Дважды в одну реку

Девушка в очередной раз одернула и без того идеально сидящее на ней платье и возмущенно засопела. Нет, она, конечно, никогда не забывала о том, что она все-таки дама, но все равно всячески избегала неудобных каблуков и прочих девчачьих шмоток, предпочитая обычные джинсы и футболки. Но сегодня она проспорила, а слово Василиса привыкла держать, вот и пришлось влезать в это умопомрачительно дорогое и очень неудобное творение иностранных дизайнеров. – И сколько еще мне терпеть? – девушка состроила несчастную мордашку и обернулась к неторопливо шагающему позади нее жениху. – Вась, я больше не могу. Ионов, до этого любовавшийся стройной фигуркой, не сразу понял, что вопрос обращен именно к нему. И только тогда, когда поравнявшись с девушкой, получил кулачком в плечо, сначала удивленно моргнул, а потом широко улыбнулся: – Терпи. Я ведь терпел. Сейчас речь шла об их недавнем споре. Василиса пару дне назад вспылила на пустом месте, он ответил, а там и до взаимных обвинений недалеко. Вася, например, узнал, что он дохляк и не выдержит и половины нагрузок, что выдерживает она, Василисе же сообщили, что она солдафонка и истинной леди ей никогда не стать. Через минут сорок влюбленные все-таки помирились, но перед этим поставили друг другу условия. Ионов теперь должен был пробежать кросс, выполнить какие-то там немыслимые упражнения, и в том случае, если он выдержит все нагрузки, девушка обещала надеть тот наряд, который выберет именно он, и провести вечер тоже так, как хочет ее молодой человек. Если честно, то Вася и сам не понял, как именно он выдержал все ее экзекуции. То ли помог спортивный опыт, то ли давнишняя срочная служба в десанте, которую он добровольно продлил еще одним годом контракта. Правда, о последнем Василиса не знала, и пока посвящать ее в свои навыки Ионов не собирался. Главное, что он выиграл и доказал, что способен очень на многое. После победы в споре жутко болели натруженные мышцы, и больше всего на свете хотелось лечь и спокойно умереть, но вместо этого парень с наслаждением наблюдал за тем, как любимая с кряхтением надевает высоченные шпильки и готовится к походу в ресторан. – Ты – изверг, – жалобно простонала Василиса, – тебе только в концлагерях работать. Молодой человек коротко хохотнул, вновь взглянул на обиженную несправедливым к себе отношением Василису, и громко рассмеялся. – На меня не действуют твои несчастные глазки. Даже не старайся. Однако вся бравада мигом испарилась, стоило девушке подойти к нему ближе и, прижавшись к его груди, опустить голову ему на плечо. – Вась, – теплое дыхание приятно щекотало шею, и парень, сам того не замечая, прижал девушку еще крепче, – а, может, все-таки поедем домой? Я устала. Уверенности и сил противостоять Василисе оставалось все меньше, но природное упрямство не позволяло Ионову сдаться просто так, без боя. – Нет, – он отрицательно качнул головой и приготовился отражать атаки любимой, но… – Надоело это платье, – Василиса игриво прикусила мочку его уха, – хочу его снять. – Снять? – нервно сглотнул молодой человек. – Угу. Поможешь? – Надоело мне это платье, – простонала Мура, – побыстрее бы его снять. Кот чуть было не выпустил из рук руль. Дежавю какое-то. Причем, не в первый раз. Или он сам себя накручивает и видит то, чего на самом деле нет? Хотя, как это нет? Вот же она, Женя, сидит на пассажирском сидении и негромко ворчит себе под нос, проклиная все высшее общество, работу под прикрытием, туфли, которыми она натерла ноги до крови, Физика, с которым успела поцапаться у самого выхода из КТЦ и его, Кота, за то, что так нагло запихнул ее в машину. Она ведь и сама могла добраться до дома. – Не лыбься, – девушка грозно сдвинула бровки, – я не это имела ввиду. – А ты знаешь, о чем я подумал? – не отрываясь от дороги, поинтересовался Кот. – Догадываюсь по твоей улыбке. Вместо того чтобы попытаться принять серьезный вид, младший лейтенант заулыбался еще шире, и воинственная натура Мурашовой не выдержала. Голубые глазки полыхнули опасным огнем, и девушка несильно толкнула Ионова в бок. Коту не составило особого труда поймать ее руку, к тому же парень прекрасно понимал, что драться всерьез Женя не будет. Во всяком случае, не в движущейся машине. – Не хулигань, Мурашова! – А то что? Он удивленно моргнул и перевел на нее взгляд. Неужели Мура флиртует? Сама? С ним? – Пока не придумал, – честно признался молодой человек, – но поверь, фантазия у меня богатая. – Почему-то я даже не сомневалась. Больше всего на свете Жене сейчас хотелось поскорее добраться до дома, понежиться под теплым душем и сменить проклятые тряпки на любимый домашний костюмчик. Жаль только