Между ненавистью и смертью

В один из бесконечных дней своего плена, Торин пропадал в зачарованной кузнице, заканчивая работу над цепями и крючьями, которых они понаделали в достатке. Он устал и весь взмок - от лавы шел невыносимый жар, температура которого непрестанно менялась. Из-за постоянных экспериментов Саурона над Ангвен защитные чары холода здесь трещали по швам. С эльфийкой они столкнулись лишь глубоким вечером - вымотанный Подгорный король мрачно шествовал в заточение - небольшую башню на склоне Ородруина, где они ночевали, а она спускалась с самого верха, бормоча себе под нос. -...Да пойми наконец, поединок на Песнях Силы - это тебе не рыцарский турнир! Его нельзя посвятить чему-то. Ну, скажем, мы положим между нами Кольцо и сразимся. В итоге, вся Арда еще раз убедится, что я великолепен и необорим, а ты посредственность, которой Валар наказывают меня за непокаяние... ... -...Ах, вот что ты предлагаешь? Подумать только! Постой! А ведь это может сработать. Истинно так. Однажды это УЖЕ сработало... Эльфийка, едва не налетев на Торина, замерла на лестнице, пожирая его глазами. Раскрасневшийся от тяжелой работы и быстрого подъема по ступеням, он тяжело дышал, отчего рельефные грудные мышцы ходили ходуном. Лоснящийся от пота обнаженный торс источал жар не хуже бурлящей лавы, вены вздулись от напряжения, а длинные волосы оплели плечи сетью выбившихся из хвоста прядей. Заметив пристальный взгляд алых глаз, Подгорный король нахмурился. -Вы что...занимались сегодня теорией, я полагаю?- пробормотал он, отводя взгляд. Аннатар проигнорировал его вопрос, облизнул пересохшие губы эльфийки и подошел еще ближе. -Как интересно... - нарочито медленно проговорил он, вглядываясь в лицо Подгорного короля, - В этом теле я могу ощущать, как во мне просыпается жажда обладания. Какое забытое чувство! Ты красив, Торин...Очень хорош собой. Девчонка уже была с тобой близка, я вижу это в ее памяти. Ооо...Не будь меня с ней, она отдалась бы тебе прямо тут, на лестнице. Щеки Ангвен залил жгучий румянец, Торин дернулся как от пощечины, но смог справиться с собой. Все это время он сомневался - не была ли их первая ночь ошибкой. Не сбежала ли она от того, что попросту не желает его, не желает быть его женщиной. -Отчего же не развлечься, - услышал он издевательское тихое шипение Аннатара, - Я так хочу... Мгновение - и Торин почувствовал, словно куда-то падает в кромешной темноте. Еще секунда и его руки обвила цепь, кажется, та самая, работу над которой он только что закончил. Когда зрение вернулось к Подгорному королю, он не смог сдержать изумленного возгласа. В неверном свете свечей он различил комнату, где по обыкновению ночевал. Сияющая рунической вязью цепь не давала ему пошевелиться, мешала даже голову повернуть и отвести взгляд от хрупкой женской фигурки, которая ловко избавлялась от нехитрых предметов своего гардероба. Торин не мог пошевелиться, не мог вывернуться и только прерывисто дышал, слыша как сердце колотится у него в висках. Он видел напротив ярко алые глаза и знал, что Саурону доставляет особенное удовольствие издеваться над ними обоими. Его захлестывала жгучая ненависть, вот только тело не слушалось: слишком притягательна была обнаженная фигура эльфийки напротив, слишком бесстыдно она гладила сама себя, плавно приближаясь к нему. Аннатар с наслаждением проводил кончиками пальцев по каждому изгибу захваченного им тела, очертил тонким пальчиком контур губ, царапнул шею и сделал еще шаг вперед. Торин не смог сдержать сбившееся дыхание, когда руки эльфийки легли ему на плечи, скользнули по рельефу мышц, спустились к испещреной шрамами груди и властно коснулись бедер. -Я никогда не бывал в теле женщины - для этого, - горячо прошептал Саурон возле его уха, - Ты себе даже не представляешь, как ее тело реагирует на тебя... В подтверждение своих слов он обнял Торина, плотно прижимаясь к нему разгоряченной бархатной кожей. Король ощутил, как все тело эльфийки бьет дрожь, а каждое прикосновение вызывает волну мурашек. Саурон ласкал его руками и губами, всюду, не пренебрегая самыми бесстыдными прикосновениями. У Торина от желания потемнело в глазах. Его мучитель тем временем обошел его фигуру и поцелуями покрывал спину, проводя нежными пальцами вдоль позвоночника. -Твой запах... - сладко прошептали губы Ангвен, - он для нее мучительно прекрасен, ты как хорошее вино, как дурман. Мне тяжело удерживать ее на ногах всякий раз, как я глубоко