Вьорн Золотого Герцога

ЭЛИАН Мы с Нэром ехали медленно верхом по аллее. Аллея уже относилась к территории королевской резиденции. Если не формально, то фактически. И скорее всего, уже из-за кустов на нас глядели и следили… Впрочем, мы не скрывались. Я ехал и думал: а вернусь ли я вообще с этой встречи? Веззар назначил аудиенцию в беседке – само по себе это было добрым знаком. Я даже не ожидал. Скорее, с учетом того, что рассказал мне Эртен, я бы не удивился, если бы встреча предстояла в его резиденции – той части здания, что примыкала к помещениям Стаи… Беседка – это было почти как раньше. Вот уже мы въехали на обсаженную цветами аллею, и вышколенный гвардеец в конце аллеи красивым движением заступил нам дорогу. - Жаль, я не могу пойти с Вами, сейн, - чуть ли не с отчаяньем вздохнул Нэр. - Жаль, – согласился я. – Правда, я надеюсь, что чисто физической опасности Его Величество для меня не представляет… Ну а что касается остального… целее будешь, не слыша наших речей. - Да и вряд ли бы я смог защитить Вас… тут, - нехотя признал Нэррем. – Впрочем, может быть, я бы смог задержать и дать форы… дать шанс уйти… Ладно! Надеюсь, моя тревога необоснованна… - Я тоже надеюсь, мой друг. Всё-таки я не к пиратам иду договариваться… - улыбнулся я. - Для многих и многих разница в итоге незаметна, - опасно близко к бунту пробурчал Нэр, прекрасно знавший, что уж я-то его не сдам. - Но я и оттуда возвращался… - подмигнул ему я, стараясь настроиться на беззаботный лад. Я подданный Гезонга, преданный короне. И мне нечего бояться… - Не дразните тигра, Ваша Светлость, - тихо и напряженно сказал он и… отступил назад, забирая у меня Шоколадку. Дворцовый гвардеец, терпеливо ждавший, когда я буду готов, повернулся и со словами «Следуйте за мной, Ваша Светлость» повел меня в беседку. Шпагу мне оставили – это хорошо, с нею как-то уютней. Веззар задумчиво сидел за столом – беседка была столь ажурной, что мне даже показалось: мое появление вызвало слабую улыбку на его лице. Но что могла означать эта улыбка? Предвкушение? Что он сам ждет от сегодняшней встречи? Не радость же от моего появления я увидел – хотя несколько лет назад могло быть и такое. - Доброго дня и благополучия Вашему величеству, - поклонился я. - Благодарю, Ваша Светлость, и Вам того же желаю, - кивнул он мне. – Не составите ли мне компанию в чаепитии? Или Вы хотели бы чего-нибудь покрепче? Гм, было бы неплохо, наверное… но я этого не скажу. Пусть он сам решает. - Чаепитие – когда чай хорош – доставит мне большое удовольствие. И что касается всего остального – вы же знаете, Ваше Величество, что я с радостью составлю вам компанию… Помнишь ли ты, сколько раз сидели мы – даже и вот в этой беседке – и разговаривали о войне, о море, о женщинах?! - Хорошо, если так, - с некоторым оттенком меланхолии отозвался король и сделал знак невидимому слуге. Когда тот подошел (сразу сделавшись обычным человеком), Веззар распорядился насчет чая и закусок и жестом велел мне сесть за стол. - Как идут Ваши дела, сейн? – Веззар расположился в кресле напротив. – Я слышал, Вы затеяли осушение западных болот в Шеннерти… Похвально! Пахотные земли никогда не помешают. Но насколько это все надежно? - Вы совершенно правы, что сомневаетесь, Ваше Величество – разумеется, я сперва хочу сделать это на сравнительно небольшой площади. Советы, что дают мне, противоречивы – кто-то говорит, что я получу великолепные поля, а кто-то – что могут пересохнуть в округе реки и ручейки, так что надо быть очень осторожным… Ну и разумеется – как же я могу лишить вас возможности пить любимый морс! Так что часть болот останется… непременно. И ягоды на них тоже… - Насколько я знаю, от болот приключаются всякие болезни, так что осушение должно пойти на пользу Вашим людям, - Веззар слегка прикрыл глаза и чуть хрипловато добавил, - Оргейл говорил мне это, кажется… - Я буду крайне внимателен… Пусть сам начинает разговор про Оргейла. Я не буду помогать… Глаза его потемнели – то ли от гнева, то ли еще от чего… - Это правильное решение, - Веззар уставился на меня прямо и почти возмущенно. – Внимательность и