Секс, как предлог для любви

Когда я начал просыпаться, был уже апрель. Весь март не было не единого звонка от Гоши. Я жил и радовался. Забыл Аню, поняв, что потеря девушки еще не Конец Света. Удивительно, почему люди не сразу это понимают? Мы с Тохой постоянно были вместе, за исключением школьного времени, но даже тогда мы, как по расписанию встречались в фойе и бегали курить. Правда, были и не очень приятные новости. Как говорится «В каждой бочке меда, есть ложка дегтя» Родители сказали, что задержатся на месяц. Меня это не особо расстроило, так что сложно назвать это ложкой дегтя. Но вот, март закончился и в первый день апреля мне позвонили. Было утро. День- воскресение. - Слушаю, - ответил я на незнакомый номер. Вчера я занимался уроками, чтобы сегодня поехать за город на пикник. Ведь последний день каникул. - Привет, привет! – послышался радостный голос не предвещающий ничего хорошего. Я вскочил на месте. Именно в этот момент я «проснулся от доброго сна». - У тебя сегодня заказ. Джип подъедет к 12. У тебя час. – Ааааа!!! Сегодня первое апреля, никому не верю! Не верю я тебе лысый! Да, если бы так. Но я не уверен, что эти люди вообще умеют шутить. В трубке послышались короткие гудки. Я упал на кровать и вздохнул. Привет, привет Денис – ночью проститутка, а днем - ученик. Я встал с кровати и направился к туалету, сначала заглянув к сестре. Она спала. Ну и пусть себе спит сладким сном. Совершив повседневный ритуал с мочеприношением, я поставил чайник на кухне и направился в ванную. Умывшись, я посмотрел на свое лицо. Уффф. Тень отца Гамлета, не иначе. Слишком долго я спал добрым сном. Надо бы и побриться. Я достал пену и бритву. Пять минут и я мачомен. Оу е. Чайник вскипел, и я перестал любоваться своим отражением, пошел завтракать. Вернее сказать, почти обедать. Да уж. Надо бы и в нашей Раше создать 100500 названий временных периодов принятия пищи. А то, что завтрак, обед, ужин? Надо добавить завтрак, когда проспал, завтрак, когда с похмелья и проснулся вечером (ведь по идее ты не завтракал), пятый ужин, когда сидишь в интернете и вечно нужно что-то жевать, перекус в летнюю ночь, после кошмара проснувшись. Ладно, оставлю свои рассуждения на обед после секса с клиенткой. Чтобы такого покушать? Есть картошечка, пожарить что ли? А пожарю! Что терять – то? Целый час ожидания Гоши. Картошечка будет готова через несколько минут. Она уже сваренная. А на гарнир, на гарнир есть рыба в баночке с майонезом. Пойдет. Через 15 минут я вкушал плоды своих творений. Ну, почти своих. Выпив стакан воды, я помыл посуду и вернулся в комнату, чтобы одеться. Чем бы мне соблазнить мою очередную заказчицу? Сексуальной школьной белой рубашечкой? Зимним новогодним свитером, где много снежинок? Хмм. Или вот еще футболка с грудной клеткой, или повседневной футболкой с винегретом предметов на ней? Да да да. Не знаю даже на чем остановить свой взор. Диса! Хорош пороть чепуху! Оу. Да во мне просыпается зануда Дэн. Нет. Реально стоп. Не хватало мне раздвоения. В итоге я надел повседневную футболку, синие джинсы и вышел в прихожую. Сестра, на удивление еще спала. Оставить ей записку? Да нет. Писать мне лень. Лучше напишу смс, когда буду в джипе. Я надел куртку, в которой ходил еще в феврале, с мехом такая, черная, попу прикрывает еще хорошо. Не смущайтесь фактом, что сегодня первое апреля, а я хожу в зимней одежде и я не шучу! Я думаю, что зимовать мы будем до конца мая. Натянув черные кеды, я вышел из квартиры и, закрыв ее на ключ, взглянул на часы. Время 11:59. Слушайте, да я настоящий мастер в деле «собраться за любое время». Тут раздался звонок, я ответил, спускаясь по лестнице. - Диса, слушай, помнишь, мы собирались на пикник, вчера? – это был Антон. Голос сонный. - Ну да. Забыть нужно? – сказал я, открывая подъездную дверь. - Типо того. Сам понимаешь, слякоть, грязь. Какой пикник… - Оу нет. Боже мой. Почему это произошло со мной? - Диса? Ты слышишь меня? – слышу, слышу. А еще чувствую, что мои кеды промокли. Я сообразил не сразу, что нужно вытащить ногу из лужи, но спустя секунд десять, все-таки вытащил и не знал куда поставить, чтобы вытащить другую. Весь тротуар, где вчера был замерзший снег, целиком повяз в воде. Нехилый пикничок был бы так-то. Покупались бы. Лето «моржей», что уж тут. - Диса! – крикнул в трубке Антон. - Да. Я слышу. – Монотонно произнес я. - А что молчишь? - В шоке просто. Ты прав. Давай пикник перенесем на месяц где-нибудь. - Ага. Давай. Я спать пошел…- Я все еще стоял в луже, думая о том, как выбраться и слушал Тоху. - Давай. Иди, спи. – Он сбросил. Я положил телефон в карман куртки и глубоко вдохнув, помчался вперед по огромной луже. Из-за угла как, кстати, выехал джип и я, только остановившись на сухом месте посреди дороги, отскочил от чуть не задавившей меня машины, и вляпался в другую лужу. Первое апреля, у тебя плоские шутки. Машина резко остановилась, как только я отскочил. Я с хмурым, мягко говоря, лицом, сел в тачку и ощущал себя погрязшим по колено в воде. Ну, так оно почти и было. - Решил покончить с собой первого апреля? – спросил Гоша, улыбаясь, тщательно скрывая испуг от моего в принципе случайного поступка. За этот месяц он ни капли не изменился, все такой же куряга, все такой же лысый, все такой же с языком змеи. - И я тебя тоже рад видеть, - ответил я без тени эмоций, окидывая взглядом море у моего подъезда. Как такое возможно за ночь?! Хотя физичка бы раскидала все по полочкам и нашла бы уйму фактов к сему положению. Ну да ладно. Мое дело задать вопрос, выразив эмоции в своей голове, посмеяться над самим собой и забыть. Остальное дело физички. Пусть объясняет. Джип уже ехал по дороге за моим домом. Я достал телефон и написал, как и хотел, смс своей сестре, солгав с три короба о поездке к однокласснику, дабы объяснить ему мной же не понимаемую физику. О том, что я не понимал физику, сестра, конечно же, знала! Ну и ладно, спросоня врятли вспомнит. - Как провел месяц? – спросил лысый. - Тешишь свое самодовольство? – спросил я. Я прекрасно понимал, что лысый и его команда знали каждый шаг, сделанный мною. - Нет. Скорее властность, – ответил Гоша. Да мне хоть задницу. Через минут пять мы подъехали