Любви хотела? Получи!

- А ну тихо!!! Страны замерли в недвусмысленных позах: кто с занесённым для удара кулаком, кто с самурайским мечом в зубах, а кто так и остался балансировать на одной на ноге, пока вторая изготовилась для дачи пинка. Германия прислушался к тишине, и, оставшись ею доволен, серьёзно продолжил. - Я не считаю такое поведение допустимым. Нельзя решать подобные вопросы с помощью силы! От России наверняка не укрылась вся эта ситуация, и... - С каких это пор тебе есть дело до него? – дерзко прищурился Англия. – С тех пор, как он брат «сам-знаешь-кого»? Людвиг стукнул кулаком по столу, но сдержался. Отказываться от своей идеи он не собирался, а поддаваться на провокацию считал ниже своего достоинства. Нужно подавлять желание затолкать нахалу голову в плечи, а не то и остальные сдерживаться не будут. - Невежливо перебивать, - Германия постарался придать голосу твёрдость. – Я к тому, что наша проблема нуждается в цивилизованном подходе. Надеюсь, с этим вы согласны? - Ну, не томи уже, выдавай свою гениальную мысль, - протянул Франция, с вожделением протягивая руку к минералке. - Раз мы все любим Наталью, то должны кинуть жребий. Кто выиграет, тому и будет принадлежать её рука и сердце. Остальные не станут вмешиваться. Китай и Япония, застыв в самурайских позах, едва-едва посматривали в сторону остальных. Азиаты были заняты своими делами, собираясь выплеснуть друг на друга накопившиеся за столько лет чувства. Любовь к славянке была лишь инструментом, благодаря которому накал страстей между ними достиг своего пика. - Думаешь одолеть меня, ару? – Китай с иронией поглядывал на своего бывшего воспитанника. Уголки губ Японии дёрнулись вверх. - Не сомневаюсь в своей победе. …В том же зале разгорался настоящий спор на тему правильной жеребьёвки. У каждой страны на этот счёт было своё мнение, и раз авторитетом не получалось задавить, в ход шли повышенные тона. И неважно, что слово предоставлялось каждому, главное высказать своё слово как можно громче остальных. - Спички потянем, и сойдёт! - А я говорю – монетку бросим! Спичкам твоим я не доверяю! - Чем тебе мои спички не угодили?! У самого монета наверняка с подвохом! - Идиот! Как монета может быть с подвохом?! - Тише, - Людвиг потёр поясницу. - Италия, а ты чего молчишь? Скажи что-нибудь. - Можно мне поехать к Наташе? - НЕЛЬЗЯ!!! ...На фоне всевозможного шума совсем не было слышно вздоха одного маленького, незаметного человечка, который фактически не существовал. Нет, он был живой, умел разговаривать, и мог контактировать с объектами – подтверждением тому служил плюшевый медведь, которого мистер невидимка крепко к себе прижимал. Именно невидимка – о нём редко когда вспоминали и ещё реже могли заметить. - Как всё грустно… Мимо пролетел, ударившись затылком о стену, Италия. Не вырубился, а с боевым криком/писком/ультразвуком, рванулся обратно в бой, чтобы повторно отправиться в полёт. Вот что с людьми делает прекрасное чувство к женщине. - Вирус… эпидемия… Почему все мы? И почему именно она?.. – вопрос адресуется медведю. – В самом деле, это очень странно. Как думаешь, Кумаджиро? Оглядывая побоище, участниками которого были вполне цивилизованные страны, Мэттью приходит в голову мысль, что происходящее для него имеет свою положительную сторону. Он даже улыбнулся от осознания одной простой истины: - Пока они здесь, я могу спокойно пойти к Наташе, и никто не составит мне конкуренцию. Любовь не только заставляла душу воспарять под небеса, она помогала раскрыть в себе невиданные доселе качества. К примеру, уверенность в собственные силы и готовность к авантюрам. А вопросы (скорее философские, чем требующие реального ответа) подождут, никуда не денутся, а вот любимую девушку вполне могут увести из-под носа.

***

- Братик, наконец-то ты пришёл! К ещё не отошедшему от шока Ивану бросилась на руки Беларусь. Как она здесь очутилась, Ваня не знал, и такая близость с ней его тоже не пугала. Но вот то, что за время его отсутствия дом превратился непонятно во что, Россию действительно волновало. - Наташ, а что здесь было?.. Девушка сделала такие большие глаза, словно и не видела этого бардака, до того момента как он ей на него указал. - Я… - Простите её, она ни в чём не виновата! – из-под обломков показалась голова Литвы. - Это я! Это я всё тут разломал! Пока Иван собирался расспросить его поподробней, а Беларусь удивлённо таращилась на своего заступника, ещё один голос, из-под тех же обломков, но чуть правее, повторил сказанные только что слова почти дословно: - Заткнись, гад! Это я, я, Россия! Вините меня! Я всё тут порушил! Не виновата она! - Вообще-то это я сделал! Не надо врать! Если уж наказывать, то меня! А Наташу простите, не нужно её ругать… - вяло раздалось из угла. - Будто кто-то собирался, - смутился Россия. – Кхм, приводите себя в порядок, приберитесь тут, а затем будем все вместе разбираться, кто виноват, и что делать.