осторожность. От Ваших решений зависит так много жизней, Ваша Светлость – было бы прискорбно обречь их на неприятности поспешностью и упрямством. Не так ли? - Разумеется… Кто, как не Ваше Величество, может прочувствовать тяжесть этого груза! Никакой поспешности… Я учусь этому у вас. Когда-то это и вправду было так. Почти. Ярость полыхнула где-то за зрачками… Вот-вот прольется на виновника, посмевшего разозлить… Или мне кажется? В беседку внесли поднос с чаем, печеньем и крошечными пирожными, украшенными половинками орешков-сухариков. Пока лакей сноровисто расставлял все на столе, король смотрел перед собой. А с его глазами происходило что-то странное. В них появлялось выражение – загнанности какой-то, боли и… ненависти. А потом это исчезло, и король уже спокойно заявил: - Полагаю, Вы уже давно превзошли меня в… во всем, Алвиан. Даже в слухах… разных. - В слухах, легендах и сплетнях нетрудно превзойти, Ваше Величество… Да это и естественно – чернь охотно сочинит что-то о герцоге Элиане, но не осмелится сочинить ничего о короле. Так и должно быть. Я уже давно устал опровергать самые нелепые россказни о себе – надеюсь, что мои друзья им не поверят, только и всего. Он как-то грустно качнул головой и сказал: - Поверить не поверят, но расстроятся, я полагаю. Неприятно все же, когда на друга выливается столько грязи. - Время всё отсеет, Ваше Величество! Нельзя жить, постоянно оглядываясь на то, ЧТО о тебе могут сказать… Разумеется, это мое мнение, и я могу ошибаться. Я взял с тонкого блюдечка пирожное, и прежде чем с подобающим случаю изяществом отправить его в рот, вдруг подумал, глядя на эту кулинарную драгоценность: а вот интересно, Варьена Заргель хоть раз в своей жизни ела что-то подобное? Может, как-нибудь устроить пикник с участием Кеньи и ее родни, угостить их как следует… - Время… - король уставился в хрупкую чашку, словно именно там ожидал обнаружить упомянутую субстанцию. – Время лечит много чего. Даже, говорят, боль утраты притупляется… Только вот с воздаянием сложнее. Необходимость его никуда не девается, ни через год, ни через десять лет… И даже если кто-то пытается обманом укрыться от возмездия… это ничего не значит. Он поднял на меня взгляд и тихо-тихо, почти шепотом проговорил: - Отдай мне убийцу моего брата, Алвиан. Откажись от орнаты. Разве часто я просил тебя о чем-либо? Разве я вообще о чем-то тебя просил? Я не то чтобы растерялся – но, по правде говоря, его прямота меня удивила. Вот так, значит? Сразу и в лоб? Ох, Эртен… Женщины бывают ОЧЕНЬ мстительны, особенно те, кого отвергли… А ведь Веззар и вправду считает тебя убийцей, вот ведь как! И прежде чем я успел просчитать все «за» и «против» откровенности, смотря в грязно–серые глаза короля, полные неподдельной боли, слова сказались сами: - Разве я воспользовался бы орнатой, если бы не был уверен в том, что защищаю невинного? Надеюсь, вы не думаете обо мне так плохо… Я восхищался Оргейлом и хотел бы удостоиться чести стать ему настоящим другом – но не успел. Глаза его сузились. Бешенство… то самое, почти что знаменитое бешенство Веззара II… Казалось, еще мгновение, и оно вырвется на волю – и кто знает, что случится тогда? Интересно, хватит ли у Его Величества духу упечь меня в Ночные казематы? - Не утверждай о его невиновности, Алвиан, – все так же тихо сказал он, каким-то невероятным усилием усмиряя собственную бурю. – Он – убийца, избежавший казни. - Я сам убил бы его, если бы это было так! Я не лукавил…Попадись мне настоящий убийца, я бы так и сделал.. Единственное, что могло бы меня удержать – это возможность отдать его на публичный суд и публичную же казнь. - Поверьте мне, Ваше Величество… Кени говорила, что нету во мне магии, нету и на ломаный дайм. А всё-таки?! А если верить, что МОЖЕШЬ, то… то это тоже магия! Магия воли! - Поверьте. Ведь Вам хочется поверить. Я не обманывал Вас ни разу – и не обманываю теперь. Я хочу… я обещаю сам покарать убийцу Вашего брата или сделать так, чтобы его покарали Вы лично. Но этот шалопай… нет, он не виновен. Веззар, - неожиданно назвал я его по имени, как когда-то… давно, это теперь казалось так