sold

Слишком много вещей произошло с блондином с момента похищения. Его покупали, продавали и снова покупали. Насколько неописуем был его страх, когда его впервые "купили". Его первой обладательницей была одна пожилая и богатая женщина, которая только и делала, что гоняла бедного мальчика. Когда Найл делал что-то неверно, - был унижен и избит. Два глубоких шрама у него на спине. Найл был слишком маленьким, он еще не мог делать всего того, что должны были делать более взрослые рабы, поэтому бедный мальчик был избит чуть ли не по три раза на день. Это было самое ужасное, что только пережил Найл, до тех пор, пока он не достиг одиннадцати лет. Его новый обладатель был гораздо моложе, всего лишь тридцатилетний мужчина. И снова Найл был вынужден выполнять тяжелую работу, но в этот раз, при непослушании, он не отделался лишь двумя шрамами. Он обзавелся десятью. Найл ненавидел этого мужчину всем сердцем. Он, мало того, что избивал и заставлял его работать, так еще и лишил его единственного друга. Это была юная рабыня, которую он встретил в его особняке. Они сразу подружились. Однажды, девушка по глупости забыла выполнить приказ, данный ей, и за это была жестоко избита их обладателем. Может, от потери крови, а может и от сильных побоев - девушка скончалась. В тот день Найл, на выдержав, стал огрызаться с убийцей своего лучшего друга. Это была роковая ошибка. Этот человек, подвесив Найла на веревки, стал выбивать из бедного мальчика все, что только можно, а остановился лишь тогда, когда на полу было разлито слишком много алой жидкости, а мальчик потерял сознание. Именно тогда и выяснилось, что мальчик навсегда лишился памяти. Решив, что ему не нужен "бракованный" раб, обладатель поспешил вернуть полуживого мальчика обратно. Много сил было потрачено на то, чтобы снова привести мальчишку в человеческое состояние и выставить его на продажу. Сейчас ему восемнадцать, он стоит прямо около сцены, ожидая, пока его вызовут и представят самым богатым и элитным людям всего города.

POV Niall

Наконец, мой черед. Какая-то ужасная женщина выпихивает меня на сцену своими грубыми толчками. Резко яркий свет ударяет мне в глаза, ослепляя, и не дает разглядеть хотя бы одного человека, находившегося в зале. Все, что я могу сделать, так это стоять посреди сцены и вслушиваться в бормотания толпы. Очень не терпится узнать, кто же будет моим следующим обладателем. Моим Господином. Немногим позже, голос старенького мужичка, который и организовал все это, раздается в колонках, оглушая. Все резко замолкают, устремляя свои заинтересованные взгляды прямо на меня. На подвесном экране повторяются все те слова, что произносит мужчина.

"Имя: Найл Хоран Возраст: 18 лет Состояние: В отличной форме, девственник"

,- После того, как мужчина произнес это слово, толпа разразилась восхищенными криками и посвистыванием. Грязные ублюдки! Я прекрасно знаю, что я буду куплен каким-нибудь взрослым мужчиной, который хочет использовать меня в качестве своей жалкой секс-игрушки. По правилам, будучи достигшим возраста совершеннолетия, уже разрешено принимать на себя не только физическую нагрузку, но и сексуальные увечия. Это не то, чего я хочу, но это то, на что я просто обречен. Я даже не помню, как вляпался во все это дерьмо. Был ли бедным или богатым? Был ли я украден или продан своими же родителями? Я не знаю. Я даже не помню свою семью. - Один миллион фунтов! - услышал я разразившийся по всему залу, словно гром, крик. Не знаю, хорошо это или плохо, что люди готовы за меня столько заплатить. Дерьмо, естественно это плохо! Все они хотят от меня одного и того же. Секса. - Три с половиной миллиона фунтов! - услышал я очередной крик, но не смог разглядеть лица этого