Несказанные слова

«Третий круг. Дарья Домрачева промчалась уже половину дистанции, которая у женщин десять километров, но впереди стрельба из положения сто…» На полуслове ноутбук вдруг уплывает вдаль в неизвестном направлении. Вместе с наушниками. Вместо привычного голоса Димы Губерниева в уши врывается не менее привычный голос Димы Малышко. Но даже эмоциональный крик первого кажется цветочками по сравнению со вторым. — Шипулин! Ты тут? Десятый раз тебя зову! — прыгает передо мной Малышко, как мельница, размахивая руками. — Снова в ноуте завис! Что ж ты там нашёл такого? А-а-а, колись! — заглядывает он в ноутбук. — Не-е-ет! Не трогай! — изо всех сил пытаюсь отобрать компьютер, закрывая при этом экран. И зря! Увидев, как я яро сопротивляюсь, Дима с новыми силами набрасывается на меня. Любопытство разгорелось пуще прежнего! Выхватив у меня комп, он смотрит на экран. — Что… Что?! Домрачева?! «Фух, слава Богу, ему попалось видео, где Дашка просто едет на лыжах!» — Да. И что? — Хмм… И зачем было так яростно прятать? Может, влюбился? — просто желая поддразнить, подстебнуть меня, этими словами он попал прямо в точку! — В Домрачеву? Да ни в мысли! Просто технику её изучаю, — наконец хоть одна здравая мысль приходит мне в голову. — Э-э-э! Да ты покраснел, приятель! — Ни фига! Отвяжись уже, иди Гараничева разыгрывай! Дай мне хоть минутку спокойно посидеть! — Ну, ладно. Смотри у меня!.. Ох. Слава Богу, ушёл. Наконец можно со спокойной душой закутаться в тёплое одеялко и… Ах, как же хороша Даша! Жаль, что не наша! А правду глаголят российские болельщики! Будь Домрачева в нашей команде — почаще хоть виделись бы. А то «привет-как дела-пока» — на этом разговор заканчивается. «Как дела» это в лучшем случае. Далека она от меня. Вся в своих делах-заботах. — Э… Снова на Дашу любуемся… — я и не заметил, как рядом появился Дима Малышко. — Что ты на меня так смотришь? Минута прошла, и не одна… Неплохой выбор, скажу я тебе. Спортсменка, красавица… Поженитесь, вместе на гонки ездить будете. Только за какую сборную? Надеюсь, к нам Дарью переманишь? — Ты не так всё понял. Дима, я… — Я понимаю, да. Лыжную технику изучаешь. Просматривая видео пресс-конференции. Отличный, замечу, метод! — Не, я смотрел на лыжный ход. Только сейчас видео переключилось… Не знаю, как конференция затесалась сюда. — М-м-м… Да я смотрю, много у тебя интервью с Дашей тут… — даже не слушая мои оправдания, перещёлкивает мои видео вредный Малышко. — Сейчас я это… Английский учу. Дарья его знает на отлично… И вот… — А весело, наверно, изучать английский в интервью на русском языке, — пихая меня локтём в бок, смеётся Малышко. — Ну тебя! — выдыхаю я. — Признайся уже, Шипулин. Спалился — не отвертишься! Понимаю: неразделённая любовь, всё такое… — Не неразделённая! — чего-то резко выкрикиваю я, на последнем слове захлопнув рот рукой. Но поздно: Дима во все глаза пялится на меня с разинутым ртом. — Ну, то есть, не разделённая… Короче, не знаю… — бормочу себе под нос. — Что?! Так ты не сказал ей? Я лишь смущённо киваю головой. — Ну ты и идиот! Такой шанс пропадает! Давай признавайся скорее, а то уведут её у тебя, такую красавицу! Признайся — и узнаешь ответ. Меньше хоть в облаках витать будешь! Ведь те три промаха на первом рубеже в пасьюте в безветрие, как я понял, из-за неё?

***

Уже пол ночи не могу заснуть, обдумывая Димины слова. В десятый раз набрав сообщение Вконтакте, снова стираю. Каким бы сильным спортсменом я не казался, не могу сделать такую смехотворно простую вещь: нажать кнопку «отправить». Просто не могу и всё. Рука немеет. Сердце стучит, кажется, на всю комнату. Как бы соседи не пришли с жалобой на ночной шум! Вместе с сердцем совершают периодические колебания и буквы моего признания на экране, то появляясь, то снова исчезая.