Полюбить Дьявола

      - Я целую неделю не смогу тебя увидеть, - тихо говорит Гейл. Лицо у парня мрачное. Он и сам не рад подобной новости. Настроение сразу падает. Ведь мне теперь придется целую неделю терпеть выходки Пита. А он, уверена, после договора примется с новой силой портить мне нервы. - Мы всей семьей уезжаем в Капитолий. - А хорошая? - никакая хорошая новость не сможет затмить всю скорбь ситуации. - Завтра, в последний день, мы устроим большой пикник у озера. И пробудем вместе целый день, - Гейл приобнимет за плечи. - Как раньше. Помнишь? - Помню, - несколько лет назад мы, действительно, часто устраивали подобные пикники. Они нам очень нравились, но последнее время старые привычки позабылись. Вот есть хороший повод их вспомнить. - Хорошо, давай устроим. С меня плед и еда, с тебя - развлечение. - Я тоже немного еды захвачу, Кискисс. - Хорошо. Мы расстаемся. Со всех ног я бегу к дому, чтобы поскорей приступить к сборам.

***

      Гейл ждет меня на поляне у озера. В руке у него внушительных размеров сумка. У меня, правда, тоже она не маленькая. Но у него больше. Я достаю и стелю плед, а друг пока раскладывает продукты. Судя по их количеству, сегодня мы поправимся на десять килограммов. Затем раскладываем остальные вещи. Их не много. Это пара полотенец, шампуры, посуда, мяч и бадминтон. Гейл возиться с костром. Это дело я доверила ему, потому что сама я хоть и могу, но не люблю. Я в это время, скинув с себя одежду и оставшись в одном купальнике, сигаю в воду. Я надеялась, что вода прогреется на такой жаре, но не вспомнила тот факт, что она здесь всегда холодная. Поэтому я тут же поспешила вылезти, барахтаясь, ныряя, спотыкаясь о какие-то камни, запутываясь в водорослях. Бррр. Зубы стучат, кожа покрылась противными мурашками. Сижу на берегу и дрожу. Горячий песок обжигает кожу ног, зарываюсь в него и быстро согреваюсь. Я вся в песке. Он липнет к мокрой коже, как банный лист к... ну, проехали. - Китнисс, ты уже вся грязная, - смеется Гейл, нанизывая на шампуры шпикачки, а затем пристраивая их в ряд над углями. Скоро моего носа коснулся сумасшедший аромат, и я потихоньку стала пробираться к его источнику. Когда поджаристые, немного подгоревшие шпикачки были поровну разложены в две пластиковые тарелки, в стаканчики налит сок, а костер снова полыхает, я уже была на месте, потирая в предвкушении ладони. - Вымойся сначала, - предупредил друг. - Не хочу. Холодно, - притворно заупрямилась я. Парень не стал со мной церемониться, он просто оторвал мое тело от земли и закинул в воду. Ледяная жидкость сомкнулась над головой. Тело дрожит. Выныриваю, стараясь отдышаться, а друг уже стоит у кромки воды с большим махровым полотенцем в руках. Подплываю к нему. Парень легко меня подхватывает, ставит на землю и кутает в полотенце. Я стою, похожая на мокрую мумию, даже руки выпутать не могу. - Ты как маленькая, честное слово, - Гейл насухо обтирает мое тело. При чем когда он случайно касается лифчика и трусиков купальника, по телу опять пробегают мурашки, только теперь они теплые и приятные. - Садись есть, - говорит Гейл, приглашая к импровизированному столу. Шпикачки превзошли все мои ожидания. Покрытые сверху хрустящей корочкой внутри они были мягки и сочные. Но они быстро закончились. Я развалилась на горячем песке, разглядывая чистоту безоблачного неба. Не одного изъяна. Это великолепно. Я наслаждаюсь покоем, блаженными минутами. Пока вдруг мне на голову не приземляется волейбольный мяч. - Ай, - вскрикиваю, но успеваю схватить мячик прежде, чем он, отскочив от головы, улетел. - Кидай, - кричит Гейл и ставит руку на изготовку. Встаю и со все силы посылаю мяч в парня, тот ловко его отбивает. В озеро. - Сам доставай, - заявляю я другу, пока он не кинул меня следом. - Нет, - бесцеремонно хватает меня и снова тащит по направлению к воде. Ну уж нет! На этот раз я так просто не дамся! Вцепляюсь в спину парня, как клешнями - не отдерешь. Гейл был уже по пояс в воде, когда я начала старательно карабкаться вверх по нему, чтобы не касаться холодной воды, но парень не желал, чтобы по нему лазили, как по дереву, поэтому начал отцеплять мои руки. В конце концов мы оба упали в воду. Сначала полетела вниз моя тушка, но я якорем держалась рукой за друга, и мы упали оба. Быстрей плыву от берега, пока Гейл не пустился в погоню. Но он заметил мое отсутствие и бросился за мной. Надо признать, плавает он куда быстрее меня. Так что, не удивительно, что он меня догнал уже на середине водоема. - Стой! Плыви назад! - прокричал Гейл и обрызгал водой. В ответ я провела рукой по поверхности озера, от чего высокая волна окатила парня с головой. Пока он отплевывался и фыркал, я помчалась к берегу. И опять он меня догнал. Схватил за лодыжку и не отпускает. Я еле доплыла с такой тяжелой баржой за кормой.       На берегу я схватила оба полотенца и, закутавшись в них, стала бегать по пляжу от очень мокрого Гейла, с которого ручьями стекала вода. Но, споткнувшись о бадминтон, я кулем повалилась на песок. Именно в этот момент друг решил отобрать полотенца. Завязалась драка. Мы катались по берегу, вырывая друг у друга полотенца. В результате, с меня чуть не слетел верх купальника. Тогда я сдалась и отдала парню его полотенце.       Вот так и проходил весь день. Играя в бадминтон, я победила Гейла со счетом 80:69. За это он меня начисто удела в волейболе. Разумеется, наши языки ни на минуту не останавливались. Мы все время болтали. Просто, ни о чем. О всякой ерунде. Покончив со второй и последней порцией шпикачек, мы сидели у кромки воды, потягивая апельсиновый сок из стаканчиков. Разговаривать уже не хотелось. На языке, возможно, уже мозоль появилась. Сидели и смотрели на угасающий день. Моя голова покоится на плече парня, а его рука - на моем. В небе летают стрижи, а из леса слышны заливистые голоски других пернатых обитателей. Солнце бликами проглядывает между зелеными лапами корабельных сосен. Около наших ног плещется мелкие волны, больше похожие на рябь в ветреную погоду. Смотрю на воду. Я потеряла счет времени. Вижу только, как солнце совсем спряталось за деревьями, на землю опустились сумерки, а вода в озере потемнела. Слабый ветер холодит еще влажную кожу, но тепло парня не дает телу замерзнуть. Разум медленно уплывает, сон смыкает веки.

