"Любовь на линии огня"

К удовольствию Кэтрин, Ребекка сдержала своё обещание – пришла засветло. Не считая тёмных кругов под её нежными глазами зелёного оттенка, в остальном она была абсолютно в порядке. Только домой девушка не пошла – направилась прямиком к подруге. - А как ты Клаусу объяснишь своё отсутствие? – поинтересовалась брюнетка, настежь открывая дверь перед усталой целительницей. Домик, в котором её поселили, не отличался особой роскошью, но всё самое необходимое в нём было. А главное – она жила в полном одиночестве. Учитывая то, зачем она проникла в деревеньку, это было очень на руку… - Разберусь как-нибудь… Будет хорошо, если он вообще заметит, что меня не было ночью! – слабо улыбнувшись, отозвалась блондинка, входя в дом, и больше к этой теме подруги не возвращались. - Как Дэймон? – тут же не удержалась от очередного вопроса Катерина, усаживая подругу за стол. В последнее время им нечасто удавалось побеседовать в одиночестве, так, чтобы никто не мешал. Нельзя было упускать такой шанс. - Немного лучше… Бри пришла под утро, сменила меня… - бледное лицо Ребекки осветила ещё одна лучезарная улыбка, но выглядела девушка всё-таки неважно. Это тревожило разведчицу. - Бекка, тебе бы поспать… - только начала она, но блондинка уже отрицательно мотала головой. - Не раньше, чем мы с тобой хоть немного поболтаем! Как вы со Стефаном вчера добрались до деревни? Всё без приключений? - Ну, как видишь, я ещё жива! – усмехнулась разведчица, однако, всё же не смогла сдержать мечтательную улыбку, на мгновение осветившую её лицо. Ребекка тут же прищурилась. - Ну-ка, рассказывай! Что у вас произошло со Стефаном? - Ничего не произошло! – весело расхохотавшись, сообщила брюнетка, но её глаза всё ещё сияли. В сущности, она ведь сказала правду… Ничего особенного действительно не произошло. Пока они с напарником брели по лесной чаще, она, наконец, изложила ему весь свой план, который в данный момент воплощала в жизнь среди немцев. Выслушав море гневных упрёков и миллион «комплиментов» по поводу её изобретательности, разведчица едва-едва сдержалась, чтобы не послать Стефана к чёрту. Он абсолютно не понимал, почему ради Кэролайн она могла рискнуть… Наверное, она бы так и сделала, если бы не понимала, что вся злоба, изливающаяся на неё, вызвана у юноши только одним чувством – тревогой за неё… А это невольно заставляло её чувствовать к нему благодарность. А пока они, усталые и продрогшие, дошли до ворот деревни, Стефан уже окончательно остыл и, казалось, напрочь забыл о собственной недавней ярости. Лишь попросил Катерину быть поосторожнее, а она клятвенно пообещала ему, что так и будет вести себя. Конечно, немного слукавила – само пребывание в деревне уже было огромной опасностью… Но, что поделаешь! - Да ладно! Неужели совсем ничего?! Я же видела, как ты смотрела на него! - Мало ли, кто как на кого смотрит! Это ещё ничего не значит… - Смотря в каком случае! – блондинка наградила подругу выразительным серьёзным взглядом. – Он ведь… смотрел на тебя точно так же. Нужно быть дураком, чтобы не заметить искру между вами. Давай, говори! - Я сказала тебе правду! Если, конечно, ты не считаешь романтичным то, что мы успели раз пять поругаться, пока добрались до деревни… Лучше рассказывай ты! Что у тебя с Дэймоном, а? С удовольствием поддразнив девушку, Кэтрин испытала небывалое удовлетворение, когда Ребекка залилась румянцем. - Ты что, с ума сошла?! Я спасла ему жизнь, и сейчас я забочусь о нём, потому что мне нравится помогать людям. И потому, что я чувствую за него ответственность. - А может, прибавишь к списку ещё пару пунктиков, вроде: он – красавец, безумно притягательный парень? - Кэтрин! Перестань себя так вести! – гневно прервала тираду девушки блондинка, буквально пылая от ярости. Злить Ребекку – это вовсе не входило в планы Катерины, поэтому, вздохнув, брюнетка подняла вверх руки в знак перемирия. - Ладно, ладно, я же просто шучу! Я знаю, что ты у нас ангел. Никогда не встречала таких бескорыстных людей… Но всё же… - разведчица кинула косой взгляд на подругу. – Неужели ты вправду не обращаешь