Мечта в петле

Десять лет назад. «Он такой, такой…» Маленький, худенький мальчик со светлыми взъерошенными волосами не знал слов, чтобы описать того, кого он увидел. Ребёнок, не отрываясь, смотрел на высокого молодого человека с распущенными серебристыми волосами длиной до пояса, выпрыгнувшего из военного грузовика. Машина только что въехала на небольшую площадь в центре их городка и остановилась недалеко от колодца. - Мама, кто это? - Солджеры, сынок. Элитное армейское подразделение Шинры. - Сол-дже-ры. Мальчик по слогам повторил незнакомое слово и снова стал смотреть на прибывших. Их было несколько человек. Высокие, хорошо сложенные мужчины в чёрном, с глазами, отливавшими зеленью. Но он видел только одного, того самого. Военные прошли к проходу в скалах, ведущему к большому дому, стоящему особняком, и, когда все уже скрылись за поворотом, сереброволосый, шедший последним, вдруг обернулся. Его глаза, похожие на светящиеся зелёные льдинки с чёрной вертикалью зрачков, встретились с синими глазами ребёнка. Встретились всего лишь на несколько секунд, но молодой человек, обладавший способностью воспринимать эмоции, направленные на него, ощутил бесхитростное восхищение малыша, восхищение именно им, а не солджерами вообще. Внутри него что-то дрогнуло, необычные глаза медленно моргнули, но потом он резко повернулся и скрылся за скалой. Светловолосый мальчик не стал спрашивать у матери, как зовут этого человека. Он догадывался, что простая женщина из захолустного Нибельхейма не может знать имён элиты армии Шинра. Но для себя ребёнок твёрдо решил, что тоже станет солджером, таким же, как его новообретённый кумир. Вечером этого же дня над его мечтой смеялись все соседские дети, кроме одной девочки, Тифы. - Какой из тебя солджер, малявка! Ха-ха-ха! Смотри, какой ты тощий, одни кости! Ха-ха-ха! Обиженный мальчик кинулся на ребят с кулаками, те не отступили, и дело закончилось дракой. Впоследствии, он, и так немного замкнутый, стал постепенно отдаляться от других детей. Неосознанно желая быть вместе со всеми, ребёнок так и не смог преодолеть себя. Дома малыш жаловался на обидчиков матери, а та гладила его по непослушным светлым волосам и вытирала злые слёзы, бежавшие из синих глаз. - Не плачь, сынок, - говорила женщина, прижимая к своей груди взъерошенную голову. – Любая мечта может сбыться, нужно только приложить усилия. - Правда? – мальчик смотрел на мать, хлюпая носом. - Правда. - А что нужно, чтобы стать солджером, мама? - Не знаю. Наверное, чтобы учиться, чтобы стать умным, и тренироваться, чтобы стать сильным. - Я буду учиться и тренироваться! - Вот и хорошо. Но давай ты начнёшь это с завтрашнего дня. Сейчас уже поздно. Умойся, поужинай и ложись спать, мой Клауд. Ночью мальчику приснился тот самый незнакомец. Они стояли перед воротами особняка в скалах и смотрели друг на друга. Бесшумный ветер шевелил серебряные волосы, в зелёных глазах гнездилась печаль, и Клауду почему-то казалось, что он знает его давным-давно. Потом мужчина ушёл в тот таинственный дом, оставив малыша с ощущением потери. И ребёнок шептал во сне: «Я обязательно стану солджером, таким же, как ты». Два года назад. Следующие восемь лет жизни Клауда были заполнены стремлением к своей мечте и к своему идеалу. Сефирот. Легенда, Клинок Корпорации, Лучший из лучших, совсем молодым получивший звание генерала за победу в Вутайской войне – парень собирал любые сведения, чтобы стать хоть немного похожим на него…, и прекрасно понимал, что ему далеко до своего кумира. «Я должен стремиться к этому, приложить усилия». В конце лета, когда Клауду уже исполнилось пятнадцать лет, в один из тёплых вечеров он сидел у городского колодца вместе с Тифой, той самой, которая не смеялась над ним, когда они были маленькими. - Я уезжаю в Мидгар, чтобы стать солджером, - сказал парень, избегая взгляда