Дважды в одну реку

Вроде бы за годы службы она и привыкла ко всякому роду неожиданностям и приключениям, но появившийся из-за угла Булатов заставил шарахнуться в сторону. — О! — на лице командира расцвела счастливая улыбка, — а я как раз тебя искал. — Слышала. Батя растерялся и, кажется, даже немного смутился, но уже через пару мгновений пришел в себя и, подхватив боевую подругу под руку, потащил ее в сторону кабинета Пригова. Начальник был вынужден отлучиться на пару дней в Москву, так что за главного в центре сейчас был контр-адмирал. — Чай? — Бать, мы всего полчаса в центре, — Багира с трудом сдержала рвущийся наружу смешок, — а это уже третье предложение почаевничать. Мужчина усмехнулся. — Старею. Всего лишь третий. — Ну ты тоже скажешь, — она игриво прикусила губу, — ты у нас мужчина в самом расцвете сил. — Прям Карлсон. — Нет. Лучше. На этом веселье закончилось. Впереди была сложная операция, детали которой необходимо было тщательно продумать. Не хотелось неприятностей, а их, скорее всего, было не избежать. С такими фигурами, как Малышев, всегда возникали проблемы. Мало того, что они сами занимали посты, так еще всегда находились влиятельные покровители. — Бать, — Рита задумчиво постучала пальцами по подбородку, — может, мы не будем так рисковать? У нас есть телефонный разговор Малышева и Ионова, его показания и попытка убийства. Булатов, до этого что-то внимательно изучавший в одной из папок, отвлекся на пару секунд, но практически сразу вернулся к своему занятию. — Этого мало. Отвертится. Улики-то косвенные. — Косвенные, — рассеянно кивнула женщина, — тьфу! Иван, наконец, оторвался от многочисленных бумаг. Ионов-старший ему не нравился, хотя видимых причин для этого не было, но переживать от этого меньше не приходилось. В первую очередь Роман был человеком, свидетелем, за которого он, Булатов, нес ответственность, и только потом уже потенциальным соперником. Беспокойство Риты понятно, он бы и сам упрятал олигарха в несгораемый шкаф, а сам несгораемый шкаф в подземный бункер, но, к сожалению, такой возможности у них не было. — Все будет хорошо. Не в первый раз же работаем. — Не в первый, — подтвердила Багира, — только предчувствие какое-то… Батя качнул головой и снисходительно улыбнулся, давая понять, что предчувствия к делу не пришьешь, и на работу они влиять не должны. Хотя, признаться, чему-чему, а интуиции Багиры он доверять привык, она-то как раз никогда их не подводила. — Мы просто устали. Вот проведем операцию, сдадим отчеты, и можно будет забыть о предчувствиях. — Хотелось бы. Сильные руки легли на ее напряженные плечи. Батя слегка сжал пальцы и тут же их разжал. Рита откинула голову назад, блаженно прикрыла глаза и попыталась расслабиться. — Вань… — Ммм? — А как думаешь, Пригов на отгул расщедрится? Булатов улыбнулся, представив себе лицо генерал-майора, узнавшего, что с бумагами ему предстоит разбираться самому. — Да кто его спрашивать-то будет. Женя перевернулась и прижалась к лежащему рядом Васе. Парень машинально обнял ее крепче. — Думал, ты спишь. — Да я и сама так думала, но не спится. Ее виска коснулись мягкие губы, и Мура прикрыла глаза. Он касался ее лица легкими невесомыми поцелуями, заставляя жмуриться от удовольствия. Так хорошо ей не было уже давно. От нахлынувшей нежности сводило судорогой даже пальчики на ногах, хотелось мурлыкать от удовольствия и, прижавшись к парню всем телом, никуда его не отпускать. Думать о завтрашнем дне, о задании, о страхах тоже не хотелось. В конце концов, нужно уже учиться жить здесь и сейчас. — О чем ты думаешь? — О тебе. — Вот прям так уж и обо мне? — смущенно улыбнулась Женя. Разговаривали они шепотом, хотя в квартире кроме них двоих больше никого не было. Спокойствия и романтичности добавлял еще и приятный полумрак. — Не хочу, чтобы наступало завтра. Хочу остаться здесь и сейчас. Мура осторожно повернулась в его объятиях, стараясь не разрушить кольца рук. Подняла голову и заглянула в глаза. Вася пристально смотрел на нее, даже не думая отводить взгляд. — Я