Дважды в одну реку

Он ступал неслышно, осторожно, почти не дышал. Сейчас от каждого его вздоха зависел не только исход операции, но и жизни сослуживцев. Еще утром от волнения руки ходуном ходили, а сейчас на душе тишь и благодать, и ощущения такие, будто пачку седативного выпил. Василий остановился, выдохнул. Прислушался. За поворотом, судя по голосам, человека три. Заглянуть бы, проверить, но есть вероятность «засветиться». Молодой человек скосил глаза в сторону, где незаметной тенью мелькнула Ума. Ионов хмыкнул, да уж, задала эта малышка им сегодня ночью жару, ему даже подзатыльник прилетел. — Кот, что у тебя? — раздался в наушнике голос Муры. Парень встрепенулся. Больше всего на свете ему хотелось, чтобы именно сегодня она осталась дома, в центре, в кабинете или в любом другом безопасном месте. Будь его воля, он бы ее и в бункере спрятал бы. — Трое. — Вооружены, — добавила Олеся, — но судя по всему, простые охранники. Девушку Вася больше не видел, но вполне смог представить себе выражение ее лица. Наверняка презрительно скривилась, когда говорила это. — Кот, меняй позицию. Только осторожно, — добавил Тарасов, — не хватало еще, чтобы нас засекли раньше времени. Ионов кивнул, словно его могли видеть, и легко оттолкнулся от стенки, за которой прятался. Бесшумно передвигаться он научился еще в детстве, когда прокрадывался в сад мимо родительской спальни, с годами это умение усовершенствовалось. Помогли и подростковые забавы и юношеские романы (иногда к дамам сердца приходилось пробираться через окна или же красться на цыпочках), а потом и служба внесла свою лепту. Рядом послышались шаги, и Кот «нырнул» за первую попавшуюся ему на пути перегородку. — Чего там с погрузкой? Начинать? — Не торопись. Второй голос Ионову показался смутно знакомым, вот только вспомнить, где и при каких обстоятельствах он его слышал, не получилось. Мужчина говорил тихо, спокойно, но вместе с тем властно. Его собеседник попробовал было заартачиться, но голос его тут же осадил. — Там трудности у шефа с Ионовым. Выкобенивается гад! — А я говорил, — тут же встрял второй, — надо было надавить на него как следует, а то цацкаемся с ним. Тьфу! Открутили бы его сыночку башку, как шелковый стал бы. — Ага, — кивнул мужчина, — чтобы папаша вообще с катушек слетел и сотрудничать не смог? Нет уж. Хороший вариант с девкой был, но кто же знал, что она у него такая боевая окажется. Кот замер. Судя по всему, говорили о нем и об Уме. Интересно, а сильно ли охренеют преступники, если он сейчас выйдет из своего убежища прямо пред их светлые очи? Наверное, не завись от него сейчас так многое, парень именно так бы и поступил. Мальчишество ведь из крови ну никак не вывести. Напрягает только тот факт, что толпа головорезов в этот самый момент может находиться в гостях у его отца. Связаться бы с центром, предупредить, но как тут доложишь, когда стоишь в паре шагов от бандитов? — Надо было более сговорчивого партнера выбирать, — сплюнул мужчина. — Много ты понимаешь. Ладно, пошли, проверим наших. Вася дождался, пока шаги удалятся и только после этого решился выглянуть. Теперь и самому можно двинуться дальше, вот только для начала неплохо было бы связаться с центром. — Багира! — Слушаю тебя, Кот! — Петров? — парень удивленно вытаращил глаза и наивно поинтересовался, — а Рита где? Женщина лениво покрутила головой. Как же она не любила сидеть и ждать. А главное, где гарантия, что люди Малышева вообще сюда заявятся? А ребята там одни, без нее. Т.