Instantly

На утро Николь обнаружила странную пустоту в спальном мешке и отсутствие тепла на своем животе. Проморгавшись, она поднялась, Зейна в палатке уже не было, и ей на секунду показалось, что ночью ей просто приснилось его присутствие. Однако, взгляд Николь упал на кожаную куртку Малика, брошенной на кучу вещей у входа, и уголки ее губ поползли наверх. Выйдя из палатки, Эванс обнаружила одноклассников, которые уже доедали остатки вчерашней роскоши. Самые ранние пташки уже собирали свои вещи, Зейн безустанно зевал, еще сильнее ероша итак лохматые волосы. Он слабо улыбнулся подруге, заметив ее, и снова не смог подавить чудовищно долгий зевок. Николь побыстрее побрела к ручейку, у которого они набирали воду и умывались. Так как она была самой последней, кто проснулся, рядом никого не было. Набрав ледяной воды в руки, Николь разом плеснула ее на лицо, зажмурившись, а когда открыла глаза, едва не вскрикнула от неожиданности. Рядом стоял Эд, беззвучно подошедший к ней сзади. — Прости, — засмеялся он, увернувшись от удара полотенцем. — Не хотел пугать. — Дурак, — отдышавшись, Николь еще раз хлестнула его. Эдгар по-доброму усмехнулся, снова подставив под удар руку. — Слушай, — немного погодя, начал он, — мне так понравилось с тобой фильм смотреть. Может, сегодня тоже сходим? Я слышал, новый фильм вышел. Николь призадумалась, не совсем понимая, чего он хочет. Пытаясь разглядеть в его лице хоть какой-то намек, она ничего не увидела, кроме как обычного дружеского предложения. — Да, было бы неплохо, — улыбнулась Николь Эду. Он коротко кивнул, просияв, и они вернулись на поляну, где уже полным ходом происходили сборы, а миссис Трэвис стояла со списком в руках, озабоченно бубня что-то и пересчитывая учеников. Вчерашняя веселая женщина превратилась в ответственного преподавателя. Завидев двух потерявшихся учеников, она всплеснула руками: — Николь, Эдгар! Я вас обыскалась, куда вы пропали? — Мы... это, — ребята даже толком не нашлись, что ответить. — Ладно, неважно. Марш в автобус! — облегченно вздохнула Трэвис. Заходя в салон автобуса, Николь встретила проницательный взгляд карих глаз и непонимающе выгнула бровь. Зейн покачал головой и подтолкнул ее к самым задним местам. — Держи, — Малик протянул ей пару сандвичей, зная, что подруга так и не поела перед отъездом. — Спасибо, — произнесла она, чувствуя, что живот тоже урчит в благодарность. Дорога была довольно тихой, не считая только того, что бедолагу Чака стошнило от слишком частой трясучки в автобусе. Николь была рада тому, что давно закончила со своим поздним завтраком. Пришлось сделать остановку, чтобы привести салон и Чака в порядок, после чего паренек сидел чуть поодаль от остальных с пакетом в руках, в который он глубоко дышал. — Что вечером делаешь, Ник? — Зейн ненавязчиво нарушил молчание. — Мм... скорее всего буду готовиться к завтрашнему тесту по математике. Сам знаешь, какой у меня с ней завал, — быстро ответила брюнетка и улыбнулась другу. — Да, мне тоже не помешало бы, — усмехнулся Зейн. *** Николь с тяжестью на сердце дальше вела разговор с ним, толком не вникая в суть. Она все думала, почему соврала и зачем вообще согласилась пойти с Эдом в кино. Но все же успокоила себя, убедив, что это лишь дружеский поход в кино. Николь вышла на другой остановке, так как миссис Эванс попросила ее забрать из ателье ее платье. Когда подруга покинула автобус, Зейн увидел знакомую тетрадь на ее месте. Открыв ее и узнав почерк Николь и сложные