Железный засов

Все краски разом схлынули с лица Дженсена. Голос с автоответчика прогремел как гром среди неба, правда неясного. Чувствовал же, что ненадолго такое приятное затишье. Джаред был так мил и заботлив. А с чего вдруг бы Дженсену надолго такое счастье досталось? Все верно, пришло время расплаты. Тем более этот голос принадлежал по всей видимости отцу Джареда, кто бы еще так страстно желал его сосватать... А Дженсен даже не знаком с родителями Падалеки, да что там... он даже ничего о них не знает. Они никогда не были той парой, что делятся друг с другом чем-то сокровенным... или хотя бы стандартными фактами, вроде, где вырос, кто воспитал, чем занимался. Да что там, они вроде как и парой то не были... Понятное дело, что никому не нужен такой зять, как Дженсен, без роду и племени. Повозился с ним Джаред, поигрался и хватит. Сейчас скажет, что прогулка отменяется, а ему нужно по делу отъехать. И Дженсен не сможет его в этом обвинить, это его право, Джаред может и должен послушаться родителей и забыть Дженсена и всю эту историю как страшный сон. Нельзя надеяться и... - Я приеду, но не один! - размышления Эклза прервал почти истеричный голос Джареда, который словно спринтер на последнем рывке бросился к телефону и, сорвав трубку, видимо успел донести свои слова до голоса из трубки, потому что потом он замолк, но уже через несколько секунд, прикрыв телефон рукой, что-то заговорщически пробормотал и нажал на отбой. Дженсен застыл словно статуя, а в голове стало как-то пусто. Все выдуло ветром, образовавшимся после отчаянного рывка Джареда. - Я... э... тут такое дело, Джен... съездим к моим родителям сегодня... в-вечером? - Джаред нервно провел рукой по волосам, взъерошив их, и внимательно посмотрел в зеленые глаза напротив, затаив невольно дыхание в ожидании ответа. "Вот же черт, ну почему все всегда получается так по-дурацки?! Только он начал оттаивать, а тут отец так не вовремя. Нашел он там кого-то, будто я ребенок и мне надо до сих пор слюни подтирать. Женить они меня вздумали. Вот горит у них прям! Я, можно сказать, уже почти нашел, уговорил, а им приспичило! Если Джен сейчас даст деру, клянусь, я отрекусь от наследства, сменю номер телефона, догоню Дженсена и запрячу его где-нибудь вместе с собой в Австралии, чтобы уже никто не добрался", - такая бегущая строка лихорадочно скакала в голове у Джареда, все еще ожидавшего ответ от застывшего Дженсена. - Зачем? Я тебе там только буду мешать... - голос Эклза был какой-то тусклый и холодный. - Как это мешать? Кому? - не понял Джаред. - Они хотят с тобой познакомиться... - Со мной? - теперь пришла очередь Дженсена удивляться. - Ну... это ведь ты же мой жених... - Джаред отвел взгляд. Не так он хотел сделать предложение Эклзу. Если честно, он вообще ничего не планировал для этого, хотя думал... все как-то завертелось... неправильно так вот скомкано... но тут уже либо сейчас, либо никогда. - Ты выйдешь за меня? Джен? - Да ты с ума сошел... О чем ты? Вот так... потому что надо? - Дженсен шарахнулся и стал отступать. - Нет! Джен, ты не понял! Я давно думал... хотел! Но тут все так... и не вовремя... я... знаю, глупо как-то, но не умею я этого! - бормотал, торопясь и обливаясь потом, Падалеки. - Не хочу я без тебя, понимаешь? Вот. Почему бы нам не пожениться? Я все для тебя... - Нет. Я... не хочу так. И тебе не надо. Я уверен, тебе нашли достойную партию. Джаред. У нас ведь ничего... совсем... - Не говори так! Пожалуйста, - Джаред в один миг настиг не успевшую сбежать напуганную лань. - У нас было... и еще будет... Джаред схватил его крепко за локти, не давая вырваться, прислонился лбом ко лбу, тяжело дыша от перехлестывающих эмоций. Дрожь бежала по телу, и Дженсен был нелучше. Его колотило, он отворачивался, прятал взгляд, кусал губы. Мука владела каждым из них. Джаред был натянут как тетива лука и чувствовал, что вот-вот произойдет выстрел. - Я звонил твоим родителям и просилтвоейруки! - выпалил на одном дыхании Падалеки, используя последнюю возможность задержать Дженсена. - Чего?! - Эклз разом очнулся от сковавших его неуверенности и боли, вынырнув из под толщи воды. - И они скоро будут здесь, - Джаред зажмурился, ожидая справедливого удара. - Простичтонесказал! - Чтооо?! Скоро - это когда?! Сегодня?! Завтра? - если Джареду казалось, что Дженсен до этого паниковал, то ему точно казалось. Потому что сейчас Дженсен чуть ли не по потолку готов был убегать в панике и крике. - Ну... возможно, что... сегодня... - Да ты... ты... кто тебе позволил?! Они то тут причем?? - Эклз забился, пытаясь вырваться, готовый