человека. Их вид и возраст я могу лишь представить по их голосам. Я знаю, что обладательница этого голоса - женщина. - Десять миллионов фунтов! - внезапно послышался голос. В посещении наступила гробовая тишина. Все, выпучив глаза, уставились на мужчину, сказавшего это. Это цена была гораздо больше всех вышеперечисленных, так что я был уверен, что куплен им. Это все было лишь игрой для них, ничего больше. - Кто-то осмелиться дать больше десяти миллионов? - уточнил аукционер, уже точно зная, что не получит ответа. Смертельная тишина стояла до того момента, пока я не услышал стук деревянного молота, и вскрик: - Продано! Как только это слово прозвучало, я был просто напросто вытолкнут со сцены прочь. Руки были больно связаны у меня за спиной, но я уже привык к этому. Мужчина, державший меня, стал тащить меня наружу. Солнце снова ослепило мои глаза, и мне пришлось прикрыть их. Я чувствовал под ногами почву до тех пор, пока мужчина не толкнул меня на землю, выплевывая мне в лицо: - Жалкий раб, - узел на моих запястьях стал туже, и я просто уверен, что позже образуются синяки. От затолкал меня в красивую черную машину, о марке которой я и понятия не имел, но вынужден признать, что она стоит кучу денег. Это видно даже невооруженным глазом. - Лезь! - скомандовал мужчина, открывая дверь. Я мог бы сесть в машину сам, но прежде, чем я смог хоть что-то сделать, был грубо затолкнут вовнутрь. Дверь закрылась, а затем послышался щелчок, оповещающий о том, что сбежать мне не удасться. Я, усевшись поудобнее, проследил взглядом за уходящим мужчиной, который и притащил меня сюда. То, что я больше не окажусь здесь меня несомненно радует, но что, если мой новый обладатель устроит мне жизнь гораздо хуже? Думаю, кроме как ждать нового разворота событий, мне не остается ровным счетом ничего. Осмотревшись, я понял, что был чертовски прав по поводу цены этой машины. Сиденья были обернуты светлой кожаной обивкой, а на спинках были даже встроенные мини-телевизоры. Спереди все выглядит гипер-современно. Я не думаю, что хозяин этой машины будет утруждаться самостоятельным вождением. Разговорчивый водитель то и дело улыбался, поглядывая на меня прямо через зеркало заднего видения. В момент, когда мои глаза встретились с его, он вдруг заговорил: - Здравствуйте, мистер Хоран. Стоп, что?! Он только что назвал меня "мистером"? Это что, шутка какая-то? Я покосился взглядом на мужчину, который выглядел много старше меня. Его большие голубые глаза не выражали ничего, кроме счастья, когда он смотрел на меня. На нем были одеты очки, а на макушке головы виднелись седые волоски. Думаю, над его верхней губой больше волос, а точнее, там красовались черные усы, очень аккуратной формы. - Эм... Я всего лишь раб. Я не заслуживаю того, чтобы Вы называли меня "мистером", - заверил я мужчину. - Вы гораздо более уважаемая персона, даже будучи водителем, чего нельзя сказать обо мне. Мужчина захихикал, а затем завел машину, направляясь прямо в мой новый дом. - Разве мы не должны подождать нашего Господина, чтобы он присоединился к нам? - спросил я, оборачиваясь и поглядывая на все больше отдаляющееся здание. Просто это было бы логично, если Господин присоединился бы к нам и стал рассказывать мне правила, которые я должен соблюдать в его доме. Теоретически, я знал, чем должны заниматься рабы вроде меня, но у меня было несколько догадок о том, как меня будут наказывать в случае непослушания. Мне достаточно шрамов на спине, больше заработать мне бы не хотелось. К тому же, спина - это не единственное место, где у меня имеются шрамы. - Конечно же нет. Наш Господин ждет тебя у себя в особняке, - ответил водитель. Ну вот, теперь я еще в большем заблуждении. - У себя в