внимания, на то, что он чертовски хорош собой? Взгляд опущенных глаз говорил лучше любых слов… - Конечно, обращаю… Это трудно не заметить… - видимо, вконец смущенная блондинка всё же решила подать голос, правда, по-прежнему смотря в пол. – Но это не имеет значения. Я просто лечу его. Как только он поправится, я постараюсь помочь ему вернуться домой, и всё. Он – враг моего народа, помнишь? - Но не твой! – осторожно произнесла Кэтрин, поглядывая на подружку. Та лишь шумно вздохнула. - Это не имеет значения. Слишком много… всего. Всего, что может разлучить. К тому же, если хочешь знать самое главное – я не влюблена в Дэймона. Совсем. Я просто помогаю ему. Я бы также помогла тебе… или Стефану. Я абсолютно не знаю его… Нельзя полюбить, не имея представления о том, каков человек. Брюнетка лишь усмехнулась. Да, всё-таки Ребекка – святая… Невероятная чистота… и наивность. Это не отталкивало, нет, скорее, наоборот. Но было страшно представлять, как жизнь однажды может сломать эту юную невинность и чистоту взглядов… - Я тоже раньше так думала, Бек. А теперь думаю по-другому… Блондинка наконец подняла на неё заинтересованный взгляд ясных зелёных глаз, напоминающих свежую листву. - После встречи со Стефаном, да? – тихо поинтересовалась она. Катерина едва-едва нашла в себе силы, чтобы просто кивнуть и признаться самой себе в произнесённых только что словах. Ведь если судить серьёзно – она совсем не знает напарника… Что такое – от силы пять-шесть дней, которые они провели вместе? Но этого было достаточно, чтобы влюбиться… - Ты любишь его… - так же тихо произнесла Ребекка. Она не спрашивала, а утверждала. – Я почти сразу это поняла. По одним только вашим взглядам… Он смотрел на тебя так, словно… ну, не знаю, был готов тотчас кинуться под пули, чтобы спасти тебя. Это так… волнующе. Невероятно. Ваши чувства словно в воздухе летали, наполняя всех собою, раз даже я почувствовала что-то такое… - Почему ты решила, что он любит меня? – не дала договорить подруге Кэтрин, перебив её на полуслове. Слова девушки заставили её полностью сосредоточиться на собеседнице. А блондинка лишь нежно улыбнулась. - Я же говорю – взгляд. Ну, и… я даже не знаю, как объяснить! Неужели ты сама не ощущаешь его чувств? Эти ваши взгляды, прикосновения, даже то, как вы двигаетесь… Всё переплетается между собой. Он так на тебя смотрел, когда ты отошла от Дэймона, так прижимал тебя к себе, словно пытаясь защитить и передать тебе часть своей силы… - набрав воздуха в грудь, Ребекка внезапно замолчала, словно не зная, как дальше продолжать, только озадаченно посмотрела на подружку. А Катерина впала в такое странное состояние от её слов, что, пожалуй, в тот момент была не способна воспринимать что-то из окружающего её мира. Стефан любит её? Нет, бред… Возможно, относится как к другу, может быть, даже сумел привязаться к ней как к сестре… Но любит… Верилось с трудом… Но если всё-таки на мгновение её сознание принимало этот факт… О, Господи! Если это так… Сердце бешено заколотилось, а потом тут же упало куда-то, ниже пяток… По всему телу прошлась сладкая истома. Закрыв глаза, девушка тут же вспомнила вчерашний вечер… Точнее, тот момент, когда Стефан просил её быть осторожнее… Действительно, тогда она не заметила, какие у него были глаза! Взволнованные, встревоженные, и вместе с тем пылающие заботой… - А ещё… А ещё ты доверяешь ему! – прервал её размышления голос Бекки, вновь вернувший её в реальность. – А я успела понять, что доверяешь ты немногим… Да, и это тоже так… Там, на поле, когда Ребекка спросила её, доверяет ли она Стефану, разведчица без всяких сомнений ответила «да»… - Кстати, а почему ты доверилась мне? Я ведь могла выдать твою тайну тотчас же… - совершенно внезапно спросила блондинка, пронзив её своим внимательным взглядом. – Я же сестра лейтенанта, и ты это знала… Тогда… почему? Кэтрин удивлённо посмотрела на девушку. Ей самой всё казалось настолько очевидным, что она никогда даже глубоко не задумывалась по поводу этого. - Я решила, что тебе можно доверять ,как только впервые увидела. Я не знаю, почему… Это просто