Верни меня к жизни.

Проезжающая по широкой трассе машина ничем не выделялась от других. Казалось бы, обычный автомобиль с молодой парой...Но хоть кто-то догадывался, что истинный владелец машины лежит мертвый в багажнике? Кто-нибудь знал, что на передних сидениях спокойно располагаются два вампира? Наверное, нет. Девушка за рулем громко вдохнула и нажала на газ, когда ее сосед вновь открыл рот. — От того, что ты убьешь Елену и меня, Кол не вернется к жизни. - продолжал нести чепуху Деймон на протяжении всей дороги. — Ему бы этого хотелось. - ровным тоном ответила девушка. — И мне будет намного легче. Деймон обессилено запрокинул голову на спинку сидения. — Смотри, у Елены уже умер брат — единственный ее родственник. Она уже страдает! - парень всё не унимался. Брюнетка усмехнулась. Он действительно думает, что ее заботит какая-то Елена Гилберт? — Ты понимаешь, что ты всю дорогу из кожи вон лезешь, уговаривая меня оставить убийцу Кола Майклсона в покое. Нет, серьезно, представь, что твоя дорогая Елена умерла от рук моего парня. Что бы ты сделал? — Убил бы и его, и тебя. — сжимая зубы, согласился Сальваторе. Ну а что? Это же правда. — Именно. Так что перестань заговаривать мне зубы и просто наслаждайся поездкой. — Отлично, что ты собираешься делать? - вновь заговорил Деймон, когда они проезжали мимо таблички с надписью "Мистик-Фоллс". Сначала я скажу ей, чтобы она впустила меня в свой чертов дом или я вырву тебе сердце. Так что, когда она сделает это, я...всё равно вырву тебе сердце. Потом посмотрю на ее реакцию, немного поиграю с ее чувствами, затем сдеру с нее кожу, а когда она восстановится, подожгу ее, прямо в чертовом доме. — Блинчики с ней печь буду. — в конце концов ответила Саманта. — Я что, похожа на глупых злодеев из фильмов, которые рассказывают свой план? Сальваторе понимающе закивал. Когда машина остановилась возле дома Гилбертов, Саманта поспешила выйти из машины и подбежать к Деймону, прежде чем он успел бы открыть дверь. Вытаскивая парня, та пропыхтела: — Давай, парень, не трать моё время. Поднимаясь по ступенькам, девушка вела Деймона впереди себя, держа его рукой за шею. Тот не мог пошевелится, не свернув себе шею в противном случае. Около двери, вампирша подумала, что лучше обезопасить себя: поэтому внезапно с силой протолкнула свободную руку в тело Деймона, обхватывая бьющееся сердце ладонью. Тот резко замер, недовольно скрипя зубами. — Что ты делаешь? - прошипел тот, стараясь не двигаться. — Заткнись. Саманта сделала небольшой шаг в сторону и, не отпуская сердце и шею Деймона, та приподняла ногу, а затем с силой ударила ею в дверь, которая тут же раскрылась, ударяясь об стену в доме. Пока Деймон что-то злобно шипел, к порогу изнутри подошла та самая Елена Гилберт. Правда, лицо ее не выражало никаких эмоций, она даже не отреагировала на то, что ей только что вышибли входную дверь. Что уж говорить о ее парне, который был на волосок от смерти? — Чего нужно? - лениво спросила Гилберт прислоняясь к стене. — Петрова? - сщурив глаза, Смайт склонила голову на бок. Какого черта? — О чем ты говоришь? - всё так же безразлично говорила Елена. Выглядело так, словно ей вообще плевать на всё. Саманта задумалась на секунду, затем отошла в сторону, ведя за собой стонущего Сальваторе. — Что здесь делает Кэтрин Пирс? - прошептала та ему на ухо. Но вампирский слух девушки в доме, помог ей всё отчетливо расслышать. — Не путай меня с этой стервой. Я — Елена Гилберт. - гордо