чуть ли не кусаться. - При том, что ты мне нужен! - слова вырвались сами, быстрее, чем Джаред подумал. - Потому что... хочу, чтобы... мы поженились, и ты был мой. Только мой... Дженсен хотел что-то ответить, но ему не дали, Джаред взял все в свои руки - наглеть, так по полной, - и накрыл его губы своими. Действия всегда говорят лучше любых слов. Завладеть губами, языком, убедить, покорить. Дженсен тихо застонал и сдался напору, именующемуся Джаред Падалеки. Да, пожалуй, позвонить родителям Дженсена было не самой лучшей идеей. Так думал Джаред, все еще наслаждаясь губами Эклза. Паника Дженсена была вполне понятна. Как бы мало они не общались, Джаред знал: Джен никогда не упоминал своих родителей даже вскользь, а на прямой вопрос однажды пробормотал какую-то бессмысленную ерунду. Но у кого вообще все ладится с родителями? Покажите таких людей. Джаред Падалеки - с виду напыщенный и уверенный в себе хлыщ - начинал сам паниковать и впадать в стойкий ступор, когда дело касалось Дженсена. И он не мог этого объяснить. Просто Дженсен был... и этого уже было достаточно. Дженсен был особенным. Не пытался вешаться на него, подкатывать, намекать и стелиться. Не то, чтобы Джаред был неотразим и всеми любим, но обычно встречал именно такую реакцию, да, потому что был красив, хорошо сложен и богат. Всем этого хватало обычно, чтобы начать стрелять глазками и повиливать бедрами. Всем, только не Дженсену. Джаред ловил его вполне заинтересованные взгляды, но ничего более. Даже когда он вызвал своего возможно заинтересованного сотрудника в кабинет, Джаред не был до конца уверен, как бы не показывал этого. Но в итоге он почти словил джек-пот, пока все не пошло под откос. Все так запуталось в голове. Но Джаред не сдался, не сбежал, он пошел до конца, настолько, что позвонил родителям Дженсена, подсмотрев номер тайком в его мобильнике. Правда, сам своим родителям пока не сообщил... и это, пожалуй, несправедливо по отношению к Дженсену. Но Падалеки боялся, что Эклз даст деру, и решил подстраховаться. Точнее его подсознание решило подстраховаться, потому что Джаред упорно не помнит, почему все это провернул с такой скоростью. Да, он отказывается помнить. Потому что сейчас ему еще прилетит от разъяренного неосведомленного "жениха". - Это... слишком странно... с чего вдруг? Ты чувствуешь вину? Потому что если это так, то я не ... - Дженсен упорно продолжал, хоть поцелуй и перевернул весь его упорно хранимый мир с ног на голову. - Да, я чувствую вину! - сорвался Джаред. - Я облажался, ясно тебе?! У нас мог быть ребенок, - их обоих передернуло, будто молнией поразило. - А вместо того, чтобы поверить тебе и жить счастливо, я тебя послал. А теперь пожинаю свои плоды. Но то, что я такой идиот, не значит, что я готов отпустить тебя. Я не умею говорить красивых слов и совершать правильные поступки, как оказалось. Но если я и хочу с кем-то провести свою жизнь бок о бок, так только с тобой. Мои родители еще не знают о тебе. Но так или иначе это лишь факт, перед которым я их поставлю. Дженсен, широко распахнув свои необычайные глаза, слушал Джареда, даже забыв сопротивляться. - Ты... сам то понимаешь... всю жизнь - это слишком много... - упрямо твердил Дженсен. - Почему все считают меня избалованным идиотом? - еще больше нахмурившись, ответил Джаред, продолжая сжимать в своих руках Дженсена. - Я. Тебя. Никуда. Не отпущу. - Брак - это слишком... - Не хочешь брак, я привяжу тебя к батарее или запру в подвале. Я, наверное, одержим тобой, но я этого не скрываю. Ты будишь во мне то, что ранее я еще не ощущал. Я был влюблен когда-то, и я не хочу об этом вспоминать, но ты совсем другое... ты словно новый мир... я говорю какую-то влюбленную глупость... до чего ты доводишь меня, Дженсен... - Джаред прижался к нему, провел носом вверх по шее до подбородка, вдыхая запах... Глаза лихорадочно горели. - Я не знаю... я не думал... - паника отразилась на лице Дженсена. - Не дави на меня! - сорвался голос. - Тихо-тихо.... тшшш.... - Я не знаю... - прошелестел голос Дженсена, обмякшего в крепких руках. - И я не требую ответа. Пока. Просто дай мне шанс. Пусти все на самотек. И Дженсен сдался. Джаред чувствовал это, прижимая к себе безвольное тело. Они никуда не пошли. Джаред просто протащил Дженсена в гостиную, усадил перед телевизором, включил какой-то фильм. Заварил фруктовый чай, впихнул кружку в руки Дженсена и сел с ним рядом, крепко прижав к себе. Дженсен был тих и молчалив, но в голове его быстро и упорно крутились шестренки, обдумывая все и вся, Джаред был уверен, что слышал звук работы его мозга.

