Save me from the dark

Март 2010 года, Лондон. Даниэль 8.00 Просыпаюсь от ощущения чужого взгляда на себе и приоткрываю один глаз, натыкаясь на внимательные голубые глаза, пристально смотрящие на меня. Филипп улыбается мне, отодвигаясь и тут же расплываясь – все же надо… Какие-нибудь витамины есть, что-нибудь с черникой, или гимнастикой для глаз заняться? Зрение падает значительно, и меня это слегка беспокоит. Впрочем, пока все не критично. Щурюсь на него и кошусь на часы. - Доброе утро. Филипп целует меня в плечо, и я, фыркнув, заползаю поглубже под одеяло. - В такую рань – недоброе. И ты колючий. Филипп обиженно хмыкает. - Ты заставляешь всех нормальных мужчин чувствовать себя мучениками! Мало того, что ты – несчастный горец и не стареешь, так еще и бриться тебе не надо. Отмахиваюсь от него, блаженно зарываясь в подушки. - Хорошая экология большую часть жизни и генетический сбой. Я мутант. И если ты не дашь мне выспаться, у меня проявятся какие-нибудь супер-способности, и тебе не поздоровится! Филипп пытается стянуть с меня одеяло. - Ну и во сколько ты лег? Но я не отвечаю, накрывая голову подушкой. Хочу спать. Достаточно поздно, чтобы не вставать сегодня так рано. Слышу, как включается вода в душе, и снова засыпаю. 13.00 Пора вставать. Да, однозначно пора вставать. Зевая, бреду на кухню. Мне нужна чашка кофе, чтобы начать соображать. Я выспался, но голова все еще мутная. На кухне обнаруживается тарелка с бутербродами и записка, что Филипп вернется домой пораньше. Отлично! Запиваю бутерброды кофе и уже под душем начинаю потихоньку чувствовать себя человеком. 16.00 Поворот ключа. Выхожу встречать Филиппа. Он, усмехаясь, приподнимает бровь. - Ух ты, ты не за работой! Качаю головой и обнимаю его, прижимаясь и вдыхая его запах. Родной. Уютный. Никогда не надоест. - Сегодня нет. Привет. - Привет. Легкий и быстрый поцелуй, не подразумевающий никакого продолжения. - Как на работе? Болтовня. Обед, приготовленный на двоих. У Филиппа – какая-то недописанная статья. Ему надо поработать. 17.30 - Нет, нет, нет… Ну нет же! О, черт, нет!!! - Даниэль, ты мне мешаешь! Оглядываюсь через плечо. - Ох, извини, я постараюсь потише. Филипп недовольно косится на меня. Да, знаю, он не фанат компьютерных игр. И недоволен, что я трачу на них свое время. - А тебе работать не надо? Отмахиваюсь. - А у меня сегодня выходной. - Ты же нигде не работаешь! У тебя нет графика! - Именно поэтому я себе объявил сегодня выходной! Не мешай, я буду потише. Филипп встает, и когда я снова запускаю игру, перегибается мне через плечо. - Зомби? Серьезно? А у тебя нет плохих ассоциаций? Хмыкаю. - Не-а, к тому же, у меня тут есть автомат! Это сильно упрощает жизнь! 20.00 - Филипп, ужин! - Мммм, да, иду. Я все еще люблю ему готовить, ну надо же, прошло столько лет… Мы болтаем о пустяках, строим планы на его отпуск, обсуждаем новые фильмы… Я люблю такие вечера. Я любуюсь Филиппом, внутренне удивляясь, почему теперь он так заморачивается из-за своей внешности и возраста. Помниться, когда я походил на оживший труп, он убеждал меня, что я чуть ли не самый красивый человек на планете! И теперь вот у него какие-то проблемы с самовосприятием… Кризис среднего возраста? Для меня он все так же красив, да и не во внешности дело. Я люблю его. И я не представляю себе жизни без него. Один мой знакомый потерял жену – ужасная трагедия. Я как-то спросил его, когда прошло немного времени, как он живет теперь? Он ответил, что встает в семь, приезжает на работу и работает до девяти. Говорит – просто отлично, так рано никого нет, никто не мешает… И скачивает из сети уроки вроде «как погладить рубашки» и «как сварить картошку». А глаза у него были… Такие тоскливые… Я не смог бы