Храбрый воин (The Bravery of the Soldier)

      Проснувшись следующим утром, Джон решил, что надо прекращать эти ночные задушевные разговоры. Шерлоку Холмсу не интересны сантименты и чужие выматывающие кошмары.       А его собственная военная карьера была долгой и, как минимум, наполовину опасной. И получал ранения он столько раз, что и сосчитать невозможно.       Но при этом он был солдатом, для которого раны и травмы — обычное дело. И он надеялся, что когда он все-таки получит крест Виктории, то внимание прессы быстро угаснет, а вместе с ним и его кошмары. После переезда на Бейкер-стрит они снились ему очень редко, но сейчас вернулись с удвоенной силой, и Джону это ни капли не нравилось.       Обеспеченная Майкрофтом защита от журналистов оказалась очень качественной. Выйти на прямой контакт с Джоном удалось лишь нескольким личностям — агенты никому не позволяли нарушать пешеходный поток на Бейкер-стрит, а Шерлок еще на всякий случай отключил городской телефон.       Джон не жаждал пересказывать свою историю незнакомым людям. Он мог говорить об этом с Шерлоком, ну, может еще с Лестрейдом, миссис Хадсон и Молли. Но не с этими стервятниками, которые так и кружили у 221Б.       Он посмотрел в окно: люди в сером быстро уводили с улицы очередного журналиста, предупреждая не возвращаться, и сам занялся приготовлением завтрака.       Шерлок тем временем сидел в интернете в поисках новых сведений по последнему делу. Джон как раз устроился за столом с тарелкой омлета и тостами, когда в квартире появился Грег Лестрейд.       Дверного звонка они не услышали— агенты, должно быть, узнали инспектора в лицо, а миссис Хадсон немедленно впустила в дом.       Друзья с надеждой обратили глаза на Лестрейда. Оценив до сих пор влажные после душа волосы детектива, взъерошенный вид Джона и его свежеприготовленный завтрак, детектив-инспектор вежливо кашлянул.       — Я не вовремя?       Джон с полным ртом омлета взмахнул рукой, показывая, что можно входить и располагаться.       — Нет, все в порядке. Доброе утро, Грег. Я только доем и переоденусь, идет? С этим ненормальным поесть удается нечасто, — ухмыльнулся он.       Шерлок притворился, что не слышал этого, и внимательно взглянул на детектива-инспектора.       — Значит, произошло еще одно. Он ускоряется.       — Да, тоже в мусорном контейнере на задворках клуба и с чужой клубной печатью на руке. Хочется, чтобы вы взглянули, — Лестрейд выудил припрятанный им на лестнице картонный поднос с тремя стаканчиками кофе и с улыбкой посмотрел на Джона.       — Принес в знак примирения... или можешь считать это взяткой, — сказал он, протягивая дымящийся стаканчик крепчайшего кофе из "Спидис".       — Грег, ты мой спаситель! Спасибище! — Джон радостно вцепился в предложенный ароматный напиток.       — Лестрейд, вы, должно быть, в отчаянии, если потратили время, чтобы купить нам кофе — и все ради того, чтобы мы просто осмотрели еще одно место преступления. Хотя с другой стороны, я по-прежнему не понимаю, за какие заслуги вы держите при себе ваш технический персонал. Разве вчерашний подозреваемый не дал вам никаких подсказок? И вы сами ничего обнаружили? — произнес Шерлок, выхватывая свой кофе.       — Он имеет в виду "спасибо". Мы очень благодарны, Грег, — вклинился Джон и улыбнулся обоим детективам.       — Да, — сказал Шерлок.       — Не беспокойся. Я на такое не обижаюсь. В конце концов, я знаю его не первый день.       — Вы в курсе, что я, в общем-то, здесь? — делая глоток, напомнил Шерлок.       — Тот парень, которого мы вчера арестовали — он просто исполнитель, мелкая сошка. Заправляет всем кто-то другой.       — Это очевидно. Оставьте нам адрес, Лестрейд — мы приедем, как только сможем. Как видите, мы еще не совсем готовы. До встречи на месте.       — Да, конечно. Спасибо, ребята.       Лестрейд повернулся, чтобы уйти, но потом, что-то припомнив, внезапно остановился.       — О, и Шерлок, как твоя рана?       — Все в порядке, просто царапина, — отмахнулся тот.       — Это хорошо. Ладно, скоро увидимся. И Джон, не позволяй ему себя подгонять. Жертва мертва, а на месте преступления еще работают мои люди. Он вполне может подождать тебя лишние пять минут.       С этими словами инспектор развернулся на каблуках и стал спускаться по лестнице. Шерлок же ретировался к себе в спальню переодеваться.       — Шерлок, я по-быстрому заскочу в душ! И поставь чайник: мне нужна еще чашка чая, если ты хочешь, чтобы я поехал с тобой, — крикнул бывший солдат в сторону коридора и отправился в ванную, чтобы побриться и наскоро сполоснуться.       Глянув на себя в зеркало, Джон вздрогнул. Мешки под глазами обозначились еще отчетливей — видимая дань ночным кошмарам. Он вздохнул и шагнул под ледяные струи, которые сразу немного прояснили сознание.       Когда он наконец вышел из ванной полностью одетым и хоть немного проснувшимся, Шерлок уже нетерпеливо вышагивал по гостиной. К чести сказать, он действительно закипятил чайник и налил в чашку кипятка, единственно забыв добавить чайный пакетик. Исправив это упущение, Джон стал большими глотками поглощать напиток, торопясь отправиться вместе с Шерлоком на место нового престуления.       Представшее перед ними тело было очень похоже на предыдущее: молодой мужчина, одетый для похода в ночной клуб. Разве что выглядел он несколько попрезентабельней, но не особо богаче.       Единственное, что определенно отличало жертв — это цвет кожи. Трое предыдущих были белокожими или смуглыми, но последний обладал кожей цвета крепкого кофе. При жизни он явно был молодым человеком очень приятной внешности, может, даже красавцем.       Выявить на темной коже печать ночного клуба было сложно, но свечение ультрафиолетом все-таки смогло ее обнаружить.       На этот раз Шерлок уже не стал запрыгивать в мусорный контейнер, заявив, что это неважно, и предоставил сие занятие Андерсону.       Джон тем временем присел рядом с телом. Этого человека тоже забили до смерти; лицо было практически уничтожено: глазные впадины, нос и зубы буквально размозжили каким-то тупым предметом. Джон решил, что орудие убийства, скорее всего, какая-нибудь труба или бита для крикета.       — Лестрейд, вы можете мне найти фотообразцы печатей всех ночных клубов? Здесь определенно должна быть связь. Проверьте клубы, узнайте у завсегдатаев не было ли недавно каких-нибудь дрязг у покупателей-продавцов наркотиков. И не менялось ли там начальство, — проговорил Шерлок, изучая на полу какое-то грязное пятнышко.       — Да, конечно. Хотя этот парень не похож на торговца наркотиками.       — Может, и не похож, но это не означает, что он им не является.       — Это точно, — согласился Лестрейд и что-то нацарапал в своем блокноте.       — Ему тридцать с небольшим, хорошо одет и ухожен, явно пытался претендовать на более высокое социальное положение. Хорошо образован, хотя детство провел в бедности. Значит, стипендиат, приехавший из-за границы. Судя по тому, что осталось от его зубов, я бы предположил, что из Ганы. Плюс при аутопсии на трицепсе наверняка найдется "говорящий" шрам от полиомиелитной прививки. Жил один, но имел много любовниц. Одевался, стремясь произвести впечатление; презервативы в нагрудном кармане говорят сами за себя. Регулярно ходил по ночным клубам, у него в кармане старая реклама еще одного. Предлагаю начать с этого, — Шерлок протянул инспектору найденный на теле скомканный листок-рекламку. — Напишите, если будет что-то новое. Идем, Джон.       И он так быстро пошел прочь, что Джону пришлось догонять его почти бегом.       — Это все? — уточнил он, поравнявшись с детективом. Тот в ответ только непонимающе посмотрел. — Ты по-прежнему считаешь, что это дилер или сутенер?       — Да, конечно. Это самые вероятные варианты. Кроме того, если ты вспомнишь, у меня была богатая практика по вычленению в толпе дилеров. А почему ты спрашиваешь?       Джон слегка вздрогнул при напоминании. В последний раз Шерлок говорил с ним о своем избавлении от кокаиновой зависимости очень давно, несколько лет назад. Джон, по большому счету, всегда относился к нему, как к давно завязавшему. И то, что Шерлок Холмс сознательно напомнил ему, что был когда-то наркоманом и мог бы легко смешаться с клиентурой клубов, где они сейчас вели расследование... это было неожиданно.       — Нет, я понимаю, — ответил он. — Это, наверное, просто ерунда... чистая интуиция. Он не похож на человека, имеющего хоть какое-то отношение к наркотикам. И я легко могу представить его игроком, но никак не сутенером.       Шерлок в ответ только несогласно хмыкнул.       — Уверен, Лестрейд достаточно быстро все выяснит.       Домой они ехали на такси в комфортном молчании. Джон глубоко погрузился в собственные мысли, а Шерлок блуждал по обширным коридорам своих Чертогов разума.       В 221Б Шерлок сразу уселся за ноутбук, чтобы кое-что выяснить по делу, а Джон пошел шуровать в холодильнике в поисках чего-нибудь съедобного. Решив, что быстрее и легче всего сделать себе на обед жареный сыр, доктор немедленно приступил к его приготовлению.       К тому времени, когда он устроился за столом с тарелкой еды и своим ноутбуком, Шерлок уже яростно колотил по клавишам.       — Нашел что-нибудь? — поинтересовался он у соседа.       Тот в ответ только вскинул бровь, но даже не оторвал взгляда от экрана.       — Возможно. Я составляю список мест, где находили тела, и клубов, где перед этим побывали жертвы. Пока что они рассеяны по всему городу. Не бывает сутенеров, орудующих на такой большой территории. Наркотики становятся все вероятнее, — объяснил Шерлок.       Джон быстро покончил с обедом и схватил карту Лондона. Проведя столько времени в одной квартире с Шерлоком, он отлично знал методы детектива. Так что он разложил карту на журнальном столике, вооружился несмываемым маркером и устроился на диване.       — Так в каких клубах они побывали, по словам Лестрейда? — он выжидательно посмотрел на друга, держа наготове маркер.       Они отметили все упомянутые клубы, и Джон увидел, что они действительно рассеяны по всему городу. Однако как только они стали отмечать и места расположения мусорных контейнеров, схема преступлений мгновенно стала очевидна.       Когда Шерлок ее увидел, он был почти разочарован. Неужели все может быть так примитивно?       Первую жертву обнаружили за клубом, который посетила вторая жертва. А ее, в свою очередь, нашли на задворках клуба, куда отправилась жертва номер три. Шерлок внутренне застонал от собственной глупости. И неважно, что Джон этого не слышал и не видел. Зная его, Шерлок не сомневался, что если не соблюдать осторожность, тот еще несколько недель будет злорадно припоминать ему сей промах. От Джона, однако, не укрылось раздраженное фырканье, и он про себя улыбнулся.       Наконец-то его жизнь вернулась к некому подобию нормальности; вновь настали времена загадочных дел и дружеского, на двоих, смеха; здесь снова был Шерлок — блестящая индивидуальность, и был Джон — верный и неизменный соратник, который видит друга насквозь и может говорить с ним прямо. Именно это было "нормальностью" на Бейкер-стрит 221Б, и Джон ни в коей мере не хотел ничего менять.       Кошмары предыдущих ночей тут же были забыты и Джон прямо-таки наслаждался детективным азартом. Искоса поглядывающий на него, Шерлок улыбнулся. Наконец-то Джон сосредоточился на расследовании и больше не вспоминает о войне.       Шерлок рассеяно почесал повязку, скрывавшую порез на груди. Джон тут же обратил на это внимание и мгновенно переключился в "режим доктора".       — Рана зудит? Или болит? — спросил он, указывая на грудь.       — Нет, все нормально.       — Нормально или нет — это уже решать мне. Тебе все равно надо сменить повязки. Никуда не уходи, я только схожу за аптечкой, — заявил Джон, вскакивая на ноги и заканчивая предложение уже на полпути к ванной.       — Да все нормально, Джон. Правда! — начал Шерлок, но доктор не слушал никаких возражений.       Джон схватил сумку с аптечкой и попутно отметил, что надо будет скоро ее опять пополнить. Для живущих в 221Б слишком много бинтов не бывает.       Прежде чем вернуться в гостиную, он еще захватил стакан воды и отыскал обезболивающее. Поставив на стол аптечку и стакан, он выпрямился и пригвоздил взглядом консультирующего детектива.       