Сборник драббликов

      Заявка от Не Нильфгаардец: Dragon Age. Попаданец (музыкант-композитор) в м!Кусланда. Занимается культурным прогрессорством в Ферелдене и имеет славу воина-менестреля, а также, юного музыкального гения. Для Флемет и Морриган представляет интерес, как идеальный кандидат на роль "племенного жеребца" (Темный ритуал). Выливается в пейринг м!Кусланд/Морриган (трансформация в искренние отношения)          Аннотация: Участь попаданца далеко не так сказочна, как может показаться. Особенно, когда сюжет висит над тобой тяжелым роком судьбы, не разрешая сделать ни шаг в право, ни шаг в лево.          Жанры: Драма, Романтика.     Предупреждения: Попаданец.          Комментарии: Писать о музыканте было нелегко. Мне, как человеку, который к музыке имеет только потребительское отношение, пришлось даже лезть на ютуб и смотреть несколько роликов с преподавателями по вокалу. Но это всё равно для текста оказалось бесполезно. /звук грусти/     А то каким-то образом, вместо того чтобы шокировать всех ферелденцев каким-нибудь роком типа улицы роз, у меня получились скучные нравоучения и рассуждение о разнице культур. /звук печали/     Потому я решила забить на образовательно часть, удалить несколько страниц текста и написать просто милую зарисовку о нелёгкой участи попаданца, который в тисках судьбы пытается найти для себя частичку счастья.               Сюжетная безысходность          — А ты, кажется, совсем не боишься? — удивлённо сказал Алистер.     — А чего тут бояться? — хмыкнул Леонид и залпом выпил кубок с зельем. Однако сразу после этого почувствовал, как кружится голова. И тут наконец-то начались сомнения. Заплетающимся языком он произнёс: — Если умру второй раз... считайте меня... неудачником...     Грохнувшись прямо на землю, он потерял сознание.     Алистер присел перед ним и прощупал пульс.     — Жив? — спросил Дункан.     — Да, — кивнул Алистер, рассматривая новенького. — Странный он конечно...     — Теперь он Серый Страж. Все его хорошие и плохие качества нужно будет направить на благое дело. Отнеси его к койкам, пусть проспится. А потом введи в курс дела. У нас не очень много времени.     — Хорошо.     Через некоторое время Леонид проснулся с дикой головной болью. Это даже навевало давно забытые воспоминания, когда он так же просыпался после бурной попойки.     Ну, вот и началось...     В прошлой жизни у него были проблемы с алкоголем. Впрочем, на то они и прошлая. Именно поэтому в новой, в качестве Айдана Кусланда, Леонид решил всё делать правильно.     Хотя, когда тебе восемь лет, никто вина тебе всё равно не нальёт, даже если внутри ты мужик с четвёртым десятком.     Первое время он мало что понимал и не знал, что ему теперь делать.     Вот ты живёшь своей жизнью, занимаешься музыкой, даже выступаешь и даёшь небольшие концерты по выходным. В будни ты вполне хороший преподаватель по вокалу, что позволяет тебе нормально существовать.     И вот ты после очередной пьянки с друзьями просыпаешься в теле мелкого пацана — персонажа компьютерной игры, в которую ты играл лет десять назад, когда пытался отвлечься от скандального развода.     Поэтому Леонид первое время находился в прострации, пытаясь осознать всю ситуацию и понять, как жить дальше. Решение, однако, довольно быстро пришло. Новая жизнь, новый шанс! Новая возможность исправить все свои ошибки. Тем более, когда ты хоть и смутно, но знаешь, что тебя ждёт впереди.     Помимо воинского искусства, которому его обучали в обязательном порядке, он начал сам тренироваться и ставить себе голос. Однажды кто-то из родителей даже услышал его и пригласил учителя. Впрочем, Леонид довольно быстро избавился от шарлатана, который в вокале понимал так же, как диванные критики в политике.     Но вместо этого он просил пригласить учителя, который научил бы его играть на музыкальных инструментах. Понятное дело, что в этом мире не было ни гитар, ни тем более бас-гитар, ни ударных установок, ни клавиш. Хотя наверняка местный аналог фортепиано тут был. Ну не на органе же ему играть. А вот лютня вполне неплохо. Пришлось, конечно, забыть о роке и металле и переключиться на лирику и баллады. Но в этом тоже была своя красота.     В результате через несколько лет он поражал всех своим талантом. Девичьи сердца трепетали с первых нот и окончательно сдавались, когда он пропевал первые строки.     Мощный уверенный тенор никого не оставлял равнодушным. Его отец всё сетовал, что сын, который несколько лет уговаривал всех называть его новым именем, слишком мало уделяет времени тренировкам.     