вдохну. Ох, как же это сводит с ума... Торин закусил губу. чтобы не застонать. Он до смерти хотел слышать все это из уст любимой женщины - и слышал. Но этот голос не давал забыть о том, что ее разумом владеет тот, кого он ненавидит больше всего на свете. Аннатар вновь обошел его, прижался всем телом, бесстыдно закидывая ногу на бедро гнома. Тот ощутил на своей коже влагу, которой истекало лоно эльфийки и на этот раз стон сорвался с губ против его воли. Как он хотел сейчас обладать ею... Словно в ответ на его мысли, Ангвен прикоснулась к его каменному молоту, обвивая его пальцами и требовательно поглаживая. Сорвав с губ Торина еще один невольный стон, эльфийка обвила руками его шею. Алые глаза оказались так близко, ловя его обезумевший взгляд. Обожгли огнем, и Торин не успел понять, как губы любимой женщины уже слились с его ртом в горячем поцелуе. О, видят Валар, он пытался не отвечать, одно мгновение, два, три, а затем уже не смог сдержаться и сам яростно целовал ее. Ее? Его? О, нет, теперь это уже не имело никакого значения. Ничто не имело значения, кроме его собственной жажды обладать. Если это отродье Тьмы так хочет ощутить его, Короля под Горой, страсть - он получит ее сполна. Цепи в этот момент со звоном упали, видимо соблазнявшему его Аннатару стало ясно, что цель достигнута. Не раздумывая, Торин сжал в объятиях такое желанное, разгоряченное тело эльфийки, впился поцелуем в ее шею и, не прекращая ласки, рухнул с ней на постель. Не желая больше ни мгновения сдерживаться, он резко развел ее колени и вошел мощным толчком. Эльфийка вскрикнула. -Что... - прошептал Торин на ухо теперь уже своей жертвы, - Что ты теперь чувствуешь?! -Я... - голос чародея переменился - легкий испуг и изумление теперь сквозили в нем, - Я хочу, чтобы ты двигался! Быстрее! Да...Еще... -Значит, еще? - снова спросил Торин, наращивая темп, - Как это ощущается?! Что она чувствует, отвечай?! -О...Не спрашивай...Кажется, это слабое тело сейчас разлетится осколками по всей Арде..Это безумие! Ее сердце вот-вот разорвется... Торина сводили с ума эти слова, движения его стали еще более резкими, он понял, что вот-вот уже не сможет сдержаться. Внезапно все оборвалось, вернее, что-то резко изменилось - и королю сперва показалось, будто он потерял сознание. Потом он понял, что продолжает входить в эльфийку глубоко и мощно. Может чувствовать, как блаженство лишает его рассудка. Может видеть ее желанную фигурку, слышать, как она сладко стонет. Но совершенно утратил контроль над телом и голосом. И тут он услышал, как Ангвен с наслаждением выкрикивает его имя: -Торин! Торин! - своим чистым и нежным голосом, похожим на пение горной реки. А в ответ с его губ срывается уже знакомое, высокомерное и яростное: -Да, милая эллет! Давай, двигайся, какая же ты горячая. Не смог удержаться... так хотелось ощутить себя в тебе, а не наоборот! Глаза Ангвен, серые, но потемневшие от страсти, расширились. Руки Торина предупредительно обхватили эльфийку, не позволяя вывернуться. Подгорного короля разрывало одновременно от ревности и от удовольствия - его тело балансировало на самой грани. Он понимал, что потерял контроль над собой до такой степени, что Саурону, опытному чародею, ничего не стоило пробраться в его сознание. И тот теперь торжествовал, доводя его любимую до пика. -Да, милая, давай, давай. Я хочу увидеть твое наслаждение! Я давно не был с эльфийкой! Ну же! Я жажду твоего блаженства... Он еще немного ускорился, заставляя Ангвен безостановочно кричать. Она забилась в его руках, из глаз брызнули слезы, Аннатар набросился на нее с поцелуем, впечатав в покрывало. Глухие стоны прервал резкий вскрик: в порыве страсти эльфийка укусила своего мучителя - и тут же, вцепившись в его плечи, закричала, сметенная волной наслаждения. В тот же момент Саурон издал какой-то громоподобный рык, так, что стены башни заходили ходуном, обнял эльфийку, чуть не переломав ей все кости и с удовольствием уткнувшись в в волосы излился внутрь. Ангвен судорожно вздрогнула несколько раз и расслабилась. Она сгорала от стыда, понимая, что испытала безумное удовольствие в постели со своим Врагом. Но Торину, как и его телу, сопротивляться было невозможно. Он вскоре пришел в себя, понимая, что уже может двигаться по своей воле. Но не хочет. Усталось накатывала на него как прибой. Сквозь сон он слышал, как Аннатар переговаривается с эльфийкой, устроившейся в его объятиях. -Ты меня укусила! Ведьма...