девушки. Тифа подняла голову вверх и стала смотреть на звёзды. - Ты вернёшься, если я буду в опасности? – вдруг спросила она. – Во всех интересных книжках герой всегда возвращается, когда героиня в опасности, чтобы спасти её. - Вернусь, - сказал вслух Страйф. «Наверное», - подумал он про себя. Ровно через месяц Клауд сидел на земле во дворе учебного центра, в самом дальнем углу, спрятав лицо в колени. Лёгкий ветерок шуршал бумажным листом, зажатым в его правой руке. Несколько цифр на нём были обведены красным и поперёк листа размашисто выведено: «Не годен». Страйф был в отчаянии. Радужная мечта его детства рухнула, несмотря на все усилия, и ему уже не вернуться в свой город героем. Он хотел, чтобы его признали, восхищались им, завидовали. Чтобы мама гордилась своим сыном, чтобы Тифа… Ведь он обещал ей. Клауд горько вздохнул и в носу у него предательски защипало. А теперь… «Я не могу, не хочу возвращаться домой… неудачником». Он сидел, и у него не было сил даже думать о чём-нибудь, поэтому, когда кто-то подошёл к нему и вытащил бумагу из его пальцев, юноша даже не пошевелился. - Эй, парень, ты в порядке? Страйф не сразу понял, что вопрос относится к нему и только когда его тряхнули за плечо, поднял голову. Прямо перед ним сидел на корточках молодой человек немногим старше его самого, с весёлыми голубыми глазами и чёрными волосами, взлохмаченными не меньше, чем у Клауда. Одет он был в форму солджера, из-за плеча виднелась рукоятка меча. - Не кисни, - сказал черноволосый, взмахивая бумажным листом. – Не попал сейчас, попробуй через год, в следующий набор. - Я хотел быть как он, - еле слышно выговорил Страйф, прижимая колени к груди. – Восемь лет я стремился к этому. Вступить в ряды солджеров, увидеть того, на кого хотел равняться, на кого хотел быть похожим. Стать героем, как он. - И кто же это? – улыбаясь, поинтересовался его собеседник. - Генерал Сефирот. Я мечтал тоже стать элитным бойцом. - Мечтал? Да, у настоящего воина должны быть мечты. - Только моя оказалась неосуществимой, - обречённо произнёс Клауд, снова спрятал лицо и хлюпнул носом. - Приложи усилия и осуществишь её! Черноволосый бодро вскочил на ноги, поднял Страйфа и протянул ему руку, сдёрнув с неё перчатку. - Зак Фэйр, солджер первого класса. Клауд посмотрел на него, улыбнулся, подал свою и тоже назвался. - Пойдём, - солджер хлопнул парня по плечу. - Куда? – спросил тот. - Записывайся в пехоту и этот год не пропадёт у тебя зря. Там подготовка тоже будь здоров, - ответил Зак. - А ещё ты можешь взглянуть на своего кумира, - заговорщически добавил он, понизив голос. - Правда?! – Страйф чуть не подпрыгнул от радости. - Ну конечно. Сефирот шёл через территорию учебного центра, когда его окатило горячей волной чужих эмоций: волнение, радость, восхищение. Очень похоже на… «Восемь лет назад, Нибельхейм». Генерал остановился и быстро обежал глазами двор и здание центра. В одном из окон он заметил Зака Фэйра, а рядом с ним… «Неужели это тот самый мальчик, оттуда? Ну да, а на что я надеялся?». Сколько раз он пытался предотвратить этот поворот в своей жизни и ни разу ему это не удавалось. Сефирот сделал непроницаемое лицо и пошёл дальше, но он чувствовал, что влюблённый взгляд синеглазого паренька провожает его, и от этого ему было ещё больнее. Середина осени. Ветер гоняет по двору учебного центра несколько засохших жёлтых листьев. - Рядовой Страйф, что случилось? Группа новобранцев, в которую входил Клауд, занималась на плацу. - Простите, сэр. Мне кажется, я повредил ногу. - Когда вы научитесь отвечать по уставу, рядовой? - Я получил травму ноги, сэр! - Отправляйтесь в медпункт. - Есть, сэр! - Дойдёте сами? - Да, сэр! Парень бодро дохромал до здания учебного центра и даже одолел лестницу на второй этаж, но сильная боль в лодыжке заставила его присесть на небольшой диванчик в холле, чтобы немного