Шерлок в ответ только поднял бровь.       Джон по-военному приосанился, расставил ноги на ширину плеч и скрестил руки на груди. Подождал. Шерлок не шевельнулся, только оглядел комнату в поисках медсумки Джона. Через некоторое время доктор начал нетерпеливо притопывать ногой. Шерлок лишь откинулся назад и улыбнулся.       — Рубашку прочь, Холмс. Немедленно.       Шерлок отлично знал этот тон. Это был командирский приказной тон капитана Ватсона под названием "пленных не берем". Тот, что заставлял юношей-новобранцев нестись быстрее ветра. Тот, которому научился подчиняться и Шерлок, но он, правда, про себя думал, что потребуй от него Джон "на землю и двадцать отжиманий" — это было бы уже чересчур.       Детектив понимал, что спорить с капитаном Ватсоном бесполезно, а повязку действительно необходимо сменить. Он с минуту прожигал друга негодующим взглядом, на что тот только лишь поднял бровь. В эту игру можно было играть и вдвоем.       В конце концов Шерлок смилостивился и стал расстегивать рубашку, открывая белеющие под ней бинты.       Джон налил в миску теплой воды, приготовил мазь с антисептиком и помог другу снять старую повязку. Он с облегчением выдохнул, не обнаружив под ней никаких следов инфекции. Скорее всего, просто ткань натирала швы и они чесались.       Доктор быстро промыл раны, заново наложил чистые повязки и проверил подвижность плеча Шерлока. Удовлетворившись, что раны друга хорошо заживают, Джон наконец встал и, оставив детектива самостоятельно облачаться в рубашку, пошел на кухню выкидывать старые бинты.       Похихикав, что для них совершенно нормально держать на кухне ведро для медицинских отходов, Джон принялся заваривать на двоих чай.       — Спасибо, — послышалось за спиной бормотание Шерлока.       — Не за что. Вот, я сделал и тебе чашечку.       Он передал дымящуюся чашку вошедшему на кухню Холмсу и последовал за ним обратно в гостиную.       Друзья расселись по своим креслам и стали молча попивать ароматный напиток, потерявшись в собственных мыслях.       — Шерлок?       — М?       — Там, раньше, на месте преступления. Мне кажется, ты говорил, что у погибшего был при себе какой-то рекламный листок.       — Что? А, ты об этом! Да. Это было рекламное приглашение в какой-то ночной клуб или что-то еще в этом духе. Оно устарело еще полторы недели назад, так что едва ли это имеет отношение к убийству, — отмахнулся Шерлок.       — Хм. А что там рекламировалось? Открытие нового клуба? "Счастливый час"¹? Битва музыкальных групп? Какой-то концерт? — стал перечислять Джон потенциальные причины, побуждавшие клубы раздавать рекламные листовки своим завсегдатаям.       — Я бы не назвал те музыкальные сборища, что бывают в ночных клубах, "концертами". Потом напомни взять нам в этом году билеты на "Промс"².       — Шерлок, я не сомневаюсь, что наши с тобой представления о концертах сильно различаются. Даже если я и побывал на концерте, который по праву считается одним из лучших концертов "живой" музыки, — самодовольно поддразнил его Джон и с ухмылкой откинулся на спинку кресла.       Шерлок в свою очередь с интересом на него посмотрел.       — Это просто нелепо! — воскликнул он, и Джон едва сдержал смех. Шерлока иногда было очень легко поймать на крючок. Черт, да он каждый раз с такой готовностью глотал наживку! — Кроме того, я и не представлял, что тебе так понравилось то исполнение "Волшебной Флейты". Хотя соглашусь, оно было лучшим из тех, что я когда-либо слышал.       — Да я не о Моцарте говорю, Шерлок, — фыркнул от смеха Джон.       — Тогда о ком? О Бахе? Брамсе? Шуберте? Вивальди?       Джон в ответ только усмехнулся.       — В этом и суть. Я не говорю о классической музыке. Я говорю о роке.       — Скука, — отмахнулся Шерлок и разочаровано вздохнул. А ведь тема могла стать довольно занятной.       — Ты бы так не говорил, если бы видел в живую выступление "Куин" на "Лайв Эйд"³ в 1985... — Джон еще глотнул чая и поставил чашку на край стола.       — Королева⁴ давала концерт? У меня создалось впечатление, что она играет только для узкого круга! — уставился на него Шерлок. Лицо детектива отражало настолько крайнее изумление, что Джон просто согнулся пополам от хохота. Ему понадобилось добрых три минуты, чтобы успокоиться, и он мог только порадоваться, что успел поставить свою кружку с чаем, иначе они оба оказались бы в нем по уши.       Когда Джон наконец сумел перевести дух, его ушибленные в драке ребра жаловались на такую нагрузку, а в глазах все еще стояли слезы. Он посмотрел на Шерлока и увидел, что друг лишь озадаченно на него смотрит и отчаянно пытается понять, что вызвало у Джона такой истерический хохот.       — Да не королева, которая наш монарх, Шерлок, — со смехом пояснил Джон и закатил глаза. — Группа "Куин"! Ну ты понимаешь, Фредди Меркюри, Брайан Мэй... Да наверняка знаешь их песни! "Мы потрясем вас"? А "Богемская рапсодия"? А само выступление на "Лайв Эйд"! Это же был лучший концерт в истории. Как можно такое не знать?       — Джон, тебе же известно, что я не забиваю голову подобной ерундой. А лучше или не лучше один концерт другого — это вполне очевидно, — сообщил Шерлок, продолжая потягивать чай и свободной рукой смахивая пылинки с подлокотника кресла.       — О, да ладно тебе! Неужели у тебя не было ни одной любимой группы, когда ты был подростком? И пластинки ты тоже не слушал?       — Разумеется, слушал! У меня были пластинки с записями всех моих любимых композиторов в исполнении Лондонского симфонического оркестра.       Джон несколько ошарашено на него посмотрел. Потом глотнул еще чая и небрежно поинтересовался:       — Я так понимаю, нет шансов, что кого-то из них звали Леннон и Маккартни?       Шерлок на минуту задумался.       — Не думаю. Я слушал, в основном, британских, немецких, австрийских и итальянских композиторов, хотя и Камиля Сен-Санса⁵ я тоже очень люблю.       Добрый доктор в ответ опять закатил глаза.       — Ты знаешь, живя с тобой в одной квартире, я немного научился различать композиторов. Так что меня не удивляет, что тебе нравится тот, кто сочинил "Пляску смерти"⁶.       Шерлок изумился: Джон попал в точку со своей отсылкой к авторству. И это, как видно, отразилось у него на лице, ибо Джон нахмурился.       — Не смотри на меня так. В конце 90-х я смотрел "Джонатана Крика"⁷. "Пляска смерти" была там в заставке. И это еще раз доказывает, что я знаю о музыке побольше тебя, — он снова усмехнулся.       — Очень в этом сомневаюсь.       — Ну ладно же. Тогда у меня к тебе только один вопрос. Кто такие Леннон и Маккартни?       Шерлок издал раздраженный звук, отчего Джон чуть снова не покатился со смеху.       — Они определенно не были важны, иначе я бы не удалил о них информацию, — еще сильнее задрав нос, сообщил Шерлок.       Джон внезапно затих, и Шерлок рискнул бросить взгляд в его сторону. Друг недоверчиво таращился на него во все глаза.       — Шерлок, ты же не серьезно? Ты что, действительно никогда не слышал о "Битлз"? О Джоне Ленноне, Поле Маккартни, Джордже Харрисоне и Ринго Старре? — попытался напомнить он. — Леннон и Маккартни! Это же один из лучших творческих дуэтов двадцатого века! Они оказали огромное влияние на мир музыки! Ты наверняка должен был о них слышать! Как можно вырасти в Британии и не знать о "Битлз"? — потрясенный Джон просто не мог в такое поверить и продолжал подозревать, что Шерлок его разыгрывает.       — Уверяю тебя, я не знаю. Кроме того, современная музыка в нашей семье была нон-грата. Мамуля ее не одобряла. Нас с Майкрофтом обучали классике. Я, что очевидно, играю на скрипке, но кроме того, я с трех лет знаю и фортепьяно. Майкрофт шел тем же путем, не считая того, что он взялся за виолончель и фортепьяно. Оказавшись в школе-пансионе, я решил выбрать уроки игры на саксофоне — знал, что это позлит мамулю и Майкрофта, но поскольку саксофон был школьной дисциплиной, его сочли приемлемым.       — Постой-ка. Ты умеешь играть еще и на фортепьяно и саксофоне? — разговор казался Джону все страннее и страннее.       — Я же только что сказал. Ты мог бы повнимательней меня слушать!       