чувство. Может, интуиция, или… Не знаю, называй как хочешь. Но это правда так. Я понимала, что не справлюсь одна, мне нужна была помощь. А ты оказалась тем человеком, который даже не допускал мысли о предательстве своего народа. Мне близко это чувство… И я решила, что ты сможешь помочь. Несколько мгновений обе девушки помолчали. - Вот тебе и ещё одна причина… - нарушила тишину Ребекка, проникновенно вглядываясь в карие глаза подруги. – Тебе нужна была помощь, и ты выбрала абсолютно незнакомого человека. Не использовала имеющуюся помощь в лице Стефана. Почему? Потому что не хотела подвергать его опасности, так? Потому что ты его любишь… - Я только одного не понимаю, Бек: как ты понимаешь всё это, если сама не влюблена, если сама не испытываешь ничего подобного, как ты говоришь? – покачав головой, в изумлении произнесла Кэтрин. Подруга убила её своей проницательностью. – Или… всё же влюблена? - Нет! – твёрдо заключила блондинка, в этот раз решительно встретив взгляд Катерины и ничуть не покраснев. – Думай что хочешь, но я не влюблена, нет… Я бы поняла, если бы влюбилась… Давай лучше подумаем, где ещё мы не искали твою Кэролайн… * * * Медальон пропал. Это было первой мыслью, с которой девушка проснулась. Она тут же принялась за поиски – по всей комнате, хотя, конечно, было очень маловероятно, что он бы оказался там. Скорее всего, она потеряла его, когда выпрыгивала вчера через окно… Лишь через часа два, Кэролайн вспомнила, как по её шее прошлось лезвие ножа… Вот вам и разгадка. Вероятно, оно перерезало тоненькую цепочку, и теперь её медальон лежит где-то на улице, в осколках разбитого стекла, переливаясь от лучей солнца, и отбрасывая блики на траву… Конечно, это отнюдь не улучшило настроение блондинки, но сам факт того, что она осталась жива после ночного приключения, радовал… Ещё одна комната огромного дома Клауса, в которую лейтенант и запихнул девушку, была небольшой, как и прежняя темница, и очень похожей на неё по обстановке. Только вот вид из окна выходил не на площадь с виселицами, а на другую сторону улицы. Вдали была видны поля за пределами деревушки и голубое-голубое ясное небо, почти без облаков. Умиротворяющая картина. Смотря на всю эту красоту, Кэролайн замечталась так, что почти испугалась от звука, оповещающего об открытии двери. На пороге появился Клаус, осматривающий её своим внимательным взглядом. - Как ты? Сильно перепугалась вчера? Ого, это что-то новенькое! Немецкий лейтенант, который недавно угрожал расправиться с ней и её подружкой, теперь спрашивает, как она… - В целом, в порядке… - блондинка выдавила из себя улыбку, но на самом-то деле веселья точно не испытывала. Кроме того, что, кажется, Клаус теперь настроен к ней дружелюбнее и не собирается её убивать, ничего не изменилось. Она по-прежнему в Германии, не знает, где Елена, и что с ней. Она по-прежнему пленница. - Я… в порядке, правда! – ещё раз повторила девушка под вопросительным взглядом лейтенанта. – Только у меня есть вопрос к вам… - А у меня есть предложение! – на губах мужчины заиграла улыбка, к удивлению Кэролайн, ничуть не злорадная. – Может, ты будешь называть меня на «ты»? В конце концов, я тебя спас… «Да, сначала похитили из дома, а потом спасли!» - так и вертелся язвительный ответ на языке у блондинки, но она сдержалась. В конце концов, не Клаус же её похитил, а его люди. Он их об этом не просил. Так какой смысл хамить, и злить того, кто, по большому счёту, действительно, только спас ей жизнь? - Хорошо, пусть так. Тогда… у меня есть к тебе вопрос. - Какой же, Кэролайн? - Почему… Стоп, минуточку! Откуда вы… то есть, ты знаешь моё имя? На минуту девушка потеряла способность ясно мыслить. Она же не говорила ему… Или… говорила? А потом забыла? Нет, точно не говорила! Впрочем, она же не говорила ему, что она – дочка генерала, он сам как-то это выяснил. - После того, как я узнал, что ты – единственная дочь генерала Форбса, было несложно узнать и твоё имя! - прислонившись к стене, пояснил Клаус, бросая на девушку оценивающий взгляд. Как бы там ни было, Кэролайн он очень не понравился… - Я не единственная