Том3. Неудачная поза в жизни

      Глаза открылись с трудом. Я лежал на своей кровати и смотрел в потолок. Рядом со мной сидел Корки.       - Ну ты и придурок, - улыбнулся Корки и взъерошил мои непослушные волосы. Наши губы встретились в мимолётном поцелуе. - Твой шкет позвонил мне перепуганный, и я тут же примчался, - проинформировал меня друг. – Совсем загонял себя.       - Так вышло, - произнёс я. – Слишком много проблем опустилось на голову.       - А ты как всегда не додумался никого позвать на помощь, - улыбнулся Корки. – Слушай, может, я перееду к тебе, и мы начнём отношения? – с опаской спросил он.       Я согласился и предложил Корки прилечь рядом со мной.       - Ты только поаккуратнее, не разбуди его, - шепнул мне Корки в ухо, когда я опустил руки к его штанам.       - Кого? – удивился я и оглянулся на другой край кровати. По правую от меня сторону лежало спящее тело чудовища. А я его и не заметил, малец укрылся одеялом почти с головой, и только белые волосы, рассыпанные по подушке, выдавали его присутствие.       - Он волновался за тебя, - сообщил Корки с толикой грусти. – Ты провалялся весь день, и он никуда от тебя не отходил. Теперь вот заснул от усталости.       - Значит, в этот раз нам никто не помешает, - растянулся я в улыбке.       Корки взял чудовище на руки и отнёс в его комнату.       - Здесь нет замков, мы опять рискуем работать на публику бесплатно, - намекает Корки на единственную комнату с замком в доме.       - Ты же знаешь, я не могу зайти в ту комнату, - нервно произношу я, моё сердцебиение учащается, а в глазах нарастает паника.       Корки успокаивает меня поцелуем, и мы вместе накрываемся одеялом. Тело друга пристраивается ко мне сзади. Я лежу на боку и готов к его настойчивой работе.       Наш ритм ускоряется, а я стараюсь дышать и стонать потише, чтобы не разбудить любопытное чудовище в соседней комнате. И вот тот долгожданный пик, которого мы достигали общими усилиями. Я горю от его поцелуев и ласк. Со времён университета Корки поднакопил навыков. Я с грустью раздумываю: со сколькими людьми он оттачивал своё мастерство за эти годы?       Я прямолинеен и спрашиваю об этом Корки:       - Сколько у тебя было партнёров до меня?       Корки приостанавливает свой бег.       - Ты уверен, что это подходящее время для таких разговоров?       Рука Корки опускается к моей стальной палке и начинает её проникновенно гладить подушечками пальцев.       - Да-а-а самое вре-е-емя, - постанываю я от наслаждения.       - Три!       Корки словно сорвался с цепи. Он перевернул меня на живот и начал бешено заколачивать в меня гвозди. Он двигался совсем как… Насильник Крис!       Корки кончил, а я снова в пролёте из-за своих ужасных воспоминаний.       - А сколько было у тебя? – кривит губы Корки. – Ты хоть сосчитать их сможешь за четыре года?       - Ни одного, - я закрываю глаза и отворачиваясь в другую сторону от Корки. Горечь от воспоминаний незаметно провожает меня в царство великого и непродолжительного сна, и я уже не чувствую, как друг крепко прижимает моё тело со спины к себе.       После работы меня снова встречает двенадцатилетний мальчик и вручает мне цветы.       - Да перестань ты уже. Ты ничего мне не должен, - вздыхаю я и сжимаю в своих пальцах дешёвый букетик.       - Извините, - говорит он и убегает.       Каждый месяц он ждет меня с работы и благодарит меня за свою жизнь, а я даже не участвовал в его спасении. И учитывая причину, по которой Рич превысил скорость, частично из-за меня всё это и произошло. От таких мыслей комок в горле встал. Из-за меня Рич попал в аварию. Из-за меня чуть не погиб этот малец Лен и вся его семья.       Этот комок пробьёт только алкоголь. Я взял бутылку хорошего джина и на улице с горла зафигачил ядрёную смесь себе в желудок. Приглушил изжогу соком, который также выпил из пакета.       Заваливаюсь домой, ставлю букет в вазу и чмокаю домохозяйку-Корки, который приготовил ужин.       - Зачем ты так надрался? – спросил мой друг, на что я выпустил изо рта отрыжку и закурил.       - Напоминает неотёсанного свинтуса, - хмыкнуло чудовище, садясь за стол. – И волосы взъерошены, - его рука прошлась по моей шипастой голове.       - Чудо-о-овище, - протянул я одобрительным тоном.       - Мой надзира-а-тель, - спародировал мою интонацию паренёк.       - Мило, - недовольно произнёс Корки и плюхнул тарелки с готовой едой на стол.       После ужина я пошел в спальню. Корки помог мне перебирать непослушными ногами.       Послышался звук бьющегося стекла.       - Ри-ич! – гневно произнёс Корки и, усадив меня на кровать, скрылся в дверном проёме.       Я поднялся на ноги и пошёл в зал вслед за реактивным Корки. На полу лежали осколки от вазы, куда я поставил цветы Лена, а вода залила пол.       - Блядство! – выругалось чудовище. – Корки, уберёшь ведь? Мне надо уроки делать. Корки тяжело вздохнул.       - Эй, свин, подойди сюда, - подозвал я наглого коротышку. Мои пальцы клешнями вцепились ему в ухо.       - Бля, больно! – завизжал поросёнок в моих руках.       - За. Собой. Свой. Свинарник. Убираешь. Ты сам. – Повторил я давно забытую фразу и испытал дежавю. – И ещё за каждый мат ты готовишь нам с Корки ужин, - произнёс я голосом Люцифера с примесью перегара в ухо этого хулигана.       Чудовище оцепенело, Корки с удивлением уставился на меня. Не ожидал он от своего бойфренда такой преподавательской жилки.       - Ты понял меня, чудище? – спросил я.       - Д-да, - сдавлено произнёс парень, терпя боль в ухе.       - Отлично. Приступай, - я подтолкнул этого недоросля к луже на полу. – Тряпка в ванной.       - Иду-у, - недовольно пробубнил парень вполголоса.       Я опирался на косяк. Меня мутило и слабость во всём теле доставляли море неприятных ощущений, но я с удовольствием садиста смотрел, как этот малый убирает за собой беспорядок.       Я не досмотрел действо до конца, потому что провалился в беспамятство и очнулся только в своей постели.       - Совсем плох, - лицо Корки на соседней подушке открыло глаза. Его руки заключили меня в объятья.       И снова я чувствую себя змеёй, пригретой на груди, а Корки наступает на одни и те же грабли.