Трофей. Руководство к приручению.

Саммари: Война между Йотунхеймом и Асгардом заканчивается не так как предсказано – Один был убит. Лафей предлагает мирный договор, если Фригг отдаст свою единственную дочь, Тору, в качестве военного трофея, по достижению ею совершеннолетия. Фригг соглашается, и Асгард спасён. Тора знает, что от её хорошего поведения в Йотунхейме зависит безопасность Асгарда. Она справится, она не сломается. Локи Лафейссон, Наследный Принц Йотунхейма заинтересован только в Асгарде, и приходит к мысли, что Тора Одинсдотэр идеальное средство к достижению цели. Локи Локи только что закончил ненавистную тренировку по военной подготовке, нехотя делая то, что от него ожидают, и возвращался в свои покои, чтобы привести себя в порядок, когда один из посланников отца остановил его. - Ваш отец приказал передать, что бы Вы оделись соответствующим образом и были готовы к путешествию в Асгард. Локи ничем не выдал своего удивления, он только кивнул и продолжил свой путь, делая вид, что осведомлён о причине побудившей отца вызвать его. На самом деле, всё было наоборот. Единственная причина, которая приходила ему на ум, это то, что отец готовит своего Наследного Принца, как дипломата, а не как фактического наследника престола. Локи стиснул кулаки, ногтями раня ладони в кровь, пока не успокоился полностью и смог медленно разжать руки. Он пробормотал заклятье, и ранки исчезли, но боль и позор от обмана отца никуда не делись. Это была не его вина, что он родился карликом – первым и последним ребёнком Фарбаути. Его отец так и не простил ему этого, у него вызывало негодование, что столь слабый и низкорослый йотун, является его первенцем и наследником. Локи стиснул зубы и решительно направился в ванную. Когда настанет время, он покажет и ему и придворным на что способен. Докажет им, что сила – это не только вопрос размера мышц, но также остроты ума. Такие мысли были слабым утешение в тот момент, но это единственное что ему оставалось. Он не мог позволить себе быть в плохом настроении, находясь рядом с отцом. Локи понимал, куда они собирались, так что это было особенно важно. Асгард. Даже мысль о нём заставляла раздражение, подниматься по позвоночнику и проникать в мозг. Он был всего лишь ребёнком, когда вспыхнула война между Йотунхеймом и Асгардом. Это была тяжелая и кошмарная битва, его прятал один из воинов отца. Именно тогда Один пал, сражённый клинком Лафея на ступенях разрушенного дворца, который после объявления победы был стёрт с лица земли. Локи хотелось бы увидеть, как всё произошло. Как его отец оказал поверженным врагам надлежащие почести и вернул войска, которые несли окровавленное тело их царя обратно в Асгард, его Царице и дочери. Глаза Локи расширились, и он почти соскользнул в ванну полную тёплой воды. Как он мог быть таким слепым дураком? Его везли в Асгард не как дипломата. Он ехал туда для выполнения условий договора, который был заключён между его отцом и Царицей Асгарда, чтобы остановить кровопролитие после падения Одина. Она могла продолжить войну, но их люди и ресурсы исчерпались, а на руках был грудной ребёнок. Так что ей пришлось согласиться с тем, что когда её дочь достигнет совершеннолетия, то Лафей и его первенец придут за ней. Локи должен был признать, что, возможно, это одна из самых безжалостных вещей, которые Лафей предпринимал в сторону Асгарда. Фригг так никогда больше и не вышла замуж. А её дочь является единственным ребенком, родившемся в союзе с Одином. Она была бы наследницей престола. Но не теперь. Заложник, от хорошего поведения которого зависит судьба Асгарда. И возможно, только возможно, она станет путём Лафея к трону Асгарда. Это был дьявольски хитрый план. И хотя Локи иногда ненавидел своего отца, но не