Последний герой

Возвращались в лагерь по привычке в полнейшем молчании – настроения на разговоры, собственно говоря, не было никакого. Несмотря на то, что за Кагеяму проголосовало большинство, настроение находилось в минусе – кому понравится выгонять одного из людей, с которыми живёшь бок о бок уже несколько недель? Быстрое умывание, и все разбрелись по своим спальным местам, которые в эту ночь были внизу. Домик был успешно обгажен енотами, и ребята, хотя и отмыли его, но всё же решили не рисковать и на одну ночь оставили его проветриваться. Тишина. На поляне хаотично разложены спальники, в которых тихо похрапывали парни, устроившись поудобнее. Даже Аомине, который всё же смог придать коже удобоваримый окрас, забылся тяжёлым сном, приобнимая баскетбольный мяч. Акаши прижимал к груди уже порядком затупившиеся, но такие родные ножницы, Ойкава стиснул в кулаке фото со своим изображением, Ханамия мёртвой хваткой вцепился в пожёванный томик Шекспира – у всех в этом лагере свои «игрушки». Однако долго пребывать в объятьях Морфея никому не удалось – ночное спокойствие нарушил дикий вопль. Наученные горьким опытом, спортсмены за каких-то пару секунд оказались у источника шума, коим неожиданно оказался Мидорима, испуганно хлопающий зелёными глазами и прижимающий ладонь к шее. – Шинтаро, что случилось? – Акаши с трудом подавил широкий зевок, и устало уставился на своего заместителя. – Меня укусили! – потрясению шутера не было предела. – Меня тоже укусили, – фыркнул Ойкава, демонстрируя укус москита прямо на сгибе локтя. – Эка невидаль, чего ты орёшь-то? – Да меня не комар укусил! – парень наклонил голову и убрал руку, демонстрируя своим сокомандникам шею. И действительно – на коже отпечатались отчётливые следы зубов, а на месте, где у людей были клыки, красовались две крошечные ранки. Видимо прокусили до крови. – Если бы это не было абсурдно, то я бы решил, что это укус вампира, – хмыкнул Акааши, скрещивая руки на груди. – А может, и правда? – от былой уверенности Тоору не осталось и следа. Волейболист опасливо покосился на растирающего шею Мидориму и сделал небольшой шажок назад. – Вот мы тут говорим себе, а он на нас кинется, и всё, поминай, как звали. – Если бы даже меня укусил реальный вампир, то на полное моё перевоплощение нужно было бы не меньше нескольких дней, вот что! – агрессивно ответил Шинтаро, поправляя очки с такой силой, что оправа больно врезалась в переносицу. – Вот видите, уже какая ярость в голосе, сразу видно, что нелюдь, – фыркнул Ойкава, прячась за спину Аомине, который спросонья ничего не понимал, а лишь хотел вернуться и доспать оставшиеся несколько часов. – Так, всё, брейк, – Акааши недовольно мотнул головой. – Какие вампиры, мы в XXI веке живем? Давайте спать, завтра при свете дня разберёмся, может это какая живность решила перекусить. – Не сильно утешает, – фыркнул Шинтаро, снимая очки и залезая обратно в спальник. Вновь тишина опустилась на поляну. Спортсмены один за другим засыпали, исключение составил лишь один чересчур впечатлительный шатен, который неотрывно уставился в темноту джунглей. Огоньки светлячков казались Тоору поочерёдно то сверкающими глазами настоящего вампира, то очами какого-то жуткого зверя… Настолько сосредоточившись на мелькании света в лесной глуши, Ойкава даже не обратил особого внимания, как от дерева отделилась чья-то фигура и беззвучно приблизилась к дрыхнущему без задних ног Аомине… На этот раз прозвучало два крика – Дайки резко вскочил, зажимая кровоточащий укус рукой, а Тоору продолжал вопить на одной ноте ещё несколько секунд, пока не получил подзатыльник от Акааши, недовольного тем, что его будят второй раз за ночь. – Ты-то чего орёшь?! – рявкнул Аомине, уставившись на резко заткнувшегося парня. – Меня же укусили! – Я… я видел вампира, – губы шатена подрагивали, но вот эта его фраза приковала внимание всего племени. – Серьёзно? – скептицизму Сейджуро не было предела. – Да! – с жаром воскликнул связующий. – Я заметил, как тень, похожая на человека в плаще, резко отпрянула и исчезла где-то в лесу, когда Аомине закричал! Это точно был не зверь, люди не прокусили бы до крови, а значит… На этот раз молчание в лагере можно было резать ножом. Спортсмены недоуменно переглядывались, не по себе стало даже Акааши, который осторожно поинтересовался: – Ойкава, а тебе это точно не приснилось? – Точно, – мотнул головой вышеупомянутый. – Да ерунда это, вампиров не существует, – громко фыркнул Ханамия, который как-то незаметно оказался прямо за спиной Тоору. – Я согласен с Макото. Но я всё равно предлагаю развести костёр побольше и лечь спать поближе к нему – отпугнёт зверей, предполагаемую нечисть, да и некоторым… впечатлительным личностям будет спокойнее, – хмыкнул Акаши. – А завтра утром решим, что делать. Так и поступили. Однако, несмотря на предпринятые меры предосторожности, Ойкава так и не сомкнул глаз ни разу за ночь, а лишь на рассвете смог забыться беспокойным и нервным сном.