передохнуть. Нога распухла и горела, на побледневшем лице Клауда выступили капли пота, и он часто дышал, поглядывая в конец коридора, где находился медицинский кабинет. - Я могу тебе чем-то помочь? Приятный низкий голос прозвучал над головой Страйфа, и он медленно поднял глаза на говорившего. Высокие чёрные сапоги, длинный чёрный плащ с блестящими застёжками, перекрещённые ремни на обнажённой груди, стальные наплечники, серебристые волосы и глаза, зелёные, с лёгким голубоватым оттенком и вертикальными зрачками. - Сэр? Генерал Сефирот? - Да. А ты?.. - Клауд Страйф, рядовой. Парень дёрнулся, пытаясь встать на ноги, и скривился от боли. Мужчина движением руки остановил его. - Сиди. Клауд замер, глядя на своего кумира снизу вверх, не веря, что вот он стоит здесь, рядом с ним, не понимая, откуда он взялся в коридоре, который только что был пуст. Сефирот тоже не понимал, что привело его в учебный центр, сюда, на второй этаж, пока не увидел светлую взлохмаченную голову парня, сидевшего на диване с болезненным выражением на лице. И сейчас на генерала выплёскивались уже знакомые ему эмоции: восхищение, восторг, уважение и… Любовь? «Этот мальчик уже влюблён в меня. Как и раньше. Всё повторяется». Сефирот плавно опустился на диван рядом со Страйфом, который не сводил с него широко открытых глаз, и снял перчатки. - Судя по твоему внешнему виду, ты повредил ногу, а точнее потянул связки в лодыжке. Позволь тебе помочь. - Нет, нет, не надо, - замотал головой Клауд. - Почему? Ведь ты пришёл сюда за помощью. - Я… Я шёл к медику. А вы, вы… - Что я? И тут парня прорвало. Он рассказал генералу всё, начиная с памятной встречи в Нибельхейме и кончая тем, как он приехал в Мидгар, желая стать солджером, таким, как он. За время рассказа Сефирот положил травмированную ногу Страйфа себе на колено, снял ботинок, загнул штанину и осмотрел распухшую лодыжку. Потом он поднёс к больному месту свою ладонь и что-то прошептал. Между пальцами появилась едва заметная зеленоватая дымка, которая тут же словно впиталась в покрасневшую кожу, и вскоре нога приобрела здоровый вид. Клауд, увлечённый своим рассказом, даже не заметил, что его проблема устранена, и только спустя некоторое время понял, что его многострадальная конечность устроилась на колене лучшего из лучших, а прохладные, чуть шершавые пальцы лежат на этой самой конечности, касаясь кожи. Парень покраснел, споткнулся на полуслове, дёрнулся, но твёрдая рука удержала его. - Посиди спокойно ещё пару минут, пусть материя исцеления завершит своё дело. - Материя исцеления? Страйф удивлённо смотрел на свою ногу. - Да. Закончи пока рассказ о себе. - Нечего уже заканчивать, - смутился Клауд. – Не хватило нескольких баллов по тестам и в солджеры меня не приняли. Вступил в пехоту, чтобы время зря не терять, но от своей мечты я не откажусь. Я хочу стать таким, как вы, сэр. На лице Сефирота появилась странная улыбка, словно кто-то растягивал его губы, преодолевая их сопротивление. - Ты думаешь, что это такое большое счастье, быть таким, как я? – в бархатном голосе генерала появились печальные нотки. – Скажи, сможешь ли ты предать или убить по приказу близких тебе людей, своих друзей, тех, кого ты любишь? - Убить? Предать? – Страйф непонимающе смотрел на собеседника. - Такие, как я, постепенно перестают быть людьми и становятся монстрами. Ты уверен, что хочешь именно этого? Сефирот отвернулся от парня и смотрел куда-то в сторону. Клауд осторожно снял свою ногу с колена генерала, пододвинулся к нему поближе, взял его за руку и попросил: - Прошу вас, сэр, не разбивайте мою мечту. Вы всегда были моим идеалом и я не готов… Я не хочу… Останьтесь им. - Мечту? – по губам Сефирота опять скользнула странная улыбка. Он повернулся к Страйфу и их лица оказались совсем рядом. В зелёных глазах мелькнуло и исчезло какое-то хищное выражение, непонятное