Лучик света в кромешной тьме.

POV Ичиго Меня вырвало в реальность знакомое ощущение холода. Но знакомым оно было лишь отчасти. Разлепив один глаз, я думал, что все еще сплю. А может так и есть. Так тепло и спокойно лежать рядом с Кенпачи, но почему я вижу его стоящим рядом с окном в странной форме и белом хаори с номером 11 на спине? - Капитан Зараки! Спасибо, что помогли с пустым. – А это еще кто? Странный тип. Но почему он сел на одно колено и склонил голову? – Позвольте узнать, почему вы здесь? Меня отправили присматривать за этим городом. - У меня отпуск. – Сухой голос Кенпачи звучал в моей сонной голове так неестественно. – О том, что я нахожусь в этом доме, никто не должен знать. - Понял. - Если за время твоей службы в этом городе с этим мальчиком или его семьей что-то случится… - Зараки посмотрел через плечо холодным взглядом, отчего я вздрогнул, хоть и не смотрел на него. Я для него действительно так дорог? Столько вопросов. – Я устрою тебе настоящий ад. Свободен. Все-таки я еще сплю. Наверное, виновата температура, что мне такое снится. Нужно еще поспать. И даже если это сон, на душе так тепло от фразы: Защищу во что бы то ни стало. Когда я проснулся, Кенпачи все еще был рядом. Крепко обнимал меня одной рукой, а в другой держал чашку с горячим кофе. Он всегда пьет кофе. На полу играли сестры, а мама читала книгу, сидя в кресле. Где-то в коридоре ворчал отец, жалуясь на то, что дома он пробыл так мало и снова нужно на работу. Пусть мне завтра исполнится восемь, и я многого не понимаю. Но мне сейчас так хорошо, что хочется защитить все это. А для этого нужно стать сильнее. Но не все идет так, как хочется. Почти год Кенпачи появлялся чуть ли не раз в месяц. Но за пару недель до смерти мамы пропал на работе. Тот сон я почти не вспоминал, но мне стало совсем одиноко. Слишком больно было смотреть на сестер, которые стали сами не свои. Еще больнее смотреть на отца, который стал вести себя совсем по-другому. Хотя, его поведение порой вызывало легкую улыбку несмотря ни на что. Я не заметил, как совсем потерялся в себе от потери матери. Чувство, словно это я ее убил, завладевало мной все больше. Почему? Почему меня никто не винит в ее смерти? Почему она умерла рядом с тем местом, где мы с Кенпачи так любили отдыхать? И самого Кенпачи не хватало. Хоть я и понимал, что из-за работы постоянно рядом он быть не сможет. Но из-за этого ощущение одиночества росло в геометрической прогрессии. Тацуки. Зачем ты приходишь? Но хотя бы за это спасибо. Сколько времени прошло? За это время я доходил до школы всего пару раз. Кто-нибудь, помогите! Скажите, что мне делать? - Ичиго, вот ты где! – До боли знакомый голос вырвал меня из той апатии, в которой я пребывал. – Почему ты здесь, а не в школе? Что произошло? - Кен-чан… - Сорвалось с моих губ, и я обернулся, чтобы убедиться, что он действительно рядом. – Это правда ты, Кен-чан? - Ичи, да что с тобой? Конечно, это я. – Мужчина подошел ближе, присел напротив меня и стер с моей щеки слезу. Он явно был взволнован моим состоянием. – Я заходил в школу, но ты почти там не появлялся с середины июля. Почему? - Кен-чан, моя мама… она… - Голос дрожит, а по щекам потекли слезы. Кен-чан правда пришел. Он меня не оставил! – Она умерла 17 июля, защищая меня. Точнее ее убили. Мне так ее не хватает! Мне тебя не хватало! Я думал, что ты меня бросил и забыл. Я понимаю, что у тебя были проблемы на работе, но… но… - Господи… - Я не сразу понял, как меня обняли знакомые