спросила я в надежде, что они согласятся. — Сделаем вместе уроки.       — Не, — протянул Скорпиус, поморщившись. — Сперва хотелось бы отдохнуть. Если честно, учёба встала поперёк горла за последнюю неделю.       — Ты прав, — кивнул Альбус и, улыбнувшись, спросил. — Мэрит, почему бы тебе не передумать?       — Вы разрываете меня на части, — тяжело вздохнув, ответила я. — Понимаете, я уже настроилась на одно. Так уж привыкла.       Скорпиус покачал головой.       — Пора бы отвлечься, — сказал он. — Вместе отдохнём, а потом дружно пойдём делать уроки.       Я задумалась. С раннего возраста меня учили — сначала сделай дело, потом получишь пряник. Однако провести время с друзьями хотелось сильнее. Когда-то мои прежние друзья ждали от меня того же — положительного ответа, но в отличие от них Альбус и Скорпиус оказались хорошими друзьями. Я полюбила их, потому что они меня понимали и поддерживали.       — Ну, что же, — вздохнула я и улыбнулась. — Уговорили!       — Ура! — воскликнул Альбус.       Мы пришли в Большой зал и, отыскав свободные места за столом нашего факультета, принялись завтракать. Вскоре прилетели пернатые почтальоны.       В Хогвартсе я ещё ни разу не получала писем от родственников. «Почему тётя Кеби больше мне не пишет? — удивлялась я. — Или она не знает, где находится Хогвартс?» Я знала её слишком мало, чтобы понимать причину её бездействия, и поэтому надеялась, что она ещё проявит ко мне внимание. А об отце совсем не хотелось вспоминать, ведь он бросил меня. От него было бы глупо ждать писем, но временами я спрашивала себя — «Неужели он и в самом деле меня позабыл?» В глубине души я желала, чтобы отец вернулся ко мне, и тогда я бы простила его, потому что до сих пор испытывала к нему тёплые чувства.       С белой завистью смотрела, как Скорпиус довольно заулыбался, разглядывая полученное письмо. Альбус тоже не остался без посылки из дома. Впервые поймала себя на мысли, что мне нравится улыбка моего друга. Она была такая светлая, искренняя, что и мне тоже захотелось улыбнуться. Но в тоже время мне стало неловко от того, что долго разглядываю его лицо, и я поспешила отвернуться. Вдруг бы кто-нибудь из любопытных заметил!       Наевшись досыта, я ждала, когда мои друзья закончат завтракать. Совсем рядом сидела группа семикурсников. Я уловила краем уха рассказ Мэттью о предстоящем факультативе. Из его речи стало ясно, что он рискнул поговорить с преподавателем защиты от тёмных искусств.       — Должно быть, будет что-то стоящее? — полюбопытствовал один из его товарищей.       — Вероятно, — пожал плечами наш староста и добавил. — Он намекнул, что откроет нам глаза на многие вещи.       «Уж не обо мне и моём отце пойдёт речь?» — испуганно подумала я. В это мгновение около моей тарелки упал белый конверт. К сожалению, адрес не был указан, и я была заинтригована. «Прочту в укромном месте», — решила я, убрав загадочное письмо в сумку.

