Замок призраков

Глупые, глупые вампиры! Это была первая мысль Дея следующим утром. Несмотря на усталость и небольшое количество часов потраченных на сон, чувствовал парень себя отдохнувшим, только вот настроению не добавляло того, что думал он об Итачи. Именно его образ появился в голове, как только он открыл глаза. И в этом образе он кому-то тепло улыбался (а не скалился, как это чаще всего бывает), и отчего-то Дейдаре хотелось, что бы улыбался он ему. Однако быстро выбросив из головы подобные мысли и не придавая им особого значения, блондин начал свое утро с того, что умылся в маленькой речушке недалеко от убежища и позавтракал. Но больше делать ему было нечего: все остальные спали, как и положено детям ночи. Дейдара хотел немного почитать, но как только он открывал книгу на первой странице, на него находила какая-то апатия, и он застревал уже на второй строчке, потому как только ее смысл он смог уловить, а дальше его посещали фантазии. В них не было определенности, но Дею казалось, что его гормоны взрываются. Ежедневные нагрузки не оставляли телу блондина надежды даже на слабую эрекцию или мысль об этом. Только вот неудовлетворенность съедала его изнутри. Тело от чего-то напряглось, кожа в миг стала раздражительной. Особенно Дей чувствовал зуд там, внизу. Его орган реагировал на неясные образы и обрывки снов. Он ощутил, как его пенис медленно поднимается по ноге вверх. Впору было застонать, и предаться греху, как когда-то в пятнадцать, когда не обязательно было даже что-то представлять себе, только отключить мозги и остервенело толкаться в кулак. Но он не был уверен, поскольку вспоминался Сасори, с которым все было просто и понятно, совсем не так как сейчас. Дейдара не собирался онанировать на человека, с которым расстался четыре года назад. Это было бы недальновидно, и только один вампир оставался у парня на примете. Тот, кто снился ему несколько лет к ряду. У кого были темные волосы и черные глаза. Как у Итачи! Запоздалая мысль, как снег на голову, хотя в нашем конкретном случае скорее, как ведро ледяной воды. Дейдара никогда не пытался сопоставить вампира из снов с Саске. Он не знал почему, но плод его разыгравшегося воображения был другим (несмотря на внешнюю схожесть), ощущался по-другому. Он был опасным и Дейдару это бесконечно будоражило. Ему бы хотелось с кем-нибудь поговорить, но единственный, кто бы его выслушал это Саске, который непременно провел бы неправильные аналоги. Но настолько ли они были неправильными? Дейдара не понимал себя, не понимал Итачи, который непонятно чего ждет, не понимал Сасори, хотя бы, потому что находится слишком далеко. Дампир не был в состоянии рассуждать трезво, на ясный ум накладывались эмоции, и он не мог их игнорировать. Парень со злостью отшвырнул книгу в угол. А затем буравил ее еще несколько мгновений, пытаясь преодолеть себя, заставить сидеть на месте, а не со стоном идти и поднимать ее. Потом зачесались клыки, а сухость во рту не могла утолить даже самая холодная вода, самое терпкое вино или самый горький виски. Только кровь приглушала чувство, которое почти раздирало горло, хотелось царапать его ногтями. Такого не было прежде, что-то дало толчок его жажде, ведь последний раз он питался с неделю назад, за несколько дней до приезда Итачи. Итачи. Он как будто влиял на Дея, как будто что-то в нем сломалось, и теперь в Дейдаре поднимался настоящий зверь. Кровожадный, жаждущий, наполняющий истомой и предвкушением. Все менялось, и казалось внезапным. Только Дейдара отрицал, не хотел замечать. Сейчас он остался один на один со своими мыслями, и черт возьми, если он сейчас же не найдет чем занять свое тело или разум, он просто сойдет с ума. Итачи наблюдал. Дейдара был очень тихим, совсем не таким, как в обычное время, во время их перепалок. Он был задумчивым, немного недовольным и напряженным, и очень красивым. Его волосы чуть топорщились, светлые брови сошлись на переносице, губы сжатые в тонкую полоску, а глаза слишком серьезные. С него хотелось писать картины, заставить улыбаться. Наблюдать за ним. Не пропускать ни единой эмоции, что появлялась на его лице, а потом заставить кричать от боли, или может быть от удовольствия. И смотреть только на него, Итачи. Но его не замечали, слишком уж дампир был задумчив. - Как