к гостинице аля Италия и остановились. Ну, хорошо хоть, что сразу к делу. Без прелюдий, как с Наташей. - Номер, как обычно, 115? – спросил я. Хах. Вот ляпнул. «Как обычно». Хотя, наверное, самое время ляпать подобное. Я даже не особо удивился звонку Гоши, хотя в тайне верил, что вся их компашка обо мне забыла. - 115. – Какой он лаконичный. - Интересно, как портье еще не заподозрили вас? – спросил я, не думая выходить из машины. Соскучился ведь по «своему водителю». - Не твоя работа, не твоя забота, - витая в облаках, ответил Гоша. Не больно и хотелось. Я вышел из машины и хлопнул дверью, мечтая разбить ее вдребезги. Чтобы она взяла от одного удара и раскрошилась на мелкие кусочки. Вот бы посмотрел я на лицо лысого. Джип уехал подальше от моих злоключений. Я зашел в гостиницу, улыбаясь. Настроение почему-то было приподнятым, несмотря на мокрые кеды и кучу других неприятностей, о которых вы прекрасно знаете. Странное настроение, как я обнаружил позже, стоя у двери 115, заключалось в том, что я перестал волноваться, будто то, что я делаю, в порядке вещей. Не удивлюсь, если скоро мне вся эта проституция нравиться начнет. Нет. Нет. Нет. Я себя достаточно хорошо знаю, не начнет мне нравиться этот беспредел. Я вошел в знакомый мне номер и обнаружил лежащую на кровати женщину. Теперь это была действительно женщина. Уже без угрызений совести скажу. Это женщина. Русская женщина. Впрочем, только внешне. Русские женщины, юнцам не дают. Усталый вид, тщательно скрываемый броским макияжем, поношенное тело, женщина видно трудяга, может я плохой специалист в разборчивости людей, но мне кажется, у женщины есть ребенок, возможно уже не маленький. У нее были светлые волосы, вьющиеся до плеч, зеленые глаза, немного морщин в области носа и этих зеленых глаз, кожа была слегка бледноватой, телосложение мясистое. Боже, зачем ей мое общество? Мерзость. Я подошел к женщине и решил действовать сам. Все это мое приподнятое настроение. Я снял куртку, кеды отбросил к двери, показав свою распущенность, снял футболку и потихоньку начал расстегивать ремень. Может то, что мне не страшно, заслуга стриптиза аля Денис для Тохи? Может это раскрепостило меня? Я, кстати, замечал за собой такую черту в течение месяца. Я снял джинсы. Женщина лежала на боку, оперевшись на руку и смотрела на меня снизу вверх, улыбаясь. Я на секунду подумал «Не перепутал ли я номер?» Вдруг сейчас в комнату войдет ее муж или ребенок? Тогда меня подвесят на ремень джинс, которые я только что, благополучно отбросил за спину. Но к моему облегчению, женщина встала и впилась мне в губы, сжимая мою голову своими ладонями. Тут сложно было держать ситуацию в своих руках, нога этой женщины обхватила мои ноги, и я стоял абсолютно беспомощный, выпучив глаза. Женщина повалила меня на кровать, стянув с меня мои бедные серые трусики. Надела на мой член презерватив и скинув с себя халатик, оказалась голой. Я ослеп! Помогите! Скажите мне, что это живот, а не вторая грудь. Пожалуйста, ложь принимается! Клиентка, не нуждаясь в моем участии, начала прыгать на моем члене, как заведенная. Боже ты мой. Не видели б мои глаза этого. Я ощущаю себя пуфиком, а она, похоже, представляет себя на танцполе. Потому что движения ее рук из стороны в сторону и выражение лица попахивает грязными танцами. Что же имеется у нас в арсенале? Чикса в клубе, исполняющая грязные танцы, при чем как будто бы этот клуб находится в поезде. Ну и скромный пуфик, который исполняет роль танцпола. Сравнение не ахти. Ну, извините, ситуация не лучше. Женщина застонала, даже не заметив, что руки мои скрещены на груди и смотрю я на нее, как на гов…кхм…экскременты. Она благополучно кончила, непонятно каким образом, с моим – то стремлением возбудиться, и слезла с меня. Я ничего не понял. Что было, а чего не было. - Деньги? – сказал я почти вопросительно. Женщина вскочила, как ошпаренная и, достав из стоящей рядом с кроватью сумочки 10000 рублей, протянула мне с возгласами: - Держи мальчик! Ты молодец! Беги домой! – я пропустил момент, когда моя клиентка рехнулась? Когда я только пришел, она выглядела довольно-таки адекватной. Что с ней произошло? Оргазм действует на нее, сдвигом мозга? Я взял деньги и положил на кровать. Сняв презерватив, я кинул его под тумбочку и оделся. Ноги чувствовали себя неуютно в мокрых кедах. Ну да ладно. Доеду до дома, сниму. Женщина, все время, пока я переодевался, стояла у окна и плакала. Наверное, из-за того, что изнасиловала меня. Да уж. Бедный, бедный я, блин. Я взял деньги с кровати, и, открыв дверь, потупился. Женщина, обернулась и посмотрела на меня с раскаяньем. Казалось, что она сейчас подбежит ко мне и будет молить о прощении. Нет. Спасибо. Я бросил «До свидания!» и убежал. Надеюсь, свидания не предвидится. Портье проводил меня заинтересованным взглядом, но мне до этого и дела не должно быть. Не моя работа, не моя забота. Как Гоша говорил. Моя же работа ублажать, хотя и это не всегда требуется. Я выбежал из гостиницы и на ходу набрал номер Гоши. Он ответил сразу: - Подъезжай, – сказал я, часто дыша, меня все еще преследовала мысль, что женщина догонит меня и начнет просить прощения. Ответа не послышалось. Вот ведь. Слова жалко для меня. Я закурил. Уф. Настроение куда-то улетучилось. Как-то мне не по себе. Как будто меня вылизал кто-то чужой и мерзкий. Фу. Бред. Я затянулся. Честно говоря, мне стыдно. Впервые за всю работу, стыдно. Перед собой, перед родителями, перед друзьями, перед той женщиной. В этом я вижу ошибку всех ошибок. В голове не укладывается. Теперь жить с этим, сука. Только сейчас понимаю, какое дерьмо действительно меня окружает. И это я мог веселиться, радоваться жизни, когда в этом мире ходят бабы, которые трахают малолеток. Каждая может быть ею. Ну, вот эта прохожая с двумя детьми, например. Ужас. Что еще есть на этом огромном земном шаре? Ладно, только не хватало мне начать философствовать. Я тогда повешусь. Неделя каникул. Что эта неделя? Всего лишь выходные. Отоспаться. Понимаю три месяца. А что семь дней? За эти семь дней отдыха я не успел отдохнуть не то, что духовно, но и физически. Уже завтра в школу. Джип подъехал как раз тогда, когда закончилась сигарета. Гоша