особняке? Тогда, кто же купил меня? - там был кто-то, кто решил вбухать за меня десять миллионов фунтов! Я точно слышал тот голос. И снова послышался смешок этого мужчины. - Это был всего лишь я. Я был там по приказу нашего Господина. Он знал в точности, чего хочет, и наказал мне доставить это домой, на цену ему было наплевать. - Вот как... - сказал я, наконец-то понимая, что к чему. Неужели мой новый обладатель настолько ничтожество, что даже не удосужился прийти туда и самостоятельно купить себе раба?! Неужели ему действительно было необходимо отправлять своего водителя? Насколько это выглядит ущербным? Даю сотку. Через несколько мгновений, ко мне в голову пришли совершенно иные мысли. - В точности знал, чего хочет? То есть он знал, что сегодня я буду там? - спросил я. - Именно, - водитель кивнул, - он достаточно долго искал Вас, мистер Хоран. На всю жизнь запомню, как его глаза горели от счастья, когда он увидел Ваше фото на том сайте, - он широко улыбнулся, но его взгляд был полностью сосредоточен на дороге. - Стоп... Зачем он искал меня? Мы с ним можем быть знакомы? - у меня появилась маленькая надежда, что, может, он мой родственник? Может, я наконец стану свободным теперь? Черт, это было бы замечательно! Когда я вспомнил, что этот человек купил меня, все надежды сразу угасли. Возможно, водитель имел в виду, что Господин искал кого-то, вроде меня? Девственника. Полуулыбка, что недавно играла на моем лице, в ту же секунду исчезла, как только я вспомнил об этом. Я никогда не встречусь со своей семьей. И, даже если встречу, никогда не вспомню их. Дурацкая амнезия. Из-за нее я не помню половину своей чертовой жизни! Уверен, что это случилось со мной уже будучи рабом. Единственное, что я помню, так это девушку, которая была избита до смерти одним из моих обладателей. Это, скорее всего, было ужасно. К счастью, что я был спасен прежде, чем случилось бы что-то необратимое. Но я не был уверен радоваться мне или грустить оттого, что я выжил. Амнезия забрала у меня последние надежды на нормальную жизнь. Я совершенно не помню жизни, которой я жил до тех пор, пока не стал рабом. И даже того, что было до того, как меня избили. Я наслышан об этом от других рабов, участвовавших в аукционе. Но самое худшее, это то, что я не помню своей семьи. Были ли у меня оба родителя? Возможно, у меня были братья или сестры? Но я не имею об этом понятия, не имею даже представления о том, как они могли бы выглядеть: ни малейшей детали. Ничего. Единственное, что осталось в моей памяти, - так это имя. И то только потому, что оно было указано в моих документах. - Простите, но мне категорически запрещено рассказывать Вам что-либо. Единственное, в чем я могу Вас заверить, так это в том, что наш мастер просто замечательный человек. Он совсем не похож на тех людей, даю Вам слово, - водитель снова улыбнулся мне сквозь зеркало. - Меня зовут Джеймс, кстати. Тебе это пригодится в первые дни, пока ты будешь привыкать. Я улыбнулся в ответ. Я не очень-то и верю Джеймсу, ведь он и понятия не имеет, как я жил все это время. Просыпаться в холодном поту из-за воспоминаний о дне, когда я потерял память - уже что-то вроде привычки. Пока мы ехали, в машине образовалась какая-то неловкая тишина, нарушаемая лишь какими-то незамысловатыми песнями по радио, которых я никогда не слышал. Я вообще никогда не слышал музыки. Мне не было разрешено слушать музыку не на аукционе, не в больнице. Я, повернув голову, стал вглядываться в прекрасные пейзажи, которые открывались мне видом из окна. По краям дороги были аккуратным рядом высажены высокие деревья. И, наконец, мой взгляд упал на отдаленный силуэт огромного особняка, находившегося на середине черти чего. Это просто