твое бедро? – спросил Итачи, выходя из тени. Дейдара пару раз моргнул, сбрасывая оцепенение. - Нормально. Хм, - на его лице появилась легкая усмешка. - Что? - Ты словно бы стараешься больше времени провести в моем обществе. Почему ты не спишь? - Мне не хочется. - Вампир, что бодрствует поутру. Как интересно. - О чем ты думал? – Учиха молниеносно переместился к парню и сел возле него. - Я не знаю, - Дейдара покачал головой. – Не знаю, - признался он, и закусив губу неожиданно добавил, - я не понимаю тебя. - Что именно? - Ты словно привязываешься ко мне. И меня привязываешь. Это твои планы? - Нет, - очень тихо ответил вампир. Он посмел прикоснуться к золотистым волосам, лаская прядку ловкими пальцами. – Такого в моих планах не было. Разговор из игривого перешел стал интимным, слишком откровенным. Дейдара не сказал ничего особенного, но в ушах Итачи зашумело. - Ты… - Дейдара посмотрел Итачи в глаза, на мгновение, замолчав, - нет, ничего. - Что я? Они шептали, словно боялись кого-то разбудить, но в интонациях было слишком много ожидания, и ни Дейдара, ни Итачи не понимали, почему им это нравится. Почему они сидят так близко друг к другу и не пытаются отстраниться, а дыхание дампира словно соединялось с дыханием Учихи. - Я, мне пора, - Дей отстранился, когда осознал непристойность ситуации. - Разве тебе есть куда торопиться? - Возможно. - Ты голоден. - Я только что позавтракал. - Кровью? – Учиха приподнял бровь, - не думаю. - С чего ты решил, что мне нужна кровь? - А я не прав? – Вопросом ответил Итачи. - Хватит! - Давай пойдем вместе, - предложил вампир, следуя за отстранившимся парнем. - Что за чушь? - Да ладно, или у тебя еще есть секреты? – это был вызов, и Дейдара не мог не принять его. - И как ты пойдешь со мной? На дворе день. - А ты сможешь подождать до вечера. Блондин долго смотрел на Итачи, прежде чем ответить, он закусывал губы, чтобы не было видно, как они дрожат, и вряд ли осознавал, насколько сексуально выглядел. - На сумерках у выхода, - выдохнул Дейдара и ушел, оставляя Итачи улыбаться себе под нос. *** - Ты знаешь, как интимно наблюдать за кем-то кто пьет кровь? Какое смущение чувствуешь, когда на тебя пристально смотрят? – спросил Итачи у затылка Дейдары. Блондин обернулся: - Нет, не знаю. - Сасори не говорил об этом? Это словно заниматься любовью, когда кто-то подсматривает. Ты бы хотел, что бы я смотрел на тебя в этот момент? - Еще одно слово и я возвращаюсь обратно! - И будешь сдерживать жажду? Слишком пагубными могут быть последствия. Ты обезумеешь. - Я не вампир, - фыркнул Дейдара, - и могу контролировать себя. - Верно. Но тебе ведь нравится пить кровь? Я чувствую, что тебе не хватит выдержки вернуться сейчас. - Ты пытаешься манипулировать мной? – Дейдара оскалился на брошенный вызов. – Не того выбрал. - Да ладно. Это палка о двух концах. - Что? - Если ты вернешься, то почувствуешь себя победителем, но ненадолго. Жажда будет пожирать тебя, а потом поймешь, что мои подначки - просто повод, провокация, а ты не смог вынести того, что кто-то будет на тебя смотреть. Это глупо и по-детски. А если пойдешь, то удовлетворишь свое желание, но тебе не будет давать покоя, что я добился своего. Дампир стоял, замерев, взвешивая чужие слова. Учиха был прав, и Дейдаре было от этого тошно, он почти ненавидел вампира за подобное. - Есть и третий вариант, - наконец вымолвил он. - Какой же? – с ухмылкой поинтересовался Итачи, уверенный, что все просчитал. - Я могу сам выйти на охоту. - Твоей скорости не хватит, чтобы уйти от меня. Тонкие губы Дейдары растянулись в издевательской усмешке: - Только вот, я не боюсь солнца. И могу пить кровь, когда мне вздумается. - Угу, и до рассвета еще нужно дотерпеть. - Думаешь, не продержусь? – казалось, Дей удивился. - Конечно, продержишься, но это возвращает нас к началу разговора. - Ты!