прекрасно справляется со своей работой, скажу. Я сел в машину. И чихнул. - Будь здоров, - сказал Гоша. Удивлен. До такой степени удивлен, что машина тронулась, а я сидел с открытой дверью. - Ты дверь-то закрой, - сказал Гоша. Я закрыл, и, достав деньги из кармана, протянул лысому. Неужели Гоша не так ужасен, как я думал? Хотя это было всего лишь вежливое обращение. Но все равно. Вежливое! Да и когда я чуть ли не рыдал, он сознался, чтобы успокоить меня, что он не киллер. Похоже, лысый просто действительно прекрасно справляется со своей работой. Не раскрывает карт фирмы, но о себе не особо умалчивает. Я не заметил, как мы подъехали к моему дому. - Советую тебе заняться уроками, - сказал Гоша, когда я открыл дверь джипа. Я улыбнулся. - Если бы вы достаточно хорошо за мной следили, знали бы, что я уже их сделал. - Это не входит в наши обязанности. - А следить за тем, с кем я расстался и встречаюсь, обязанность? - слегка раздражаясь, спросил я. - Да. – Машина тронулась, я хлопнул дверью, отскочив. А если бы я не закрыл дверь? Я повернулся к подъезду и обнаружил, что воды стало гораздо меньше, чем пару часов назад, и появилась тропка до двери. По ней я и прошел, открыв подъезд, я поднялся на третий этаж и позвонил в квартиру. Никто не открывал. Похоже, Олеся куда0то ушла. Я открыл дверь ключом и посмотрел время на телефоне. 14:38. Как время летит. Мы что с этой женщиной так долго лежали и совокуплялись? Ооо… Кажется, мне надо поспать. Я чихнул. Уф. Не заболеть бы. Я снял кеды и носки. Они были насквозь промокшие. Я зашел в зал и засунул обувь с носками в батарею. Снял куртку и всю одежду, кроме трусов. Решил помыть ноги. В ванной я сидел минут семь, держа ступни под приятной теплой водой, и мечтал. Как давно я не мечтал. Целый месяц, когда меня все устраивало. Я радовался, улыбался, беспечный мальчишка. Вроде уже в десятом классе, а всем доволен. Даже девушки не требую. Я о них и не думаю совсем. Спасибо Анют. Благодаря тебе я не нуждаюсь в твоем поле. Нет. Я не хочу сказать, что все девушки, как Анька, я верю, что есть хорошие с красивой душой, которые точно никогда со мной не свяжутся. Я уверен. Хорошие девушки обходят меня стороной. Почему? Я что, такой пугающий? Ну да ладно. О чем, спросите, я мечтаю? Обо всем.… Как наивный. О мире во всем мире. О маленьких радостях.. Об огромном счастье. О жизненных уроках. Об экстриме. Через семь минут мечтаний я отправился в комнату и рухнул на кровать. Очень хотел послушать музыку на мп3, но потом вспомнил, что Грэйс лишила меня такой возможности. Я уснул. Что мне снилось? Какой-то берд, правда. Какие-то не совсем понятные мне, аллегории. Но они волновали меня. Вот, все что я помню. Я страшно доверчив ко снам. Особенно если они реалистичны. Я обязательно подумаю, что то, что приснилось, сбудется. Но пока такого не случалось, и врятли случится. Видимо я не избран Нострадамусом продолжить его путь. Но оно и к лучшему. Не к чему мне будущее знать. Дежавю. Думал подобное уже когда-то. Ладно. Пора подниматься с постели. Я сделал попытку. Она не увенчалась успехом. Тело ныло, в голове толстые иголки нажимали на мой череп. Что же, заболел все-таки? Я попробовал встать снова, аккуратней, чтобы иголки в моей голове были неподвижны. Вроде как справился. От всех болезней, духовных и физических помогает вода. Хоть на пару минут, но помогает. Кто такое сказал? Так вот он я. Денис Меркуров. Я дошел до кухни и медлительными движениями рук налил воду в стакан. Выпив ее, мне действительно стало лучше. Денис не обманет. Да. Уже более менее чувствуя себя полным сил, я направился в зал и, заглянув в сервант начал искать градусник и хоть какие - то лекарства. Спустя минуты две я нашел два градусника, антигрипин и нурофен. То, что нужно. Я поставил градусник и стал ждать пять минут. Хотя мама говорит, если температура есть, она сразу набежит. Но я подождал пять минут. С этим резким появлением простуды я совсем не смотрел на часы. 21:13. Ничего себя я поспать. Но, Олеси похоже, нет дома. А была ли она вообще, пока я спал? Я заглянул в комнату к сестре, держа градусник подмышкой. Олеси не было. Ни записки, ничего. Я нашел телефон в прихожей у себя в куртке и набрал номер сестры. Она ответила быстро: - Да, Денис! – ее голос был веселым. Похоже, ничего не случилось. - Ты где? – спросил я. - Я у Наташи. Я уроки сделала, не беспокойся. Ее отец меня проводит до дома, если что. Я может, у нее останусь, – сказала Олеся. Наташка что-то ей шептала. Так. Ладно. - Можешь остаться у Наташи. Но если захочешь вернуться, обязательно позвони мне перед выходом. Я вниз спущусь. А то в подъезде ни пойми кто водится по ночам. И чтоб обязательно отец Наташи проводил тебя! Понятно? – иногда я могу включить нудного предка. Но делаю я это иногда, поэтому Олесе даже нравится. Сестра попрощалась со мной и положила трубку. Я достал градусник, который до этого момента измерял мою температуру. Мне стало не хорошо от вида цифр. - 39. – прошептал я. Не хочу такой температуры. Надо исправлять. Я взял антигрипин и нурофен и побрел на кухню лечить себя. Сначала я выпил антигрипин. Горячая ароматная и кисловатая водичка впилась в мое тело, облегчив его на килограмма два. Я почти летел. Иллюзия, конечно, но классно. Потом я отмерил сантиметр жидкости нурофена в специальном шприце и выпил его содержимое, вылив техникой «сделать укол», на язык. Убрав лекарства обратно в сервант, я лег на диван. Ненавижу, блять, болеть. Как только я почти заснул, зазвонил мобильник. Я не мог вспомнить, где его оставил и стал ориентироваться по звуку. Песня была ужасной, звонит незнакомец, очевидно, Гоша. Я нашел телефон у сестры в комнате и, да прости меня сестра, рухнул к ней на кровать, ответив на звонок. - Слушаю. - Через пять минут на улице. – Трубку бросили. Что, блять? Пять минут? Да он рехнулся. Так. Ладно. Включаю мастера «собраться за любое время». Я вскочил и побежал к себе в комнату. Болезни, как ни бывало. Еще бы. Если опоздаю, мне пизда. Джинсы, футболка, шоколадный AXE, чистые носки, черт. Кеды сырые. Но! У меня есть другие. Белые! Я, перерыв весь шкаф для обуви в коридоре, нашел - таки их и надел. Накинув куртку, я выбежал из квартиры