Не хочу жениться

      Прошёл год.       Дочь Райвена и Малика росла гораздо быстрее, чем дети мира людей. Скрытая чарами эльфов от глаз демонов, она спокойно жила и развивалась. В год Рианон выглядела на все три. Росла она вполне счастливой, обожаемая всеми домочадцами. Девчушка обещала вырасти красавицей с упрямым характером, но доброй душой.       Теперь Райвен знал, что значит ответственность за жизнь дорогого сердцу человека, которого любишь, стараешься защитить от всех невзгод и сложностей этого мира. И всё бы хорошо, но…       Громкий стук в комнату вампира со стороны соседней, разделяющей две комнаты двери, где после серьёзной ссоры последние три дня спал Малик, прервал его размышления. Райвен прекрасно понимал, что появившиеся в последнее время раздражение, меланхолия и плохой сон связаны только с одним обстоятельством, точнее — с одним полуангелом. И если бы его друг жизни не был таким упрямым, самонадеянным ослом!.. Неужели Малику трудно догадаться, что с него хватит, он устал первым идти на примирение, больше он первым ни за что не скажет, что любит, что не может и не хочет быть без него.       — Что ещё? — резко отозвался вампир.       От звука открывающейся двери у него перехватило дыхание. О, как он хотел обернуться, чтобы увидеть своё светловолосое счастье и муку... И не смог. Он знал, что стоит только взглянуть в синие глаза воина света, и он растает, как лёд одинокой горы под солнечными лучами.       Лишь через несколько минут, не слыша движения за спиной, он заставил себя посмотреть через плечо.       Малик по-прежнему стоял в дверях, немного осунувшийся и бледный, но на губах его блуждала своевольная, слегка вызывающая улыбка.       — И кто из семьи заставил тебя прийти сюда?       — Никто. И ты это прекрасно знаешь.       — То есть ты хочешь сказать, что пришёл в мою комнату по своей воле?       — Это не только твоя комната, но и моя, дорогой.       — Звучит интригующе.       — Райвен, я так больше не могу. Мне очень трудно переступить черту, сделать этот серьёзный, самый последний шаг. Ведь тогда я окажусь полностью уязвимым перед тобой.       — О чём ты сейчас говоришь? Из нас двоих именно я как обнажённый нерв. Это я не знаю, что мне ещё сделать, чтобы заслужить твоё доверие и любовь! Я устал так жить, думая, что ещё мне сделать, чтобы ты стал ближе, чтобы рухнула между нами эта стена, которая хоть и тонкая, но ледяная. Я всегда утешал себя словами: если я часть твоего сердца, то когда-нибудь ты подаришь мне своё. Но увы...       В голосе Райвена слышалось столько неприкрытого обожания, столько чувств, что последняя преграда в сердце Малика с треском рухнула и легла у ног, рассыпавшаяся на мелкие осколки. Он стремительно подошёл к супругу и присел на корточки возле ног вампира, заглядывая в ярко светящиеся глаза, взяв его руки в свои.       — Райвен, я уже давно понял, что именно ты — моё сердце, — уверенно проговорил он. — Ты мне даришь столько счастья, что оно переполняет меня. И теперь я готов не только питаться твоей любовью и страстью, но и сам делиться такими же сильными чувствами с тобой. Я очень, слышишь, очень сильно люблю тебя. Прости, что я не мог раньше этого сказать, — Малик обнял супруга за шею, притянул его голову к себе и стал пылко целовать в губы, в нос, в зажмуренные глаза, слушая с упоением, как шумно вырывается из горла дыхание любимого вампира.       — О, Творец, я так рад, что ты наконец решился на признание, — прошептал Райвен. — Я так скучал по тебе, так хотел обнять, прижаться к твоему телу и ощутить твоё тепло.       Полуангел нежно погладил вампира по гладко выбритой щеке и приник к губам в страстном, требовательном поцелуе, постепенно углубляя его и погружаясь в сладостный омут. Затем оторвался на миг от губ супруга и страстно сказал:       — Какой глупостью мне кажутся сказанные когда-то слова.       — И что же это за слова, душа моя?       — Не хочу жениться, — лукаво улыбнувшись, ответил Малик.       Они посмотрели друг на друга и весело рассмеялись. Райвен крепко сжал в объятиях любимого, утягивая его на постель.       — Вообще-то сегодня я сверху. Не забыл, дорогой супруг? — между поцелуями проговорил полуангел.       — А кто спорит? Я твой — бери, владей.       Они были абсолютно счастливы как те немногие, которым повезло в любви. Несмотря на испытания, им удалось сохранить то прекрасное чувство, которое вспыхнуло, словно вспышка, в сердцах, и не только сохранить его, но и добиться того, чтобы оно стало сильнее, наполняя жизнь новым смыслом и счастьем.