…ты! - Кто я? - Засранец! Но Учиха только рокочуще рассмеялся. - В лес мало кто ходит ночью. Опасаются. Нам нужно в деревню, - Итачи кивнул куда-то вперед. - Ладно, - устало согласился Дейдара, и побрел за Учихой, украдкой рассматривая его статную фигуру. Высокий, широкие плечи, идеальная осанка, гибкий, подтянутый. Он излучал силу, и Дейдара чувствовал себя защищенным за его широкой спиной. В это посещение деревни народу на улицах было больше. Несколько шлюх стояли у одного из трактиров. На другой стороне проезжей части побирались старики и бездомные дети. Мужчины спешили домой с полей к домашнему очагу, а кто-то поскорее напиться в ближайшей харчевне. Они спрятались в одном из узких темных переулков, где посторонние не могли их заметить. - Кого ты хочешь? – Шепнул Итачи на ухо блондину. И тот покраснел, кровь бурлила, дыхание сбивалось: от близости наглого вампира, или же от двойственного значения произнесенной фразы, или всего вместе. - Здесь слишком много посторонних, - пробормотал Дейдара. - Тебе ведь не подвластно «очарование»? - утвердительно спросил Учиха. – И не так-то просто увлечь жертву. Но должен признать, природа наградила тебя потрясающей внешностью. И я не могу ей противиться. - Иди к черту! – вспылив Дей, пропустил большую часть монолога мимо ушей. - Ну почему каждое мое слово ты принимаешь в штыки? – ласково осведомился вампир. - Потому что по большей части ты несешь чушь! Итачи усмехнулся. Ну почему этот несносный парень его так веселил? Почему он выглядел таким очаровательным, когда злится? Источал невыносимо сладкий аромат? И Итачи хотелось ластиться к нему, как большому коту, мурлыкать от ленивой ласки, облизывать изящные пальцы, предлагающие угощение. - Не злись, - Учиха поднял руки вверх, сдаваясь чужому напору. – Просто покажи мне, кто тебе приглянулся, остальное я сделаю сам. - За кого ты меня принимаешь? Это охота, а я охотник! А не несмышлёный детеныш, нуждающийся в защите матери. - Мне просто хотелось немного позаботиться о тебе, чтобы больше не терял времени, ведь из-за меня ты терпел целый день. От чего-то Дейдара расхотелось ругаться дальше. Он закусывал губу, пытаясь решиться на уступку. Для этого потребовалось почти шестьдесят секунд, но Учихе показалось, прошла целая вечность. - Ладно, - кивнул дампир. – Ту старуху, - он указал на дряхлую женщину, стоящую на коленях. Итачи мог расслышать, как с ее губ срывается фальшивая молитва. Он насмешливо фыркнул. - Ты когда-нибудь питался пожилыми людьми? – и, заметив удивленный взгляд, продолжил, - вижу, что нет. - А в чем проблема? - Их кровь стара, она отдает горечью пережитых ими годов. Неважно сколько денег они имеют или любви родных. Они постарели, и это уродливо. Ты никогда не задавался вопросом, почему вампиры предпочитают юных жертв? Вместе с кровью передается информация, или скорее образы. Знаешь гипноз не единственный способ узнать человеческие секреты, есть другой, намного более приятный. Но если это всего лишь объект питания, то зачем знать о нем то, что потом может пагубно влиять на твое сознание? Судя по твоему удивленному виду, ты пьешь кровь только, чтобы насытиться и приглушить жажду. Но я вижу их постыдные тайны, переживания, мечты, и чем старше человек, тем их больше. Кровь молодых дев и мужей сладка, ее приятно пить, их мысли в основном порочны. Я думаю, что самый божественный нектар это кровь только что родившегося дитя. - Это отвратительно, - скривился Дейдара, но на самом деле ему потребовалось много времени что бы выдавить из себя хоть что-то. Он был шокирован подобными фактами, и недоумевал. - Успокойся, я никогда не пил младенцев. Мы не трогаем детей и крайне редко убиваем, но исключения есть всегда. Дейдара молчал. Он силился продолжить разговор, но духу не хватало. - Я понимаю на что было направлено твое желание. Твое сочувствие так невинно, насколько это вообще может быть. - Невинно? – кажется Дей отошел от шока, - если бы это было так, я бы избрал иной путь. - Ты выбрал то, что было для тебя наиболее привлекательно и понятно. Так поступают все твари, что бродят на нашей грешной земле. Так что не стоит недооценивать себя. А теперь выбери кого-то другого. - Я…Я…Ладно. Тогда вон та, - блондин указал на продажную девку, даже не посмотрев на нее. - Хорошо, - Итачи вышел из переулка и подошел к указанной девушке. Он что-то шепнул ей на ухо, и она улыбнулась, согласно кивая, а Дей отчего-то почувствовал дикую жажду убийства. Не Итачи (как ни странно), а той проститутки. Но уже через несколько секунд, оба оказались в тени, где и ожидал их напряженный блондин. - Она твоя. И парень с силой вдохнул в себя воздух, силясь уловить аромат девушки. Ее нежной кожи, и кислого возбуждения. Дей легко