жить без Филиппа. Если есть высшие силы, то, пожалуйста, как бы эгоистично и мерзко это ни звучало, как бы я не боялся смерти, что бы не ждало меня после нее, пусть я не увижу смерти Филиппа. Я не смогу без него жить. 23.00 Филипп стаскивает с меня очки, заставляя недовольно щуриться, чтобы разглядеть его лицо. И целует меня. Наш секс может быть и не похож на захватывающую бурю страсти, как когда-то, по крайней мере, в этот раз, но мне это и не нужно. Я позволяю ему все, что он любит – вплетать пальцы в мои волосы, прикусывать шею, целовать татуировку, растягивать подготовку до того момента, когда я, задыхаясь, не начну простить его сделать что-нибудь, все что угодно… Я люблю его. Я шепчу это ему, прижимаясь после к нему, пряча где-то на груди слезы и дрожа всем телом. - Я люблю тебя. Он прижимает меня к себе, словно боится, все еще боится, что я могу куда-то сбежать. Как глупо. - Я тоже тебя люблю. Я знаю, что он сейчас заснет. А я либо промаюсь еще как минимум час, прислушиваясь к его дыханию, либо сдамся и пойду за книгой, чтобы почитать перед сном… Но пока я слишком расслаблен и счастлив, чтобы что-то делать, поэтому слегка дремлю у него на плече. Я люблю тебя. Я не представляю своей жизни без тебя. Октябрь 2010, Лондон Филипп Мы оба стоим и улыбаемся, хлопая в ладоши. Только что Мэри вышла замуж за своего Генри, и теперь она счастливая стоит у алтаря в объятьях своего мужа. Все вокруг готовы поздравлять молодую пару, но в первую очередь, конечно, подходят родственники, а потом уже друзья. Я наклоняюсь к Даниэлю и шепчу ему прямо в ухо: - С тебя желание. И вижу, как улыбка стекает с его лица, заставляя меня улыбаться еще сильнее, ведь я выиграл в нашем маленьком споре. Год назад мы сильно поспорили. Генри и Мэри встречались тогда уже полгода, и я видел, что они оба настроены на серьезные отношения, но Даниэль, почему-то считал иначе. - Да они расстанутся! Даю им год, максимум. Мэри постоянно мне на него жалуется, - он яростно печатал что-то в этот момент, так что я подошел и наклонился, заставив его посмотреть мне в глаза. - А я говорю, что они поженятся через год. Ты так плохо знаешь женщин, что неудивительно, что ты так считаешь. Мэри любит его, потому и злится. Они привыкнут друг к другу, и это пройдет. Даниэль фыркнул и вернулся к своей программе. - А я говорю, что нет. И ты меня не убедишь. Я взял его за подбородок и заставил повернуть голову к себе. - Хорошо. Тогда предлагаю спор. Кто выиграет, получает с проигравшего любое желание, абсолютно, все, что угодно. Идет? Даниель усмехнулся и пожал мою протянутую руку. - Идет! И вот теперь мы стоим в церкви, поздравляя нашу общую подругу и ее мужа. Мэри смеется, обнимая Даниэля. - Кажется, ты проиграл спор. И, кажется, ты влип, судя по тому, как твой парень усмехается. Он нервно поводит плечами и хмыкает. - Как ты могла меня так подвести? Вам срочно надо развестись, а то он меня просто съест! Мэри фыркает и пожимает плечами. - Уж прости. Не могу сказать, что я не специально. Я наклоняюсь и целую ее в щеку, пока Даниэль и Генри пожимают друг другу руки. Она шепчет мне на ухо. - Отомсти ему за то, что в меня не верил. Я подмигиваю ей, и мы смеемся вместе. Пока мы едем домой, Даниэль все пытается узнать у меня, что за желание я у него потребую. Но я держусь стойко. На самом деле, у меня давно была одна мысль, но я думал, что воплотить ее в жизнь будет невозможно. Но теперь… Я лишь загадочно улыбаюсь в ответ на его вопросы и говорю, что он сам скоро все узнает. **** Следующие пару дней я демонстративно, вслух решаю, что бы мне такое придумать. - Может, нам записать домашнее порно? Как думаешь? Я бы купил камеру получше, штатив. Может, даже софиты взял в