крепкие руки и прижали к широкой груди. – Прости меня, Ичи. Если бы я узнал раньше, я бы нашел время, чтобы к тебе прийти. Мне жаль твою маму. Прости, что пришел так поздно и не смог ничем помочь. End POV Ичиго. Ичиго уткнулся Кенпачи в грудь и плакал, выпустив, наконец, все чувства, что в нем скопились со дня смерти матери. Хоть мужчина и не был парню кровным родственником, но сейчас именно в нем он ощущал единственного человека, которому может полностью довериться. А Кенпачи лишь гладил мальчика по голове и молча думал. Он не мог поверить, что та жизнерадостная женщина, что безумно любила свою семью, умерла и оставила их без своей поддержки. Винил себя, что пришел так поздно. Ведь он поклялся, что этот солнечный мальчик больше не будет плакать. Ему не хватало сил винить кого-то еще. Он еще помнил того синигами, который недавно был серьезно ранен. Еще раньше был отозван из Каракуры и переправлен в другой город. - Кен-чан, ты не виноват. – Мужчину из раздумий вырвал дрожащий голос мальчика. И на сердце вдруг сразу стало легко и спокойно. Но мальчик все еще плакал. – Ты же меня не оставишь? - Не оставлю, Ичиго. Ни за что не оставлю. – Кенпачи осел на землю, прижал мальчика к себе покрепче и стал успокаивать. – Ну, все, Ичи, успокойся. Похоже, скоро начнется дождь. - Кенпачи, ты сильный. – Тихо, но уверенно сказал Ичиго. – Рядом с тобой спокойно. И драться умеешь. - Странная логика. – Мужчина слабо улыбнулся. И сразу удивился, заметив серьезный взгляд карих глаз, так несвойственный мальчику, которому только недавно исполнилось девять лет. – Но я очень хочу, чтобы этого было достаточно, чтобы тебя защитить. - Я тоже хочу тебя защищать, Кен-чан! – Воодушевленно и очень по-взрослому воскликнул мальчик. – И тебя, и сестренок. Даже отца, дурака эдакого. Я не хочу вас всех потерять. Тебя, Кен-чан, в особенности. Поэтому, пожалуйста, научи меня драться! Чтобы я тоже мог тебя защитить! Зараки вытер остатки слез с щек мальчика и задумчиво на него посмотрел. Его сила была по большей части получена в огромном количестве драк. И поиск сильного противника для него в какой-то степени означало проверку. Хоть Кенпачи и говорил, что дело в желании подраться, с другой стороны, он хотел проверить, действительно ли его сила чего-то стоит. Действительно ли он сможет кого-то защитить, имея в своих руках такую силу? И тут, словно удар под дых, такая просьба. И от кого? От мальчишки, который жизни-то, по сути, и не видел, но успел попробовать на вкус всю ее горечь. И если бы это был просто мальчишка, то мужчина бы сразу бы отказал. Грубо и с явным намеком на то, что никогда не передумает. Но его попросил Ичиго. Для Кенпачи этот мальчик был тем лучиком солнца, который светил даже в кромешной, совсем непроглядной тьме. Он полностью отличался от Ячиру. Будучи когда-то несмышленой девочкой, она стала для Кенпачи семьей. Но, когда в его жизни появилось это рыжеволосое чудо, Зараки понял, насколько этот мальчик необычен. И мужчина не понимал, почему никто из окружения этого мальчугана этого не замечал. Да и заметит ли когда-нибудь? Зараки не хотел отпускать ту крохотную надежду на то, что хоть кто-нибудь заметит. Пусть не поймет, и тем более не осознает полностью, но заметит. Интуитивно зацепится за это и не оставит это рыжее солнышко наедине с собой. Не позволит пойти по неправильному пути. Капитан 11 отряда впервые понял, что улыбается. Не скалится, а от души улыбается, смотря на то, как мальчик успокаивается. А вместе