убрал прядку длинных волос с ее шеи, ласково улыбаясь девушке, принуждая к доверию. Чуть склонился и невесомо поцеловал ее в оголенную шею. Она попыталась поднять тяжелые юбки своего платья, которые надела из-за прохладной погоды, но Дейдара не обратил никакого внимания на откровенный жест. Ему даже не нужно было поддерживать наиграно млеющую барышню, так как позади нее стоял Итачи, и крепко ухватив ее за талию, наблюдал. Дейдара долго целовал ее шею, расслабляя и снимая напряжение. А потом укусил, как только первые капли крови попали ему на язык, он посмотрел на Итачи, точнее на его губы, из-за которых показались клыки и влажный язык, облизывающий их. - Смотри мне в глаза, - со стоном попросил Учиха. – Смотри на меня. Дей поднял взгляд, и вздрогнул от того пламени, что отражалось в них. Дикая страсть, от которой бывает больно, и которую непременно нужно испытать, если предоставляется шанс. В паху потянуло, Дей прикрыл глаза, чтобы попытаться скинуть наваждение. Он отстраненно заметил, что девушка так и не опустила юбку и увлечено ласкает себя между ног, стараясь найти наиболее близкий контакт с Дейдарой. Когда дампир почувствовал, что ему хватит, он откинул голову назад, не замечая, как с уголка его губ стекает тонкая струйка алой жидкости. Он просто приходил в себя, пока Итачи вслед за ним пресыщал свой голод. Как показалось Дейдаре, брюнет справился с делом намного быстрее, нежели он сам. Учиха не мешкал, оттолкнув девицу, предварительно сунув ей в карман несколько серебряников, он прижал Дейдару к стене, ощущая под плотной тканью штанов его полувозбуждённый член, прижимаясь к нему бедрами ради более сильно трения. - Так хорошо, - шептал Дейдара, хватаясь за плечи мужчины, - мне так хорошо. - Да, - тяжело выдохнул Учиха, ловя дыхание парня губами, - хорошо. Прикосновение к губам напоминало разряд тока, который бы задействовал все нервные окончания, оголяя их, делая слишком беззащитными. Дейдара без страха бросался в омут, не беспокоясь, что позже может пожалеть. Сейчас существовали только руки Итачи, что так настойчиво забрасывали ноги Дея себе на бедра, губы Итачи, от прикосновений которых жгло кожу, язык Итачи, слишком наглый и юркий, который все-таки проложил тебе дорогу к языку дампира. Дейдара чуть подвинул бедра, чтобы лучше контактировать с возбужденной плотью мужчины, стонать ему в тон от наслаждения, и задыхаться от поступательных движений Итачи. - Еще, Итачи, еще! – он знал, что нужно быть тихими, что его сладострастные крики могут привлечь ненужное внимание, но сдержаться не мог. - Нам нужно уходить, - шепнул Учиха, замирая, чувствуя прожигающий взгляд. Девушка, которую они пили, так и не ушла. Она все так же лежала на земле, после того, как ее толкнул Итачи, но видимо уже пришла в себя. Ее поза изменилась, она сидела, опираясь спиной о стену, ее платье было высоко задрано, оголяя молочные бедра, а руки играли с клитором. По коже текла вязкая субстанция, как доказательство ее удовольствия. И когда она заметила взгляд красивого брюнета, приподняла край юбки, открывая ему свое влагалище, надеясь, что он все же воспользуется ею. - Ты все забудешь. Ты ничего не видела. Прикрой рану на шее волосами и уходи, - приказал Итачи, поймав ее взгляд. Девушка заторможено подчинилась. Но пока Учиха разбирался с проституткой, Дейдара уже полностью пришел в себя, оттолкнув вампира, он бросился прочь, не понимая Итачи, его непонятной реакции и самого себя. Пробежав несколько десятков метров, он остановился, позволяя Итачи себя догнать, и возможно, объяснить. Но слов не было. Они так и дошли до убежища в молчании. Но на выходе им встретился Саске. - Вот вы где! А я вас везде ищу, - он нахмурился. И немного ревностно пробурчал, - от вас пахнет кровью, - а потом недоверчиво добавил, – и друг другом! Чем вы занимались?! Дейдара покрылся красными пятнами, он буквально пролетел рядом с Саске, и скрылся за поворотом, а через несколько секунд громко хлопнула дверь. - Неужели… Закончить Саске не успел, стушевался под убийственным взглядом брата. - Нет. Не совсем, - выдохнул Итачи. – Слушай, я хочу, чтобы ты как можно быстрее вернулся домой. - Что за срочность? – Саске серьезно посмотрел в такие же, как и у него самого темные глаза. - Нехорошее предчувствие. Очень нехорошее. Да