аренду… Даниэль кривится, прихлебывая кофе из своей чашки, десятой, кажется, по счету, которая стоит у него на столе. - Боже, если ты меня слышишь, избавь меня от этого ужасного человека. Такого я точно не заслужил. Я фыркаю. - А мне казалось, ты атеист. Он раздраженно ставит кружку на стол. - А я резко уверовал сейчас. Я пожимаю плечами. - Ну, хорошо. Не порно, так не порно. Вычеркиваем. И вижу ужас в его глазах. - У тебя еще и список есть? Я лишь загадочно улыбаюсь. Следующее мое предложение встречает еще меньше восторга. - Может, нам сходить на нудистский пляж? Мне кажется, я, наконец, умудрился шокировать Даниэля, потому что он замирает с вилкой в руках. Мы ужинаем, и кусочек картошки падает обратно в тарелку, так и не донесенный до рта. - Но сейчас же октябрь! Я пожимаю плечами. - Ничего, я подожду лета. Желание срока годности не имеет, так что я просто потерплю. Даниэль стонет, закатывая глаза. - Тогда уж лучше порно. Боже, за что мне это?! Я хмыкаю. - Ты сам в это ввязался. Ладно, вычеркиваем. В следующий раз я сижу с ноутбуком на диване и подзываю Даниэля, который проходит мимо, неся в руках связку каких-то проводов. - Как тебе кажется, мы могли бы взять в аренду вот это в качестве исполнения желания? Я слышу, как провода с шелестом выпадают у него из рук. - Ты с ума сошел?! Я не буду этого делать! Я качаю головой. - Ты мне обещал. Ты проиграл в споре. А такой долг – это святое. Он стонет сквозь зубы, и я почти чувствую, как его пальцы ложатся мне на горло, чтобы задушить. На экране раскрыта страничка с БДСМ игрушками в аренду, и там красуется что-то, назначение чего, если честно, я и сам не очень понимаю. Но выглядит достаточно внушительно. В любом случае, это никогда не было вариантом, мне лишь хочется немного поиздеваться над Даниэлем, вот и все. И нет, я не слишком жесток, это точно. - Ладно, вычеркиваем. Он фыркает. - Ты каждый раз меня так спрашиваешь, будто мое мнение имеет какое-то значение для тебя. Я пожимаю плечами, захлопывая крышку ноута. - Может и имеет, как знать. Он рычит и поднимает провода с пола. - Ты невозможен! В следующий раз мы лежим в кровати, готовясь ко сну. Редкий случай, когда мы ложимся вместе, а не я засыпаю в холодной одинокой кровати. Даниэль при свете ночника читает какую-то фантастику, периодически хмыкая на что-то, что веселит его в книге. Мои слова заставляют его вздрогнуть. - А может, стоит пригласить какую-нибудь девушку к нам третьей? У тебя нет на примете никаких знакомых? Кажется, это все же немного перебор, потому что после этих слов на мое лицо опускается подушка. **** Через полторы недели после свадьбы Мэри я приношу в дом длинную плоскую коробку и заталкиваю ее под кровать, чтобы Даниэль не увидел ее раньше времени. Туда же идет пакет с броским названием на нем и коробка поменьше. Даниэль встречается сегодня с заказчиком, поэтому будет поздно. Я кладу бутылку шампанского в холодильник и принимаюсь за ужин. Когда в замке поворачивается ключ, у меня уже все готово. Остается зажечь свечи и подать ужин на стол. Даниэль выглядит немного усталым, но довольным. Я выхожу в коридор, вытирая руки полотенцем. - Привет. Ты приготовил ужин? Спасибо, мы с этим придурком только кофе и пили, целый день ничего не ел. Он чмокает меня в щеку и проходит в гостиную. Дверь в кухню открыта, поэтому Даниэль останавливается, когда его взгляд цепляется за накрытый скатертью стол, сервированный по всем правилам. Он оборачивается ко мне, и я вижу в его глазах подозрение. - У нас сегодня ведь не годовщина, так? Я точно помню, что нет. Я улыбаюсь и качаю головой. Мое таинственное молчание заставляет его только больше нервничать. - Тогда что за праздник? Не припомню, чтобы что-то важное случалось