мама уехала сегодня утром, придется вновь коротать вечер в одиночестве. Хотя, скорее ночь. Автомобиль мягко притормозил неподалеку от ее подъезда, хотя можно было подъехать гораздо ближе. Тогда ей, «хромоножке», как ласково окрестил ее Серега, не пришлось бы так долго топать до своей квартиры. – Что ты делаешь? – заметив, что Вася отъезжает еще дальше, поинтересовалась Мура, – останови, я тут выйду. – Ага, щас прям. Я тебя провожу. Подожди, припаркуюсь только. Первой мыслью, мелькнувшей в ее хорошенькой головке, было отказаться от столь лестного предложения, но девушка не успела. Ионов выбрался из машины и, открыв дверцу с ее стороны, уверенно выдернул девушку из автомобиля. Мура даже не успела ничего толком сообразить, как оказалась на руках своего личного, пусть и временного, принца. По позвоночнику тут же пробежали те самые мурашки, о которых она так часто читала в любовных романах. Что скрывать, Ионов ей нравился. Не в том смысле, конечно, что она влюбилась в него до беспамятства, но изрядной долей обаяния парень несомненно обладал и весьма умело этим пользовался. Женька все чаще стала замечать за собой, что в последнее время все охотнее проводит с ним время, отвечает на улыбки и взгляды, а после вчерашнего «прикрытия» все никак не может выкинуть из головы его прикосновения. И вот спрашивается, что в нем особенного? Обычный парень, встречались ей и поинтресней, а ее как магнитом тянет именно к нему. – Я и сама в состоянии идти, – вяло сопротивлялась Мура, – поставь меня на землю. – В состоянии, – тут же подтвердил ее слова молодой человек, – вот только завтра нога будет болеть еще сильнее. Оно тебе нужно? Задумавшись на пару секунд, девушка все же отрицательно мотнула головой. Был вариант вообще дойти до квартиры босиком, но и то положение, в котором она находилась сейчас, девушке очень нравилось. – Кот, лифт не работает. – Напугала. Кот. И какого черта решил играть в благородство? Делать-то теперь что? Интересно, а Женя сильно удивится, если вдруг на этаже, эдак, третьем я вдруг передумаю? А что, могу же я устать? Хотя, отчего тут уставать? Мура, кажется, вообще ничего не весит, хотя ничего удивительного, сейчас же она без тяжеленного обмундирования. С самого первого дня службы в этой группе я как заведенный повторял себе одно и то же правило «никаких отношений в группе», а сейчас что? Пока еще не напрашиваюсь в гости, но и дураку понятно, что до этого совсем недалеко. Вот только почему Мура меня сразу не отшила? Она же умеет, в этом я даже не сомневаюсь. Если бы не захотела, я бы и из машины вылезти не успел. Кстати о Жене, а она вообще в курсе, что сейчас поглаживает меня по плечам и шее, лишая остатков самообладания и здравого смысла? – Теперь точно можешь отпустить. – Что? – Пришли, Кот, – лучезарно улыбается девушка, – говорю, что теперь точно сама справлюсь. Черт, и почему эти проклятые пять этажей так быстро закончились? Я ведь даже не успел толком разобраться в ощущениях. Хотя, наверное, это к лучшему, меньше вероятность того, что понапридумываю себе Бог весть чего. А если серьезно, то мне бы сейчас думать о том, как объясняться перед отцом, в том, что делать это придется, я даже не сомневаюсь. Мало того, что от Бати досталось неизвестно за что, так сейчас еще и дома налетят с расспросами. Хотя, стоп… не налетят, живу-то я отдельно. А телефон всегда можно отключить. Во всяком случае, до тех пор, пока Булатов с Багирой не придумают более или менее подходящую отмазку. – Вася, – вновь напоминает о своем присутствии Женя, и я не остается ничего иного, кроме как поставить ее на ноги. – Как ты думаешь, Багире сильно достанется? – Багире? – удивленно переспрашивает Мура, – с чего бы это? – Ну-у-у, ее вроде как раскрыли… Из-за меня. Ключ пусть и с третьей попытки, но все же попадает в замочную скважину. Один поворот, второй, и вот уже раздается тихий щелчок и входная дверь открывается. – Батя был зол. – Он злился на себя. На то, что не просчитал все возможные варианты развития событий. Хотя…, – Женька на секунду хмурится, словно пытается решить в уме сложную арифметическую задачку, – вполне возможно, что ему не понравился твой отец. Точнее… – Да понял я, не дурак. Надо будет как-нибудь на досуге все-таки навестить дражайшего родителя и предупредить его. Не стоит играть с Багирой. Мало того, что она сама в состоянии оцарапать так, что потом не всякая реанимация спасет, так там еще и Бизон с Батей имеются. И, несмотря на внушительные параметры первого, боялся я бы как раз контр-адмирала. – Вась? Черт, опять задумался! Сейчас у Муры сложится впечатление, будто я витаю в облаках. – Чего? – Я тебя про чай спрашивала. Зайдешь?