математические формулы, он забрал тетрадь. Уставшая Николь пришла домой и провела в комнате все время до вечера, зубря математику. Она все никак не могла найти свои конспекты, поэтому Николь плюнула на все, решив, что одна удовлетворительная оценка не поможет ей "закрыть" все нежелательные отметки. К шести часам они с Эдом были уже в кинотеатре и смотрели новый фильм ужасов, обсуждая его. Когда они вышли на улицу, начался мелкий дождь. — Что-то мне это не нравится, —скептически поглядела Николь в слишком черное небо, ожидая чего-то большего. — Да, ладно тебе. Покапает и перестанет, — махнул рукой Эд и потащил ее в магазин. *** — Привет, Зейн, — перед парнем открылась дверь, откуда приветливо выглянула мама Николь. — Здравствуйте, миссис Эванс, — улыбнулся Зейн в ответ. — Николь еще занимается? Она просто конспекты все забыла, я подумал, что они ей... Что такое? Он нахмурился, когда увидел лицо миссис Эванс, которая растерянно посмотрела ему в глаза. — Николь разве не сказала тебе? Она пошла с Эдом в кино. — В кино? — опешил он, женщина кивнула. — Понятно, спасибо. Зейн сошел с крыльца Эвансов и посмотрел в темное небо, чувствуя, что буря внутри него сейчас вырвется наружу. Он достал мобильник и набрал номер, после чего приложил телефон к уху, ожидая, когда трубку возьмут. — Алло, Грег? Тебе сегодня нужен твой байк? Отлично, спасибо. *** Не успели ребята и дойти до него, как погода сыграла злую шутку, дождь с каждой секундой усиливался. Всем показалось, что кто-то сверху увеличил напор огромного душа, который теперь поливает прохожих. Смеясь и перепрыгивая лужи, Эд и Николь бросились к ближайшему к кинотеатру зданию, которое, к сожалению было закрыто, поэтому им пришлось спрятаться под его крышей, как и многим другим. *** Зейн ехал быстро, благодаря черному шлему он мог четко видеть все, несмотря на проливной дождь. Пусть пальцы его в перчатках без пальцев примерзли к ручкам байка, пусть плотно стиснутые зубы стучали от холода и гнева, он не сбавлял скорости. Почти подъезжая к кинотеатру, он повернул голову и приметил то самое серое платье, которое теперь стало цвета мокрого асфальта. Резко свернув направо, Зейн затормозил прямо на асфальте рядом с людьми, которые тут же расступились с вскриками. Малик, не снимая шлема, соскочил и подошел к обескураженной Николь, схватив ее за локоть. — Салют, Эд, — весело отсалютовал Зейн с удивительным хладнокровием двумя пальцами у виска. Эдгар в шоке ринулся за ними, но Зейн уже усадил Николь позади себя и рванул с прежней скоростью прочь. — Малик, ты с ума сошел?! — завизжала Эванс, придя, наконец, в себя. — Да и слава Богу, если так, — засмеялся Зейн, чувствуя, что еще немного, и этот смех превратится в истерический. Николь все еще что-то кричала, безуспешно пытаясь укрыться от ливня. Зейн вспомнил, что и об этом позаботился. — Шлем надень, — крикнул он ей через плечо и дал второй шлем. Не желая дальше мокнуть, Николь, все еще крича на него, выхватила шлем дрожащими ледяными руками. Зейн стал стягивать с себя куртку, не сбавляя скорости, петляя рядом с машинами. — Зейн, ты придурок! Ты и себя, и меня убить вздумал?! — истерично заорала Эванс, хватаясь за его тело, пытаясь хоть как-то удержаться и не упасть. — Держи, — спокойно протянул он ей свою куртку, стуча зубами, оставшись в легкой рубашке. — Иди ты к черту! — Ладно, сам надену, раз не хочешь, — громко отозвался он. — Обойдешься! — крикнула Николь и выхватила куртку, закутавшись в нее. Они