Anything but love

Спустя два года после своего «самоубийства» Шерлок Холмс возвращался в Лондон. За это время детектив до основания разрушил криминальную империю Мориарти. По сути, Шерлок возвращался домой победителем. Вот только он не чувствовал себя таковым. В самом начале, сразу после того представления на крыше, Шерлок как-то по-глупому надеялся, что это всё лишь часть какого-то плана, что Джейн на самом деле жива, но увы, не было никакой искусственной крови и фальшивых пуль, Брэдбери просто и без прикрас пустила себе пулю в рот. Это не было похоже на сфальсифицированную смерть Ирэн Адлер, гибель гениальной психопатки Джейн была самой настоящей. Девушка предпочла закончить игру на своих правилах, когда поняла, что все выходит из-под контроля. И что теперь? Мориарти мертва, ее империя разрушена, но Шерлока все равно гложет чувство поражения. Будто Джейн, переиграв все в последний момент, сознательно уходя из жизни, умудрилась выйти из этой партии победителем. Шерлок злился. На Джейн, на Майкрофта, на Ирэн Адлер, но больше всего он злился на себя самого. Потому что не смог предугадать событий, понять ход мыслей своей бесподобной противницы, не успел спасти ее… Холмсу не нравилось, когда он чего-то не понимал или не знал. Он всегда считал себя одним из самых умных людей в стране (а может и за ее пределами), но вся его блестящая дедукция рассыпалась в прах тогда, на крыше Бартса. Он оказался побежден женщиной. Снова. И на этот раз, абсолютно безоговорочно. Уход из жизни Джейн Мориарти был почти поэтичным, хоть и не особо красивым зрелищем. И, даже будучи на смертном одре, гениальная злодейка умудрилась обставить всех, в том числе и полицию. Такое еще не удавалось никому, и ее имя наверняка войдет в историю надолго. Будь Шерлок чуть более сентиментальным, он бы хранил у себя фотографию Джейн времен их студенчества, когда она была умной, сообразительной, рисковой и абсолютно вменяемой. К счастью, подобные сантименты были чужды детективу, но не сказать, что это сильно помогло. Джейн, находящаяся в чертогах его разума, в смирительной рубашке со связанными за спиной рукавами, смеялась как ненормальная. Хотя, почему «как»? Да, Мориарти была безумной. И в этом была вина Шерлока. Потому что сломал, подобрался непозволительно близко, не смог дать то, что ей нужно, неосторожно разбил сердце, доверенное ему. Он мог дать ей интересное времяпровождение, собственные пространственные рассуждения, эксперименты, секс, даже деньги его брата, если бы это потребовалось. Он мог дать ей все. Кроме любви.