прикрикнула, скрещивая руки на груди шатенка. — Значит, мы по адресу. - возвращаясь к порогу, ответила вампирша. — Впусти меня или твой парень умрет. - слегка улыбнувшись, проговорила Саманта. Елена лишь усмехнулась. Смайт озадаченно глянула на Деймона, тот тоже шокировано смотрел на Гилберт. — Ты, кажется, не расслышала. Пригласи меня войти, немедленно. - угрожающе, проговаривала каждое слово вновь Саманта. — Ты, кажется, не поняла. Я не приглашу тебя. Можешь убить его. После этих слов девушка пошагала на кухню, чтобы приготовить себе сэндвич. А разъяренная вампирша на пороге, наконец, отпустила сердце Деймона и вытащила руку. — Какого черта? Ребекка солгала мне? - сжимая пальцами шею, шипела та. Деймон неприятно поежился. — Ты что, не видишь? Она отключила свои эмоции. Ей даже не было интересно, кто ты такая. — разъяснял Сальваторе.— Бедняга потеряла единственного родственника. Смайт принялась размышлять о происходящем. Потеряла брата и тут же эмоции выключать? А как чужих парней убивать, так она легко справляется. Ну уж нет, Елена Гилберт не должна так легко умереть. Разворачивая Деймона к себе лицо, Саманта убрала руку от его шеи и принялась поправлять его одежду, словно заботливая сестра: — Значит, твоя возлюбленная лишилась эмоций... Что же ты будешь делать, герой?- задала вопрос парню брюнетка, но вскоре ответила на него сама:— Оу, подожди! Я знаю: ты вернешь ее в нормальное состояние. Деймон открыл в возмущении рот. Он не привык молчать, но вампирша тут же ухватил его за футболку, притягивая к себе: — Именно так ты и поступишь. А затем, когда Елена будет меньше всего этого ожидать, начнут пропадать ее друзья - один за другим, пока дело не дойдет до тебя. Всё это будет означать моё приближение. Скажи ей, что ее смерть не будет быстрой. Я постараюсь растянуть это удовольствие. У меня целая вечность впереди. Затем та отпустила вампира, отряхивая рукава его куртки: — А сейчас иди в дом и принеси мне тело Майклсона. - вежливо попросила девушка. Сальваторе грубо отпрянул от девушки, успев наградить ее злобным, как у хомяка, взглядом и прошел в дом. Стоя у порога, Саманта ждала его. Слышались громкие шаги Деймона,который ходил по дому, топая своими ботинками, а Елена спокойно жевала бутерброд, запивая его чаем. — Мне долго ждать? - прикрикнула спустя время Смайт с улицы. Деймон подошел к порогу изнутри дома: — Здесь нет никакого тела. - слегка удивляясь сказал парень. Глаза девушки широко раскрылись, волнение смешалось со злостью. — Что? - непонимающе выдала та. — Какого черта? Где оно? Где тело Кола?! - выкрикивая, девушка ломанулась вперед от переизбытка эмоций, но невидимая стена перегородила ей дорогу. Она же не была приглашена. — Тебе лучше найти тело,Деймон, иначе я спалю этот дом, а потом займусь вами: мне плевать, есть у вас эмоции или нет. Но Сальваторе даже не успел открыть рта, как с кружкой чая в руке к порогу подошла Елена и остановилась возле Деймона. — Зачем так переживать за тело Кола? Он был занозой в заднице. - Гилберт, казалось, специально выводила горящую от ярости девушку на улице. — Такой раздражающий, вредный и противный... — Елена, закрой рот. - сквозь зубы прошипел Деймон ей на ухо, улыбаясь Саманте. — А что? Он был тебе дорог или что-то вроде того? Мне жаль, но я убила его. - после этих слов, Сальваторе грубо ухватил подругу за локоть и начал уводить ее в сторону, но та успела выкрикнуть: — Хотя нет, мне не жаль. Отведя девушку на