его дочь… Точнее, теперь единственная, но вообще-то у меня была сестра. Аня. Аннет. Её убили твои люди. И ещё мою тётю. Как раз тогда, когда напали на наш дом в Подмосковье. Сразу поднять взгляд на лейтенанта девушка не решилась и продолжила упорно рассматривать пол, чувствуя, как в груди что-то больно защемило, когда она вспомнила о погибших родственниках… Она до сих пор не смирилась. Да и не смириться никогда, что уж себе врать. - Я помню, что ты говорила о них. Я не посылал людей, чтобы они убивали всех без разбору. Нам были нужны работники на заводы, молодые, крепкие… Мне… мне жаль твоих родственников. Последние слова прозвучали без видимых ноток сожаления в голосе, но искренность в них явно присутствовала. Блондинка чувствовала её. И всё же решилась посмотреть на Клауса. - Тебе жаль? Тогда почему… почему вы, немцы, начали эту войну? Зачем? - Кэролайн, не я начал эту войну. Если ты думаешь, что мне нравится всё, что происходит, то это не так. Я вообще никогда не мечтал о военной службе. Я хотел быть врачом… - на мгновение глаза лейтенанта стали ещё глубже и приобрели задумчивое выражение. Девушка затаила дыхание, видя, как Клаус погружается в свои воспоминания… - Я сказал, что мне жаль, потому что я понимаю твои чувства. Помнишь, я говорил тебе, что моих родителей убили на войне? Они были молодыми, им бы ещё жить и жить… Ты думаешь, я хотел этого? Или ты думаешь, я хотел самые лучшие годы своей жизни провести с ружьём в руках, под вечным обстрелом, с постоянным чувством страха в груди. Эта война… она испортила мне жизнь. Она разрушила мою семью. У меня никого не осталось, кроме сестры… Я так мечтал скорее вернуться сюда, увидеть её, снова иметь возможность о ком-то заботиться. Только когда приехал, понял – моя малютка-сестра выросла. Она больше не нуждалась в опеке, она стала самостоятельнее меня… И я перестал её понимать. Война разрушила и это, последнее – мои отношения с Ребеккой. Я всегда очень сильно любил её и буду любить, но… Теперь всё совсем не так. Мы с ней живём в одном доме, но кажется, словно на разных планетах… Слушая и чувствуя, как с каждым мигом в ней всё сильнее разрастается изумление, Кэролайн не могла оторвать своего взгляда от говорящего Клауса, который смотрел прямо на неё, но, казалось, не видел перед собой ничего… Разве она могла подумать, что этот немецкий лейтенант, такой жесткий и непреклонный с виду так глубоко в себе переживал все раны и удары, полученные от судьбы? Отчасти это было похоже на её собственную судьбу… Война ведь тоже во многом испортила ей жизнь. Она мечтала стать переводчицей, съездить в Германию, а что получилось? Она потеряла мечту… Война разлучила её с отцом, с любимым, отняла у неё тётю и сестру. А ещё верных и преданных московских друзей. Например, если начать вспоминать – сколько лет она уже не видела Кэтрин, свою лучшую подружку с детских лет? Наверное, больше и не увидит… Не исключено, что её уже вообще нет в живых. А сколько ещё таких жизней, таких судеб, похожих на её? Тысячи, а может, даже и миллионы… В определённый момент девушка не могла не почувствовать свою острую связь с Клаусом и его болью, которая была так похожа на её собственную. Впервые в жизни она столкнулась с человеком, жизненный путь которого был похож на то, что прошла и она… Её мысли были в полнейшем беспорядке и, выждав пару минут, она спросила сосем не о том, о чём только что думала… - Твоя сестра… Ребекка… Какая она? Лейтенант едва заметно усмехнулся, поймав на себе выжидающий взгляд Кэролайн. - Я могу сказать тебе только то, какой она была. Та Ребекка, что живёт со мной сейчас… Я её совсем не знаю. Она всегда была… очень светлой. Она соединяла в себе несовместимое. Например, она всегда боялась перепрыгнуть через реку или взять в руки паука… Но когда дело доходило до настоящей опасности, Бекка была готова первой броситься на помощь тому, кто в ней нуждался. И неважно – под град пуль или в ледяную осеннюю воду. Я восхищался ей… Она всегда всем помогала, к тому же, я пристрастил её к медицине. Я видел в ней огромное желание спасать людей и очень