Добровольная душа - дар для дементора

Пока Херлей ждал у библиотеки Томаса и Антонина, Руквуд попросил у библиотекаря книгу о магических клятвах, договорах, контрактах и прочему. То, что в библиотеке также работала мадам Пинс только молодая, очень позабавило Эванса. Когда мальчики подтянулись, зеленоглазый увел всех за самый дальний столик, скрытый стеллажами. Во время того, как все рассаживались, он накрыл место пологом тишины и отталкивающими чарами, достал четыре пергамента, наложил на них протеевы чары и положил перед каждым. Херлей вывел строчку на своем, а она отразилась у всех. [Знакомьтесь, господа.] Над головами троих первокурсников возникли имена и фамилии. - Умеешь ты знакомить людей, Херлей, - усмехнулся Том. [Ну я же, вроде как, должен был это сделать. Так как я не очень разговорчивый, то Руквуд огласит нам суть причины, из-за которой я вас позвал.] Августус начал рассказывать: - Мы хотим проследить: через сколько преподаватели догадаются, что Эванс не может говорить. Ведь насколько известно, среди учеников Хогвартса не было таких случаев. И вот, мы хотим посвятить некоторых учеников в это, чтобы проблем не было, а для этого нужна защита или договор, - после паузы он продолжил. - Но я уже не уверен, что у нас такое получится. Пока мы вас ждали, я пролистал книгу о магических клятвах, договорах и тому подобному. Там пишут, что лучшие договора составляют гоблины. Они могут вплести в него любые условия и ограничения, а также такие бумаги сложно обойти. Однако, гоблины не помогут нам в этом деле, просто не станут работать с несовершеннолетними. Только с их родителями или опекунами. Писать родителям глупо, да и не поймут они, скажут трата бесполезная. Самим нам не хватит ни знаний, ни умений, чтобы составить правильно. Поэтому договор не подходит. - Без договора, я вижу три варианта. Первый - не проводить эксперимент, но я так понимаю, все против этого, - трое мальчиков покивали говорящему Антонину. - Второй - будем знать только мы четверо, но если будут много снимать баллов с факультета, то тебя, Эванс, начнут травить, - на это Херлей только фыркнул, а Долохов продолжил. - Но этот вариант нам тоже не подходит. Остается только третий, то есть: кто узнает, тот узнает. [Нет, нам третий вариант тоже не подходит. Какая-нибудь заучка решит, что мы нарушаем правила, и сдаст нас. Ладно, еще подумаем тогда. Внесем капельку азарта в наш эксперимент?] - И чего же, ставки сделать хочешь? - предположил Томас. [Именно, друг мой. Так сказать, для поддержания интереса. Не все же ради науки это делают.] - Неплохая идея, но надо сначала проблему решить, - осадил Антонин. [Пока не забыл, Долохов, Руквуд, что вы знаете о легилименции?] - Грубо говоря, чтение мыслей, - ответил равенкловец. Второй лишь кивнул в знак поддержки. [Отлично, а у вас есть защитные амулеты от нее?] - Зачем нам они в Школе? - спросил Антонин. [Потому что один из преподавателей очень любит копаться в чужих головах.] - Кто это и что делать? - нахмуренно спросил Августус. [А вы сами догадайтесь. Учить окклюменцию и не смотреть в глаза преподавателям, а то мало ли. Ладно, с этим мы закончили. Пергаменты не выбрасывайте, можете писать на них в любое время, текст будет отображаться у каждого. Если хотите только одному написать, то пишите имя и в скобках текст. И стирайте текст, чтобы другие ученики ничего не узнали. А теперь собираемся и идем на ужин. Том, напишешь письмо Ра, мне его передай, а то Морти у меня в комнате живет. Ему, видите ли, не хочется жить с другими, он же у нас особенный. А тебе мы кого-нибудь подберем, раз уж мы на разных факультетах.] - Кто это у тебя в комнате живет? - заинтересовался кареглазый слизеринец. - Мортимер - филин, - ответил за него Томас. - А я догадывался, что так и будет. Дома ему совятня не нравилась, хотя он там один был, а тут с другими жить еще пришлось бы. Так что, для тебя разницы нет: что там с филином, что тут с ним же. Эванс лишь возвел глаза к потолку. Вечером после отбоя, Херлей