давно! - Веззар… Я не смог бы солгать Вашему Величеству в таком… по поводу Оргейла. Я перестал бы уважать себя… и Вас тоже. Мой вьорн невиновен. И это значит, что убийцу надо искать! Как легко, как здорово говорить правду! - Я бы отдал всё моё золото, если бы мог сделать так, чтобы он был сейчас жив… И это тоже было правдой – скольких проблем тогда не было бы! А Оргейл стал бы мне другом, я знал это. - Мне безумно жаль, что мы с ним не успели сблизиться… но и тогда я не желал бы ещё больше его вернуть. Ваше величество! Бывает так… быть может, раз в десятки лет, но бывает… что люди ошибаются. Есть улики и даже свидетели – но человек невиновен. Так бывает. Мой вьорн – не убийца, клянусь вам! Говоря это, я смотрел пристально в глаза короля. На мгновение промелькнуло в голове: «Как странно… Я сейчас более взволнован и откровенен, чем когда мы говорили с прежним Веззаром… Может быть, я пытаюсь достучаться? Может быть, нужна боль и переживание – как удар шпаги Эртена, чтобы вернуть прежнего короля?!» - А что если ошибаетесь Вы, Алвиан? Или Вы считаете себя непогрешимым и не способным ошибаться? Он – убийца… - голос короля стал вдруг горячим и взволнованным. – Даже его друг не стал его выгораживать… Откажитесь от орнаты, ради Вас я даже дам слово, что… он умрет без мучений. Но не выгораживайте убийцу, который, кажется, умудрился обмануть и Вас… - Он спас мне жизнь. Он… не мог убить принца, ему просто незачем было это делать… А что касается друзей… Ваше Величество, разве не подводят они нас в самый ответственный момент? От трусости, расчета или зависти… меня тоже предавали. Я знаю… и здесь… я не ошибаюсь. Где угодно – да. Но не в этом. - Вы – очень преданный орнинг, Алвиан, - тоскливо и горько прошептал Веззар. – Я понимаю – Вы не можете вот так просто отдать на смерть того, кого считаете спасителем. Тем более если Вы сами стали его благодетелем. Мне бы вот тоже… Голос у него вдруг исчез, и беззвучно шевельнулись губы, а глаза наполнились тяжелым, неподъемным отчаяньем, словно принадлежали пленнику, безъязыкому и беспомощному. В следующее мгновение он как будто подавился чем-то, закашлялся и вынужден был сделать несколько быстрых глотков из чашки. Когда же он посмотрел на меня вновь, в его глазах ничего уже не было. Ни тоски, ни ненависти, ни волнения. Спокойно и равнодушно смотрел он на меня, и так же спокойно и равнодушно прозвучал его голос, вновь наполнившийся звуком: - Что ж… Раз Вы считаете своего вьорна невиновным, Мы примем это во внимание, Ваша Светлость. А теперь поведайте, что же такое с Вами произошло по дороге сюда. Нам доложили, но Вы же сами знаете… Эти доклады настолько сухи и скучны! Боги, что это?! Ты только что был таким, как раньше, даже это желание мести и просьба… «Разве часто я просил тебя о чем-либо»? И всё так, да – я обычно и сам догадывался, что нужно сделать и что тебе хотелось бы… Найти и перекупить у упрямого старого графа заинтересовавшую тебя книгу… Подарить чистокровного жеребца… Поставить в театре пьесу, написанную твоей любовницей… Она ведь талантливая, пьеса. А вот где теперь бедняжка Меэли, ее автор? Впала в немилость? Тебе более неинтересно, что же теперь будет с убийцей и расследованием?! А я-то чуть было не поделился своими подозрениями… когда ты показался мне прежним. И эта боль во взгляде – она была, была, я же видел! Ну почему я не маг?! В какой-то момент мне показалось, что вот сейчас, упершись взглядом в твои глаза, я достучусь до прежнего Веззара, и все недоразумения, все твои дикие распоряжения и жестокость последних трех лет растают и забудутся – я первый бы постарался забыть. Но вместо этого – холодное, вежливое и равнодушное «что же с вами произошло»? Даже и любопытства–то настоящего нет. Ничего настоящего. Но доспех крепок – не содрать. Ничего настоящего – но оно работает… как та боль, от которой избавил меня Эртен своей шпагой. - Всё просто и досадно, - ответил я. – По дороге сюда мы оказались вблизи того места, где произошло ограбление. Грабители использовали сильный амулет, ну а я… оказался рядом. Случайно. Вот и всё. - Разумеется, случайно, - король