хотел, чтобы она пошла по моим стопам, тоже стала врачом. Но, как видишь, никто из нас не получил желаемого… Вместо медицинского училища я попал в армию. А она… Она просто осталась здесь, в деревеньке, ждать меня. Но когда я вернулся, мы стали чужими. Не такими, как раньше. Война изменила нас обоих. Конечно, война всегда всё меняет. Всё. Вслух озвучивать свои мысли Кэролайн не стала – только шумно вздохнула и посмотрела на Клауса своим ясным взглядом. - Никогда не поздно всё изменить. Я вижу, что ты любишь свою сестру, это очень заметно. Ты так о ней говоришь… Знаешь что, тебе нужно просто с ней поговорить. Опиши ей всё, что ты чувствуешь, как и мне сейчас. Я уверена, что она тебя поймёт и у вас всё будет как раньше. Вы же семья. Вы должны держаться друг за друга. Это очень-очень важно. Поверь мне… Блондинка опустила глаза, чувствуя, как к ним вновь подступают слёзы. Да, это правда очень важно. Она не сумела сохранить свою семью… Но, может быть, поможет сделать это хотя бы кому-нибудь другому. Когда она взглянула на лейтенанта, среди царствующего в комнате молчания, он выглядел весьма удивлённым, но не изумлённым. - Спасибо за совет. Я попробую. Кажется, теперь он полностью вернулся в настоящее, и Кэролайн решилась задать тот вопрос, который намеревалась выяснить, ещё когда Клаус только переступил порог этой комнаты. - Как ты сумел узнать, что я дочка русского генерала? Лейтенант только усмехнулся, бросив на неё насмешливый взгляд. «Наверное, смеется над моей наивностью!» - мрачно решила девушка. - Всё проще, чем ты думаешь. Я – лейтенант, у меня есть связи и в России. В конце концов, там тоже есть наши люди. К тому же, твой отец значительно облегчил задачу, поставив всех на уши в русском министерстве о твоей пропаже. Даже особенно стараться не пришлось, чтобы узнать всю правду. - Тогда… почему? – бессильным шепотом спросила блондинка, откидывая со лба густую светлую прядь волос. – Почему ты не убил меня и мою подругу сразу, как только узнал? Ответом девушке послужило гробовое молчание. - Я должна знать! – напористо произнесла она, смотря в упор на Клауса. Кажется, ей удалось его смутить – по крайней мере, он отвёл взгляд. А в итоге смутилась сама Кэролайн. - Я знал, что ты – дочь генерала, ещё когда вошёл в твою комнату в первый раз. Мне было интересно, что ты скажешь. Ты… так отважно пыталась защитить свою подругу и своего отца… Это очень впечатлило. Это было в какой-то мере глупо, ведь я вполне мог просто не поверить тебе, если бы и не знал правды… Глупо, да. Но смело. Ты показалась очень интересной девочкой, с которой будет забавно поболтать на досуге. - И всё? – блондинка почувствовала, как её брови взлетают вверх. – Хочешь сказать, ты не убил меня просто потому, что тебе не хватает собеседников в деревне? Взгляд внимательных глаз лейтенанта вновь стал немного лукавым. - Ну, во-первых, не просто собеседников, а интересных собеседников! – поправил он её. – Их здесь правда не хватает. А твоё знание языка меня удивило. Ты правда учила его сама? - По большей части – да. - Тогда тем более впечатляет. Ну а во-вторых… - на мгновение Клаус замешкался… – Ты сказала несколько слов… Они пронзили меня просто насквозь. Ты кричала, что это наш народ, немцы, начали войну, непонятно зачем и почему. Что война разрушила миллионы семей и погубила море жизней. Что все хотят просто жить спокойно… Это так совпадало с моими мыслями. Твои слова были тем, что я чувствовал. Это меня поразило. Казалось просто невероятным, что двое абсолютно разных людей могут испытывать такие схожие чувства… После этих слов Кэролайн онемела почти в прямом смысле. С ума сойти… Она ведь тоже сегодня на какой-то миг почувствовала эмоции Клауса! Да и тогда… Ей ведь показалось, что она чем-то задела надменного генерала, только не поняла, чем именно. Вот и разгадка нашлась. Просто он смотрел на войну и на жизнь в целом так же, как и она. Это действительно впечатляло. Они ведь такие разные… Абсолютно непохожие… Но… - Как тебе удалось самой так хорошо освоить язык? – нарушил молчание лейтенант, с интересом глядя на девушку. - Книги… Да