Умом Россию не понять

Тропический ливень всегда страшное явление. Ощущение, что действительно разверзаются небеса и кто-то льёт воду из огромного бездонного ведра. Стена дождя застилала обзор, капли попадали в глаза, руки скользили по ставшему влажным камню, а пламя посмертной воли во лбу давно погасло. Но Таня упорно лезла наверх. На этот раз она забралась куда выше обычного, и падение явно стало бы фатальным. Каждая клеточка тела ныла и умоляла об отдыхе, купальник промок насквозь, а сама девушка была вся в глине и песке. Организм сотрясало от холода, но Серпова продвигалась уже на автомате. Поэтому не удивительно, что когда её ладонь зачерпнула пустоту, она ничком выкатилась на вершину скалы. Некоторое время она просто лежала на спине и смотрела на серое небо, несмотря на бьющую по глазам воду, пока до неё не дошло, что она сделала то, чего не могла добиться уже пять дней. В поле зрения появилось знакомое черно-оранжевое пятно. — Ты справилась, — произнесло пятно голосом Реборна. Серпова с трудом приняла сидячее положение и смахнула с лица мокрую насквозь челку. Пятно превратилось в её учителя. В руках он держал зеленый зонт, который смотрел на шатенку желтыми глазами Леона. — Я могу пойти домой? — хрипло спросила девушка. — Да, — Реборн кивнул. — Ты вернешься сегодня с победой. Как оказалось, с вершины скалы вела вниз довольно живописная тропинка с бамбуковой изгородью и фонариками, которые за пеленой дождя были похожи на желтые расплывчатые пятна. Дорога до коттеджа заняла почти час, потому что уставшая Серпова не только шла очень медленно, но и спотыкалась на каждом шагу. В дом она практически ввалилась. Мать, которая явно караулила дочь в прихожей, начала причитать о том, что современные подростки себя совершенно не щадят. Шатенка же, не желая слушать причитания матери, вяло ей улыбнулась, с гордостью сообщила, что покорила ту страшную скалу, и пошла в душ. Горячие струи воды привели её в чувство, и осознание того, что она все-таки сделала невыполнимое, пусть и за пять дней, её несказанно радовало. С таким же относительно приподнятым настроением она натянула на себя джинсы и чистую белую футболку и босыми ногами пошлепала вниз. Кроме того, чтобы поесть, Татьяна решила, что стоит выпить аспирин, иначе можно и простыть после целого дня под дождем. Она уже почти дошла до лестницы. За окном продолжало лить, струи воды стекали по стеклу с той стороны, а пальмовый лист, который было видно сквозь стекло, то и дело сотрясался от того, как по нему били нещадные капли. Засмотревшись немного на этот лист, Татьяна не сразу осознала: едва она вышла из-за поворота коридора, Хаято и Артем отпрянули друг от друга. Серпова моргнула. Парни стояли непозволительно близко для тех, кто постоянно ссорится. Гокудера был красный как помидор, во взгляде смешались злость и смущение. Глаза Артема же горели. И у обоих губы были слишком уж показательно припухшими. — Так, я не поняла, — Таня прищурилась. — Вы тут что, сосались, что ли? — Да нет, Тань, тебе показалось! — быстро выпалил Артем, делая шаг в сторону от подрывника. — Да, босс, что только от усталости не привидится! — вторил ему Хаято, краснея ещё больше (хотя куда уж больше). — А врать боссу не хорошо, — вкрадчиво произнесла девушка, надвигаясь на парней. Наверное, со стороны происходящее выглядело довольно забавно — два высоких лба отступают от надвигающейся девчонки ростом ниже среднего. — Ну, мы это, — Тема привычным движением взъерошил волосы на затылке. — Это он виноват, — тут же заявил Гокудера, складывая руки на груди. — Мы типа вместе, вот. — Когда успели? — Неделю назад, — пепельноволосый выглядел так, словно ему одновременно хочется взорвать Темыча и провалиться сквозь землю от смущения. — Ой все, — Серпова замахала на них руками. — Развелось вас, гомиков! — Десятая, если вы против… — начал Гокудера. — Кто тебе это сказал? — шатенка тряхнула каштановой гривой. — Делайте, что хотите, только не палитесь. Сам знаешь, как в мафии любят вашего брата. — Но я… — начал Хаято, но Таня