и, закрыв ее на ключ, поскакал вниз. Есть! Пять минут. Ровно! Дал бы пять кому-нибудь. Да некому. Разве что, джипу, который, не изменяя пунктуальности, стоял, как и было сказано, ровно через пять минут. Мы оба справились со своей задачей. Я открыл дверь машины и сел в нее. Мне бы хотелось однажды ошибиться машиной, и сесть в другую, где будет сидеть фея, которая исполнит любое мое желание, но, к сожалению, я снова в том же джипе. Но кое-что все-таки изменилось. Гоша сидел на этот раз не за рулем, а рядом со мной, на заднем сидении. За рулем же никого. Меня это насторожило. Гоша достал с переднего сидения черную повязку и сказал: - Сейчас мы поедем к боссу. Тебе не нужно знать, где мы работаем. – Лысый натянул повязку мне на глаза. Она была на резинке. - Разве вы не на шаг впереди меня? – спросил я угрюмо. Гоша стал связывать мне руки. Раньше я бы сказал, что это не законно и, что его действия ущемляют права человека. Но теперь мне его действия кажутся даже предсказуемыми. Может, завтра он меня в багажник засунет? Лысый связал мне руки до такой степени, что я перестал чувствовать различия между левой и правой кистью, ощущая только мощный пульс. Я услышал, что Гоша открыл дверь, хлопнул ею, вновь открыл и закрыл. Машина завелась и поехала. Лысый ответил все-таки на мой вопрос, о котором я почти забыл: - Мы всегда на шаг впереди. Да. – Многозначительные слова, скажу. Вдохновили на улыбку. Не скажу, что я не пытался, как истинный заложник, как-то помочь себе. Вы, наверное, подумали, что я пытался освободиться от повязки и тому подобное. Нет. Это привело бы к мордобою, и я бы валялся здесь, на заднем сидении с проломленной челюстью. Я пытался, как Шерлок Холмс, понять маршрут, по которому мы едем. Первые минуты я запоминал все повороты, делаемые Гошей, представляя дома и улицы, где мы находимся. Но, либо лысый делал повороты слишком часто, чтобы запутать меня, либо я все-таки не так хорош, как Шерлок Холмс. В итоге я запутался и решил расслабиться. А что делать? Ехали мы около 15 минут. Машина остановилась. Я вновь услышал, что дверь открылась и закрылась дважды. Гоша стал развязывать мне руки и снял повязку. Руки ужасно ныли. Было непривычно видеть после пятнадцати минут темноты. Гоша вышел из машины, оставив дверь открытой. Я вышел за ним. Пока лысый вытаскивал свой портфель из джипа, я огляделся, пытаясь понять, в каком мы районе. Местность походила на окраину города, но никаких пятиэтажек, десятиэтажек не было, даже вдали. Да и домов, как таковых тоже не виделось. Только одно здание, похожее на гараж. Кроме гаража, вокруг поля, а дальше лес, за километра три от нас с Гошей, который последовал к единственному зданию. Я за ним. Лысый постучался особым стуком, похоже, парольным и дверь открылась. Жутковато. Если меня сейчас будут пытать? Изнасилуют и убьют, оставив тело гнить здесь? И никто меня не найдет. Хотя. Раз лысый стучал в дверь «особым» стуком, значит, кто-то здесь все-таки бывает. Мой труп возможно найдут. Мы с Гошей вошли в этот гараж, и я повел глазами по месту, особо не осматриваясь. Внутри гараж казался гораздо больше, чем снаружи. 15х25 квадратных метров, наверное. Это уже был кабинет. Впереди нас с Гошей у самой стены стоял один единственный письменный стол, за ним сидел мужчина с хорошо уложенным русым ежиком на голове. Я его помню. По обеим сторонам от него стояли его подопытные кролики. Помню каждого. Особенно Макса, который сейчас стоял и улыбался своей идиотской улыбкой, почти, как у Алекса из «Заводного апельсина» Уф. В помещении было темно, совсем немного света давала лампа на батарейках, стоящая на столе, рядом с боссом. Я не сразу заметил стул, напротив стола. Гоша подошел ближе к боссу, который сложил кисти рук у подбородка, восседая на стуле, в ожидании нас. Я последовал за лысым. Мне было неуютно. Я лучше полежал бы в багажнике, потерпел бы Гошу, даже если бы он был киллером, только бы не быть здесь. Мне страшно. - Ну, привет, Денис! Как поживаешь? Присаживайся, - с иронией начал разговор босс. Я стоял рядом с Гошей, не садясь на стул. - Отлично, - ответил я спокойно, но на самом деле внутри меня все билось. Все, что может и не может, билось, наровясь выпрыгнуть из меня, от греха подальше. - Что ж. Хорошо, что отлично. Тебе, наверное, интересно, почему тебя привезли сюда? – Босс поначалу слега поморщился от моего безмолвного отказа сесть на стул. Я кивнул. Да. Мне не просто интересно. Я должен знать! Иначе, я сойду с ума. Хотя, даже если бы я сказал «нет», босс все равно, продолжил бы говорить, так как мой кивок особенно его не потревожил: - Сегодня у тебя особенный заказ. Это, во-первых. Во-вторых, захотелось увидеть, как ты цветешь и пахнешь, после времени проведенном со столь прекрасными девушками, - оу да. Еще один властитель. Уф. Голова что-то заболела. Похоже, действие нурофена и антигрипина закончилось. Я вдохнул поглубже. - Ладно. К делу. – Уже? Разве наш босс так быстро сдается? Нет, в насмешках Гоша его обскакал! Он откинулся на кресле. - На этот раз тебе дают 50000 рублей. Ты должен показать себя вовсю. Понял? Нам нельзя терять таких клиентов. – А придется ли показывать себя? Может, будет достаточно того, что у меня есть член, как последней клиентке? Тут до меня кое-что дошло: - Подождите. Вам-то какая разница, теряете вы этого клиента или нет. Я же всего лишь должен отдать вам один лимон. – Я начинал нервничать, плюс – голова кружилась. - Хм. Я это помню, – будто только что вспомнив, сказал босс, - Ты заработаешь этот лимон. Но согласись, если ты понравишься особому клиенту, который платит 50000 за тебя, ты отдашь долг быстрее, да и клиент, возможно, остановится на наших проститутках, увидев тебя. – Как отвратительно. Что за особый клиент? В чем заключается особенность этой женщины? То, что она заплатит 50000? Или то, что она остановится на их проститутках? Лесби?! - Времени у вас мало. Он заказан на 22:00, в той же гостинице – Эти слова были похоже адресованы Гоше, так как он кивнул. Я чувствовал, что сейчас упаду. Слабость в теле не давала стоять на ногах и в глазах помутнело. Я положил руку на плечо Гоше, не посмотрев, что он один из этих сутенеров и подопытных кроликов. Плевать. Я