Доктор просто во все глаза смотрел на Шерлока. В поведении детектива не было никаких намеков на юмор или сарказм.       — Я и не представлял. Хотелось бы как-нибудь услышать, как ты играешь. Я имею в виду, на фортепьяно и на саксофоне. Никогда бы не выбрал для тебя джазовый инструмент, но полагаю, он тебе вполне подойдет, — заявил Джон, порадовавшись, что принимает эту новость сидя.       — Я предпочитаю скрипку. Кроме того, я что-то не замечал, чтобы ты доставал свой кларнет⁸ или притаскивал фортепьяно⁹, — парировал Шерлок, пристально наблюдая за другом.       — Даже спрашивать не собираюсь, как ты узнал. Хотя я никогда не был особенно хорош в музыке. Кларнет — это что-то вроде семейной традиции Ватсонов, ее основал еще мой прадед. А фортепьяно было обязательным предметом в моей школе. Правда, в армии я еще научился играть на гитаре. Приятель дал мне несколько уроков, — сообщил Джон и рассмеялся. Ничего себе разговор мигрировал от расследования до обсуждения музыкальных навыков!       — Я бы сказал, что 5 классов кларнета — это очень неплохо.       Джон в ответ только фыркнул.       — Откуда ты знаешь, что я закончил 5 классов? Ну да, может, когда у меня было время практиковаться, все было и не так плохо, но зная тебя, рискну предположить, что ты с фанфарами закончил все 8 и по всем трем инструментам. И еще наверняка порисовался с теорией музыки или чем-то подобным.       — Джон, ты делаешь успехи! Вижу, ты наконец начинаешь перенимать мои методы, так что еще не все потеряно, — ухмыльнулся Шерлок. — Ты прав. Для моих родителей что-то ниже полных 8 классов было недопустимо. И я действительно изучал теорию музыки, хотя и выбрал для этого джазовое соло на саксофоне.       Джон прыснул и сжал пальцами переносицу.       — Ты? Ты играл джазовое соло?       — Да. В это так сложно поверить?       Шерлок действительно не мог понять, почему Джон находит это столь необычным.       — Шерлок, минуту назад ты говорил, что никогда не слышал о "Куин" и "Битлз", а теперь оказывается, что ты отличный джазовый музыкант. Я имею в виду — я узнаю классическую музыку, если ее услышу. Я знаю тебя достаточно долго и много раз слышал, как ты сочиняешь на скрипке. Мне просто очень трудно представить себе тебя с саксофоном — я уж не говорю, играющим джаз.       — Почему? — искренне удивился Шерлок. Он всегда считал это совершенно естественным. — Джаз вполне может нравиться. И с ним даже можно импровизировать. Мне всегда казалось, что его музыка чем-то напоминает работу моего мозга. Разумеется, я мог бы сыграть джаз на фортепьяно, но саксофон отлично действовал на нервы моим родителям, так что оно того стоило, — усмехнулся он.       Джон подумал над его словами. В объяснении Шерлока была своя логика. Его друг действительно бывал тихим и громким, быстрым и медленным и, перескакивая с одного на другое, тем не менее, создавал что-то великолепное — это действительно напоминало джаз.       — С этим я могу согласиться. Собственно, я и раньше полагал, что, в отличие от моей старшей сестры, твой брат в юности не заслушивался "Клэшем" и "Секс Пистолс"¹⁰ и не передавал свои музыкальные вкусы по наследству.       — "Секс Пистолс"?       — Ага. Панк-группа 70-х. Держу пари, "Анархия в Соединенном Королевстве"¹¹ в семействе Холмсов не пользовалась такой популярностью, как в свое время в семье Ватсонов.       Шерлок потрясенно отшатнулся.       — Могу тебя заверить, что моя мать однозначно не позволила бы чему-то с подобным названием даже приблизиться к нашей входной двери.       Улыбка Джона стала еще шире.       — А как насчет Дэвида Боуи? "Флитвуд Мэка"? А "Ху"¹²?       Шерлок только отрицательно качал головой при каждом названии.       — Ладно, напомни мне при случае забрать у Гарри мои виниловые пластинки. Я все-таки сделаю из тебя настоящего знатока музыки! — заявил Джон и с самодовольной улыбкой откинулся на спинку кресла. Шерлок, улыбаясь, выдержал его взгляд и потом поднял брови, словно говоря "Да неужели?"       