уже махнула на него рукой и пошла вниз. Это был их выбор, и она не могла их за это винить. Большие уже мальчики, сами разберутся, пусть они и были куда младше Дениса и Дино. Серповой вдруг подумалось, что, будучи хранителями одной семьи, легче крутить однополые романы, чем боссам двух разных. *** Как же Таня была счастлива, что оказалась, наконец, на пляже. Утром Реборн, заявив, что, так как его подопечная прошла тренировку, она может отдохнуть в последний день. Несмотря на прошедший накануне ливень, одно солнечное утро вернуло на остров райскую погоду. Песок на пляже был ещё влажным, но уже теплым. По настоятельным намекам Максима, был выбран Южный пляж, как наименее малолюдный. Пошли прямо всем скопом, включая маму, детей и Кена с Чикусой. Правда, Татьяна немного побаивалась встречи матери с этими ребятами, но при ней они себя почему-то вели как шелковые. То есть, Чикуса вел себя как обычно, а Кен пытался не рычать. Так же к компании присоединились и Алексеевы со Стрельцовыми. Тут же стало шумно. К детям и Кену в качестве шумовых эффектов присоединился Рома, из-за чего Лена снова начала бить себя по лбу, Катя смеялась и пыталась утихомирить Ламбо. — Ребят, а давайте сыграем?! — Артем откуда-то достал волейбольный мяч. Таня, успевшая уже почти час провести в морской воде, тут же согласилась. Дети были сброшены на Нину, которая тоже уже успела накупаться за эту неделю, и она утащила ребятню строить замок из песка. Остальные поделились на команды и начали играть. Ну, почти все. Чикуса отказался. Он не снимал шапку даже на пляже и, похоже, пачкаться не хотел. Реборн остался в шезлонге с безалкогольной пина-коладой, Макс же устроился в тени под пальмой с книжкой, ибо его излишне чувствительная кожа покрывалась ожогами вместо загара (а вы думали, он просто так бледный?!). Игра начала уже принимать нешуточный оборот (в первую очередь, из-за Артема, который не мог спокойно играть в мяч). И даже когда начали орать Таня с Хаято, он посмеялся, но не смог кидать мяч как надо, отправляя его в другой конец пляжа. Мукуро только смеялся с этого, а Кен разошелся так, что случайно угодил мячом в стоящего в стороне Чикусу, они затеяли спор, и в этот самый миг на пляже вдруг стало подозрительно тихо. — Какие милые девушки в сопровождении таких жутких недотеп, — раздался вдруг незнакомый голос за спиной Тани, и кто-то нагло облапил её за талию. И в тот же миг к Кате точно таким же наглым образом пристроился какой-то рыжий тип в цветастых плавках. Только если Серпова тут же заехала наглецу локтем в живот, отчего тот согнулся пополам, то Катя залилась краской и впала в ступор. — Ну чего же ты, детка, — прохрипел блондин, которого Таня ударила. — Даже не посмотрела, какой лакомый кусочек тебе может достаться. Таня ответить не успела. Блондин уже пролетел по красивой дуге и упал где-то в районе накатывающих на берег волн. Максим же потер свою дубинку, извлеченную невесть откуда, так как сам Ковалев был в одних плавках и легкой рубашке сверху. — Боюсь, тут другой лакомый кусочек с тобой не согласен, — усмехнулась Таня. Рыжий уже получил в челюсть от Лены, причем ему ещё повезло, что не прикладом, а только рукой. Катя тут же юркнула за широкую спину своего возмущенного брата. Впрочем, чем там больше Рома был возмущен, было непонятно, – тем, что его сестру кто-то облапал или что наглецу врезал за это не он. — Ну-ну, чего вы моих братьев-то обижаете? — раздался голос со стороны ближайших пальм, и из-за деревьев вышел ещё один рослый блондин, а за ним ещё три здоровых лба. — Они просто хотели вам намекнуть, что все девушки, что приходят на этот пляж — наши девушки. — Кто это сказал? — тут уже Бьянки, которая ушла вместе с маман и детьми в сторону, пришла, видимо, выяснить, что здесь происходит. — Мы сказали, — криво усмехнулся блондин. — А ты, красавица, не хочешь потусить со мной? — Не горю желанием, — розоволосая мотнула головой, и пучок на её голове тоже качнулся из стороны в сторону. — Эй вы, грубияны, — Хаято перегнал горящую сигарету из одного угла