Я вам сказку расскажу

Раньше мне говорили, что я не способен никого любить. Ни родителей, ни друзей, ни товарищей – никого. И я верил им, верил в то, что в моем сердце никогда не будет места живым людям. И я оставил тщетные попытки. Тогда я нашел способ заменить людей. С того времени в моем сердце существует страсть. Выжигающая, сводящая с ума, доводящая до болезненного оргазма страсть к восковым фигурам. - Воск – «живой» материал и ему тоже свойственно старение, однако, при должном уходе восковые фигуры могут «прожить» долгую жизнь. Моя гостья снова тихонечко вздохнула. Я видел, что этой хрупкой темноволосой девушке наскучили мои разговоры. Оно и понятно: надевая на себя это струящееся восхитительное платье, которое так соблазнительно обхватывает её стройную фигурку, и, делая макияж, подчеркивающий красоту её лица, эта девушка вряд ли думала, что идет в мой особняк выслушивать мои восторженные лекции о восковых фигурах. Я понял, что не интересен этой шлюхе. И вновь я пожалел, убедившись, что под прекрасной оболочкой скрывается очередная пустая, отвратительная, похотливая сущность. Как все же мерзки эти живые люди. Давно я обнаружил, что мои руки способны к созданию восхитительных фигур. Пару лет я, будучи молодым, отрекшись от окружающего меня безобразного мира, создавал шедевры. И каждое мое создание было столь прекрасно, что я просто сгорал от любви. Возненавидев людей, я стал восхвалять их чудесные образы, рожденные в моих руках. Я любил их, думая, что так же любит и Господь людей, сотворяя их из грязи. - Хочешь, я покажу тебе свою коллекцию? – предложил я девушке. - С удовольствием – кивнула она мне, отставляя свой фужер, на дне которого оставалось пара капель темно-красного вина.

***

В моем импровизированном музее, находящимся в подвале особняка, всегда была прохлада и приглушен свет. Я готов на все, лишь бы мои любимцы были довольны и не разрушались раньше времени. На живых мои творения всегда производят разные впечатления: одни их боятся, другие восхищаются, ну а третьи предпринимают попытки заказать у меня свою фигуру. Но мне не нужны никакие деньги, милые… я всегда рад пополнить свою коллекцию очередным детищем. Потратив пять лет на создание фигур, я вдруг понял, что им, как бы они не были прекрасны, кое-чего не хватает. Мои возлюбленные так же остаются совершенно пустыми внутри. Понимание этого разочаровало меня так сильно, что в одночасье я разрушил почти всю свою коллекцию. Я убил всех своих восхитительных пустышек. Тогда, впервые оглянувшись вокруг, я понял, что все, кто окружали меня, исчезли. Теперь не было ни друзей, ни родных, ни врагов. Вокруг меня валялись лишь обезображенные останки некогда прекрасных кукол. Я все еще был молод и не хотел умирать, хотя не было больше смысла в моей жизни. Я снова принялся создавать скульптуры, потому что это было единственное, что я умел делать. Но я больше не чувствовал любви к своим творениям, хотя они и были такими же красивыми, мне они казались уродливыми. Я не знаю, как бы жил дальше, если бы ни одна произошедшая случайность. Крупный жук, на свою печаль, забрался в мою мастерскую и неловко угодил в тару с заготовленным воском. Я, выловив его дохлое тельце, с интересом наблюдал, как застывает хрупкая оболочка воска вокруг него. Вскоре жук превратился в крохотную восковую статуэтку. Произойди это с другим скульптором, он бы и внимания не обратил. Однако Я тогда вновь обрел своё вдохновение. - Они выглядят совсем как живые, - восторженно прошептала девушка, подойдя к одной из моих фигур. Отражение её взволнованного лица показалось в стеклянном глазу фигуры. - Это правда – отозвался я, подходя к ней сзади и обхватывая руками за талию – Они все когда-то жили. - Ты имеешь в виду, что создавал их по образам реальных людей? – улыбнулась девушка, поглаживая мою руку своей теплой ладошкой. - Да – подумав, согласился я. - А ты хотел бы создать мою статую? Она вывернулась из моих рук и, повернувшись, поглядела на меня с улыбкой. - Я мог бы попробовать, – мое лицо исказилось в улыбке. Девушка обвила руками мою шею и прижалась, даря мне тепло своего живого тела. - И что я должна для этого сделать? - О, немного. Тебе нужно всего лишь… - я подхватил её на руки и прижал к стене. Наклонившись к её сладко-пахнущим губам, прошептал - …умереть. Как и многие другие, она не приняла мои слова в серьез. Продолжая улыбаться, она сладко проговорила: - Раз так необходимо, я готова. Убейте меня, мастер… Я резко прижался к её губам, но она была совсем не против, эта красавица лишь наслаждалась моей грубостью. Мои руки срывали с неё тонкую ткань, жадно касались упругой молодой кожи. Моё мужское естество возбужденно скользило в её теле. Испытываемое наслаждение вызывало у нас обоих хриплые стоны. Я почувствовал, что не в силах больше сдерживаться и протянул руку к её грациозной шее. Восхитительный оргазм заставил мои пальцы крепко сомкнуться. Девушка вновь начала издавать хриплые стоны, а я все никак не мог остановиться и продолжал сдавливать её шею. Я продолжал душить её, даже тогда когда её руки безвольно повисли по бокам. Тебе дарован шанс стать моей возлюбленной, будь же счастлива. Не бойся, моим творениям я никогда не причиню страданий. Я приподнял её за голову и повернул мертвым лицом к залу. Увидь же, как восковых фигур прекрасен вид. Я нежно погладил её по еще теплой щеке. Посмотри: любви моей живой все образы со мной. Я поднял её обнаженное тело на руки и понес в свою мастерскую. «Потерпи, моя милая, и вскоре я создам прекрасную восковую фигуру, которой суждено навечно застыть в моем мире».

***

Стоило мастеру скрыться за скрипучей дверью, как в зале среди неподвижных статуй послышался легкий шорох. Из-за восковой спины одной из фигур вышел, дрожа от холода, Окольцованный Шут. Бегло просмотрев записи в своем свитке, он свернул его в трубочку и положил во внутренний карман своей рубахи. Пройдя по залу и полюбовавшись на фигуры, стеклянные глаза которых, казалось, следили за каждым движением Шута, он поднялся по лестнице и поспешил покинуть это поместье. Впрочем, особой нужды в спешке не было - сумасшедший гений еще не скоро покинет свою мастерскую. Однако, малейший шанс встречи с главным героем этого рассказа приводил Шута в ужас. Мало ли, какие мысли взбредут в его голову. А Шут не понаслышке знал, что выдуманные персонажи порой ведут себя совсем не так, как того желает их создатель.