еще и Орочимару нет. Все это неспроста. - Думаешь, что-то затевается? - Может быть, не уверен, но с того момента, как Змей ушел, что-то тревожно бьет в груди. - Это как-то связано с Деем. С тем, кто он? Дейдара рассказал Саске о том, кто он после встречи с Итачи, точнее после их откровенного разговора, потому что смысла скрывать правду он уже не видел. Возможно, Итачи и утаил бы от брата правду о нем, но Дей здраво рассудил, что если враг (дампир не смог подобрать более точного определения) знает о том, кто он, то скрывать это от лучшего друга не стоит тем более, хотя бы просто, потому что маскировка не будет держаться вечно, а Саске действительно был надежным, и Дей ему полностью доверял. - Это единственное предположение, - согласился Итачи, и двинулся по широкому проходу к комнате Саске. – И не говори Мадаре ничего про Дейдару, ладно? - А если он уже знает? – напрямую осведомился младший Учиха. - Откуда? Хотя… если так, то упомяни, что тебе показались некоторые моменты странными, в общем, то, что знал до меня. Только не говори, что вы близко общались, только то, что у вас были совместные тренировки. - Я понял. - Хорошо. - А ты не поедешь со мной? – почти равнодушно спросил Саске, и Итачи понял, что тот намерено, задушил в себе надежду. - Прости брат, я появлюсь чуть позже. Мне нужно наведаться в пару мест. - Сколько тебя не будет? - Я надеюсь не больше месяца. Но чтобы найти Узумаки потребуется время. Поэтому не могу сказать точно. - Узумаки? – ошалело переспросил Саске, - ведьма, что предала семью ради оборотня и сбежала с ним? Это ведь было так давно. - Верно. Но у них было потомство. - Думаешь, они где-то скрываются? В смысле, думаешь еще кто-то остался? - Я уверен в этом. - Почему именно Узумаки? - С незапамятных времен Узумаки была старшей ведьмой в клане, до предательства. Они передавали свои знания от матери к дочери, и писали летописи, впрочем, как и мы. Но их клан живет табором. Они всегда вместе, как стая, помогают выживать друг другу. И к своим знаниям относятся очень трепетно. Я предполагаю, что одна из них произнесла то пророчество. - Странно. - Что? - Старшая ведьма бросила свой клан? Это как то надуманно. Ведь старшей становится женщина познавшая мудрость многих поколений до нее. - Верно. Но общество заведено везде одинаково. Что будет, если Мадара надумает уйти? - Ты его сменишь, - автоматически ответил Саске. - Точно. - Значит, у них был запасной вариант, - младший ухмыльнулся, - предусмотрительно. - Ты видел когда-нибудь ведунью? – Спросил Итачи, меняя тему. - Нет. - Могу тебе сказать, что ни одна из них старше тридцати человеческих лет не выглядит. Они пользуются своей естественной энергией, травами, собранными на лугах и другими вещами, о которых даже подумать страшно, чтобы сохранить молодость. Только смерть не обмануть, она приходит за каждым в срок, и как бы они не старались молодиться, продлить годы жизни, когда сердце уже не выдерживает, не спасает ни что. Хотя они и живут дольше людей за счет колдовства. - И что ты хочешь у нее узнать? - Есть несколько вопросов. - Это не для того, что бы… - Нет. Я…не думаю, что смогу сделать это. Я не знаю. - Не делай ему больно. Он хороший, хоть и с жутким характером. - Не сделаю. - Ладно. Хорошо. Когда мне выдвигаться? - Как можно быстрее. Я хочу, что бы ты ушел до того, как Орочимару вернется. - Я буду готов уже к завтрашнему вечеру, - Саске вскочил и начал ходить по комнате, собирая вещи: все, что попадется под руку. - Не гони лошадей, - улыбнулся Итачи, - я думаю, до Великобритании мы сможем добраться вместе. - Правда? – улыбнулся Саске. - Да. Только потребуется убедить Дейдару. Саске сразу же сник: - Тогда придется ждать еще недели две, - вынес он свой вердикт. *** Две недели ждать не пришлось. Дейдара перестал избегать Итачи спустя два дня. И тогда же позволил ему поговорить с собой. - В этом есть смысл, - согласно кивнул Дей, - только я не понимаю, почему я должен ехать именно вместе с тобой. - Ты не обязан, но я собираюсь заглянуть в гости к старому другу Сасори. Дей напрягся: - В гости ходят по приглашению. - Здесь особый случай. К тому же ты можешь послать ему письмо с Реином. - Если Саске последует один, то он ему намного нужнее будет. - Хм. Да хорошая идея. Так ты согласен? - Здесь