почти падал. Гоша меня поддержал. У него сильные руки, я все еще стою, хотя уверен, что не благодаря моим ногам. Я открыл глаза, видел совсем чуть-чуть получше. Я смог разглядеть, что босс привстал и на его лице нарисовался легкий испуг. Сволочь. Я наверняка в его глазах выгляжу мешком с деньгами. Я начинаю склоняться к мысли, что никогда меня не отпустят из этого «бизнеса». - Что с тобой? – спросил босс обеспокоенно. Гоша держал меня, смотря в стену каменным взглядом. Ух, наверное, какой бунт царит у него в голове, состоящий из матов. - Заболел. – Ответил я, как можно слабым голосом. Быть может, разрешат отоспаться? Но не тут-то было: - Заедете в аптеку по пути, - бросил босс уже более безразлично, и Гоша кивнул. Светловолосый отвернулся от нас, присев на стол, показывая тем самым, что нужно уходить. Я начал злиться и расстраиваться одновременно. Еще и эта простуда некстати. Я не хочу, чтоб лысый нес меня на руках до джипа. Собрав все силы, я отстранился от него и медленно зашагал. Гоша сделал попытку взять меня, но я отклонил ее рукой и, открыв дверь «гаража», вышел. Я вдохнул свежего воздуха и слегка полегчало. Я дошел до джипа, Гоша еще не вышел из этого злосчастного сооружения. Я положил руку на крышу автомобиля и наклонился, оперевшись о крышу. Ужасно плохо. Какого я заболел? Всего лишь ноги промочил. Я услышал шаги и выпрямился. Гоша сел в машину, я тоже. В салоне было душно. Или это у меня жар? Я опрокинул голову назад. Гоша пересел ко мне на заднее сидение. Точно. Как я мог забыть? Лысый натянул на меня повязку и связал руки. На этот раз не так туго. Хотя какая разница, даже если бы они были свободны, я бы не попытался снять повязку. В данный момент мне все равно, даже если к нам наведается омон и расстреляет всех, кого найдет. Гоша вернулся за руль и джип тронулся. На этот раз мы ехали дольше. Или меньше. А может и столько же. Я дремал. В двери моего сознания уже стучался сон, но я не успел открыть, меня кто-то бил по щекам, и этот кто-то был никто иной, как Гоша. Я нехотя открыл глаза. Лысый сидел со мной рядом. Повязки и веревки на мне не было. - Ну, ты совсем расклеился. Выпей это, - заботливо произнес парень и протянул мне воду в одноразовом стакане вместе с желтой таблеткой. Я выпил, лысый протянул мне еще одну. - Эту рассасывай. Должно полегчать. – Я засунул в рот протянутую мне уже с десятикопеечную монету, таблетку. На вкус сладкая. Это хорошо. Через минуты две я пришел в себя. Джип уже подъезжал к гостинице. Остановил он, как и обычно, напротив входа, на дороге. Я вышел. Позади послышался щелчок двери. Я обернулся: - Как себя чувствуешь? – спросил Гоша довольно-таки с искренним беспокойством. - Нормально, - ответил я, слегка сконфузившись. В связи с тем, что я увидел в «гараже», я могу сказать, что Гоша единственный нормальный парень из шайки. Но все, же он один из «них» и делает все, что ему скажут. Мне нельзя на него полагаться. Да я и не собирался. Болван. Помечтать уже успел, что он поможет мне выбраться. Ух, наивный, Диса! - Да. Забыл сказать, номер 218. – И лысый, захлопнув дверь, укатил на своем жеребце. Я обернулся к гостинице и направился к входу, мельком взглянув на здание. В гостинице меня ожидал все тот же портье. Я сообщил, что меня ждут в 218 номере, и он объяснил, куда мне нужно подняться и куда завернуть. Я его выслушал, заметив, что парень на меня смотрит с задумчивым видом. Неужели он знает, с какой целью я иду в 218 номер? Оказалось, что нужный мне номер находится на самом последнем этаже этой гостиницы и этот этаж был седьмым. Без лифта. Я поднялся и остановился у стены, передохнуть. Мужик называется. На седьмой этаж не могу спокойно подняться. Надо бегать и качаться мне. Я постоял минуты две, перевел дыхание и направился по коридору к номеру. Он был в самом углу. Что же эта клиентка – лесбиянка так спряталась? Интересно, а лесбиянки, какие они? Каковы они в постели? Стоп. Но она, же собирается спать со мной, значит она не лесбиянка, а би, если не ошибаюсь. Что-то такое слышал от Тохи… Ладно, что думать, лучше сразу напрямую все узнать. Я подошел к номеру и постучался. Не дождавшись ответа, я нажал на дверную ручку. Дверь была открыта. Я вошел в номер и осмотрелся. Он был намного лучше 115 и соответствовал как внешнему, так и внутреннему облику гостиницы. На стенах были панели из темно коричневого дерева, темный потолок, справа от меня был душ и туалет, спрятанный за дверью, а впереди большая кровать с белым постельным бельем, под темным покрывалом. Весь номер был пропитан аристократией. Даже окна, которые в 115 казались довольно заурядными, здесь приняли совершенно иной вид, благодаря тяжеловесным шторам с необычайными завитками, бордового цвета. Я взглянул на пол и увидел паркет в тон стенам. Эта гостиница слегка напоминает мне Титаник. С каждым этажом комфортабельность и цена номера растет. И сколько же стоит все это искусство? Я, пребывая в удивлении, совсем забыл, зачем пришел, но вспомнив, понял, что никакого ожидающего меня объекта в комнате нет. Я хотел было выйти и посмотреть, не перепутал ли я номер, но дверь в ванную открылась, и оттуда спиной вышел парень. Парень? Мне кажется, я действительно перепутал номер. Я открыл дверь и взглянул на дверь. Нет. Это действительно 218. Я еще секунд пять смотрел на табличку с номером и пытался въехать в то, что происходит. Долго въезжать не пришлось. Ни одна машина не помешала припарковать свою мысль на стоянку. WTF? Особенный клиент – это парень? Парень гей? Не ожидаемая мною лесбияночка? Мать вашу, что за?! Я медленно вернулся в номер, тихонько захлопнув дверь. Парень все еще стоял спиной ко мне и вытирал голову, я не двигался и, не дыша, смотрел на него. Он был выше меня на пол головы, наверное. Худой, но накаченный. Бледная кожа, длинные ноги. Он вытирал свои темные волосы, достигающие шеи, полотенцем, укутав свой зад другим. Я беззвучно вздохнул. Волнение подступало оттуда, откуда его и не ждали. Мои ноги начали подкашиваться и трястись, как некстати. Может, убежать? Нет. Меня убьют. Расчленят в «гараже» и оставят гнить труп, пока кто-нибудь его не найдет. Так. Ладно. Оставим истерику. Она мне не поможет. Это