для Клауда. - Ты знаешь, что такое радуга? Вопрос застал парня врасплох. - Ну, это такая разноцветная полоса в воздухе, бывает после дождя, - растерянно сказал он. - Ты можешь видеть радугу, только если стоишь спиной к её первоисточнику, солнцу. Твоя мечта, как эта радуга. Иди к ней, не оглядываясь назад. - Не говорите так, сэр, - снова попросил парень. – Радуга недолговечна, но её источник всегда с нами и всегда есть надежда, что она появится вновь. Даже если моя мечта не исполнится, вы, её источник, всегда будете моим идеалом. Пусть я не смогу быть рядом с вами, в ваших рядах, так хотя бы… Генерал не ответил. Он сидел, откинувшись на спинку диванчика и закрыв глаза. Лёгкий шорох. Его пальцы несильно сжала чужая рука. Тёплая волна любви хлынула в его душу, растапливая внутренний лёд, отогревая сердце, заставляя его биться быстрее. Потом были удаляющиеся шаги, тишина и тепло, не исчезнувшее после ухода Клауда. «Всё бесполезно. Всё повторяется и я не могу ничего изменить». У них больше не было таких, один на один, встреч, но Страйф всегда искал глазами высокую фигуру в чёрном плаще и, если находил, Сефирот чувствовал, что его словно омывает душевным теплом, которое этот подросток так щедро дарил ему. Год назад. В конце следующего лета Клауд справился со всеми тестами и был принят в ряды солджеров. Переполненный счастьем он, словно на крыльях, летел по коридорам казармы, спеша рассказать об этом Заку, с которым они стали друзьями. Вдруг из-за неплотно прикрытой двери одной из комнат до него донеслись голоса - генерал и кто-то ещё, незнакомый ему, разговаривали на повышенных тонах. - Я не стану этого делать, - сердито говорил Сефирот. - Станешь, куда ты денешься, - отвечал ему резкий каркающий голос. – Хе-хе-хе. Это твоя судьба и ты будешь делать это снова и снова, а иначе… - Пускай моя, - перебил генерал. – Но почему от этого должны страдать те, кто совершенно ни при чём? - А это уже их судьба, их рок, если хочешь. - Это не рок, а твои извращённые амбиции! - И это тоже. Всё будет повторяться до тех пор, пока не будет достигнут нужный мне результат. - Какой? - Ты знаешь, какой. Ты уникален, ты единственный, а они – так, расходный материал, образцы для опытов, хе-хе-хе. Всё, мне некогда больше болтать. Послышались шаги, приближающиеся к двери. Страйф метнулся за дальний угол и осторожно выглянул оттуда. Из комнаты вышел сутулый, худой мужчина лет пятидесяти, темноволосый, в белом халате, с очками на носу. Оглядев коридор, он направился в сторону лестницы. Следом вышел и Сефирот. Лицо его было решительным и злым одновременно. Он постоял в коридоре, словно к чему-то прислушиваясь, а потом двинулся в том же направлении, что и его собеседник. Клауд хотел было догнать его, поделиться своей радостью, но тут же передумал. «Генерал сразу поймёт, что я слышал то, что не должен был слышать. Лучше потом». Это потом так и не представилось, но Сефирот знал, что паренёк из Нибельхейма стал солджером. Тогда, в коридоре, он ощутил ментально знакомые ему эмоции: радость, волнение, и понял, что Страйф находится где-то неподалёку. Этим же вечером генерал просмотрел списки зачисленных новичков. «Страйф Клауд, принят в третий класс. Всё-таки он добился своего». Дни новоиспечённого солджера были полностью заняты разнообразными тренировками и учёбой, но он, иногда даже неосознанно, всегда искал глазами человека с серебряными волосами и, если находил, радовался, как ребёнок, у которого исполнилось его заветное желание. В этот миг Сефирот, даже не видя Страйфа, всегда ощущал знакомые эмоциональные волны, и они грели его душу. Пока грели. Иногда, когда генерал оставался один в своей большой квартире, он бродил из комнаты в комнату, не зная, как отогнать мысли о будущем, и ему становилось страшно. Страшно и больно оттого, что он не может ничего изменить. Или может?..