мне делать больше нечего, - блондин пожал плечами. - Хорошо. Выходим завтра ночью. *** Их маленькую команду одолевал азарт. В крови бурлил адреналин и предвкушение. Саске воспринимал все, как маленькое приключение, Дейдара радовался возможности вернуться домой, а Итачи волновался, поскольку скоро ему придется несладко. Сборы происходили в спешке. Дейдара собрал небольшую сумку с провизией и одним комплектом сменной одежды. Ему было немного стыдно покидать Орочимару таким вот неблагодарным способом, и он написал ему небольшое письмо, которое оставил в своей комнате рядом с огарками сальных свечей. Дампир сверился с циферблатом тяжелых настенных часов. У него оставалось еще несколько минут до того, как он покинет это место и уже не вернется. Ностальгия поселилась в его душе. Пусть Орочимару и не был образцовым вампиром (в глазах Дея), таким, как скажем Саске или Сасори, но все же плохим человеком его тоже нельзя было назвать. И дампир был к нему по-своему привязан, к тому же Змей был отличным тренером: строгим, опытным, достойным. Он осмотрелся в последний раз, и уже взялся за ручку, когда дверь резко распахнулась, и его отшвырнуло назад от силы удара. И в комнату ввалился Дзиробо. - Какого хрена? – взорвался Дей. - Разве хорошо уходить не попрощавшись? – оскалился толстяк, и Дейдара почуял опасность. В самом деле, последние дни он никого не видел из окружения Орочимару, и только сейчас обратил на это внимание. - Что тебе нужно? – попытался спросить непринужденно блондин. - Твоя голова. Дейдара сглотнул и медленно снял с плеча ручную кладь. Все его тело было напряжено. Одно незначительное движение противника, и он сорвется в бой. Однако Дзиробо видимо не считал его серьезным оппонентом, потому что нападал с ухмылкой. Он был единственным, по словам Орочимару кто не использовал никакого оружия. Вместо металла у него были кулаки, словно молоты. И он замахнулся. Благодаря своей комплекции Дей легко смог уйти от удара, но и его противник не дремал, он оказался весьма прытким не смотря на размеры, и, не теряя времени, замахнулся снова. О, в этот момент блондин благодарил Змея и Акасуну за их уроки. Вытащив саи, без которых никуда не выходил, он бросился на врага. Поднырнув у него под мышкой, он всадил лезвие в мужчину по самую рукоять. В сердце. А вторым саем перерезал ему горло. Кровь брызнула на Дейдару, но цели так и не достигла, она на лету свертывалась, и у парня хватило ловкости уйти от бордовых капель. Толстяк отшатнулся, не в силах вымолвить и слова и не до конца понимая, что происходит, а его внешность стремительно менялась. И уже через мгновения Дзиробо рассыпался серым, почти черным, пеплом. Его было слишком много в складках опустевшей одежды. Дейдара нервно перевел взгляд на капли крови, которым не суждено было запятнать его руки. Они тоже стали прахом. Где-то в горле оглушительно стучало сердце, руки чуть подрагивали, а дыхание отказывалось приходить в норму. Он очнулся, только когда в его комнату влетели Саске и Итачи. Оба с мечами наперевес. - Дейдара, - громко позвал Итачи, - нам пора идти. Нельзя медлить дольше. Парень судорожно кивнул и, схватив свою сумку, побежал за Саске к выходу. - Мы много времени потеряли? – спросил Дей, наконец, придя в себя. Хотя шли они уже достаточно долго. - Всего несколько минут, - отозвался Итачи. – На меня напали Сакон и Укон, на Саске Таюя и Кидомару. - Зачем им это было нужно? Они пошли против рожденных в надежде победить? - Очевидно, так и было, иначе их не было бы по двое. - На меня напал один, - тихо сказал Дейдара, ни к кому конкретно не обращаясь. - Ты дампир, и уж извини, слабее истинных. Этого не исправить. Но ты в рекордные сроки одержал победу, - попытался успокоить его Саске. Замечая разочарование в голосе друга. – Или дело не в этом? - Я его убил. - Не огорчайся по этому поводу, - заговорил Итачи, - он умер в тот момент, когда согласился стать обращенным. - Я не знал его человеком и для меня он был жив. - Ошибаешься! – резко прервал его Итачи. - Обращенные созданы для того, чтобы служить, - вставил Саске. - Значит они просто марионетки, - кивнул Дейдара. - Нет. Это значит, что без точного приказа они не могли напасть. - Вы думаете это Орочимару? – блондин хмурился. - А кто же еще? - Не