***

Утро было немного суматошным – из-за беспокойной ночи и отсутствия будильников как таковых, парни проспали, и всем было не до того, чтобы разбираться в ночных происшествиях. Невероятно быстрые сборы, перекус на скорую руку, и вот они уже оказались на месте, которое было отведено под конкурс. «Морские Ежи» уже были тут, но тоже выглядели не так, чтобы очень хорошо: зевали они все по очереди, недовольно ворча друг на друга. – Не выспались? – Ойкава с трудом подавил желание упасть на песок и заснуть. – Да звери не дали поспать, – нахмурился Бокуто, потирая шею. – Меня и Такао вчера ночью покусала какая-то офигевшая живность. Вроде не сильно, а ранки остались, – волейболист продемонстрировал укус, точь-в-точь повторявший следы на шеях Аомине и Мидоримы. С последних сонливость как ветром сдуло, а Шинтаро уже было открыл рот, чтобы задать какой-то вопрос, как его практически на полуслове перебил слегка скептичный голос Тсукишимы: – Конечно, здорово, что все мы здесь сегодня собрались, но возможно начнём? Понимая, что никто им не даст сейчас выяснить обстоятельства очень странных, но схожих происшествий, участники обратили своё внимание на ведущих, которые начали объяснять условия конкурса. – Сегодняшнее испытание будет проходить в несколько этапов. На первом из них вы должны добраться до своих лодок. Как вы видите, они расположены довольно далеко от берега. Своеобразной дорогой к ним являются небольшие островки. Перебираясь с одного на другой, вы сможете попасть на свою лодку. Сложность заключается в том, что пока первый участник не достигнет лодки, следующий не может начать соревнование. Если кто-то упадёт в воду, можно начать с того же места, не возвращаясь на берег, – Имаёши обстоятельно всё объяснял, будучи абсолютно серьёзным, но Дайки, отлично зная своего бывшего капитана, видел на его лице еле заметное выражение предвкушения чего-то интересного. – Второй этап заключается в том, что вы поплывёте по этой речке, находя по пути части от лестницы. Для каждой команды они разного цвета – для «Дятлов» синего, а для «Ежей» – красного. Иногда самих деталей вы можете не увидеть, лишь только подсказки, помогут вам их найти. Сделав полный круг, вы вернётесь на это место, и уже здесь, собрав лестницу из тех деталей, которые вы нашли, должны будете добраться до вершины этой скалы. Именно там находится тотем, который и является вашей целью. – Будьте внимательны, не пропустите детали, а они могут быть и на воде, и на суше, иначе вам придётся снова пускаться вплавь по реке, что, естественно, не приблизит вас к победе. А теперь «Морские Ежи» должны назвать двоих, кто не будет участвовать в испытании. Пока соперники советовались, Аомине внимательно смотрел на ведущих, словно ожидая от них какой-то пакости. Те же, ничего не подозревая, мирно улыбаясь, переговаривались между собой. Тем временем «Ежи», посовещавшись, решили оставить «за бортом» конкурса Куроко и Такао, чем немного удивили и ведущих, и «Дятлов». Затем Тсукишима дал сигнал к началу конкурса, и первые участники резво стартанули, пытаясь обогнать друг друга и добраться до своей лодки. Акаши, перед тем как начать соревнование, внимательно осмотрел предстоящий ему путь и, найдя оптимальный вариант, лихо начал продвигаться к цели. Хьюга же, который, видно, решил, что «раньше сядешь – раньше выйдешь», ломанулся по кочкам, надеясь, что самый короткий путь – самый верный. Только вот он не учёл, что эти островки суши находились на разном расстоянии друг от друга, и некоторые располагались слишком далеко, чтобы можно было просто так перепрыгнуть. Когда до Джунпея дошло, и он начать выискивать правильный маршрут, Сейджуро уже добрался до лодки, а от «Дятлов» вышел «на тропу войны» не кто иной, как его заклятый враг – Ханамия! И хотя Хьюга значительно опережал соперника, он чувствовал пронзительный взгляд, буквально сверлящий его затылок, от чего пару раз чуть не свалился в воду. Однако он всё-таки добрался до своей шлюпки, и дал возможность