так и ехали на полной скорости, проносясь мимо стоящих в пробках машин, мимо прохожих, бежавших скорее домой, вскоре они оказались на трассе. Николь оставила всякие попытки образумить его и лишь молча ждала своей участи. Зейн стал сбавлять скорость, подъезжая к обочине, дорога была безлюдна, машин здесь совсем не было, а дождь так и лил. Николь быстро соскочила с мотоцикла, отбросила шлем в сторону замерзшими руками. Малик тоже встал, надвигаясь на нее и доставая что-то из заднего кармана джинс. Николь боязливо встала рядом с высоким железным ограждением, она не могла свести глаз с обозленного Зейна. Он впритык подошел к ней и расставил руки по обеим сторонам от ее головы, сильно ударив по ограждению. — Что с тобой творится, Зейн? — тихо спросила она через пару мгновений, который тянулись будто целый час. — Со мной? Нет, это ты что творишь? — спокойно отозвался парень, сдерживая себя. — Я не... — Готовилась к тесту по математике, говоришь? — перебил Зейн. Николь не нашла ответа, испуганно взглянув в карие глаза. — Интересно, как же ты готовилась без этого? Зейн бросил ей в руки тетрадь, насквозь пропитанную водой. Николь опустила на нее взгляд и не смела более поднять его на стоящего рядом Малика, который уже начинал выходить из себя так, что она чувствовала исходящий от его тела жар, несмотря на погоду. — Скажи, ты настолько ненавидишь меня, что вот так запросто можешь наврать в лицо и издеваться? Он уже не мог обуздать бушующую бурю, монстр внутри продолжал рвать все в клочья. — Кто из нас еще издевается, Зейн! — не выдержала Николь и подняла на него затуманенный подступающими слезами взгляд. Он прищурился, вопросительно смотря на нее. — Не ты ли согласился на пари? Не ты ли отказался верить в то, что я могла тебя полюбить? Не ты ли оскорбил мои чувства, когда решил "отомстить"? — сыпала она обвинениями. — А ты не думала, что и сама не раз "оскорбила мои чувства"? Зачем ты спуталась вообще с этим типом? Позлить меня захотелось? Ну, что, теперь ты довольна, надеюсь! — прикрикнул Зейн. — Вот опять! Почему ты считаешь, что я не могу о себе позаботиться, почему не могу иметь контакты с кем-то кроме тебя?! — обиженно спросила Николь. — Я уже говорил, что мне все равно, с кем ты имеешь контакты, но это... — он указал большим пальцем за спину, будто там был Эдгар и наблюдал за всем, — это именно касается меня. Неужели ты не видишь, что ему от тебя нужно?! — А тебе разве не то же самое нужно было от меня пару недель назад?! Такого лицемерия Николь вынести не смогла, не зависимо от того, кому она это говорила. — Это было, как ты и сказала, пару недель назад, — спокойно ответил Зейн, внимательно всматриваясь в ее заплаканное лицо и переступая с ноги на ногу от нетерпения. — Будто сейчас что-то изменилось, — фыркнула Эванс. — О, изменилось очень многое, дорогая моя Николь. — Лично мне разница не видна! — Я тебе покажу ее. Не произнося больше ни слова, Зейн прижался к ней еще ближе, вдавливая в ограждение, и поцеловал, прерывая дальнейшие пререкания. Целовал так, будто хотел рассказать все, что не мог объяснить словами, передать все, что чувствовал эти долгие дни, а может даже и годы. Не чувствуя земли под ногами, Николь с радостью рухнула в давно желанные объятия и обвила руками шею Зейна, отвечая на поцелуй. — Теперь понятно, чья ты? — невнятно произнес Малик, не разрывая контакта. — Понятно-понятно. А теперь заткнись, — улыбнулась Николь и загадала желание, увидев падающую звезду в небе.