сходится, - упорствовал Дейдара. - Сейчас это не важно, - Итачи смотрел вперед, на темное небо. Пытаясь сложить все кусочки головоломки. – Противник оказался на удивление самонадеян. - И все же. Змей не дурак, он знал, что мы сможем справиться с его прихвостнями, а вот с его поддержкой, нам пришлось бы потягаться. Если ему было выгодно нас задержать или оставить на одном месте, почему он не остался? Да и Кабуто далеко не слабак, – Дейдара задавал разумные вопросы, но ответов ни у кого из присутствующих не было. - Мы найдем ответы, - пообещал Итачи. Неожиданно Дей остановился: - Я забыл своего орла! - Успокойся, он летел за нами от самого убежища. - Правда? – Дей заозирался и к нему на плечо сел Реин. Боль от цепких когтей отрезвляла, прохладные перышки щекотали кожу. Но это было самое приятное время за день. *** Путь к морю был долгим и утомительным, его не скрашивала даже приятная компания. Настроение с самого начала путешествия было подпорчено, и оставляло неприятный осадок на кончике языка. Каждый чувствовал, что это еще не конец их бедам. Но все молчали, тая тревожные предпосылки в себе, боясь спугнуть удачу. К порту добрались без происшествий, хотя и времени было затрачено немало. Но и там их ожидали сложности. Купить билеты удалось только в одну каюту. Немного тесно для тех, кто привык к личному пространству, но несколько дней не играло большой роли. Только Итачи и Дейдара постоянно спорили и ругались по поводу и без. А Саске оставалось наблюдать и бормотать под нос что-то вроде: «Милые бранятся - только тешатся». Но стоило только им услышать подобное, то они накидывались с новой силой, только уже на Саске, с поразительным единодушием. Ночами, когда весь экипаж спал или надирался на нижних палубах корабля, Дейдара выносил Реина на палубу, чтобы его любимец поразмял крылья. На вторую ночь к нему присоединился Итачи. - Знаешь, Сасори претило рабство, - сказал Дейдара, повернувшись к Учихе. - Знаю. Именно поэтому он никого не обращает. - А у Орочимару было шесть слуг, о которых мне известно, и он послал их на верную смерть. - Ты уже смирился с этим? - Бессмысленно отрицать, хоть мне и не хочется в это верить. Скажи? - Что? - Люди, что соглашаются на обращение, они добровольно выбирают это? - Быть слугами? - Да. - Зависит от обстоятельств. Некоторые стояли на пороге смерти, и жизнь для них была предпочтительнее, некоторые хотели жить вечно. Зависит от мотивации. - А у тебя есть рабы? – спросил Дей, заглядывая в глаза мужчины. - Один, - кивнул Итачи. – Вообще-то обращенным не очень то и плохо живется. Да, они исполняют приказы, но и имеют не мало. Но это конечно зависит от хозяина. - Они вынуждены исполнять приказы, наступая себе на горло? - Ну а что, по-твоему, им обычно приказывают? – спросил Итачи, усмехаясь. - Да что угодно, от закапывания трупов, до воровства детей, - предположил Дей, первое, что пришло в голову. Учиха хрипло рассмеялся на такое заявление: - Бывает, конечно, и такое, но обычно это уборка, или секс. Раньыше я не замечал за тобой подобных рвений. Саске говорил, ты никогда не вказывал подобных убеждений. - Я видел только слуг Сасори, но они получают за свою работу деньги и вольны уйти, когда вздумается. А Орочимару никогда при мне не заставлял их делать, что-то против воли. Условия вполне благоприятные. - Откуда же взялись твои настроения? – поинтересовался Учиха и облокотился на перила. - Я читал. В библиотеке змея. - Ааааа, - протянул брюнет, - неудивительно. У каждого вампира в библиотеке есть подобное чтиво. - У Сасори я такого не видел! - Возможно потому, что он решил оградить тебя от подобного. - Бред. - Эти книги, что ты читал – прошлое. Так поступали несколько столетий назад, но мы развиваемся и не стоим на месте. Условия их существования улучшились. К тому же они тоже могут завести себе слуг. - Что?! - Разумеется. Обращенный тоже может обращать. - Я не понимаю. - Об этом не принято говорить, потому что такое запрещено. Это еще один из наших законов. - Почему нельзя? – поинтересовался Дей. - Это никогда не разрешалось, только во времена первых появлений детей ночи. Тогда еще неизвестно было, к каким последствиям приводит желание управлять и подчинять. Обрашенный обращает человека, затем, тот следующего и еще и еще. Чем дальше от рожденного, тем