кухню, вампир включил воду и злобно начал шептать: — Перестань с ней разговаривать. Да, сейчас тебе всё равно, но когда ты вернешь свои эмоции — ты будешь очень жалеть о сказанном. - когда Елена закатила глаза, Деймон решил, что поучительных речей достаточно: — А теперь серьезно, Елена. Где тело? Не говори мне, что ты избавилась от него. — Если я отвечу, ты отстанешь от меня? - парень промолчал, а Гилберт продолжила: — Элайджа забрал его, ясно? Как только заклинание спало, Клаус получил весточку, что в Новом Орлеане против него замышляется заговор, поэтому уехал, повесив сентиментальности на старшего брата. Незамедлительно Деймон вернулся к порогу, где нервно ходила из стороны в сторону Саманта. Девушка теребила рукава кофты и кусала собственную губу, раздирая ее до крови. — Элайджа забрал тело, Клаус уехал в Новый Орлеан. - коротко и четко объяснил ситуацию Деймон. — И где, черт возьми, Элайджа? - выпалила та. — Откуда мне знать? Возможно в особняке Майклсонов. Получив от старшего Сальваторе адрес о местонахождении особняка, Саманта запрыгнула в машину и молниеносно помчалась по ровной дороге. Она нервничала. Почему? Черт знает. Последний раз она видела Элайджу тогда же, когда и Кола — 200 лет назад. Остановив машину возле огромного, белого особняка, брюнетка сразу поняла — это дом Майклсонов. Никто в этом жалком городишке не мог себе позволить настолько большой дом и, разумеется, никто не смог бы спроектировать настолько красивый архитектурный шедевр. Саманта прошла в широкие входные двери и остановилась. Две лестницы вели вверх, три двери располагалось впереди нее и две — по сторонам. Куда идти? Так и не успев выбрать свой путь, девушка почувствовала что на нее кто-то смотрит. Медленно разворачиваясь, та постучала ботиками по полу. — Здравствуй, Сэм. Давно не виделись. - выдал знакомый голос. Вампирша подняла глаза и обнаружила Элайджу, который стоял на середине одной из лестниц. Он не спускался и не поднимался, просто стоял на середине. — Элайджа, хорошо выглядишь. Прическу сменил? - неуверенно начала та. Старший Майклсон всегда был слишком строгим по отношению к ней. Она не особо любила его компанию. Тот усмехнулся: — Я думаю, ты пришла за телом Кола. Прости, Сэм, но оно должно оставаться в гробу, как и остальные мертвые члены нашей семьи. — голос Элайджи заставлял ее вздрагивать. — Отлично, присмотрите за ним, пока я ищу способ вернуть его к жизни. - кинула девушка, стараясь не выдавать беспокойство внутри себя. Она прошагала к лестнице, но возле первой ступеньки остановилась. Ледяной голос Элайджи вынудил ее замереть. — Сэм... - неожиданно мягким голосом начал тот. — Кола убили: в него вонзили кол из белого дуба, а ты знаешь, он для нас смертелен. Его тело...обезображено. Мне жаль... Саманта покачала головой, не собираясь и на минуту верить словам первородного. — Нет! Я найду способ. Не отговаривай меня, у тебя ничего не выйдет.- она поднялась на две ступени выше, прежде чем Майклсон вновь заговорил: — Я прошу прощения не только за это. - помялся тот. О, боже! Элайджа Майклсон смотрит в пол! Он чувствует смущение или стыд? — Я виноват в том, что вы не были вместе всё это время. Я не ожидал, что всё так обернется. Но сейчас Кол мертв, он не вернется. - спокойно говорил Элайджа. Что не так с этой семьей? Хоть кто-нибудь скорбит по нему? Всем что, плевать? — Что? - чуть улыбнувшись проговорила Смайт. — О чём ты говоришь? — Прости меня, я должен тебе кое-что рассказать.