невозможно. Меня наебали. - Мы на месте, - сказал Джеймс, заезжая на участок этого громадного особняка. Ворота предварительно было открыты какими-то людьми, должно быть, слугами. Мои глаза расширились, когда мой взгляд упал на прекрасный сад, трава которого была зеленее всего, что мне только удосужилось повидать. Цветы были ярче любого, что я когда-либо видел. Фонтан посередине только дополняет вид сада, создавая волшебное спокойствие. Джеймс остановил машину прямо около входной двери, и, с улыбкой, произнес: - Можете выходить. Я покажу Вам вашу комнату, а затем мы познакомимся с Вашим новым Господином. Я лишь кивнул, идя за мужчиной, прямо внутрь здания. Первое, что я отметил, так это то, насколько богато и со вкусом было все оформлено внутри. Господин, должно быть, очень богат. Не каждый человек на этой планете может позволить себе мраморные стены и золотые вставки в углах, или я не прав?! Джеймс был вынужден подтолкнуть меня выше по ступенькам, а затем усмехнулся: - Только не напускайте слюней, мистер Хоран. Я, право, буду одним из тех, кто будет вынужден это убрать. Я последовал за Джеймсом по ступенькам, а затем мы остановились около первой двери по коридору. Джеймс распахнул дверь, а я попрощался со своей челюстью. - Э-это моя... комната?! - восхищенно и одновременно скептически произнес я, боясь, что все это может оказаться лишь сном. Джеймс кивнул. Комната была оформлена в светлых голубых тонах. В ней было огромное окно, открывавшее вид на сад и на весь особняк полностью. Еще, комната была украшена какими-то странными узорами, о ценности которых я не имел и малейшего понятия. Они были абстрактными и изумительно красивыми, так что уже нравились мне. Лучшее, что было в этой комнате, - кровать. Гигантская ортопедическая кровать с огромным количеством подушек. - Итак, это Ваша комната. Ваши вещи лежат вон там, а эта дверь ведет в Вашу ванную комнату, - сказал Джеймс, указывая мне пальцем. - Но хватит, на пока что. Идемте, Господин уже заждался Вас. Нервы заиграли сразу после произнесенных Джеймсом слов. Я просто обязан произвести хорошее впечатление. Это, можно сказать, самая важная часть рабства. Это то, что мне говорили другие рабы. Я застенчиво улыбнулся и последовал прямиком за Джеймсом. Он открыл дверь в комнату, которая была похожа на комнату для жилья, но была втрое больше обычных комнат. На одном из подвижных кресел сидел парень примерно двадцати лет, и читал какую-то книгу. Он резко вздернул голову, когда послышался негромкий хлопок двери, и теперь я мог хорошо различить его черты лица. Он, право, самый идеальный человек на этой гребаной планете. Укладка из густых черных волос смотрелась просто превосходно. Карие глаза, которые смотрели на меня, были обрамлены густыми и длинными ресницами. Просто нет слов, которыми можно было бы описать красоту этого человека. То, что идеально - никаким описаниям не подлежит. - Найл! - сказал он, и его улыбка была настолько широкой, что, мне показалось, я смог разглядеть все его тридцать два зуба. Он поднялся со своего места и заключил меня в очень крепкие объятия. Я больше, чем запутан во всех этих действиях. Но я не оттолкнул его. Он мой Господин, и я не имею права отталкивать его. Я долго не отвечал на его объятия, поэтому, оторвавшись, он настороженно спросил: - В чем дело, Найл? Неужели ты не помнишь меня?! - спросил он, на что я стал часто трясти головой в разные стороны. - Извините, но... Почему я должен Вас помнить? - спросил я максимально осторожно. Я смог заметить, как он, быстро моргая, пытался отогнать просившиеся наружу слезы. Черт, почему я должен его помнить?! - Мое имя - Зейн Малик. Зейн Малик... Почему же это имя кажется мне настолько знакомым?!