всего лишь парень… или мужчина? Хорошо. - Привет. – Сказал я, несмотря на ужасное волнение, спокойно. Парень, вытирая до этого момента голову, мгновенно среагировал, обернувшись. Он смотрел на меня, как мне показалось, посредственным взглядом, приняв меня, похоже, за портье и ожидал что-то вроде «Я пришел сменить полотенца! Или «Вот ваша курица гриль» Было бы лучше, если так. Но, похоже, парень смотрел на меня таким взглядом, потому что был уверен, что я и есть предмет его ожиданий. Еще бы не быть уверенным, мое фото ему наверняка показали. Парень, ни сказав ни слова, деликатно указал мне рукой на кровать, и я повиновался. Парень же исчез в ванной, оставив меня наедине с волнением. Я решил, что мне нужно раздеться. И тут, как специально, в голову начали лезть ненужные мысли. «Ты должен показать клиенту всего себя». Эти мысли давили на меня, и я начинал нервничать сильнее, но вовремя собрался. Я набрал полную грудь воздуха, медленно выдохнул, и вспомнил, что начинания в гей области у меня были месяц назад. На дне рождения Антона. Нужно просто продолжить. Я разделся, оставшись в одних трусах. Блин, даже в душ не успел сходить. Вещи я повесил на стоящий рядом с дверью номера, стул и быстро вернулся на кровать. Парень вышел через минуту, держа в руке какую-то баночку. Я напрягся. Неловкое чувство. Парень был раскован и в мгновенье оказался около меня. Тут я поподробнее рассмотрел его лицо. Клиент поставил баночку на подоконник, рассматривая меня не оскорбительно оценивающим взглядом. Его лицо было необычным. Такие лица редко встречаются в моей жизни. Это лицо было вроде таким не доступным, холодным, но в то же время отдавало теплотой. У парня были высокие выразительные скулы, овальное, слегка вытянутое лицо, мило притупленный подбородок совсем чуть-чуть, незаметно, прямой большой нос, как хрустальная скала, вроде твердый и жесткий, но кажется, будто тронешь и рассыплется. У парня были пухлые губы, скорее широкие, чем узкие, но контуры их были точно вписаны в бледную кожу, которая лишь малость оттеняла румянцем. Я так тщательно рассматривал его губы, нос, скулы, что даже не взглянул на глаза, и не стоило. Я замер. Я умер. Меня убили эти глаза. Не большие, средние, точно по размеру подобраны, как цвет помады для губ, выбранный каким-нибудь гениальным визажистом, к его лицу, они смотрели на меня с интересом. Глаза были серые, серебряные. Я вспомнил Снежную Королеву, если бы не его черные волосы, он бы сошел за Кая. Только вот Кай был с замороженным сердцем, а по этому парню я не скажу, что так уж он заморожен. Он скорее покрыт инеем. Такие лица мне не доводилось видеть никогда, разве что абстракции сна. Части, силуэты. Но не полную картину. Я стал спокоен. Хоть это лицо и вижу впервые, но оно такое знакомое и близкое. Кгх кгх кгх. Это я был сейчас? Нет, это был не я. Я не восхищаюсь лицами всяких перчиков. Это все флюиды моего клиента на меня так действуют. Проникли в мой мозг и сразили на минуту. Ничего не подумайте. Я не гей. Гей - Антон. И этот парень. Я – нет. Я хороший мальчик, которого мама воспитала под девизом «люби хороших девочек» Я их и люблю. Только, как помните ранее, я упоминал, они меня не любят. За все время, что я смотрел на парня, он ни разу до меня не дотронулся. Мы тупо пялились друг на друга. Как только я подумал об этом мое спокойствие упорхало в Нарнию и парень это заметив, решил помочь мне. Он коснулся своей рукой моих волос, поглаживая щеку, я вздрогнул и напрягся. Парень улыбнулся. Он улыбнулся в раздумьях, в собственных мыслях. О чем он думает, интересно. Наверное, о том, что я идиот - проститутка, первый раз сплю с парнем. Клиент повалил меня на кровать, одной рукой придерживая мое лицо, другой стягивая полотенце с зада. Он бросил эту бирюзовую махровую ткань на пол и освободив вторую руку, коснулся моего бока. Я лежал, как бревно, шокированный происходящим. Тремя вещами я был ошарашен. 1. Я сплю с парнем. 2. Я сплю походу с моделью парнем (не может быть такой красавчик просто красавчиком). 3. Мне заплатят за то, что я бревно 50 штук. Заебись. Я смотрел куда-то в потолок. Мне стало конкретно неловко, все мое тело онемело от страха, в голове был один лишь несвязный мат, а парень расположился на мне довольно-таки не плохо. Он целовал мне шею, а я покрывался мурашками, не понимая, то ли это от того, что мне неловко и страшно, то ли от того, что мне нравится. Парень резко поднял голову и взглянул на меня с недоумением. Он до сих пор не проронил ни слова. Немой что ли? Через секунд пять красавчик улыбнулся, и я разглядел в его глазах смех, не надменную насмешку, а веселый задорный смех, искринку. Когда я начал замечать такие вещи? Парень все еще улыбался, глядя на меня в упор. Я не выдержал: - Что? - Получилось тихое скованное «что» и я сам невольно улыбнулся. Он не ответил, а примкнул своими губами к моим. Я впустил его язык в свой рот, в котором раньше были только женские языки, что смутило меня сильнее прежнего. Язык парня, медленно осматриваясь, привыкая, бродил в моем рту, знакомясь с моим бескостным органом. У парня были мягкие, но шершавые губы, хоть в чем-то он не так идеален. Красавчик убрал свою руку с моего бока и тихонько, плавно довел ее до живота. На этом он не остановился и засунул руку ко мне в трусы. Черт. И что мне-то делать дальше? Парень нащупал мои яйца и сжал их в ладони, глядя мне в глаза. Что он хотел увидеть? Нереальный восторг и уязвленное выражение моего лица? Он это увидел и улыбнулся, вновь в раздумьях. Что он делает? Ставит эксперимент? Насколько меня хватит, чтобы не застонать, прежде чем я кончу? Лицо клиента переменилось с игривой улыбки на хищный взгляд, будто пребывая в раздумьях, он добрался до финиша и что-то понял. Парень сел мне на член, пока что скрытый трусами и позволил рассмотреть себя. Хвастун. Тело-блеск. Шесть кубиков. Бицепсы без особого показа были заметны. О Боже. Парень медленно повел обеими руками по бокам моего тела, потихоньку наклоняясь и целуя мою кожу, его кисти рук вскоре соприкоснулись с моими. Это что-то новенькое в моей жизни. Секс с парнем. Только, проститутка то я, а не он, хотя похоже, совсем наоборот. Я решил, что мне тоже нужно