***

Через несколько часов шофер Джареда встретил в аэропорту родителей Дженсена. Еще через какое-то время родители Джареда встречали своего сына с его спутником на пороге своего дома. Еще через полчаса они все встречали мистера и миссис Эклз. И вот теперь, когда не ждал никто, "вся семья" собралась за столом. И вот только теперь началось все самое интересное. Джареда слегка потряхивало, Дженсен был разъярен и от ужаса начал заикаться. Семья Падалеки, они же Джеральд и Шерон, пришли в шок и одновременно в восторг от внезапно нахлынувшей - серьезней уже некуда - личной жизни своего сына. Мистер и миссис Эклз, - они же Алан и Донна - прибыв с корабля на бал, успели пережить шок еще в самолете, но волнение перед знакомством с новыми родственниками никуда не делось, да и сына они не видели и не созванивались с ним так долго, что испытывали такую радость, нетерпение и недоумение одновременно, что в пору было начать писать мемуары. Перездоровавшись и обменявшись неловкими улыбками,все уселись за огромный круглый стол в еще больше неловкой тишине. - Кхм, - встав из-за стола, откашлялся Джаред. - Должен сказать, мы все здесь собрались, хоть и внезапно, но не случайно. Никто из вас толком ничего не знал до сегодняшнего дня. Но я и Джен решили пожениться. Нас связывает так много... И я хочу... Я хочу, Алан, попросить у вас руки Дженсена. И если до этого момента царило едва прерываемое стуком столовых приборов молчание, то сейчас наступила абсолютная тишина. Родителям Дженсена, которым звонил Джаред, слегка обрисовав ситуацию и объяснив, что любит их сына и хочет на нем жениться и познакомиться с будущими родственниками как можно скорей, было как бы слегка неловко. Да что там, они с округлившимися глазами, размером со всю Северную Америку, слушали его речь. Алан и Донна, не слышавшие за последние несколько месяцев от своего сына ни слова, принялись паковать чемоданы со скоростью гепарда, преследующего свою жертву, хоть и были ошарашены такими событиями. Шерон и Джеральду же пришлось осваиваться буквально по ходу дела. Джеральд так до конца и не разобрал нервный бубнеж Джареда по телефону, пока не увидел его на пороге дома вместе с красивым, но очень напуганным молодым человеком, которого сын представил, как своего будущего супруга, от чего "будущий супруг" пошел красными пятнами. - Я вот, что скажу, - отложив приборы, начал Алан. - Все это очень похоже на какой-то каламбур. Мы с женой хотим знать от и до, что происходило с нашим сыном. Я вас, Джаред, первый раз вижу, и не могу дать вам такой ответ вот так сразу. - Я с вами, как никогда, согласна, мистер Эклз, - раздался в напряженной тишине голос Шерон. Джаред заглянул в глаза всей уже почти своей семье. Все ждали ответа, так или иначе. Дженсен вообще был бледнее свежепобеленной стены. - Мы вместе работали, - начал Джаред, сжимая бокал с вином и вглядываясь в упорно смотрящего в тарелку Дженсена. - Дженсен мне очень нравился. Нравится. И я... пригласил его на свидание... а потом... все так завертелось, и в общем... я знаю, что никого кроме Дженсена не хочу видеть рядом с собой. Он мне дорог... Я люблю его. Джен, ты выйдешь за меня? Голос Джареда дрожал на последних словах. Будь или не будь. Все на зеро. Кровь стучала в ушах, пульсировала, отсчитывая секунды жизни Джареда, которая, вот прямо сейчас, оборвется, если Дженсен не поднимет свою упрямую голову и не ответит "да". Пульсация все усиливалась, грозя инфарктом, но вдруг Дженсен поднял голову, заглянул ему в глаза, вытирая нервно дрожащие руки о джинсы, и, еле размыкая свои пухлые губы, произнес то, что Джаред уже и не надеялся услышать, поэтому скорей прочитал по губам - под оглушительный рев сосудов в ушах - "да". Раздались позитивные возгласы, звон бокалов, но Джаред все также зачарованно продолжал смотреть на Дженсена. А Дженсен смотрел на Джареда. Время словно перестало существовать. Были только они. И бесконечность впереди. Но было и еще кое-что, что стояло между ними, разрушая, подрывая изнутри. И что было неизвестно никому кроме них. Их разрушенное, невыплаканное до конца счастье. Их родители думали, что они только нашли друг друга, но сколько они уже потеряли...