решился выбраться из замка и навестить Мериана по делам. Оказалось, что он может спокойно аппарировать из Хога и обратно, так как это все-таки его владения. В банке Эванс договорился о поиске преподавателя по зельям для Ра, составлении двух договоров, хоть Мериан и поворчал на это, но помог грамотно составить и дал парочку советов. Также он приобрел два амулета-серьги для ребят от легилименции, раз они с ними, то пусть не могут ничего выдать случайно так. Еще состоялась встреча со Скуррой. Тот сначала ругался на него, потому что письма не были отправлены ему, а потом обнимал его и говорил, что уже соскучился, хотя и двух дней не прошло. На известие о поступлении Томаса на Слизерин Ра удивился, но что-то подсказывало Херлею, что не особо искренне, однако спрашивать он не стал. Посидев недолго с ним, Эванс всё же отправился в Хог и там уснул. На следующий день у них стояла первым уроком стояла трансфигурация. Перед завтраком Херлей написал на связном пергаменте просьбу для всех: встретиться после завтрака на выходе из Большого зала. Поев, Эванс и Руквуд поджидали слизеринцев. Те явились быстро. По дороге к кабинету брюнет протянул своим новым знакомым по артефакту. - Херлей, что это? - спросил Антонин, забирая серьгу. В ответ мальчик постучал по виску пальцем. - Серьга - артефакт от легилименции гоблинской работы. У меня такая же, - ответил за него Томас. - Может, ты еще и договор достал? - поинтересовался Августус. Эванс только ухмыльнулся им. - Ага, Фин его достал, - также проговорил синеглазый. - И да, Долохов, ты мне должен галеон. Я же говорил, что достанет. Антонин и Руквуд остановились. - То есть как достал? За ночь? - шокировано прошептал равенкловец. - Идёмте, а то на урок опоздаем. Если Херлею что-то нужно, он это достанет. Всегда. Уроки прошли быстро для всех первокурсников, кроме Эванса, потому что ему было просто неинтересно. После обеда мальчишки вновь собрались в библиотеке. Конечно, Херлей не рассказал, как достал договор, но условия его подписания пояснил. С Руквудом они также подписали свой договор. И еще Томас передал ему письмо для Ра. Далее каждому давалось задание: подобрать кандидатов на сотрудничество в эксперименте. К концу недели договор подписали все равенкловцы-первокурсники, еще через неделю - половина первокурсников с других факультетов, те, на кого они смогли положиться, присмотревшись. Шли уроки теории и Херлею пока везло: его не спрашивал еще никто. На уроках он откровенно скучал, поэтому решил почитать книги по артефакторике, которые взял из домашней библиотеки, и книги о том, как составлять новые заклинания. Оба этих занятия были весьма трудоемки и включали в себя множество различных дисциплин, поэтому Херлей, не торопясь, все изучал. Тем не менее, на зельеварении он варил идеальные зелья, чем заслужил похвалу и внимание Слизнорта, впрочем как и Томас. На травологии он тоже выполнял все безукоризненно. А на остальных уроках не было пока практики с палочкой. Впервые его спросили только через три недели с начала учебного года. Он, естественно, промолчал, с него сняли баллы и все. На других уроках его тоже спрашивали, но результатов не добились никаких. Впрочем, не особо и старались. Знающие ученики только хихикали. Четверо мальчиков также собирались в библиотеке раз в два-три дня, общались или делали уроки. Вследствие подписания договора, у мальчишек значительно расширился круг знакомств. Ребята подружились с Дакеем Эйвери, Рейнардом Лестрейнджем, Абраксасом Малфоем, Норманом Ноттом и Альфордом Блэком. Что примечательно, Эйлин Принц не особо дружелюбная ко всем людям в принципе, прониклась симпатией к Херлею на поприще зельеварения, и их часто можно было увидеть дискутирующими по этому поводу, точнее Эйлин что-то с жаром доказывала ему, а Херлей только посмеивался беззвучно и писал ответы. Мальчики хихикали над этим, но девочка грозно на них посматривала и весьма в саркастичной манере отзывалась о них, отбивая у них желание комментировать происходящие.