что-то сделать, и попытался поднять руки, чтобы прикоснуться к красавчику, но он сжал мои кисти и прижал их к кровати. Хорошо. Больше не буду. Парень резкими движениями проплыл руками по моей коже, достигнув члена и начал снимать трусы. Вот и заканчивается возбуждающая меня, прелюдия. Я удивлен, не мене вашего тому, что я так просто возбудился, благодаря парню. Сам не понимаю, почему? Может он спец по мятию яиц? Не знаю. Но не думаю, что он скажет мне. Да и я не уверен, что смогу спросить, да что там спросить, я смотреть на него, наверняка, не смогу! Мои трусы уже валялись на полу. Парень дотронулся до моего члена, слегка надавливая на те точки, которые был самыми уязвимыми и смотрел на меня. Я всеми силами старался не показывать своего восторга, хотя по моей обязанности, я должен всеми силами делать наоборот. Но я не могу. Не могу просто так сдаться. Я не гей. Клиент все сильнее и сильнее нажимал на возбуждающиеся места и, приблизившись к головке, открыл свой рот и впустил мой член. О мой Бог. Что он делает? Медленно, местами сжимая губами член, он то опускался к яйцам, то поднимался к головке, отдавая ей особое внимание, слегка покусывая. В эти моменты я желал, чтобы парень сильней надавил зубами на головку, но он дразнил меня, и я возбуждался все сильнее. Мое тело перестало быть моим телом, каждая его часть была на пике восторга и еле сдерживалась, чтобы не издать стона. Парень освободил мой член и, поднимаясь все ближе к моему лицу, по паху, животу, груди, шее, он кончиком языка проводил по моей коже, образуя мурашки внешне, а внутри гормональное кипение. Когда клиент задержался на моих сосках, я думал, я не выдержу, и застону. Он покусывал каждый сосок, своими прямыми белыми, красивыми зубами, он был так близко, наслаждение было так близко. Черт возьми. Перестань! Я умру сейчас. Достигнув моих губ, он нежно поцеловал меня и улыбнулся благодарной, как мне показалось, улыбкой, улыбкой извинения. Мне стало не много страшно. Казалось, что он вытащит сейчас топор из-за кровати и прикончит меня. Улыбка сплыла с его лица, и оно приобрело серьезное выражение. Неужели, правда, топор? Парень положил свои руки мне на плечи и намекнул легким давлением на бок, что нужно лечь на живот. Я лег. Глядел в стену, уткнувшись подбородком в простыни. Парень встал с кровати, и что-то сделал, я не увидел. Вернувшись ко мне, он поднял меня, поставив раком. Нет. Это ведь не то, что я думаю? Я почувствовал, что сердце забилось в волнении, руки, на которые я опирался, задрожали. Парень намазал мне чем-то мой анус, чем - то неожиданно прохладным. Тоесть, то, что парень нес в баночке, было смазкой? Блять, охуеть. Не думал, что рассказы Тохи мне так понадобятся. Клиент вскоре дотронулся своим членом до моего зада. Я совсем не успел разглядеть, какой он по размерам, надеюсь, не большой, иначе я на свой зад никогда не сяду. Потихоньку я стал ощущать проникновение его члена, с каждой секундой становилось все больнее и больнее. Я уже не мог спокойно опираться на руки и сдерживать позу. Мне хотелось свернуться в клубок, скрутиться, как гусеница. Больно. БОЛЬНО. БОЛЬНО, ЕПАШ МАТЬ! Я почувствовал, что его головка уже внутри. Парень входил в меня так осторожно, будто боялся сделать чуточку больнее, чем нужно. Блять. А как нужно? По-моему боли нереальнее, я еще не встречал. Я же всего лишь проститутка, меня, наверное, и порвать можно, если это принесет неизмеримый доход. А если ко мне потянутся и другие клиенты, то босс и зашить меня ради денег сумеет. Парень одной рукой поглаживал мою правую ягодицу, а другой, поясницу, и плавно переходил на живот. На смену невыносимой боли, начало прорываться наслаждение, как солнце, из-за темных туч. Его было совсем чуть-чуть. Но даже эта капля блаженства заставила меня забыть о боли, которую я испытывал в своем анусе. Парень маневрировал движениями внутри меня каждые 15 секунд. Эту его пунктуальность я просчитал, отвлекаясь от лишних мыслей, которые рвались в мою голову, чтобы стеснить мою, без того застенчивую особу. Честно? Если бы я не спал с теми женщинами, если бы не прошел через, в какой-то мере, похожее на то, что происходит сейчас, я бы не лежал так, почти просто, и не был так раскрепощен сейчас. Нет. Я не был сейчас раскрепощен, как мой клиент, конечно. Но по сравнению с тем, что было в первые разы моего пребывания в этой сфере, я скажу, что сейчас я продвинулся намного. Но все же. Парень. Это впервые. Я смущен. Не так как раньше. Но, блять, смущен. С каждой минутой я уверял себя в том, что этот красавчик профи в сексе, он все делал идеально. Дразнил, ждал моего стона (пока не дождался. Я мужик. Хотя, я еле сдерживаюсь, но это всего лишь блажь), двигался во мне, поглаживал те места моего тела, которые были самыми чувствительными. Откуда он разузнал мои слабые места? За все эти десять минут спаривания наших тел, я выучил кисти его рук наизусть. Выучил их форму, места, где особенно чувствуются костяшки. Его ладони были мягкие, как после русской бани. Ох… Что бы было, если бы этот парень перед тем, как встретиться со мной, попарился чуток? Не буду думать об этом. Я издал жалобный стон, похожий на сдавленный крик. В моих глазах фейерверки. Искры! Стены уже не коричневые, а белые в крапинку от бенгальских огней. Я умер и попал в Рай. Да.. Хоть все, что мы делаем с этим парнем далеко не по - Райски, но то наслаждение, которое я получил – седьмое небо Рая для меня. Лучше этого я ничего не испытывал. Эта цель оправдывает средства. После нереальной боли, нереальное наслаждение. Стоило этому парню добраться до особой точки в моем заду, я счастлив. Эта точка, как начало Вселенной. Стоит добраться до нее и можно создать Рай на земле. Но ученые к счастью, пока не добрались до этой точки Вселенной, ведь они Рай на земле точно не сделают. Но этот парень добрался до моей точки начала и смог. Смог. И услышал взамен мой победный стон. Стон псевдопроститутки. Я сейчас совсем не ощущаю себя проституткой. Наслаждение дают мне, а не я. Это странно. Я… кончил? Похоже на то. Но этот парень, что он? Он двигался во мне еще с секунд пять, и кажется, тоже кончил, но, как и десять минут назад, как двадцать минут назад, он