тоже, — все так же шепотом призналась Женя, — наверное, это глупо, да? Мы ведь знакомы всего ничего и… Договорить ей он не дал, приложил палец к губам и, улыбнувшись, качнул головой. Мура замерла. Мир сузился до размеров этой комнаты, а вскоре и вовсе перестал существовать. Остались только его глаза — глубокие, искренние и такие завораживающие. — Знаешь, за этот месяц я изменился. — Заметно. — Не ерничай, я серьезно. — И я, — тут же оправдалась Женя, не имела в виду ничего плохого. Честно. В следующую секунду раздался звонкий девичий смех. Кот легко перевернулся, и ничего не ожидавшая девушка оказалась прижатой к дивану его телом. Он любовался ею. Блестящие глаза, припухшие от поцелуев губы и русая копна волос на подушке. Такая живая, искренняя, настоящая в отличие от всех тех размалеванных кукол, что встречались на его пути после Василисы. Васька… с Женей они совершенно разные, но сравнивать их и искать сходства он больше не собирался. Все, что было, пора оставить в прошлом и научиться жить настоящим. Ионов сглотнул комок в горле и облизнул вмиг пересохшие губы. — Жень… — Чего? — улыбнулась девушка. Пальчики невесомо обвели контур его губ. Говорить стало еще труднее. — Жень, я хочу, чтобы ты знала… В последний раз он так нервничал, кажется, в классе восьмом, когда предлагал встречаться Наташке из параллельного. Даже предложение Василисе сделал как-то легко и непринужденно, будто в шутку, а тут вдруг на тебе — язык заплетается, и во рту пересыхает. Мура вопросительно изогнула бровь, но торопить молодого человека не стала. Судя по его напряженно-сосредоточенному лицу, сказать он намеревался что-то важное, и девушка не была уверена, что хочет это сейчас услышать. — Ты меня отвлекаешь, — наигранно возмутился молодой человек, намекая на проворные пальчики, вырисовывающие замысловатые узоры на его обнаженной груди. Женя невинно захлопала глазами, но ладошки не убрала. Пальчики скользнули выше, ласково коснулись шеи и устремились к подбородку. Вася «возмущенно» фыркнул и тут же поймал губами ее пальчик. Мура хихикнула и, приподнявшись на локтях, сама потянулась за поцелуем. Не дотянулась. Губы коснулись подбородка. Кот шумно вдохнул и повалил девушку обратно. Входная дверь отворилась слишком резко, и Ионов мигом вскочил с дивана. Евгения, запутавшаяся в простыне, рывком села и теперь озиралась по сторонам в поисках своей одежды. Хорошо хоть, оружие всегда под рукой. Вася натянул джинсы, и как раз вовремя, в коридоре послышались шаги и голоса. Женя облегченно выдохнула, узнав среди них Олесю. Но, судя по тону, девушка была чем-то недовольна. — Развлекаешься? Кот, вышедший ей навстречу, удивленно хмыкнул. Ладно бы это была вечно ворчащая Ума, так нет же, с ней рядом стоял Бизон собственной персоной. И вид у обоих, надо сказать, какой-то потрепанный. — Боюсь спросить, — осторожно начал Ионов, но Леся договорить не дала. — И правильно боишься, — огрызнулась девушка, — ты вот объясни мне, как так получается, что спишь ты с… Тут она запнулась, наткнувшись взглядом на вышедшую из комнаты Муру. Бизон удивленно вытаращил глаза, но от комментариев воздержался. — А нападают почему-то на меня! — наконец, закончила Уманова. Девушка даже возмущенно топнула ножкой и уперла руки в бока. — Нападают? — хором переспросили Кот с Мурой. — Нападают, — передразнила их Олеся, спутали видите ли. — С кем? Уманова вспыхнула. Еще секунда и девушка бы накинулась на соседа с кулаками, но, к счастью, вмешался молчавший до этого Тарасов. Он дернул ее за руку, вынуждая сделать шаг назад. Убедившись, что девушка больше не предпримет попытки выместить злобу на всклоченном Коте, отпустил ее. — На нас, то есть, на Лесю только что напали. — Кто? Задавая этот вопрос, Женя уже догадывалась об ответе. — Люди Малышева скорее всего. — Думаешь? — Одному я шею свернул, а двое ушли. — Но… -Вот тебе и но, — Олеся больно пихнула Васю плечом и направилась в кухню, — в следующий раз пиши объявление с полными характеристиками своих пассий. Надоело получать ни за что.