Однако Леонид всё же не бросал воинское обучение, так как прекрасно помнил, что впереди Мор и битва с Архидемоном. И что-то подсказывало ему, что если он не покажет своего таланта с мечом, то Дункан не придёт и тогда вся их семейка окажется погребённой, а история пойдёт по другому из шести сценарию.     Конечно, мелькала мысль и вовсе предотвратить трагедию. Он всячески демонстрировал свою неприязнь семейству Хоу, уговаривал отца не связываться с соседом и даже подстраивал тем мелкие пакости. Но все его попытки оказались тщетны. И в назначенный день всё произошло так, как он это помнил.     Дункан, предательство, смерть, побег, Серые Стражи.     В силу вступила магия сюжета.     По его тщетным попыткам спасти семью, к которой он успел привязаться и полюбить, Леонид понял, что от судьбы или сюжета ему никуда не деться и всё равно всё случится так, как должно случиться. Сюжет вёл его даже против воли. И, даже сопротивляясь, он всё равно оказывался там, где должен был быть, при этом огребя немало последствий за «самоволку».     Он чуть не потерял глаз, когда пытался спасти Дункана и не пойти в Башню зажигать этот треклятый огонь, который всё равно был бесполезен. Так он окончательно убедился в неотвратимости судьбы. Но вместе с тем было и кое-что полезное. В его памяти постоянно возникали игровые эпизоды. Словно она ранее заархивировала все воспоминания и на каждый раз услужливо подавала даже те детали, о которых он, казалось, и вовсе не знал.     И всё пошло по накатанной. Дружба с Алистером, встреча с красоткой-ведьмой, от вида которой он на миг забыл всё на свете. Она ему ещё в игре нравилась, но в жизни Морриган оказалась настоящей красавицей.     Продвигаясь дальше, он брал в компанию всех, кого мог. Возможно, здесь тоже действовала магия сюжета. Ему не только не позволяли отходить от сюжета, но и вели по нему словно по заранее подготовленной дороге.     Его спутники не раз говорили, что Леонид безбашенный и бесстрашный, и он действительно ничего не боялся. Смело кидался в бой и шёл на риски. А всё потому, что точно знал, что до битвы с Архидемоном с ним ничего плохого не произойдёт.     Однако он всё-таки нашёл некоторые лазейки. Он мог заниматься чем угодно, если это не мешало основному сюжету. Например, он мог заниматься пением и музыкой. Своим любимым делом, при том продолжая идти по пути будущего героя Ферелдена.     Поэтому он всегда носил с собой лютню и устраивал концерты как для спутников, так и для других зрителей в городах, где они останавливались. Это, к слову, и решало их проблемы с финансами. Часто происходило даже такое, что, приехав в новое место, он неожиданно понимал, что его там знают и уже упрашивают спеть пару песен. Поистине слава бежит впереди человека.     В тавернах их компанию просто обожали, и не было ещё ни одного случая, чтобы им пришлось платить за ночлег. Играя на струнах и напевая песни, Леонид отдыхал душой, наслаждаясь обожанием в глазах слушателей и забываясь в их любви. На эти короткие периоды сюжет был над ним не властен, и он чувствовал себя свободным.     Нередко после выступлений местный дамы зазывали его к себе в комнату провести «запоминающуюся ночь». Леонид же каждый раз очаровательно им улыбался и отказывался. А потом глубокой ночью уходил куда-то на крыльцо, тихо сам себе напевал «очи чёрные» и смеялся над собой.     Угораздило же в свои немалые годы, хоть и в молодом теле влюбиться в девчонку. Его радовало только то, что это не обязательный атрибут сюжета, и значит чувства всё-таки настоящие.     — Ты постоянно поёшь эту песню. Что она значит? — вдруг раздался однажды голос рядом, и Леонид чуть не подпрыгнул на месте. Он был полностью уверен, что совсем один.     Но, оглянувшись, увидел ту самую, о которой грезил.     Морриган стояла недалеко и смотрела на него ледяным взглядом, в котором, однако, читалось и любопытство.     Улыбнувшись ей, он похлопал рядом по ступеньке, на которой сидел. Девушка сморщила носик и, сделав пару шагов ближе, всё равно осталась стоять.     Леонид же не стал расстраиваться. Морриган всегда держалась особняком и почти не шла с ним на контакт. Это его сильно расстраивало, ведь, насколько он помнил, в игре она всегда беседовала с главным героем и понемногу раскрывалась. Но не с ним.     Он тоже пытался не раз начать беседу, задействовал всю свою харизму и даже пытался спеть для неё, но почему-то всё это только сильнее отталкивало девушку. И она всё больше и больше отдалялась. Даже не выдала никакого квеста, когда он подарил ей гримуар, который нашёл. Она отделалась простым «спасибо» и как всегда отошла подальше. Это ставило больший и жирный крест на их возможном романе. Что лишь добавляло нотки депрессии в его и так не радужную жизнь. А продолжая пробовать наладить с ней отношения, он, казалось, делает только хуже. Может, это месть сюжета игры? Раз он получает кучу любви фанаток, то любовь одной самой нужной девушки он не получит?     — Это песня о прекрасной незнакомке с чёрными глазами, в которую влюбился автор и которую не может забыть, — сказал он, разглядывая звёзды на небе.     — Сам написал?     — Нет, — усмехнулся он. — Просто нравится мне, хотя в оригинале поётся в гораздо более весёлом темпе.     — Чего же ты поёшь тогда её так грустно?     — Я так чувствую, — вздохнул Леонид, не решаясь на неё посмотреть. Догадается она, что поёт он, думая о ней?     Морриган молчала. Он тоже не решался прервать тишину. Он всё пытался понять, есть ли у него хоть какие-то шансы или он уже все их упустил?     — Ты в кого-то влюблён? — вдруг спросила она, наконец, присаживаясь на ступеньку, хоть и не рядом с ним. Её лицо было задумчивое, и она тоже смотрела в ночную даль. К счастью, ночь была лунной и он хорошо её видел.     Леонид улыбнулся, радуясь тому, что она решила продолжить разговор.     — Возможно, — ответил он. Морриган, повернувшись к нему, скривилась. Ей явно не понравился ответ.     — Потому и поёшь одиноко в ночи, раз решить сам не можешь, — сказала она.     — А ты когда-нибудь была влюблена? — мягко спросил он.     — Я? Мне не нужны такие чувства. Но знаю я, что в любом деле решительность важнее всего, — сказала Морриган, слегка нахмурившись.     Немного зная её предысторию, Леонид тихо вздохнул. Он в прошлой жизни много говорил, много обещал и много упустил. Глядя на неё, он умилённо улыбнулся. Такая красивая и такая ранимая, хоть и пытается скрыть это.     — Иногда молчание может сделать больше, чем слова, — сказал он.     Морриган повернулась к нему и, наконец, заметила, как он смотрит на неё. Она довольно часто видела подобные взгляды. Так обычно смотрят юные девушки, когда их вселюбимец дёргал струны и разливался соловьём.     — Тебе лучше петь поменьше! — холодно сказала она, и Леонид удивлённо вскинул брови.     — Почему?     — О тебе и так уже собака каждая знает. Твоя жизнь может быть в большой опасности. И скоро мы увидим не только эльфа одного, но и больше тех, кто захочет получить награду за твою смерть. А учитывая, что у всех ты на виду, это будет не так сложно.     — Ты за меня беспокоишься? — улыбнулся Леонид , радуясь как дурак этому факту.     — Это так странно? — нахмурилась девушка. — У нас есть общая цель. И если убьют тебя, шансы её завершить резко сократятся.     — Останется Алистер.     — Кто сказал, что его не убьют следом? К тому же, у него нет твоей решительности.     Леонид сидел и улыбался сам себе.     — Я не могу перестать петь, — тем не менее, сказал он. — В музыке моя страсть. Как твоя страсть в магии.     — Но я не могу отказаться от магии.     — Как и я от музыки, — сказал он, глядя ей в глаза. — Но как насчёт компромисса?     Она слегка скривилась и повернулась к нему, делая вид, что ей стало интересно. Леонид едва сдержал улыбку.     — Я перестану выступать на публику, но мне нужно, чтобы хоть кто-то слушал, как я пою. Если ты будешь слушать, я буду петь только тебе.     — Мне придётся всё это слушать?     — Да, — кивнул он с самым серьёзным лицом, на какое только был сейчас способен. — По крайней мере, пока мы не преодолеем Мор.     «И пока ты не уйдёшь в свои зеркала...» — грустно подумал он. Даже если ничего не получится, у него будет шанс, потому что тёмный ритуал — часть сюжета. И у него будет сын от любимой женщины.     Морриган нахмурилась, видимо на полном серьёзе размышляя о предложении. Леонид подумал о том, что она очень милая сейчас, и продолжал любоваться её профилем.     — Хватит меня прожигать взглядом, — нахмурилась она.     Она стрельнула в него взглядом и продолжила:     — Ладно. Так и сделаем. Я не против слушать твои песни, если это спасёт наши жизни, но не жди от меня восторгов, как от других девиц.     — И не думал, — продолжал улыбаться Леонид . Ему, как любому творческому человеку, безусловно были приятны возгласы и реакции фанатов, но он готов был ими временно пожертвовать ради одной-единственной.     Морриган, к его сожалению, после своих слов поднялась, но, прежде чем уйти, опять повернулась к нему.     — У меня тоже будет к тебе просьба.     — Какая? — спросил он, внутренне готовый согласиться на всё, что она захочет.     — Та книга, что ты мне дал. Я в ней кое-что нашла...     Слушая её слова о новом квесте, он улыбался с каждым словом всё сильнее.