Дважды в одну реку

Женька подскочила как ужаленная, когда за ее спиной неожиданно раздался вкрадчивый шепот Сергея. Как и следовало ожидать, парень сгорал от нетерпения узнать, чем именно занимались сбежавшие с вечера сослуживцы. Вот только, к сожалению, а быть может и к счастью, а рассказать особо было нечего. Все получилось как-то банально. Кот на самом деле проводил ее домой, причем не просто до парадной, а настоял на том, чтобы довести девушку до двери. И аргументы по типу того, что она из спецназа и может постоять за себя, не помогли. Мура уже обдумывала те фразы, которыми ей придется ненавязчиво отшивать кавалера, когда он попросится на чашечку чая, но Ионов и тут удивил. Попрощался и поспешил прочь. Правда, перед тем как сбежать вниз по ступенькам, все же заставил Муру перенервничать, когда вдруг резко прижал девушку к себе и поцеловал… в щеку. Она так и осталась стоять, удивленно хлопая глазами, и только когда за дверью послышались шаги приехавшей в гости матери, Мурашова пришла в себя. – Доброе утро, – раздался за их спинами голос Кота, и Женя с Серегой синхронно обернулись в его сторону. Парень выглядел не то, чтобы заспанным, складывалось такое ощущение, будто он вообще не спал. Причем, несколько суток подряд. Он сонно потер глаза и, с трудом подавив зевок, протиснулся к аппарату, за живительным напитком, не забыв при этом незаметно толкнуть плечом возмущенно сопящего Физика. – Что, – Сергей окинул друга внимательным взглядом и усмехнулся, – домой вчера так и не попал? В вопросе даже прозвучало сочувствие, но Ионов все равно смерил его таким взглядом, словно пытался испепелить. Ведь Мурашову, скорее всего, очень интересует ответ, вон даже дыхание затаила и смотрит так подозрительно. А в хорошенькой головке, небось, картинок пруд пруди. – Как раз наоборот, – Вася сделал большой глоток и тут же поморщился. Кофе оказался слишком горячим. – Просто у меня соседи шумные. Девчонка там истеричка. На последней фразе он даже позволил себе усмехнуться. Слышала бы его сейчас Уманова, наверняка бы попыталась сломать ему челюсть за столь нелестный эпитет. Но ее, к счастью, здесь не было. Пока не было… – А тебе как спалось, Мур? Ничего не было, но Мыцику ведь совсем не обязательно об этом знать. Пусть теперь гадает, что имел ввиду младший лейтенант, всей правды он все равно не узнает. Не поверит ведь, что нахальный и дерзкий Кот вдруг струсил в самый последний момент и, поджав хвост, сбежал. – Отлично. С чего вдруг… Что она хотела там добавить, так и осталось тайной, ибо в коридоре появился Булатов, а выяснять отношения при нем очень не хотелось. А уже через пару минут пропало не только желание, но и возможность. Кота с Мурой отправили на задание. Опять вместе. Их запросто могли засечь, если уже, конечно, не вычислили, и тогда конец всей операции, которую, по словам Бати, Пригов разрабатывал чуть ли не месяц. Подставлять начальника в первые недели службы на новом месте не хотелось, но еще меньше было желание опозориться перед Женькой. Она его и так особо всерьез не воспринимала. – Черт, – проворчала себе под нос девушка, когда один из амбалов, контролировавших выход, вдруг отлепился от стены и направился в их сторону, – кажется, мы спалились. Кот все это время мирно сидевший на заднем сидении, вдруг улыбнулся, а в и без того лукавых глазах заплясали озорные чертята. – Раздевайся. Жене почудилось, будто она ослышалась, но все сомнения разом отпали, когда глянув в зеркало заднего вида, девушка увидела, как Вася оперативно стянул с себя сначала куртку, а потом взялся за край футболки. – Какого черта ты творишь, Кот? В голове, конечно, имелась парочка мыслей по поводу стриптиза в исполнении младшего лейтенанта, но убедиться в их правильности все же стоило. На всякий случай. От Ионова ведь можно ожидать чего угодно. – Раздевайся, говорю. – Футболка отправилась вслед за курткой куда-то под сидение. После этого молодой человек поднял руки и взъерошил себе волосы. – Быстрее, Жень. Нам нужна легенда. Возмущаться было бессмысленно. Оставалось разве что ругать себя последними словами за то, что ей самой в голову не пришло ничего подобного. Хотя, даже если бы такая идея и