***

      - Китнисс! Вставай! - сквозь сон слышу чей-то голос. Чей? Где я? Под телом чувствуется прохладная поверхность, шершавая и твердая. Трогаю ее руками. Сквозь пальцы струится что-то мелкое. Это песок. Какой песок? Откуда песок? Что происходит, черт побери?! Где я? - Китнисс, вставай живо! - по голосу узнаю Гейла, который трясет меня. Открываю глаза. Вокруг темно, хоть глаз выколи. - Что происходит? - взволновано интересуюсь. - Мы уснули, - друг бегает по берегу с неизвестно откуда взявшимся фонариком и собирает раскиданные вещи. - Сколько времени, - присоединяюсь к лихорадочным сборам. - Почти двенадцать, - констатирует парень, сверившись с наручными часами.       Со всех ног мы несемся по домам. Почти двенадцать! Мне дома надо быть не позже дести! Мне влетит. Еще как! Подходя к дому, вижу в окнах свет, значит меня ждут. При виде света тает надежда, что меня не дождались и легли спать. Прохожу в дом. Тут же на меня налетает Эффи с криками. Хеймитч присоединяется к ней. Бу-бу-бу-бу-бу-бу-бу. Выслушиваю их тирады. Вот я такая-то сякая, домой во время не прихожу, пропадаю неизвестно где неизвестно с кем, веду себя плохо, поговорим о поведение утром.       Поднимаюсь в комнату. На моей кровати развалился Мелларк. Что-то часто он на ней лежит. Улыбка у дьявола на пол физиономии. Лучится от счастья. Подхожу к кровати и с легкостью, что кажется весьма удивительным, спихиваю парня на пол. Валюсь сама на его место. - Китнисс, ты обнаглела, - констатирует Пит, - Ты хоть знаешь, сколько сейчас времени? - Ммм, нет, - хочу спать, пускай он уйдет. Что он пристал? - Сейчас двенадцать часов и двадцать три...двадцать четыре...двадцать пять секунд, - посмотрев на часы, сообщает Мелларк. - Это значит, срок действия нашего договора истек. Смекаешь?