менее вменяемым остается человек. Низшие, они не способны к коллективному существованию. Они одиночки и убивают без разбора, осушают жертву одну за другой. Видишь ли, не только жажда, но и изобилие крови приводят к утере рассудка. И когда Мадара взял в руки вожжи правления, то первым делом приказал уничтожить всех обращенных. Это было еще в Японии, я читал, что земля была усыпана прахом, под которым не всегда можно было различить траву. - И что? – тихо спросил блондин. - Тогда он разрешил обращение только истинным, а от обращенных скрыли правду о том, что и у них есть такая способность, чтобы не было повторения истории. - Это отвратительно, - дампир отвернулся. - И это еще раз доказывает твою невинность. - Ну что опять ты за глупости говоришь! - Ты сам не знаешь, какой ты. Ты прощаешь то, за что надо казнить, и не приемлешь несвободу. - О чем ты? - Ты простил меня за свою мать, - просто ответил Учиха. - Она умерла. Я не знал ее. Возможно, мне неприятна мысль смерти людей, с которыми меня что-то связывало, даже если это всего лишь совместный ужин. - Ты противоречивый, - улыбнулся вампир. - Просто я впервые лицом к лицу встретился со смертью. – Дейдара вытянул руку и на его предплечье присел Реин. – Скоро рассвет, нужно отдохнуть. - Верно, рассвет. *** Когда они, наконец, сошли на землю, Саске оплатил повозку и прощался перед отбытием. - Возьми Реина, - Дей протянул другу орла, - пусть если что-то случится он летит сразу ко мне. Его появление будет означать, что тебе угрожает опасность, а если ты сможешь и несколько строчек написать, вообще будет замечательно. - Я буду вас ждать. Дейдара, брат. - Торопись, Саске, пусть лошадей подгоняют хлысты. Саске последний раз улыбнулся им и скрылся в повозке, наглухо зашторивая окна. Дейдара глубоко вздохнул. Начиналась самая сложная часть пути: он будет наедине с Итачи последующие несколько дней, чего катастрофически боялся и оттягивал этот момент до последнего, потому что опасался не устоять под напором темного красавца и поддаться его неназойливым ласкам, которые, к слову, были очень приятны блондину. Он не устоял. Они подолгу целовались под покровом навеса. Останавливались днями, позволяя кучеру и лошадям отдохнуть, а себе более интимные ласки, потому что пока такая возможность все еще существовала, и они ее использовали по максимуму. Однако в последний день своего путешествия оба притихли. У каждого были к Сасори вопросы и слова о прощении. Но они еще не знали, что ему они не потребуются. В этот день они отдыхали не более шести часов, потому что уже к сумеркам, если не сбавлять темпа, они, достигнут родной деревеньки Дейдары. Блондин все не мог усидеть на месте. Все ерзал по сидению, подпрыгивая и выглядывая в окно. Итачи же ревновал, хотя и понимал, что поводов нет, но то, как его маленький дампир реагирует на другого мужчину, злило, пробуждало зверя, манило спрятать драгоценный клад за спиной и оберегать всеми правдами и неправдами. Откуда ему было знать, что Дейдара возвращается не к любовнику, а к старшему брату, наставнику, отцу. Однако казалось, что Дей не замечает его упаднических настроений. Им двигали другие чувства, но когда повозка въехала на территорию деревни, над радостью и нетерпением возобладала настороженность. Слишком тихо для субботнего вечера, слишком малолюдно на широких улочках. Даже как-то мрачно. Повозка остановилась. Дейдара и Итачи вышли из кабины, оглядываясь по сторонам, и первого прошиб резкий порыв морозного ветра. - Что-то случилось, - тихо сказал он, обнимая себя руками. - И, кажется, я знаю, что. Дей заинтересованно посмотрел на вампира, но тот не обратил на него никакого внимания, он словно застыл, рассматривая темно-голубую даль. Парень нервно проследил за его взглядом. Дыхание перехватило, сердце сжали стальные тиски страха, ноги не слушались, подрагивали. Он не знал, когда смог сглотнуть, что и послужило толчком к действию: сорваться с места, надеясь, что глаза его обманывают. За холмом, где стояла усадьба Акасуна больше не виднелись высокие тополи и тысячелетние дубы. Не было и крыши поместья, и самого поместья тоже. Территория пустовала, как при разорениях, но здесь было нечто страшнее разорений. На роскошной когда-то земле теперь покоились только руины обагренные кровью.