рта в другой. — Валили бы отсюда, пока живы! — А малец хочет подраться? — один из сопровождающих оскалился. — Эй вы, — на плечо Артема откуда-то сверху спрыгнул Реборн в своем гавайском костюме. — Сеньориты любят героев, а не хулиганов. Женщину надо завоевывать, а не отбирать силой. — А ты ещё кто? — блондин прищурился. — Я лучший киллер Вонголы, — аркобалено сложил руки на груди. — А мое имя… — А его имя слишком известно, чтобы он его называл, — пошутила Таня. — Но я же не актер, — сразу стало ясно, что Реборн уже видел тот фильм. — Ты почти актер, малыш, — Максим потер дубинку. — Но что делать с этой местной шпаной? — А ничего, — Реборн ухмыльнулся. — Эй вы, я предлагаю вам честный спор! — Это какой ещё? — главарь посмотрел на похожего на ребенка аркобалено с усмешкой и интересом. — Покажите, что вы достойны этих милых дам, — аркобалено ткнул пухлым пальцем на небольшой островок в километре от берега. — Если вы их кавалеров обгоните вплавь, тогда они вам и достанутся! — Реборн, не решай за всех! — возмутилась Таня. — Реборн, вы вообще сами понимаете, что несете?! — спросила Лена на повышенных тонах. — Малыш, что за чушь? — оскалился Ковалев. — А мне нравиться идея этого мальца! — блондин подошел вплотную к Максиму и ткнул его в грудь. — Ты тут явно главный. Согласен. — Вообще-то… — начала шатенка, но Реборн жестом велел ей замолчать. — Я согласен, — Ковалев понял, к чему гнет Реборн. Через полчаса все разделились на пары противников. Насупившаяся Катя, кипящая Лена, мрачная Таня и снова витающая в облаках Бьянки заняли позицию слева. Быть трофеем казалось очень глупо. Но, судя по довольной мордочке Реборна, в голове он уже построил знатный спектакль, и пытаться его остановить было все равно, что кидать горох в стенку. Первыми в заплыв пошли Яковлев и тот самый рыжий, что облапал Катю. Тема показал Лене большой палец, на что та прорычала, что если тот посмеет проиграть, она его тут же в песке закопает. На что Темочка, как обычно, только посмялся в ответ на «отличную шутку». После сигнала Реборна, оба вошли в воду. Ну и естественно, спортивный и привыкший к постоянным нагрузкам Тема быстро вырвался вперед, под улюлюканье противников, и скрылся за островком. Но с другой стороны так и не показался. Спустя минут пять довольный рыжий пацан вылез из воды. — Где Артем? — серьезно спросила у него Таня. — У него, похоже, судорога, — с той же кривой улыбкой выдал рыжий. — Отдыхает там. — У Артема и судорога, — Хаято прищурился. Таня нахмурилась. Гокудера был прав. У спортсменов судорог не бывает. Но очередь уже настала Романа, который орал, что найдет Яковлева и с экстримом надерет задницу тем, кто приставал к его сестре. Не удивительно, что энергичный боксер тоже быстро вырвался вперед. Но из-за острова он так же не выплыл. Это уже было не просто подозрительно — это было откровенно странно. — Я разберусь, зверек, — Ковалев сжал кулаки и тоже пошел на стартовую линию. Тут уже явно чувствовалось напряжение. Максим спортсменом не был. Но он не зря слыл грозой 96 школы Волгограда. С блондином, что облапал Таню, они шли нос в нос, до самого острова. Но блондин тоже вернулся один. Тут Серпова не выдержала. Оттеснив Хаято, который уже сделал шаг в сторону берега, кипя от злости, она сама вышла к старту. — Я сама свою честь могу защищать, — заявила она нагло, глядя на блондина. — Ну, раз синьорина хочет, — главаря это явно удивило, но он, видимо, не воспринял шатенку всерьез. С выстрелом из пистолета Реборна, Серпова нырнула в соленую воду. И тут же заметила, что плавать ей стало намного легче, чем раньше. Она почти легко обошла противника, доплыла до острова. И тут же поняла, почему Макс, Артем и Рома пропали. На острове сидело человек десять загорелых парней. Видимо, они должны были поймать Хаято, но, когда увидели девушку, опешили. — А вот за жульничество светит дисквалификация, — заметила Таня и быстро поплыла обратно. — Я все равно тебя обгоню, пигалица! — заорал ей вдогонку блондин, явно прибавляя ходу. Теперь они шли нос к носу. Но