Отдай мне свое сердце

When the rain is blowing in your face, Когда дождь хлещет тебе в лицо, And the whole world is on your case, И весь мир свалился на твои плечи, I could offer you a warm embrace, Я могла бы предложить тебе теплые объятия, To make you feel my love Чтобы ты почувствовал мою любовь. — Glee Cast "Make you feel my love" POV: Frank. Скажу честно, этот поцелуй отключил мой разум и был довольно приятным, но, когда Джерард стал ближе прижиматься ко мне и его действия начали переходить грани задуманного мною "ленивого поцелуя", я уверенно просунул руку между нами и отстранил парня от себя. Он медленно открыл глаза, которые мгновение так ярко светились, а потом, увидев мое непонимание и, возможно, некую брезгливость на лице, его свет потух. Еще секунду он смотрел на меня с какой-то надеждой, но я отрицательно покачал головой, освобождая Джерарда от веса своего тела. Поднялся, нацепив обратно шапку и поправив футболку. Виновато посмотрев на Джерарда, я потупил взгляд, получив в ответ тихий, сдержанный всхлип. Уэй, опустив голову, прошел мимо меня, задев плечом. И поднялся по лестнице, а я плюхнулся на диван. Думаю, сегодня мне будет лучше спать на диване, чем там, рядом с парнем, к которому у меня появились некоторые вопросы насчет того, что мы сделали, что произошло между нами. Наверное, это было ошибкой или что-то вроде того, что обычно говорят в каких-то сериалах, когда кто-то с кем-то переспит, а потом говорит, что все случилось случайно и никто из них на самом деле этого не хотел. Выключив свет, я лег на диван и закрыл лицо руками, пытаясь больше не впускать в мысли этого мальчишку, что позволил мне поступать по воле амбиций. Глупый, глупый, глупый Фрэнк, где твоя голова? Ты странно поступил, сделав непоправимую ошибку, приятель. Прекрати это делать, прекрати думать об этом, придурок!

***

Самое ужасное то, что вы с каждой секундой оказываетесь в ещё большей заднице, чем были до этого, потому что сюда спускается заспанный и с растрепанной прической парень, на которого вы не можете не смотреть, когда ваши бабочки в животе спускаются намного ниже, чем вы этого ожидали, и ваш голос становится настолько высоким, что на вас оглядываются все, даже задрот в нян-кэта. Джерард, надменно улыбнувшись и изогнув бровь, посмотрел на меня, взял с плиты сковороду и сел за стол, отковыривая ее остатки. — Так мы сегодня едем на базу бейсбола? — ха, он делает вид, будто ему это дерьмо интересно. Он даже не смотрит на меня, просто слушает Линду, которая говорит о том, что через полчаса нам всем нужно будет оказаться на поле. Беспокойно взглянув на меня, Джерард зажмурился из-за солнечных лучей, что слепят ему глаза. Я, запаниковав, опустил глаза на тарелку и начал активно скрежетать по ней вилкой, с неподдельной охотой отправляя яичницу в рот, пока мог чувствовать на себе пристальный взгляд этого жутковатого с пожухлым и потрескавшимся черным лаком на ногтях парня. Уэй специально выдохнул на меня так, что я почувствовал, как его холодное дыхание отдается тысячами мурашек по спине. — Как спалось, Фрэнки? — приторно промурлыкал Джер, задевая носком кед мою ногу. Я подавился. — Все в порядке с моим сном, по крайней мере, мне не приходится вставать по ночам и поднимать с пола содрогающееся в конвульсиях тело, — усмехнулся я, игриво изогнув бровь. — В следующий раз я откушу тебе твой грязный язык, когда он будет.., — болтая ногой под столом, Джер победно взглянул на меня. Придурок. Представьте себе, что вы сумели облажаться перед всей семьей, которая была уверена в том, что вы не провалите это, и заверяла: "Я верю в тебя, все получится", но вы каким-то образом подвели их надежды, и вам так неловко, что хочется головой зарыться в песок, но вы сидите здесь, за столом, давясь утренней яичницей. И на вас пытливо смотрит ваша мать, в глазах которой читается то, что вы фигово справились с задачей не сделать ничего, что могло бы выставить вас и ее полным отстоем. Не уверен точно, но, бьюсь об заклад, в ее голове уже успели построиться логические цепочки по причине того, почему Уэй решил так сказать. Посмотрев матери в глаза, я понял, что она попытается держать меня под контролем и в поле зрения, по крайней мере, некоторое время, пока не поймет, что объединяет меня с Джерардом.

