sold

Когда Найлу было пять лет, он дружил с одним мальчиком, - Зейном Маликом. Радость не покидала их, когда они проводили время вместе. Редко когда ты мог бы встретить их по отдельности: они словно дополняли друг друга. Найл не мог представить своей жизни без этого мальчика. Но была всего одна проблема: бедность. Найл был из ряда обычных жителей, что нельзя сказать о Зейне. Он был очень богат. Две совершенно разные позиции - это то, что люди не могли принять. Найл жил в маленьком доме с гипсокартонными стенами, в то время как Зейн проживал в огромных особняках. Найлу приходилось сидеть на улице, выпрашивая деньги, чтобы заплатить за еду и одежду. А Зейн жил, ни в чем себе не отказывая, всегда одетый и сытый. И, естественно, Зейн крал деньги у родителей, которых, как он считал, было слишком много, и отдавал их Найлу. Родители не прибеднятся от ста украденных фунтов, и Найл выживет на протяжении нескольких месяцев. Однажды, когда мальчики играли в парке, все пошло не так, как следовало бы. Зейн, разодетый в самую шикарную одежду, забрал Найла с улицы, на которой второй выпрашивал деньги. Это было уже что-то на подобии традиции у этих двух друзей. Придя в парк, мальчики решили поиграть в догонялки и отвлечься. Зейн взял на себя роль воды, так что Найл ринулся со своего места, убегая от водившего друга. По неловкой случайности, Найл врезался в высоко и пожилого мужчину. Стоявший рядом мужчина выглядел не менее устрашающе, и Найл вспомнил, что родители наказали держаться тт него подальше, иначе они заберут его. Найл поднял свои испуганные глаза на пожилого мужчину, пока тот увел взгляд. Это был отличный шанс убежать, который Найл с успехом упустил. Единственное, что мог сделать Зейн, когда мужчина закинул блондинистого мальчика на плечо, так это закричать, чтобы его лучшего друга отпустили. Он также пытался стукнуть мужчину, но он был слишком слаб. Сквозь льющиеся рекой слезы, Зейн мог увидеть, как его лучшего друга закидывают в багажник какого-то фургона. - Я найду тебя, Найл, обещаю! - это были последние слова, произнесенные Зейном, прежде, чем фургон скрылся из виду навсегда...