стартовать следующему участнику. Спустя примерно минут двадцать «Дятлы» уже все собрались на лодке и начали разворачивать её, чтобы продолжить соревнования. Проложенный Акаши путь оказался очень полезным, и у них не возникло никаких проблем, если не считать нелепого падения Акааши, которое, впрочем, не сильно их задержало. «Ежи» же благодаря заминке Хьюги, а потом и необъяснимым медленным продвижениям Кисе и Куроо значительно отставали от противников. И лишь благодаря шустрому Хинате, который, кажется, пролетел по кочкам, это отставание не стало катастрофическим. Рассаживаясь в своей лодке и взявшись за вёсла, они были полны решимости догнать соперников, тем более, что руководство на себя взял Вакатоши, который и сам хорошо управлялся с лодкой, и других быстро организовал. Второй этап проходил с переменным успехом – плыли они примерно в одном режиме, да и детали от будущей лестницы находили поочерёдно, хотя где только эти самые детали не находились: и на дне реки, и на деревьях, и даже прикопанные в земле. В итоге к скале они приплыли вместе, и теперь дело оставалось за малым – собрать лестницу и подняться по ней. Только вот тут «Ежей» поджидала самая большая неприятность – складывалось такое ощущение, что все собранные ими детали были от разных приспособлений, и, вертя их в руках, парни никак не могли придумать, как их соединить. У «Дятлов» до определённого времени была схожая ситуация, пока Ханамия после случайно обронённой фразы Мидоримы не сообразил, в чём тут соль, и тогда дело у них пошло гораздо быстрее, а что важнее – продуктивнее. Десять минут – и вот уже Акаши стоит на вершине скалы, держа тотем, принеся победу своему племени. – Ну, что ж! – подвёл итог Тсукишима. – «Морские Ежи», вы сегодня оказались не на высоте, во всех смыслах этого слова, поэтому вас ждёт совет. А «Дятлов» мы поздравляем, вы заслужили эту победу. Пусть тотем вам поможет не только избежать совета. – Спокойной вам ночи, победители, – как-то слишком сладко произнёс Шоичи, а Кей, делая вид, что закашлялся, пытался скрыть смех. – И что это было? – уже отходя от пляжа, спросил Мидорима, который шёл в обнимку с тотемом, в отличном настроении, которое немного портило непонятное поведение ведущих. – Они сегодня такие с самого начала конкурса, – заметил Акааши. – Во всяком случае, Имаёши. – Сто процентов эти двое знают что-то, что неизвестно нам, – Дайки широко зевнул, прикрывая рот ладонью. – Не знаю как вы, но я сейчас приду и свалюсь спать. Из-за этой херни ночью вообще не получилось нормально выспаться. Ханамия, шедший рядом, громко хмыкнул и пожал плечами, мол, кто не выспался, а кто и бодрячком держится. Ойкава, под глазами которого уже появились приличного вида мешки, непроизвольно нахмурился и пристально уставился на Макото. Тот шёл по теньку и едва ли не лыбился – видимо, настроение от победы поднялось даже у него. А может быть, у него были какие-то свои причины. Тоору облизнул губы и как бы невзначай спросил: – Ханамия, а чего ты в тени идёшь? Погрелся бы лучше на солнце, загорел… – Ты что, отбитый какой-то? – фыркнул на это предложение бывший капитан Кирисаки Даичи. – У меня кожа очень бледная, я ж на этом солнце вспыхну, как на костре. – А-а-а-а… – Ойкава даже подвис на секунду: воображение подкинуло картину, как Макото выходит на солнце и с воплями сгорает, шипя и крича, как самый настоящий вампир. Непроизвольно шатен стрельнул глазами в сторону последнего и попытался присмотреться пристальнее к его рту – вдруг там мелькнут чрезмерно длинные клыки?.. – Ты меня настораживаешь, Тоору. Сфига ли ты на мои губы пялишься? – Ханамии нельзя было отказать в наблюдательности. – Да ничего, просто показалось, что у тебя к ним что-то прилипло,– неловко выкрутился парень и отвёл взгляд. Что-то в это истории явно было нечисто… На некоторое время обо всём было забыто – парни быстро разложились на полянке, кто-то утопал спать в уже проветрившийся домик, Аомине укатился в тень и с наслаждением растянулся на