и учителя у меня всё же были. Я не знаю точно… - замялась блондинка. – Просто… он сразу давался мне хорошо. Я же мечтала съездить в Германию… - Ну, значит твоя мечта сбылась! Вот ты и здесь… - Если я и мечтала о чём-то, то точно не о подобном маршруте! – больше самой себе пробормотала Кэролайн, но Клаус всё-таки услышал её, и его улыбка погасла в миг. - Понимаю. Приятного мало. - Ты не собираешься меня убивать! – заключила девушка, терроризируя взглядом мужчину. – Тогда… почему я здесь? Ты мог бы отправить меня работать на завод с остальными… Или просто отпустить. - Ты хочешь работать на заводе? – последовал встречный вопрос, заданный абсолютно серьёзно. - Нет, нет! – торопливо отрезала блондинка. – Просто я пытаюсь понять… - Всё не так просто, как ты думаешь, принцесса. Я не намерен тебя убивать, но многие здесь не согласятся с моим мнением. Для половины деревни твоё убийство будет лучшим способом навредить врагам, русским, которых они ненавидят. Так что, извини, но пока невозможно отправить тебя домой. Пока ты побудешь здесь, в безопасности. Или вчерашний случай – недостаточное доказательство моих слов? – лейтенант пронзил её своим проницательным взглядом. - Более чем достаточное… - пролепетала девушка, отчаянно соображая. Это что же получается – она застряла здесь навсегда? Или, по крайней мере, до окончания войны? Клаус прав – так просто выбраться отсюда ей не удастся. Это опасно. Он и так рискует, пряча её здесь… - А кто-нибудь знает, что я здесь и кто я такая? – спросила она, просто на всякий случай. Всегда неплохо быть настороже, если угрожает опасность… Лейтенант ответил ей мрачной улыбкой. - Конечно, тебя видели многие солдаты, которые вели сюда пленных, но вряд ли запомнили. Там было не меньше сотни лиц. А что касательно твоего высокого положения в обществе… знал только вчерашний тип. Но он уже не опасен… Кэролайн, однако, от этих слов стало не по себе. Улыбаться вовсе не хотелось. Конечно, Клаус спас её, но того немца ей всё равно было жаль. Ещё одна жертва непрерывной войны. - Я думаю, что расскажу о тебе своей сестре, Ребекке, если удастся воспользоваться твоим советом и помириться с ней! – послышался голос мужчины, который вырвал блондинку из размышлений. – Как бы там не было, ей точно можно доверять. К тому же, у тебя появится хоть какое-то общество. Мило. Она же давно заинтересовалась его сестрой – ещё когда только услышала её голос из-за стены. Вот и шанс познакомиться. Правда, она же тогда думала о побеге… А после вчерашней неудачной попытки желание убегать куда-то пропало. Так, по крайней мере, она хотя бы жива. Да, в плену, но жива. - Кстати, об обществе… Я могу увидеться с подругой? С ней же всё в порядке? – девушка услышала в собственном голосе встревоженные нотки. Но Клаус смотрел абсолютно спокойно. - Она в порядке. Но сейчас спит, так что увидишься с ней завтра. Я пытался с ней поговорить, но, кажется, она не понимала меня… Или просто умело притворялась? – лейтенант немного прищурился, сверля Кэролайн взглядом. - Нет, она действительно не знает языка! – поспешила заверить его девушка. – Кстати, а как ты так быстро догадался, что я понимаю немецкий? - Тебя выдал твой испуганный взгляд, когда я начал угрожать твоей подруге. Ты излишне эмоциональна и всё можно прочесть по твоему лицу. Во времена войны – это недостаток. Тебе следует сдерживать себя. Да, всё именно так, как она и думала... - Да, а как зовут твою подругу? - Елена… - рассеянно отозвалась блондинка, взгляд который устремился куда-то в окно. И, похоже, лейтенант это заметил. - Отдыхай. И не переживай за подругу, с ней всё будет хорошо. Если мне удастся сговориться с Ребеккой, то, возможно, ты скоро увидишь и её. - Здорово! Мне понравился её голос… Клаус бросил на неё удивлённый взгляд. - Ты слышала её голос? - Один раз. Когда вы ругались вечером. - Да, именно этим мы занимаемся большую часть времени… - лейтенант быстро взглянул на наручные часы. – Мне нужно идти. И… спасибо тебе за совет. Думаю, он поможет. Кэролайн не смогла сдержать свою по-настоящему тёплую улыбку. - Рада была помочь.