Это тюрьма?! Нет, скорее бордель.

- Что так дрожишь?.. Боишься?.. – с улыбкой садиста Раян коснулся плоти парня, прижимаясь к нему сзади обнаженным телом, до сих пор заставляя стоять на коленях, которые начали трястись. Но в ответ лишь тяжелое дыхание и ни одного слова. Крис пытался все так же прятать лицо, сейчас все стало просто невыносимым. Одно осознание того, что его сейчас просто трахнут, начинало душить. Вся гордость просто испарилась. Да и какая уже может быть гордость в такой ситуации? Почему нельзя все это просто остановить и забыть, просто стереть из памяти? Но такова жестокая реальность. Он никогда бы не подумал, сидя дома за учебниками, что все обернется так, что другим в самых страшных снах не снилось. А сопротивляться оказалось совсем бесполезно, особенно в таком положении: распорка, не позволяющая сдвинуть ноги, а руки крепко связаны, отчего чувствительность практически пропала. Но заключенного сейчас состояние своей жертвы не особо-то и волновало, сейчас ему просто хотелось избавиться от возбуждения, так еще и испробовать до него не тронутый товар в виде девственной попки этого мальчишки, который сейчас так дрожал. - Мне даже не нравится, когда ты молчишь… - мужчина освободил член Криса от своей хватки, скользнув рукой по горячей ягодице парня. – Я хочу услышать, как ты будешь кричать, - и опять все та же садистская усмешка. Раян вообще не подумал об ощущениях своей жертвы, его лишь заботили свои желания, и так всю его жизнь. Заключенный отодвинул одной рукой ягодицу парня, а второй придержал свою плоть, надавив на тугое колечко мышц, медленно ввел внутрь головку, уже придерживая напряженное тело за талию. Сжимаясь, Крис делал себе лишь хуже, но боль еще можно было терпеть до тех пор, пока Раян не вошел до конца резким толчком. Боль стала просто нестерпимой, казалось, будто внутри все разрывается. Крик, оказалось, вообще нереально сдержать, но у насильника он вызвал лишь удовлетворенную улыбку. Мужчине было совсем наплевать на то, что мышцы его жертвы были разорваны, он даже привыкнуть ему не позволил, начиная двигаться, а кровь служила в роли смазки, позволяя более легко скользить члену внутри, и стекала по бедрам на диван. Постепенно крики сошли до хриплых болезненных стонов, сил не было, да и голос был сорван, а слезы было просто не остановить. Наверное, впервые за лет десять Крис так плакал, а от гордости практически ничего не осталось. Все продолжало болеть даже тогда, когда Раян вышел из его тела, снимая распорку, которая ему вообще немного мешала, после чего чуть ли не вывернув руки парню, перевернул его на спину, ложась между его ног, которые как-то примостил у себя на бедрах. - Ну, детка, как ощущения? – Раян убрал руками волосы с лица Криса и даже погладил его по щеке, с насмешкой глядя в заплаканные и затянутые пеленой боли зеленые глаза. – Вижу, что не очень… - его даже не напугало то, что у того могут теперь быть не только физические, но и психические повреждения. Мужчина немного приподнял несопротивляющееся тело, войдя в него снова одним резким и глубоким толчком, усмехнувшись, когда Крис весь вздрогнул и широко распахнул глаза, ощутив что-то иное, чем боль. Теперь Раян попробует унизить мальчишку еще сильнее, если это возможно, то он его еще и кончить заставит, но и сам оставит на нем свою метку. Толчки возобновились с новой силой, хоть они и были не менее грубыми, чем и предыдущие, но ощущение было немного другим, теперь сильная боль переплеталась с…удовольствием, от которого парню стало совсем противно. Шевелится Крис даже не собирался, даже несмотря на то, что насильник пытался толкать его тело навстречу, впиваясь ногтями в ягодицы и оставляя на них следы, он мог лишь издавать хриплые стоны. Но когда одна рука легла на его, как оказалась, даже возбужденный член, заставив выгнуться в спине от этого прикосновения. Это мучение продолжалось еще минут пять-десять, когда Раян все же смог довести парня до грани, но скорее это тот сам понял, что иначе уже никак не отвертится, поэтому и позволил себе упасть на дно, кончив от того, что его просто грубо трахал незнакомый мужик. Заключенный все же пометил мальчишку, как будто имел теперь на него полные права, кончив, обжигая все внутри горячей жидкостью. Крис просто не мог толком прийти в себя от того, что с ним сделали. Внутри все жгло и не только физически, но и морально. Но постепенно все эти чувства и переживания исчезли, наступила просто какая-то пустота в душе, когда ничего не хочется и даже жить. Раян освободил руки парня и только теперь понял, что у того в психике что-то заклинило, если он практически и не отреагировал на то, что теперь может хотя бы руками пошевелить и его могут отпустить. Но буквально секундное сочувствие прошло, когда Крис все же попробовал растереть онемевшие и изрезанные веревкой запястья, смотря на них каким-то невидящим взглядом померкших глаз. - Приведи себя немного в порядок, - мужчина смочил небольшое тюремное полотенце холодной водой и бросил его специально на лицо теперь точно пополнившему ряды заключенных этой странной тюрьмы. Наверное, именно это привело его совсем немного в чувства, поэтому он все же принялся стирать с себя сперму и кровь, морщась от неприятных ощущений от разорванных мышц. Раян сам за это время уже и одеться успел, опять же бросив на голову своей недавней жертве целую рубашку. Крис даже взгляд не мог поднять, теперь он сам себя просто не уважал, и сделать с этим ничего не мог, было просто противно. Он довольно быстро оделся в тюремную форму, так как кроме рубашки все остальное было целым, и просто теперь сидел на диване, стараясь не показывать, что ему все же больно. - В медкабинет на всякий случай сходи, чтобы потом проблем не было, - любезно так посоветовал Раян, отодвигая штору и открывая двери решетки. – Двери камер скоро откроются. Снаружи уже никого не было, наверное, эти двое поняли, что сегодня им уже ничего не перепадет, хоть главарь этой маленькой банды и планировал пустить этого мальчишку по кругу, но сейчас ему действительно этого не хотелось. Себя он удовлетворил, а на остальных ему просто наплевать. Крис поднялся на ноги, пошатнувшись, но стараясь хотя бы позорно не поцеловать бетонный пол под своими ногами. Но сразу же выйти ему Раян не позволил, заключая в объятия со спины, и с усмешкой прошептал на самое ухо парню: - Надеюсь, что ты придешь в себя к следующему разу и не додумаешься покончить жизнь самоубийством, иначе ты понимаешь, что будет с твоим любимым братиком, - после этих слов Криса просто выпихнули из камеры и закрыли за его спиной решетку, задергивая штору.