***

— Джерард, ты будешь бьющим, Майки ты — питчером, я, Донна, Мэри и Джесси будем нападающими, — говорит моя мама, указывая на каждого поочередно. Не услышав свое имя в списке игроков, я подбегаю к ней и одергиваю. — Ты, кажется, забыла назвать меня, — процедил я, боковым зрением наблюдая, как Джер, нагнувшись так, что его задница смотрит в мою сторону, завязывает шнурки на обуви. — Дружок, я не хочу, чтобы во время игры что-то пошло не так, и я не хочу, чтобы мы продули Браунам. Также я помню, что произошло в прошлый раз, — цокнув, мама натянула мне шапку на лицо и кивком указала на трибуны. Поправив шапку и закатив глаза, я послушно направился в сторону скамеек. В последний раз, когда мы с мамой выезжали за город сыграть с ее друзьями в бейсбол, я раздолбал биту из-за того, что маленький засранец семьи, Тернер, сжульничал, подставив мне подножку, и я не успел добежать до третьей базы. Зажмурив глаза от солнца, я скрестил руки за головой и наблюдал, как Джерард переминается с ноги на ногу, сжимая биту. Он поправил козырек кепки и кивнул головой, показывая готовность. Черт бы побрал его задницу и его грациозный, точный взмах битой. Я, удивленный, снял солнечные очки, разинув рот, и взглядом смог проследить, как мячик взлетел ввысь, приземляясь около пятидесяти метров от "дома". Майки, этот чудаковатый мальчишка, помешанный на комиксах, подпрыгнул на месте. Джерард на секунду задергался и рванул с места наперегонки с Куинн. Я наблюдаю, как Джерард стремительно приближается к мячу. Команда ликует. Странно, у вас когда-нибудь было такое настроение, что тебе вроде бы нормально и даже не на что жаловаться, хотя в то же время очень грустно, но ты просто сидишь в одиночку, думая, что было бы неплохо поговорить с кем-то, чтобы тебя обняли, но ты чувствуешь, что ведешь себя раздражающе, так что просто сидишь очень грустный и жалуешься про себя на несправедливую судьбу. И в конечном итоге я смог свыкнуться с тем, что все, что у меня есть — это мои гребаные мысли, но этот жуткий Джерард нарушил все мои правила. Это, наверное, займет определенное место в списке моих самых больших ошибок. И я не знаю, что выйдет из всего после того, что произошло между мной и Джерардом, даже если он просто смотрит на меня или касается, моя задница уже отваливается от страха. Но я не думаю, что стоит показывать все это дерьмо, что делает меня самим собой. По крайней мере, Фрэнк, ты ничего не обязан делать за поцелуй. Это был всего лишь дружеский поцелуй. Друзья же целуются, верно? От мыслей меня отвлек мячик, что точным ударом попал мне в нос. Я, матерясь, зашипел, когда тонкая нить крови пошла из-под носа, и я смог почувствовать железный привкус у себя на губах. Шмыгая носом, я сорвался с места и побежал в медпункт, что находится здесь совсем рядом. На секунду повернув голову чуть влево, я увидел рассеянные выражения лица Майки, мамы и Джерарда. Джерард... Опять все из-за этого парня. Надо же было так задуматься, чтобы перестать следить за игрой, я ведь даже не понял, кто такой меткий попал в меня. Надеюсь, у меня нет перелома, что навряд ли, ведь ворот моей футболки и рука уже в крови, а сам нос начинает пульсировать болью. Я уже почти добежал до медпункта, как вдруг чья-то рука легла сзади мне на плечо, отчего я немного перепугался и сильнее надавил на свой многострадальный нос ладонью. Господи Иисусе, ну кто такой умный решил подкрасться сзади к пострадавшему человеку? Быстро оборачиваюсь, расплескивая капельки крови во все стороны. Это снова Джерард. — Может, перестанешь меня уже преследовать? — прорычал я, стряхивая с себя его руку. Его обеспокоенность на лице сменилась удивлением и непониманием. — Что? Фрэнки, я хотел помочь тебе. Майки такой идиот: решил играть без очков. А я говорил ему! Боже, у тебя столько.., — сначала он начал быстро болтать, а к концу завис, боязливо смотря на мое лицо. — Давай я помогу тебе, — он отвернулся, но с мужественным видом подхватил меня за руку и потащил вперед. Забота, конечно, приятна, но из-за Уэя у меня и так сплошная каша в голове (наверное, овсяная, потому что я ненавижу ее), я мог бы и без его помощи дойти, тоже мне герой. Внутри небольшого строения, по виду больше напоминавшего хибару охранников, чем место обитания врачей, пожилая щуплая медсестра сразу