в октябре… Я мягко улыбаюсь и говорю так вкрадчиво, как могу. - Сегодня время выплачивать долги, Даниэль. Он неуверенно смотрит на меня. - Неужели, твое желание – романтический ужин при свечах? Я качаю головой. - Почти. Мой руки и приходи в спальню. И сам ухожу, чтобы все подготовить. Я слышу, как в ванной включается, а потом выключается вода, а потом Даниэль осторожно, будто ступая по минному полю, заходит в спальню. Когда он видит то, что лежит на кровати, его глаза расширяются. - Нет. Нет, ты не заставишь меня. Нет. Этого я делать не буду! В конце я даже слышу панические нотки в его голосе. Я улыбаюсь и пожимаю плечами. - Оставишь долг без оплаты? Покроешь себя позором? Неужели твоя совесть выдержит это. Если бы взгляд мог убивать, я лежал бы мертвым на полу в ту же секунду. Даниэль трет ладонью лицо, а потом подходит ближе к кровати. - Сам будешь на меня все это надевать. В коробке на кровати лежит длинное, зеленое вечернее платье. А также все, что прилагается к такому наряду, включая кружевное нижнее белье. Даниэль рассматривает все это, проводит по платью рукой, щупая гладкую ткань, а потом поворачивается ко мне. - Как ты вообще все это купил? Уверен, что оно на меня налезет? Я хмыкаю. - Мне попалась очень милая и понимающая девушка в магазине, я сказал ей, что ты мне проспорил, и она помогла мне все подобрать, в том числе и это, - и я достаю из-за спины черные туфли на каблуке. О, нет, вот этот взгляд точно бы убил меня, если бы первому не удалось. **** Одеть мужчину в женскую одежду оказывается не так и просто. Даниэль все время жалуется. Ноет, пока я старательно затягиваю на нем то, к чему крепятся чулки. Морщится, когда натягивает на себя кружевные трусики. Недовольно стонет, когда я помогаю ему надеть чулки. И практически рычит, когда я, наконец, надеваю на него платье. Не то, чтобы у меня был какой-то фетиш на мужчин в женской одежде, но то, как Даниэль краснеет и смущается, явно стоило того. Весь его вид выражает раздражение пополам со смущением, и выглядит это просто потрясающе. Последними я отдаю ему атласные перчатки, которые он уже натягивает сам, без моей помощи. Я отхожу на пару шагов и смотрю на него. Это выглядит… Интересно и волнующе. Даниэль пытается не смотреть мне в глаза, старательно наблюдая за окном. Я подхожу к нему и запускаю руку в длинный разрез на платье, поглаживая его ногу тыльной стороной ладони. - Ты выглядишь очень соблазнительно. Он фыркает. - А ты ужасный человек. И вообще, я чувствую себя глупо. Насмотрелся? Можно снимать? Я качаю головой, продвигаясь рукой выше, заставляя его еще более отчаянно краснеть. Когда я оттягиваю резинку его кружевных трусиков и кладу туда маленькое вибрирующее яйцо, его лицо вытягивается, и он смотрит на меня так, будто не может поверить в то, что произошло. - Теперь ужин, - я демонстративно помахиваю пультом управления у него перед носом. – Мне сказали, что радиус действия всего пять метров, так что не отходи от меня далеко. Даниэль сглатывает, и я беру его за руку. Ему никогда не нравятся подобные игры, по крайней мере, поначалу. Белье, которое я взял достаточно узкое, чтобы заставить эту маленькую штучку прижаться к нему плотно. Продавец в магазине уверял меня, что она достаточно сильно вибрирует, чтобы воздействовать как изнутри, так и снаружи. Мы идем в кухню, и я подаю на стол приготовленный ужин. Даниэль сидит напряженный, кажется, даже забыв о том, как он выглядит. Но только ровно до того момента, как он дотрагивается рукой до своего открытого плеча, что заставляет его снова покраснеть и бросить на меня раздраженный взгляд. Я лишь ухмыляюсь в ответ. Вибрирующую игрушку я включаю тогда, когда мы начинаем есть. Даниэль вздрагивает, и