на половине пути Таня услышала чей-то крик. Детский. Девушка остановилась и покрутила головой, осматривая водную гладь. И увидела в метрах пятистах от себя ребенка. Точнее, девочку лет десяти, которая, судя по всему, тонула. По крайней мере, она просила о помощи. Серпова посмотрела на берег, на уже разорвавшего с ней дистанцию противника, и заскрипела зубами. Она не могла оставить ребенка. Просто не могла. Девушка, плюнув на это глупое соревнование, рванула к девочке. — Спокойно, милая, ты уже не тонешь, — заявила девочке шатенка, обхватывая ту за талию. — Мы плывем к твоей маме. У тебя ногу свело, да? Девочка шмыгнула носом, кивнула и улыбнулась. Таня направилась к берегу, но одной рукой грести было не очень удобно, и даже выработанная за эту неделю выносливость, начала давать сбой. Рука начала неметь. Сил явно не хватало, чтобы доплыть до берега. На половине пути до него, Серпова сама ослабла. Девочка начала снова кричать и плакать, когда Таня чуть не пошла камнем ко дну. Но помощь уже подоспела. — Я ЖИВА! СПАСТИ РЕБЕНКА ЦЕНОЙ ЖИЗНИ! — Таня почти в полный рост вынырнула из воды, а на её лбу ярким цветом расцвело оранжевое пламя. Под действием посмертной воли, которой в неё выстрелил Реборн из-под воды, на этот раз примерив костюм водолаза, Татьяна в одну минуту доплыла до берега и отдала напуганную всеми событиями девочку в руки женщины, что уже прибежала на берег. — Спасибо вам, — женщина всхлипнула, обнимая дочь. — Мы не уследили за ней, она так хотела на море. Как я могу вас отблагодарить? Таня смахнула с лица мокрую челку и покосилась на Реборна, который с невинным видом вышел из воды, словно он тут мимо проходил, точнее, проплывал. — Да ничего не нужно, — шатенка мотнула головой. — Я не могла бросить ребенка в беде. — Эй вы, — блондин вырос перед Татьяной. — Мы победили, никто не вернулся, а ты приплыла последняя! — Да это вы сами это подстроили! — вспылила Таня. — Твои люди прятались на острове и ловили моих друзей — Какие люди? — невинно спросил блондин. — Детка, тебе солнышко припекло? — А вот такие люди! — раздался голос Максима. — Которые оказались слабаками. — Это совсем не экстремально! — вторил ему Роман. — Очень не спортивное поведение, — добавил Тема. — Игра не может быть веселой, если она не честная. Троица парней подошла ближе. Каждый из них тащил по трех четырех избитых и отключенных тел. Челюсть блондина упала на песок. — Как вы?.. — пробормотал он. — Ку-фу-фу, глупый мальчик, — Рокудо Мукуро появился из пустоты во всполохах синего пламени. — Когда Темечка пропал, я уже понял, что вы жулики. Вот и навел немного иллюзий. А ты доверчивый дурак. Глядя на сверкающего разноцветными глазами Мукуро и на отдувающихся парней, явно довольных, что им удалось обезвредить столько противников сразу, Татьяну взяла гордость за хранителей. Стоило появиться опасности извне, сразу все распри и ссоры забыты, и в ход вступает слаженная командная работа без единого слова. — Эй, чувак, ты не с теми связался, — заметила Таня, складывая руки на груди. — Она права, мальчик, — на плечо замершего главаря легла чья-то широкая ладонь. — Перед тобой кандидатка на пост босса семьи Вонгола в десятом поколении, Татьяна Серпова и её хранители. — Дино?! — Таня широко улыбнулась, увидев знакомое лицо. — Привет, сестренка, — Дино Каваллоне улыбнулся девушке в ответ. Кроме него, на пляж показалось ещё три смутно знакомых мужчины, и хоть они были в плавках, девушка сразу же узнала в них членов семьи Каваллоне. — Что? — пискнул парень, оборачиваясь. — А эти парни кто? — Макс стряхнул с себя бессознательное тело. — Местная шпана, кора! — раздался голос сверху. — Я за ними уже полгода не могу угнаться! Детишки местных сотрудников, кора! Решили, что им все можно! — Сеньор Колонелло, мы просто, — бледнея, пробормотал юноша, поднимая голову. С неба спикировал ястреб, держащий за повязку уже знакомого Тане аркобалено Дождя. Колонелло подошел ближе и со всей дури врезал ногой парню в колено. Тот со стоном упал и тут же получил миниатюрным берцем в