одеяле, постеленном прямо на земле, практически мгновенно погружаясь в крепкий и беспробудный сон. Ойкава, спать которому также хотелось неумолимо, помялся на месте, но потом с упорством осла вытащил свой спальник прямо на солнцепёк. – Эм, Ойкава, всё нормально? – Акааши предпочёл остаться дремать внизу и сейчас с недоумением взирал на шатена, который с недовольным выражением лица укладывался прямо под пронзительными лучами полуденного солнца. – Всё замечательно! – с преувеличенной бодростью воскликнул Тоору и мысленно добавил: «будет замечательно, если меня не покусают вампиры». Однако нормально поспать ему так и не удалось – жара стояла кошмарная, солнце парило как сумасшедшее, обжигая кожу и заставляя Ойкаву вертеться, словно уж на сковородке. Минут двадцать подобного времяпровождения заставило шатена разозлиться на весь мир и всё же переместиться в прохладную тень под ехидное хихиканье Ханамии, который валялся под любимым деревом и читал отвоёванного Шекспира. Но если на солнце не давали спать жара и духота, то в тени не давали спать собственные мысли. Бесплодно проворочавшись еще около получаса, Тоору улёгся набок и стал оглядывать поляну. Вон там спит Аомине, там разлёгся Акааши, Мидорима ушёл в домик, лежак Макото пуст… Когда до воспалённого сознания Ойкавы дошёл этот факт, он едва ли не вскочил на ноги, но сила воли помогла ему остаться в неподвижном состоянии. Медленно он прошёл взглядом дальше и увидел сцену, которая навсегда останется в его памяти. Ханамия склонился прямо над шеей Акаши, впиваясь в неё губами, а сам Сейджуро в свою очередь спокойно подставлялся под жадные клыки вампира, едва заметно морщась. В том, что Макото являлся вампиром, Тоору уже не сомневался ни на секунду – он своими глазами видел!.. Внезапно Акаши распахнул глаза и уставился прямо на Ойкаву, который тут же сделал вид, будто спокойно спит и даже не думает никуда смотреть. Однако сердце его колотилось как бешеное, а пальцы непроизвольно впились в собственное одеяло. А если его заметили? А если его теперь захотят убрать, чтобы он не выдал ничьих тайн? Вдруг ведущие тоже на стороне кровососов?! Тоору невольно вспомнил хладнокровие Тсукишимы и поражающее воображение самообладание Имаёши… Точно! Если всё так, как он думает, то им всем, нормальным людям, отсюда не выбраться живыми, это точно. – Ойкава, ты спишь? – злобное шипение раздалось прямо над ухом, и Тоору с воплем вскочил на ноги, наудачу хлестнув по воздуху серебряной цепочкой, которую он сжимал в руке. – Больной совсем?! – всё же удар пришёлся в цель, и Ханамия, яростно матерясь на нескольких языках одновременно, отполз в сторону, зажимая правую половину лица руками. – Ты что сделать хотел? – повысил голос Ойкава, размахивая цепочкой, как какими-то нунчаками. – Да блять, разбудить тебя, спросить, будешь ли ты ужинать! – взъярился избитый ни за что Макото. – Я хотел за фруктами сходить, а то мы вдвоём с Акаши много за раз не утащим. Но, знаешь ли, я лучше один пойду, чем с таким поехавшим! «Ага, не утащишь. Скорее это вы с Акаши хотели меня утащить, и всё, не увидел бы никто». Но, к счастью, ума для того, чтобы не озвучивать эту фразу, Тоору хватило, и он лишь пробурчал: – Прости, мне просто кошмар приснился, вот так и вышло. – Придурок, – выплюнул Ханамия, не убирая руки от лица. – Тебя изолировать от общества надо, а то ещё перережешь всех нас ночью из-за какого-нибудь «кошмара»!.. Громко возмущаясь в таком духе, Макото побрёл в сторону джунглей, куда, судя по всему, уже ушёл Сейджуро. – Что за фигня тут была вообще? – Аомине, с трудом преодолевая зевоту, сел, растирая глаза кулаком. – Я сегодня, видимо, вообще не высплюсь. – Вот-вот, – Шинтаро осторожно спустился из домика и практически сразу переместился в тень, поправляя очки. – Отвратительное солнце сегодня, ни секунды нельзя на нём провести. – Я так и думал, – печально вздохнул Ойкава, потирая лоб. – Мидорима, ты укушен. – Ну, как бы да, этой ночью меня укусил некий зверь… – Тебя укусил вампир.