не сказал ни слова. Красавчик не высовывая члена, наклонился ко мне еле устоявшему раком и медленно лизнул мне ухо. Я почувствовал, что покрываюсь мурашками. Тихонько, не мешая парню, я приподнял голову и взглянул на стену. Красавчик полизывал мне ухо и слегка покусывал. Кажется, он кончает в меня… Я глубоко вдохнул и понял, эпик фэйл близко. Я чихнул. Я Чихнул. Я ЧИХНУЛ! Тихо, как девчонка, мать вашу. Я хочу чихать, как жирный мужлан боди билдер! Хотя бы сейчас. Ведь это последнее, что может доказать мою принадлежность к мужскому полу. Парень тихо выдохнул и с ухмылкой, я почувствовал ее, сказал: - Болен… - это был тихое слово из пяти букв. Новая партия мурашек уже в продаже! Подходите, берите кто угодно! На это раз, Я, не сказал ни слова. У меня просто не хватило сил. Все силы отправились в блаженствующие, наслаждающиеся до сих пор места… Руки, шея, глаза, рот… Ничем я не владел, я уязвлен. Уязвлен парнем. Он вышел из меня, и, встав, куда-то ушел. Я позволил себе рухнуть на кровать. Мне нужно отдохнуть. Прийти в себя. Пока его нет. Я уткнулся в простыни, выдохнул. Полежал так с минуты две. Через две минуты зазвонил мой мобильник. Дурацкая песня. Знакомый незнакомец, уверен. Не хочу отвечать. Но он, же меня убьет. Я попытался подняться - это далось с трудом. Но после такого наслаждения я выдержу и такую боль. Я еле добрался до куртки и, вынув телефон из кармана, ответил. Соответственно, это был Гоша. - Ты закончил? – вопрос на засыпку. Это понять как «Ты кончил?» или «Ваш перепех завершен?» Голос Гоши был напряженный. Так что скорее первое, но под прикрытием второго. В любом случае: - Да. - Деньги он отдаст нам сам. Тебя забрать? – спросил мой водитель обеспокоенным голосом. Конечно я бы не прочь поспать в этой прекрасной комнате, отдохнуть, но видеть это Лицо я не хочу. Мне чисто по-человечески стыдно. Я лучше свалю. Я проститутка. Надо же сделать хоть что-то проститутское. - Да. Забери. Через десять минут спущусь… - Сказал я тихо и сбросил. На все про все у меня десять минут. Моя машина «мастер собраться за любое время» пребывает в сбое, так что не уверен, что успею. Я с трудом наклонился под кровать и собрал свое белье. Медленно, напряженно я натянул свои трусы, потом, еле - еле дойдя до стула у двери, надел футболку и штаны. Я услышал шум воды. Кажется, мой клиент в душе. Я надел свою куртку и кеды. Взглянул на часы. Десять минут уже прошло. Говорю же, машина в сбое. Я вздохнул и, окинув взглядом эти прелестные итальянские шатры, тихонько вышел, и так же тихо закрыл дверь. По коридору я позволил себе передвигаться так, как может мой организм. Зад ныл, ноги вместе с ним. Я шел, медленно прихрамывая, даже не удосужившись застегнуть куртки. Мое лицо, я чувствовал, как с похмелья. И кто бы мог подумать, минут пятнадцать назад я был на седьмом небе Рая. Через миллион столетий, я все же спустился вниз и, прочувствовав взгляд портье, я вышел из этой гостиницы. На улице я остановился, чтобы подышать свежим воздухом. Я видел джип в 15 метрах от гостиницы. Ничего, подождет. Через полминуты проветривания своих внутренностей, я снабдил их другим, более «полезным» снадобьем. Достав пачку сигарет из кармана, я вытащил одну, и закурил, медленно направившись к джипу. Пусть лысый думает, что от секса с красавчиком, я получил лишь тяжкие муки. Я знаю, что эта работа приносит ему кучу денег, но она ему не нравится. Так пусть же почувствует вину… Хоть чуть-чуть. Ненавижу его… Ненавижу их всех… Сволочи… Да уж. У меня еще хватает сил злиться. Но правда ли это злость к лысому и его компании? Не злость ли это на себя… за то, что мне… понравился этот перепех? Я дошел до джипа и открыл дверцу. С трудом забравшись, я сел, скривив лицо от забытой мной боли. Я думал, эта боль закончится, но она только усиливалась, я не выдержал и привстал. - Ляг на живот. – Сказал лысый напряженно. Я попытался. Но места было мало, и я согнул ноги в коленях, приподняв их к крыше. Как бы нелепо это не выглядело, мне все равно. Машина поехала. Лысый, как обычно курил в салоне. Через полминуты езды, простуда напомнила о себе. Похоже, лекарства перестали действовать. Меня начало тошнить и в глазах помутнело. - Гоша… Открой окно… - пробубнил я в кресло. Но он услышал и, взглянув на меня умирающего, повиновался. Свежий воздух стал залетать в салон. Мне совсем чуть-чуть стало легче. - Все так плохо? – спросил лысый. Я краем глаза взглянул на его профиль, и пробормотал что-то вроде «Нет. Все отлично. Едем дальше рубить бабло». Мои слова не вызвали никаких эмоций у Гоши, и я забил. Отрубился. Проснулся я как раз вовремя. Машина резко остановилась около дома. Наверное, это меня и разбудило. Лысый выскочил из машины, и демонстративно открыл заднюю дверь, прося тем самым выйти. Я поднял свое неуклюжие, в связи с болезней, тяжелое, как мне показалось, тело, и с трудом выбрался из машины. У меня хватило сил одновременно с вылазкой из тачки острить: - Решил работать на две ставки? Нет уж. Швейцаром тебе быть не идет. Староват уже по-моему. – Я выбрался из машины и наклонился вперед, положив ладони на колени. Отдышался. Вот я медведь. - Нет. Я решил, что тебе нужна помощь. Сейчас, на старика больше похож ты. Может, до кроватки проводить, а то боюсь до следующего раза не доживешь. - Гоша закурил. Я посмотрел на него с укором. Ишь, разболтался. Мы постояли, молча с минуту. В конце концов, мой водитель-швейцар, выбросил сигарету и сказал: - Мне пора. Иди домой. И спать! Чтобы завтра был, как огурчик! – Я не ответил, но проводил лысого хитрой улыбкой. Как огурчик? Хорошо. Но ты не сказал, как какой огурчик! Я выпрямился. Направился к своему подъезду, обнаружив, что лужа стала значительно меньше прежнего. До квартиры я поднимался минут пять. В прихожей я раздевался минуты три. Понял, что сестры дома снова нет. Да уж. Если бы были силы и желание, я бы ей запретил ходить по ночам, где не лень. Но Олеся самостоятельная. Я ей верю все же и утешаюсь такими мыслями. Да и сейчас я рад, что никого нет дома. Можно спокойно ползком, подвывая добраться до комнаты, с воплем от боли в заду забраться на кровать и отрубиться без сил. Так со мной и было. Сил нет. Я даже душ не принял.