заворошилась при виде меня, начиная доставать всякие ватки и баночки. Я повернулся к Джерарду: вцепившись в мою руку, он неотрывно смотрел за женщиной, то и дело морщась и громко сглатывая слюну, видимо, от сухости во рту. Кажется, он нервничает намного больше меня. От его такого вида я даже немного улыбнулся, после чего уже медсестра повернула мою голову в свою сторону и начала что-то делать с моим носом. Она справилась быстро: наверное, такое часто происходит на поле, а потом выгнала нас с Джи в беседку на улицу, при этом еще запихнув мне в руки пакетик со льдом. Я плюхнулся на скамейку, откидываясь на спинку, и запрокинул голову чуть вверх, чтобы было удобнее удерживать холод. И вот, Уэй передо мной снял бейсбольную кепку, крутя ее в руках (кстати, о головных уборах: шапка все еще была на мне), и наконец посмотрел на меня! — Во время первой подачи у Майки слетели очки, после чего он решил, что ему будет удобнее без них. Ну а со второй подачи он немного скосил и попал прямо в тебя. Он не специально, но я порой удивляюсь, откуда у этого дрища такой размах. Да ты еще так задумался, что совсем не заметил летящего в тебя мяча, тупица! — рассмеялся Джерард, болтая ногами. — Я перепугался, что он тебе все мозги вышибет. Сильно болит? Вечером нам придется поехать в больницу, — Джерард ожил и вновь начал эмоционально говорить, да так, что я невольно улыбался, чуть ли не хихикая. — И что же ты так взволновался? — перебил я его, отчего Джер снова резко замолчал, чуть сузив свои глаза и быстро бегая ими по моему лицу. — Знаешь, Фрэнк, потонувший в океане становится его частью, а затем состояние лодки полностью зависит от состояния океана*, — четко выговорил он, но от этого слова Уэя не стали понятнее. Я только больше запутался. — Что? Джерард, о чем ты вообще говоришь? — я вопросительно поднял бровь. Хотя я смутно догадываюсь, о чем он, но мне даже нравятся его загадочные фразочки, причем в фильмах и книгах я засыпаю именно на подобных моментах. Вместо словесного ответа он лишь придвинулся поближе ко мне, что, кажется, заставило температуру моего тела подскочить на градус. — Эм, Джи? — меня все еще немного пугала эта неловкая ситуация, но тут он опять включил свое мужество и так резко приблизился своим лицом к моему, что мы столкнулись гребаными носами и струйка крови вновь потекла к моей верхней губе. — Ты поцелуешь меня, Фрэнк? — прошептал он. Но я не могу, не могу поцеловать Джерарда. Может быть, это будет выглядеть совсем по-дурацки, потому что мы уже совсем недавно делали это, причем по общему согласию, но сейчас все не так. Не та атмосфера, не та ситуация. Не могу. Зачем мне это делать? Я не хочу отношений с Джерардом, мне это не нужно сейчас. — Нет, Джер, прости, — я чувствовал какое-то дурацкое чувство вины перед этим парнем, но мне совершенно не хотелось объясняться, поэтому я торопливо поднялся и побрел обратно к полю. Кажется, я слышал, как Джерард зло кинул мой пакетик со льдом на бетонный пол беседки. Эх, жалко даже парня, не стоит ему так изводить себя. Я опять так задумался об этом Уэе, что не заметил, как уже вышел к полю, смотря только на свои кеды, которыми небрежно загребал сухую землю, еле поднимая ноги. Вдруг я с чем-то столкнулся, ну а точнее с кем-то. За сегодня я уже привык, что меня вытаскивают из мыслей лишь с помощью столкновений и ударов. Оторвав взгляд от кед, я посмотрел на миниатюрную девушку перед собой. Она была чуть ниже меня ростом, со светлыми-светлыми волосами, чуть отливавшими розовым цветом, завязанными в хвост, ее прическа была немного растрепанной, наверное, это из-за ветра или насыщенной игры, что выглядело довольно мило; еще щеки были немного красными от бега и, возможно, от смущения; ее глаза были темно-кофейными, что очень приятно контрастировало с ее волосами; эти самые глаза смотрели точно в мои, а затем, как будто опомнившись, она поспешно начала лепетать извинения и спрятала руки за спину, я же просто умиленно улыбался и смотрел на нее, как сидя перед экраном. — Я Эми, — заметив, что меня никак не разозлило наше столкновение, она с легкой ухмылочкой протянула мне хрупкую руку, хлопая своими глазками. — Прекрати уже улыбаться и скажи, как твое имя, — усмехнулась, осмелев, она. — Фрэнк, — крепко, но в то же время аккуратно я пожал ее руку.