возникла в ее хорошенькой головке, с озвучиванием явно бы возникли проблемы. – А теперь иди сюда. Мура и опомниться не успела, как сильные руки схватили ее за плечи и легко, будто она совсем ничего не весила, перетащили на заднее сидение. И все бы ничего, если бы «приземление» было бы удачным, скажем, например, на соседнее сидение. Но нет же, ее угораздило усесться прямо на колени довольно улыбающемуся Коту. Женя вздрогнула, когда его прохладные пальцы заскользили вверх по ее спине, шее и, наконец, запутались в волосах, придавая им некое подобие «художественного беспорядка». Всего лишь задание и попытка его не провалить, но девичье сердечко предательски затрепетало, и на коже появились пресловутые мурашки. – Ну, что, любимая, – ей показалось, или его голос на самом деле приобрел сексуальную хрипотцу(?), – готова изображать страсть? В любое другое время она, скорее всего, съездила бы самодовольно улыбающемуся мерзавцу по его смазливой мордашке, но сейчас было как-то не до этого. В конце концов, долг превыше всего. Зато можно предостеречь товарища от дальнейших глупостей. – Не борзей, Ионов! – голубые глаза полыхнули опасным огнем, и любой здравомыслящий человек на месте Кота уже давно бы перепугался. Вот только у Васи инстинкт самосохранения давно атрофировался за ненадобностью и отпал. – Я ведь и руки могу сломать в случае чего. Молодой человек испуганно вытаращил глаза, негромко хохотнул, а потом вдруг притянул девушку к себе, буквально впечатывая в свое тело, и впился в губы жестким поцелуем. Мура успела только удивленно ахнуть, и как раз в этот момент дверца их микроавтобуса «поехала» в сторону. – Эй, вы чего тут… Договаривать бугай не стал. Нужно было быть полным идиотом, чтобы не понять, чем именно занимались эти двое. Оба тяжело дышали и удивленно таращили на него глаза, и только спустя пару долгих секунд, за которые громила успел не только рассмотреть все прелести полуголой девицы, но раздеть ее взглядом окончательно, красавица взвизгнула и попыталась прикрыться. Амбал самодовольно улыбнулся, на что тут же отреагировал молодой человек в автомобиле, и девушка тут же оказалась за его спиной. – Тебе чего? – он все еще пытался привести в норму сбившееся дыхание. – Слышь, кайф не обламывай, а. Мура. Так вот она какая – хваленная мужская солидарность. Охранник понимающе лыбится и наверняка уже представляет себе Бог весть чего, одобрительно цокает языком и, наконец, захлопывает дверцу. Спасибо хоть советов давать не стал, и наглости не хватило на то, чтобы броситься пожимать Коту руку. – Ну вот, а ты боялась, – самодовольно ухмыляется мой «любовник», и желание врезать ему возвращается вновь. – Видишь, это совсем не больно. Эй, я уже буквально киплю от возмущения, а этому самоуверенному засранцу наплевать? Он умудряется еще подмигнуть и только после этого принимается одеваться. Только делает это гораздо медленнее, чем раздевался. Видимо, дает возможность полюбоваться идеальным торсом. А посмотреть есть на что. – Замерзнешь, – на этот раз в его голосе слышится забота, – одевайся, Жень. Надо же, задумалась и совершенно забыла о том, что роль уже сыграна, и нужно вновь превращаться в Муру. Очнулась только тогда, когда вновь почувствовала его руки на своей спине. – Я сама в состоянии одеться. Спасибо. – Да, пожалуйста. Вася вскидывает руки в примирительном жесте, и я тут же сожалею о своем решении. Чего скрывать, было приятно, и видимо, не только мне, потому как Кот чему-то мечтательно улыбается, хотя и пытается это скрыть. И от этого становится не по себе и хочется быстрее закончить операцию, чтобы иметь возможность спрятаться от пронзительного взгляда голубых глаз. С одеждой покончено, и можно перебираться на водительское сидение, как вдруг меня вновь тянут назад. – Ты чего? Вася мягко касается моих волос, поправляя прическу и извлекая из косы невесть откуда взявшийся там листок. – Вот. И зачем я его забираю? Не знаю. Но пальцы уже переплелись, а взгляды встретились. – Красивая ты, Жень. И что прикажете делать? Как не выдать своего смятения? – У нас задание, Кот. – Знаю, – с его губ слетает некое подобие разочарованного вздоха, – гляди, чего-то грузят. Докладывай Бате.