мог не признать, что тот способен строить долгоиграющие планы и приводить их в жизнь с почти безупречным совершенством. Да. Он ненавидел его, но в таких случаях, как этот, не мог не восхищаться. И учится у него, а когда придёт время, он сможет выиграть, получит трон и уважение, которого заслуживает. Тора Тора не могла говорить, она просто наблюдала за горничными пытающимися сделать её неотразимой настолько насколько это возможно. Все асы знают, что йотуны имеют иные стандарты красоты, но её мать всё равно распорядилась, чтобы Тора предстала в наилучшем виде, хотя, в любом случае ей не причинят вреда. Платье, в которое её нарядили, было тяжелым, из шерсти королевско-синего цвета, чтобы контрастировать с огненно-рыжими волосами, которые были зачесаны назад и струились по спине свободными завитками, а по бокам их закрепили серебряной тиарой с сапфирами,. Оно обтягивало фигуру, подчёркивая грудь и бёдра, почти не оголяя кожу. А сверху был накинут тяжёлый меховой плащ, сохраняющий тепло. Кожа лица была очищена скрабами, а из украшений на ней была только пара серебряных серёжек инкрустированных лунным камнем. Торе очень хотелось сорвать всё это с себя и одеть свой кожаный охотничий костюм. Ей не нравилось носить столько одежды и раздражало, что её наряжают в столь дорогие одежды, лишь в попытке поднять её цену, словно какой-то вещи. О том, что она должна заплатить своей свободой за мир, Тора знала с самого начала, с тех пор как стала достаточно взрослой для того чтобы это понять. По достижении совершеннолетия ей придется отправиться в Йотунхейм. Процветание Асгарда напрямую зависит от её хорошего поведения. Стоило ей пошевелиться, как её отчитали. Поэтому приняв прежнее положение, и тяжело вздохнув, она вспомнила последние мудрые наставления матери, которые та дала этим утром. - Помни, не важно, что случится. Ты – моя дочь. Ты – дочь своего отца. Ты – Асгард. Никогда не забывай, что ты способна вынести все, чтобы не случилось, в Йотунхейме. Фригг отвлекла Тору от не весёлых мыслей. Её глаза были полны не пролитых слёз и единственное, что она смогла сделать – это поцеловать дочку в лоб и оставить на попечение горничных, чтобы те продолжили подготовку. Когда всё было сделано, Тору охватил страх. Что с ней будет, когда она окажется в Йотунхейме? Будет ли она просто заложницей? Или её будут использовать в качестве постельной грелки, заставят рожать бастардов-полукровок, пока она, в конце концов, не скончается во время родов? Какой из вариантов окажется верным? Тора даже не смела надеяться, что станет любимой наложницей или женой. Она видела йотунских женщин, внезапная слабость вдруг накатила на неё, она знала, что не сможет с ними конкурировать. Они были очень бледными, и с кожей отливающей синевой казались неземными существами. У них были длинные волосы тёмно-синего, почти чёрного цвета, а тела изящны и стройны. Нет, она не смогла бы с ними соперничать, лишь смириться с ролью заложницы или шлюхи. Ничего более. Оставалось только надеяться, что ей хватит сил выдержать всё, что с ней сделают и не сдаваться. Она дала себе обещание, прежде чем горничная вернулась и закрепила тяжелый серебряный пояс с сапфирами вокруг её бёдер. Тора сошла с подиума на котором стояла. В тот же момент открылась дверь, и вошел посланник, на его лице читалась смесь из облегчения и вины. Все знали, что должно было произойти, но никто не осмелился сказать что-либо в её защиту. Это бесило, но она поступила бы также. - Царица и придворные ждут Вас, Принцесса. – Сообщил он, протягивая руку, чтобы сопроводить её. Тора кивнула и схватилась за неё. Несмотря на охвативший её ужас, она встретит свою судьбу с высоко поднятой головой. Никто никогда не скажет, что Тора Одинсдотэр струсила.