***

Хогвартс

      Я и мои друзья стояли у входа в Большой зал. Альбус хотел подождать свою кузину, и, как только заметил её в толпе, громко позвал:       — Роза! Иди сюда!       Рыжеволосая девочка подошла к нам. Я заметила её болезненный вид — бледное лицо, круги под глазами.       — Привет, — прохрипела она и кашлянула, прикрыв рот ладонью. — Кажется, я совсем разболелась.       — Ну, вот, — огорчился Альбус. — А я хотел позвать тебя в Выручай-комнату.       — Да, — протянул Скорпиус, смотря на Розу с сочувствием. — Печально. Зря ты вчера вечером не пошла в больничное крыло, как я советовал.       — Ну, — пожала Роза плечами. — Я не думала, что за ночь станет хуже. Тем более, я сосала согревающие леденцы.       — Что же ты, Роза, — огорчилась я из-за её непредусмотрительности. — Надо было сходить к мадам Помфри. Она бы дала тебе более действенное лекарство. Сходи к ней сейчас. Ты знаешь куда идти?       — Да, — ответила Роза и снова кашлянула. — Пожалуй, пойду.       — Выздоравливай, — пожелала я от всей души.       Мальчики тоже присоединились с пожеланиями. Было жаль, что наша подруга не сможет повеселиться вместе с нами.       — Спасибо, — грустно улыбнулась она и вздохнула. — Эх, как бы мне хотелось пойти с вами!       — Скоро пойдешь, — сказал Скорпиус ободряюще. — Мадам Помфри быстро поставит тебя на ноги.       Роза улыбнулась и отправилась в больничное крыло.       — Пойдёмте в Выручай-комнату, — сказал Альбус. — Время не ждёт.       Очутившись на восьмом этаже, Скорпиус поинтересовался:       — Значит, эта комната может быть чем угодно?        — Все зависит от наших потребностей, — подчеркнул Альбус. — Обычно наша комната всегда принимала вид той гостиной. Но если бы мы пожелали покушать пирожков, то, вероятно, нашли бы столовую.       — Не терпится увидеть эту гостиную, — произнес Скорпиус с энтузиазмом. — Так ли она хороша, как ты говорил?       — Я уверен, тебе понравится, - заявил Альбус.       Пройдя три круга, мы, наконец, наткнулись на дубовую двустворчатую дверь, которая уже была знакома мне и Альбусу.       — Вот она, — объявил Альбус и открыл дверь.       Зайдя внутрь, Скорпиус не удержался от восхищения:       — Вау! Альбус, ты был прав! Здесь и впрямь уютненько!       Я была рада, что другу понравилось место, которое мы нашли.       — Будешь теперь с нами сюда ходить? — спросила я, усаживаясь на мягкий белый диван.       — Конечно, — согласился Скорпиус, расхаживая по комнате и разглядывая каждую деталь. — В свободное время я буду с вами.       — Здорово! — воскликнул Альбус, вытащил из своей сумки маленькую розовую коробку конфет и положил на круглый деревянный стол, стоявший посреди гостиной. — Угощайтесь. Эти конфеты самые вкусные. Они из белого шоколада, а внутри фундук.       — М-м-м... — довольно протянул Скорпиус, подойдя к столу. — Обожаю белый шоколад!       Я тоже не смогла остаться в стороне, глядя, как мои друзья уплетают сладости. Альбус оказался прав — конфеты буквально таяли во рту. Было очень вкусно.       Через некоторое время Скорпиус поделился с нами новостью, которую узнал из письма матери.       — Мои родители и я уедем из Англии на некоторое время. Придётся оставить Хогвартс. Мама написала, что это в целях безопасности, — печально произнёс он.       — Безопасности? — изумился Альбус. — Но чего вашей семье опасаться?       Я сперва тоже не поняла решения миссис Малфой. От неожиданной новости мне стало грустно, поскольку не хотелось, чтобы друг нас покидал. «Хотя, может быть, это ненадолго», — понадеялась я.       — Ну, понимаете, — объяснил Скорпиус весьма расстроено. — Все из-за Мстителя. Мама объяснила, что некоторые наши друзья пропали. Их не могут найти.       — Ясно, — ответила я, переваривая услышанное. — Кажется, ты рассказывал об этом. Похоже, дело приняло серьёзный оборот. Что же на самом деле с ними происходит? Может, их держат в Азкабане?       Скорпиус пожал плечами, а Альбус высказал своё предположение:       — Думаю, их нет в живых. Если за этим всем стоит Мститель, то его слуги или он сам убили семьи волшебников.       Скорпиус признался с серьёзным видом, глядя на потрескивающее пламя в камине:       — От этой мысли мне страшно. Вдруг и нас поймают?       — Не бойся, Скорпи, — утешила я, заметив в глазах друга страх. — Не нужно думать о плохом. С тобой твоя семья.       Мой друг посмотрел на меня, слабо улыбнулся и произнёс:       — Теперь мы в одной лодке. Тебя тоже коснулась травля. Не понимаю, почему ты всё ещё в Хогвартсе! Тёмный лорд не собирается забрать тебя?       — Как видишь, нет, — ответила я, ощущая душевную боль. — Ему нет до меня дела.       — Надо же, я не предполагал, — удивился Скорпиус. — Мне казалось, что ты общаешься с отцом.       — Общалась, — вздохнула я грустно. — Но до поры до времени.       Альбус задал вопрос:       — А что будет с учёбой? Директор уже знает?       — Буду на домашнем обучении, — ответил Скорпиус и сел на диван. — Миссис Макгонагалл пока ничего не ответила.       — Она должна разрешить, — уверенно ответила я, сев рядом с ним, и посмотрела на него. — От этого зависит твоя судьба!       Скорпиус кивнул и задумался о чём-то.       — А что насчёт меня писала твоя мама? — полюбопытствовала я. — Ваша семья забирает меня с собой?       — Почему-то о тебе речи не шло, — озадачился Скорпиус и уверил, — не волнуйся, я узнаю. Тёмный лорд доверил тебя моей семье, и не думаю, что мы посмеем тебя бросить.       — Ты уже написала тёте письмо? — спросил Ал, подойдя ко мне ближе. Он был чем-то встревожен.       «Может быть, волнуется, что я тоже могу уехать из Хогвартса?» — подумала я и ответила:       — Сегодня собираюсь. Хотелось бы получить от неё поддержку.       — Если что, я тебе помогу, — сказал Альбус. — Попрошу маму. Укроешься в моём доме.       Услышав подобное заявление, я не могла не улыбнуться. Альбус так хотел мне помочь!       — Спасибо. Но, надеюсь, вам не придётся рисковать из-за меня.       Я вспомнила о загадочном письме, вытащила его из сумки и поскорее вскрыла конверт. Внутри оказался будущий номер Ежедневного Пророка. «Что это значит? — не понимала я, поспешно разворачивая газету. — Кто же таинственный отправитель?»       — О! — оживился Скорпиус, разглядывая газету в моих руках. — Свеженький номер. Не думал, что ты читаешь Пророк.       — Да нет же! — возразила я. — Терпеть её не могу! Это мне прислал кто-то неизвестный.       — Так-с, видимо, неспроста, — отметил Альбус, сев рядом, и взглянул на первую полосу. — Ничего себе название: «Пособники зла»!       Прочитав статью, я ощутила накатывающее беспокойство. Теперь мне точно придётся покинуть Хогвартс.