Они и сами не заметили, кто первым захихикал, но через минуту они уже оба одинаково покатывались от хохота, ибо разговор выходил нелепым до одурения.       Смеясь вместе с другом, Шерлок порадовался, что тот совершенно забыл о своих кошмарах. Он знал, что Джону очень дороги эти редкие моменты, когда они вот так просто болтают о пустяках.       Он вынужден был признать, что, вероятно, стоило почаще разговаривать с Джоном о простых обыденностях — просто ради самого разговора, нежели обсуждения информации по расследованию.       В конце концов, Джон — его единственный друг, и если болтовня о таких тривиальных вещах, как музыка, поможет хоть на какое-то время приструнить его военный синдром, то это совсем небольшая цена, которую он вполне готов заплатить.       Через несколько минут Джону наконец удалось прийти в себя и успокоиться.       — Ладно, теперь давай к делу, — сказал он. — В кармане жертвы нашли рекламный листок, зазывающий на какой-то концерт. Но ты не считаешь его уликой.       — Это очевидно, Джон. Не говоря уже о том, что реклама была старая. То мероприятие давно прошло.       — Справедливо. Есть еще какие-нибудь наметки?       — Пока нет.       Джон снова уселся за ноутбук. Он хотел было приступить к новому сообщению в своем блоге, но по дороге передумал. Он еще раз глянул на карту Лондона и проставленные его собственными руками отметки, обозначающие места преступлений, и вбил в строку поиска название первого клуба.       Наблюдающий за другом Шерлок увидел, что Джон свел брови, глядя на экран, затем еще что-то напечатал — и через минуту нахмурился еще больше.       — Эм... Шерлок? По-моему, я кое-что обнаружил. Глянь сюда.       И он повернул ноутбук, показывая экран Шерлоку.       Детектив быстро просканировал страницу взглядом, и его глаза расширились от понимания.       — Джон, я говорил, что ты непревзойденный проводник света, но на сей раз ты, по-моему, превзошел самого себя! Это потрясающе! ПРИМЕЧАНИЯ (в комментарии к части не влезли) ¹ "Счастливый час" — скидка (обычно на выпивку), действующая только в один определенный час — прим. переводчика ² Лондонский международный фестиваль (преимущественно классической музыки), крупнейший в Великобритании. Проводится с 1895 года. Википедия (с) — прим. переводчика ³ "Лайв Эйд" (Live Aid) — в переводе "Живая помощь" — международный благотворительный музыкальный фестиваль, состоявшийся 13 июля 1985 года. Мероприятие было организовано британскими музыкантами Бобом Гелдофом и Миджем Юром с целью сбора средств для помощи пострадавшим от страшного голода в Эфиопии 1984—1985 годов. Википедия (с) — прим. переводчика ⁴ Игра слов. Название британской рок-группы Queen переводится как "королева" — прим. переводчика ⁵ Шарль-Ками́ль Сен-Са́нс (фр. Charles-Camille Saint-Saëns) (1835—1921) — французский композитор, органист, дирижер и пианист. Википедия (с) — прим. переводчика ⁶ "Danse Macabre" (1874) — "Пляска смерти" — симфоническая поэма Камиля Сен-Санса — прим. переводчика ⁷ Jonathan Creek (1997 — по наст. время) — британский детективный сериал с элементами мистики и черного юмора — прим. переводчика ⁸ Кларнет упоминался в "Слепом банкире" — прим. автора ⁹ У АКД Джон Уотсон был пианистом — прим. автора ¹⁰ "Sex Pistols" - британская музыкальная группа, образованная в 1975 году в Лондоне и исполнявшая панк-рок. "The Clash" - музыкальная группа, образованная в 1976 году в Лондоне под влиянием музыки и имиджа панк-рок-группы Sex Pistols. Википедия (с) — прим. переводчика ¹¹ "Anarchy in the U.K." — дебютный сингл панк-рок-группы Sex Pistols, выпущенный 26 ноября 1976 года. Википедия (с) — прим. переводчика ¹² "Fleetwood Mac" — влиятельная и коммерчески успешная британо-американская группа, основанная в июле 1967 года. "The Who" - британская рок-группа, сформированная в 1964 году. Первоначальный состав состоял из Пита Таунсенда, Роджера Долтри, Джона Энтвистла и Кита Муна. Группа приобрела огромный успех за счёт неординарных концертных выступлений и считается как одной из самых влиятельных групп 60-х и 70-х годов, так и одной из величайших рок-групп всех времён. Википедия (с) — прим. переводчика