нос. — Ну-ну, Колонелло, это слишком жестоко, — тут же произнес Дино, потирая татуировку на предплечье. — В самый раз, кора! Мы в мире мафии, тут даже подростки должны получить по заслугам. Полгода уже деньги трясут с подростков. К взрослым подойди бояться, кора, у самих пламени то ни на йоту! — Дино, а вы тут каким судьбами? — Таня подлетела к названному брату и обняла его. — Ну, его позвал я, — Леша вышел из-за спины Ромарио. — Я понял, что до драки благодаря Реборну не дойдет, и позвал их. Они вчера утром приехали. — Да, — Каваллоне смущенно кивнул. — Я надеялся, что застану тут Дениса… — Все понятно, — хором выдали Таня с Леной, потому что поняли, зачем этому горячему итальянскому блондину понадобился Алексеев-младший. *** — Никогда бы не подумал, что здесь так весело! — Артем рассмеялся, глядя на темнеющее небо. — Да, гавайский фестиваль — совсем недавняя традиция, кора! — Колонелло напротив поглощал огромный кусок жареного на костре мяса, который чудом помещался в его маленькое тело. — Неплохое окончание для такого сумасшедшего отдыха, — улыбнулась Таня, вытягивая ноги и устраивая голову на плече у Максима. — А что, так все плохо было? — Дино оторвал взгляд от танцующих у костра девушек. — А мы тренировались, — влез Реборн. Он сидел на коленях у Бьянки и пил через трубочку коктейль, который розоволосая и держала. Всего за час проблема со шпаной оказалась устранена, великовозрастных чад вернули под родительский взор, а Колонелло пригласил Таню и её семью принять участие в гавайском фестивале. Пляж был полон огней, посередине песчаной площадки горел огромный костер, и девушки в травяных юбках танцевали, раззадоривая гостей. Столы ломились от экзотических блюд из мяса, морепродуктов и фруктов. Танец девушек был медленным и тягучим, и Таню клонило в сон. А уж от треска костра и теплых рук Макса и вовсе хотелось провалиться в объятия Морфея. Горели огни, играла музыка, и настроение было настолько замечательным, что хотелось петь. Мукуро уже ворковал с какой-то милой итальянкой, которая нежно краснела от его комплиментов, Гокудера с Артемом пропали из виду, видимо, целовались где-то подальше от взоров чужих людей, Катя с Леной в открытую обнимались напротив Татьяны, Рома спорил с каким-то рослым явно единственным настоящим гавайцем на этом пляже, да так, что от них отшатывались все мимо проходящие, ибо они оба так размахивали руками, что могли дать кому-то леща и не заметить. Кен с Чикусой старательно сидели в стороне, каждый из которых потреблял еду со стола в своих манерах — Кен греб не глядя, но при этом чаще чавкал мясом, а Чикуса тихонечко ел какой-то фруктовый салат с креветками из своей тарелки, тщательно пережевывая каждый кусочек. Они явно ещё не освоились в Вонголе. Мама же пыталась поймать детей, которые путались под ногами у танцующих дам, причем подговорив ещё несколько местных ребятишек. — Черт, до чего хорошо, — Каваллоне снова посмотрел за стол. — Говорят, ещё салют будет. — Будет-будет, кора! — Колонелло закивал. — Красивый обещали. — Ну, надеюсь, он будет не менее великолепен, как этот стол, — заметил Реборн. — Но еда маман все равно вкуснее. Танцевать из-за их столика никто так и не вышел. Слишком все устали и перенервничали за этот день. Дети наконец-то были возвращены на место и отвлечены мороженым. Все уже начали зевать, уже даже Рокудо наскучило смущать бедную итальянку. Он просто пригласил её к столу, и, судя по всему, их хихиканье начало раздражать Макса. Но это заметил Дино. Он положил руку своему ученику на плечо, и тот, уткнувшись носом в густую шевелюру своей девушки, попытался успокоиться. И тут-то салют и грянул. Раздались восторженные крики. И тут было чему радоваться — огромные шары света застилали почти все небо, с шумом рассыпаясь по черному бархату ночи огромными цветами. Пока Таня заворожено смотрела на эти цветы, она подумала, что не такой уж и плохой отдых у неё был. Правда, теперь у неё оставалось ещё одно дельце, что нужно было закончить до каникул. Но об этом можно было подумать и завтра.