я вижу, что мой план подействовал. Он слегка ерзает на стуле, ему явно стало неудобно. - Расскажи мне, как прошла встреча с заказчиком? Он снова кидает на меня раздраженные взгляд, пытаясь поудобней переставить ноги. - Тебе ведь на самом деле не интересно, да? Ты просто изображаешь светский ужин. Кстати, мог бы тоже приодеться для меня. Я пожимаю плечами. - Во-первых, ты не прав, мне правда интересно. А во-вторых, это не я проиграл, так что платить тебе. Он фыркает, снова ерзая, а потом раздраженно выдыхает. - Это было обязательно? Мне немного неудобно, знаешь ли. Я старательно киваю, а потом вспоминаю, что в холодильнике еще лежит бутылка шампанского, и встаю, чтобы достать ее. - Конечно. Иначе было бы не так весело. И вообще, мне стало казаться, что в последнее время я перестал тебя удивлять. Даниэль фыркает. - Казаться – правильное слово. Я наливаю нам обоим по бокалу и предлагаю тост. - За оплату всех долгов. Даниэль морщится, но тоже поднимает свой бокал. **** Нельзя винить ни меня, ни его в том, что мы оба расправляемся с ужином слишком быстро. Шампанское ударяет нам в голову. Даниэль стонет, когда я наклоняюсь и целую его в шею. - Филипп… Он вздрагивает от каждого моего прикосновения, он перевозбужден, и я ясно вижу это. Я подхватываю его, его руки в атласных перчатках обвивают мою шею. Мы целуемся, пока я несу его в спальню. Туфли падают где-то по дороге, и я забиваю на них. Потом подберем, все потом. Я опускаю Даниэля на кровать, он извивается в моих руках и стонет мне в рот. Скользкая ткань платья струится под моими руками, будто его облили маслом. Я рычу, задирая подол и стягивая с него эти чертовы кружева. Яйцо выпадает, продолжая вибрировать, лежа на кровати. Я натыкаюсь на него рукой и откидываю подальше, чтоб не мешалось. Не знаю, что это – шампанское, платье, настроение или что-то еще, но Даниэль совсем не возражает, когда я не даю себе труда раздеть его. Он только тянет ко мне руки, снова и снова повторяя мое имя, целует меня, не желая отпускать. Но мне, все же, надо раздеться. И эта задержка заставляет разочарованно застонать нас обоих. Кажется, я лишился майки, так рьяно Даниэль с меня ее стягивал. Так странно ощущать атлас на голой коже, когда он гладит меня по спине ладонями. Так странно залезать в вырез платья и не находить там мягкой женской груди. Все странно и непривычно в этот вечер. Мы оба торопимся, я готовлю Даниэля со всей возможной тщательностью, но очень спешу. И он тоже спешит, подгоняя меня. - Давай. Я же не хрустальный, не сломаюсь. Я закусываю губу, задирая его ноги к себе на плечи. Чулки ощущаются слишком гладкими под моими ладонями. Весь Даниэль слишком гладкий, неуловимый, как русалка. И в то же время невозможно реальный, когда он прикусывает мои губы в поцелуе. Мы двигаемся быстро, лихорадочно, будто у нас на все совсем немного времени. Даниэль беспрерывно стонет, хватает меня за волосы и за руки. Я целую его шею, заставляя согнуться почти пополам. Он всхлипывает, и я беру его член в руку, понимая, что и сам почти на грани… Платье испорчено, кажется, невосстановимо. Мы лежим рядом, голова Даниэля покоится на моем плече, я рассеянно глажу его по голой руке. Он тяжело дышит, все еще немного вздрагивая. А потом я чувствую, как он поднимается, опираясь на локоть, и поворачиваюсь к нему. Он серьезно смотрит на меня, а потом тычет пальцем в грудь. - В следующий раз, когда тебе захочется одеть на меня юбку – покупай мне килт! Я фыркаю. - Но ты же не шотландец! Он усмехается в ответ. - Ну, уж побольше всяких тут французов. Я щиплю его за голое плечо, заставляя зашипеть. - Знаешь, эта шутка не была смешной даже в первый раз. Он только ухмыляется, а потом наклоняется и целует меня.