Лето приходит каждый год.

      Мы не раз встречались. Куда бы ни вёл блудный ветер, Плотва шла в направлении, в котором, как полагалось, должен был двигаться ты. Прополощенный дождями, испепелённый ярким солнцем, высушенный пыльными бурями, я ехал навстречу приключениям.       И тебе.       Каждая наша встреча заканчивалась одинаково. Самую сильную тоску я ощущал, когда мы виделись, потому что я заранее знал, что ты уедешь в далёкие дали. Одиночество тогда жрёт, когда оно неумолимо, как дамоклов меч нависает над тобой тревожной пещерной порослью.       Мы вернулись туда, откуда начали. Помнишь купальни, ставшие первой отправной точкой? Мы ещё подрались знатно. Ты достойный противник. Но сегодня мы займёмся кое-чем поинтереснее. Ты, конечно, можешь использовать Квен, как обычно, но это поединок другого рода.       Когда мы боремся за первенство, нас сложно отличить от диких зверей, вгрызающихся друг другу в глотки. На самом деле это всего лишь оргазм. Ты думал, я буду стонать, как портовая шлюха? Ты ошибся. Я оставлю на тебе столько засосов и укусов, сколько посчитаю нужным.       Движения хаотичные, собственнические, страстные, чувственные. Крепко берёшь за бёдра и насаживаешь на твёрдый член, из которого вовсю сочится смазка. Я объезжаю тебя минута за минутой в этой бешеной скачке. Стискиваю каменные плечи и пытаюсь не застонать.       Дыхание.       Не забывать дышать.       Закрывать глаза — и открывать их, чтобы убедиться, что это не похотливая фантазия, которым я предаюсь холодными зимними вечерами. Ты реальнее, чем мои ощущения. Я словно призрак, которого пытаются затолкать обратно в плоть таким нестандартным способом.       Были бы крылья — я бы их расправил, мощные и размашистые крылья, чёрт его знает, летучей мыши или мифического существа, но я бы закрыл нас от всего мира, чтобы никто не протиснулся в наш мир.       Моргаю. Дышу. Грудь словно каменеет и готова треснуть, как второсортный гипс. Кажется, хватит одного удара, чтобы я рассыпался в крошку. Говоришь, соберёшь меня? А потом что: развеешь возле Каэр-Морхена? Лучше просто занюхай, как хорошенький наркотик. Я пропитаю собой твои лёгкие, они станут липкими и почти неподвижными. Тебе не хватит кислорода, чтобы жить без меня.       Знаешь, что такое страсть?       Это когда я раз за разом насаживаюсь на тебя, упёршись в грудь руками, и хочется расплавиться. Не раскрошиться, так расплавиться и растечься по периметру. Ты щуришь глаза, ухмыляешься.       — Остынь, Геральт, у нас масса времени.       — Ты уедешь, а мне что, караулить тебя опять?       — Никто тебя не заставляет. Что ты как девица в базарный день.       — Ты сам знаешь ответ. Не знаю, правда, скажешь ли ты что-то в ответ. Ты же у нас сильный, чувствам не поддаёшься.       — Верно. И тебе советую.       — А что если… Что если ты нравишься мне?       — Это понятно.       — А что скажешь ты?       — Процесс определённо приятный.       — Конкретнее.       Лето так ничего и не сказал. Он остановился, положил крепкие пальцы на мой затылок, после чего — поцеловал. Проник языком между губ, и время остановилось, замерли растения, шевелимые блудным ветром, остановились плески воды в купальне. В ушах зашумело, голова закружилась, я даже на миг подумал, что умираю, а это лишь последствия ошеломительного оргазма.       — Этого достаточно, Белый Волк? — с насмешкой поинтересовался Лето.       — Более чем, Убийца Королей.       — Я просил не называть меня так.       — Ты бы предпочёл «моё солнышко»?       — Иди ты к чёрту.       Моя очередь усмехаться.       Я встал.       В глазах ещё темно, чуть не упал, но Лето подхватил меня, и я почувствовал себя как-то по-особенному. Уровень неги и тяжести в ногах увеличился раза в два, но кого это волнует, когда нужно ценить то, что имеешь в данный момент? Как говорится, прошлое забыто, будущее закрыто, настоящее — сейчас.