е., они с Петровым, конечно, но на душе все равно кошки скребут. В дверь кабинета деликатно постучали, и спустя пару секунд внутрь вошел начальник охраны. Мужчина склонился над Ионовым и что-то тихо шепнул ему на ухо. Рита напряглась, но расслышать все равно ничего не удалось. — Спасибо, Вадим, — Роман кивком указал охраннику на дверь, а затем обернулся к Багире, — Малышев приехал. — Сам? — Сам. Странно. Маргарита поднялась с кресла, грациозно потянулась, демонстрируя плавные изгибы тела. Вот все-таки откуда Батя знал о том, что Малышев засуетится? Ничего себе интуиция у командира. Аж завидно становится порой. — Ничего странного, — она откинула волосы за спину и поправила цепочку, в кулон которой была вмонтирована камера. — Ром, ты только не волнуйся, веди себя естественно. Все хорошо будет. Мужчина кивнул и накрыл ее ладошку своею. Поддержка уж точно не помешает, и хорошо, что представлена она именно в лице Маргариты. С контр-адмиралом Булатовым ему бы, например, было бы не по себе. Ему вообще порой казалось, что Иван Михайлович если и не горел желанием пристрелить его, то над тем, как покалечить, уж точно подумывал. Ничего удивительного, если учесть, какими глазами он смотрит на Риту. — Да я не за себя. — С ним тоже все будет в порядке, — мягко улыбнулась женщина. — Там присмотрят. — Да и не за Ваську. Она удивленно вскинула брови, но вопрос задать не успела — дверь без стука распахнулась, и на пороге возник невысокий полноватый мужчина, лет сорока пяти- пятидесяти на вид. Ионов одарил незваного гостя взглядом, полным презрения. Впрочем, Малышев и не подумал обижаться. Сверкнул зубами, оглядел Маргариту оценивающим взглядом и, судя по реакции, остался доволен. — Что же ты, Рома, гостей не встречаешь? Неужели не рад? Ионов в ответ скривился так, будто только что проглотил лимон целиком, да еще и с кожурой. — Так тебя никто и не приглашал. Чего надо? Малышев притворно ужаснулся и скривил тонкие губы в гримасе. — Фу, как некрасиво и негостеприимно. А приехал я потому что у меня к тебе, Ромочка, разговор серьезный. — Он скосил глаза в сторону вальяжно развалившейся на кресле Риты. — Нам бы наедине побеседовать. Багира напряглась. Сейчас мужик заупрямится и придется выходить. У Романа, конечно, и камеры в кабинете установлены, и микрофоны, и даже Пригов с Батей за стеной, но как-то не хочется оставлять его наедине с этим шибко деловым дядькой. — Говори при ней, — Ионов небрежно махнул рукой в ее сторону, — девушка в курсе наших с тобой дел. Ей показалось, что побледневший Малышев вот-вот хлопнется в обморок. Еще бы, он тут целую систему разработал, схемы, тайны мадридского двора развел, а какая-то левая баба в курсе всего. Если бы не ситуация, она бы непременно съязвила что-нибудь по этому поводу. Но вместо этого пришлось напяливать скучающее выражение лица и делать вид, что ей глубоко наплевать на все, что происходит в кабинете. Багира закинула ногу на ногу и, придвинувшись ближе к Роману, шепнула что-то ему на ухо, а потом заливисто рассмеялась. Играть, так играть до конца. Главное только, чтобы командир потом опять не ворчал и не сетовал, что она якобы переигрывает. Наткнуться на Бизона в этой части судна Мура ожидала меньше всего. Но возмутиться не успела, капитан приложил палец к губам и кивком указал на стоящих неподалеку парней. Еще минуту назад они занимались исключительно тем, что рассматривали мыски своей обуви и пинали воздух, а сейчас вдруг оживились. — Приказ получили, — смекнул Бизон, — ребята, внимательнее там. Готовимся. — Всегда готовы! — бодро отрапортовала Уманова. Женя закатила глаза, ей бы столько энергии и оптимизма. Олеся все больше напоминала волчок. Вот вчера, например, устроила им разбор полетов, а потом как ни в чем ни бывало занялась своими делами: напоила всех чаем, накормила бутербродами, проводила Бизона до порога, потом еще долго плескалась в душе, а утром вскочила раньше всех. — У нее что, вечный двигатель, что ли? — Кажется, — ухмыльнулся Тарасов, — но ты не завидуй, Мурка, не завидуй. Сама-то, поди, недалеко ушла. Мурашова тут же состроила язвительную мордашку, демонстрируя свое отношение к якобы сказанному им комплименту. Не в таких она приятельских отношениях с новенькой, чтобы радоваться подобным сравнениям. — Бойцы, приготовились. Женя проследила за его взглядом. До завершения погрузки оставалось всего ничего, поднять на борт каких-то пару-тройку ящиков. Девушка покрепче перехватила автомат и глянула на товарища. Борис весело подмигнул. — Ну что, разомнемся?