с ним и сам Кенпачи. Мужчина осмыслил последние пару часов, принял смерть женщины, которую уважал, и, наконец, понял, почему его так тянуло к Ичиго. Трудно было не заметить, кем является отец мальчика. Да и Ишшин, отец Ичиго, явно не подпустил бы Кенпачи к сыну, если бы мужчина что-то затевал против него. Пусть они и пересекались пару раз, и то косвенно, но не почувствовать реацу друг друга могли бы только полные идиоты. Пусть Зараки в этом не особо разбирается, но понять, что семья Ичиго, как и сам мальчик, не такие как все, он вполне может. Как-никак, не будь у него мозгов и чувства самосохранения, он не прожил бы так долго. - Хорошо. – Тихо ответил он мальчику и снова прижал к себе. – Я буду тренировать тебя. Но потом не жалуйся, что тренировки слишком тяжелые. Но об этом завтра. Сейчас нам лучше вернуться домой. Ты нужен своей семье. - Спасибо, Кен-чан. – Ичиго благодарно посмотрел на друга и обнял его в ответ. Хотя он все еще не до конца понимал, за что его благодарит. – Пойдем домой. Я проголодался, да и ты, наверное, тоже. - Ага. – Кенпачи выпрямился, выпуская Ичиго из объятий, и взял мальчика за руку. – Негоже маленькой Юзу готовить еду в одиночку. А то еще кухню спалит по незнанию. Ичиго понимающе засмеялся, но ничего не ответил. Мальчик все еще не до конца поверил в то, что мамы уже нет. Но сейчас, когда рядом находился близкий друг, печаль отступала. Он интуитивно знал, что этот человек его не оставит. До дома они добрались молча. Но уже у ворот Ичиго задал вопрос, на который понадобилось все его мужество, чтобы снова не заплакать. - Кен-чан, - Ичиго остановился у ворот своего дома и подергал друга за руку. – Ты ведь навестишь могилу мамы, правда? - Навещу, обязательно. – Зараки на мгновение остановился. – Только если ты покажешь мне, где она находится. Главное, не торопись, ладно? Мальчик кивнул и первым шагнул к воротам. Навстречу им выбежали сестры и начали их обнимать, улыбаясь сквозь слезы. Было похоже, что, несмотря на печаль от потери матери, они были рады, что с ними двумя все в порядке. А потом, успокоившись, потянули их домой, говоря обо всем подряд. Мужчина облегченно вздохнул, увидев улыбку мальчика. Стало определенно легче, когда камень с души упал от этой легкой улыбки. Но это продлилось недолго. Как только они вошли в дом, в коридоре показался отец семейства. - Здравствуйте, Кенпачи-сан. – Вымученная улыбка на слегка бледном лице не выглядела радостной. – Рад, наконец, встретиться с вами. Хотел сказать спасибо, что помогаете присматривать за детьми. - Не за что, Ишшин-сан. – Зараки слабо поклонился. – Думаю, мне стоит извиниться, что знакомство наше произошло вот так. И только сейчас, а не раньше. - Все в порядке. Здесь не за что извиняться. – Ишшин вздохнул. – Моя жена была бы рада, что вы пришли. И я рад. Думаю, мы поладим, несмотря на ваш бандитский вид. - Пап, ну хватит уже, а? – Возмутилась неожиданно Карин. – Иди уже отдыхать. А то выглядишь не хуже зомби. Мы позовем, как только обед будет готов, ведь так, Кен-чан? Сделаешь свое фирменное? Капитан впал в легкий ступор и неопределенно переводил взгляд с одного члена семьи Куросаки на другого. В свою очередь дети выжидательно смотрели на мужчину. - Ишшин – сан, вы любите жареное мясо? – Как можно спокойнее спросил Зараки у удивленного отца семейства. Ему оставалось надеяться, что последние два года общения с этой семьей окупятся сполна. Потому что в голову ему спонтанно пришло сравнение: «Невеста на выдании».