чуть склонил голову, улыбаясь. – Но что же амулет? Надеюсь, Вас не слишком сильно зацепило, сейн, раз Вы изволите сидеть передо мной сейчас. Или… Вы просто успели выздороветь? - Да… Я поправился, хвала создателям. Благодарю вас за заботу и тревогу обо мне… Я пытливо всматривался в короля. Это просто любопытство или с моим здоровьем у него связаны какие-то планы? Или со сплетнями? - Интересно, а какого вида слухи дошли до вас, Ваше величество? – легким тоном спросил я. - Самого разнообразного, - отстраненно ответил он мне. – А Вы, собственно, какие именно хотели бы услышать? О Ваших постельных предпочтениях? Так я такое повторять не стану – Вы же меня на дуэль вызовете, и не посмотрите, что перед Вами Ваш государь. Или Вас другое интересует? Что-то, связанное с Вашим недавним недомоганием, наверное… Тут и впрямь вариантов множество. К примеру, говорят вот, что Вы ранены были самым банальнейшим образом. И что мы чуть было не потеряли Вас. Как же это Вы так? – он сочувственно покачал головой. – Неужели сейн вю Лежже настолько сдал, что не смог Вас прикрыть? Или это он Вас и ранил? Или, может быть… другой кто-то? Серые глаза заблестели чуть ли не предвкушением, и Веззар ласково добавил: - Может, это было покушение на орнинга? Стоит ли выгораживать так свою игрушку, Ваша Светлость? - О, если бы это и в самом деле было покушение, виновного покарали бы на месте! Даже не утруждая Стаю, Ваше Величество… Вю Лежже – первый и казнил бы тут же, Вы правы. (Хотя именно этого Веззар не говорил. Но почему бы не сказать ему о его правоте?) А вот намек на «постельные предпочтения» я откровенно проигнорировал. В конце концов, Веззар не идиот и о предпочтениях моих знает. Некоторых из моих «предпочтений» он знал лично. И не только… гм… знал. Иногда тоже «предпочитал». А в тему лучше не углубляться - как бы чего не вышло, действительно. - Так вот, что касается того амулета… кстати, интересно, как он попал к грабителям, - небрежно вставил я. - Охранники погибли, а я заработал себе магическую болезнь. Возможно, если бы она не прошла, я в конце концов пустил бы себе пулю в лоб. - Магическая болезнь… - Веззар помолчал немного. – Мне докладывали об этом преступлении. Как же Вы выжили, сейн герцог? Неужели искренне сейчас его сочувствие? И я вижу – он не хотел бы моей смерти… не хотел бы. Во всяком случае, мучительной! - Я сам удивляюсь, ваше величество. Откровенно говоря, одно время я был уверен, что скоро умру. Но видите – я перед вами. Жив и здоров… - И… что позволило Вам быть таковым? Или мне лучше спросить – кто? Что же мне сказать тебе? Ту же байку, что и Бертену? А если просочится правда? Слуги, которые могли видеть, как мы с Эртеном шли в фехтовальный зал. Его заточение в комнате и неадекватное поведение. Его окровавленная одежда… Простит ли мне Веззар эту ложь – ложь в глаза, сознательную и явную? И… не обесценит ли это ту правду, что я старался до него донести? - Меня вьорн вылечил, - ответил я ровным голосом. - Вот даже как, - задумчиво хмыкнул Веззар. – Не знал, что он умеет лечить магические болезни. - Он и не умеет. И я не умею. Но я случайно догадался, КАК надо лечить – оказалось, всего лишь… как вскрыть чирей, прошу прощения, ваше величество… Разрез. Боль… а потом вместе с обычной болью уходит и магическая – которая, к слову, была гораздо сильнее и противней. Так что я… заставил его нанести разрез. - То есть Вы теперь тоже в каком-то смысле обязаны ему жизнью, - как-то странно произнес король. - Вы совершенно правы, Ваше Величество… Ты же умный, ты всё понимаешь… Мы связаны уже, как братья! - Уже во второй раз. - Что ж… я приму во внимание Вашу уверенность в невиновности вьорна, Ваша Светлость. Как бы только он не ударил Вас в спину, - легкая, полузаметная улыбка Веззара была змеиной и полной надежды именно на озвученный исход. – А сейчас мне бы хотелось знать, какие у Вас сейчас отношения с Северным Пределом… и у вашего вьорна тоже. Веззар…уж не мою ли дружбу, или то, что может быть между королем и его вассалом, ты вспомнил?! И это было после того, как я говорил с тобой почти как раньше… говорил искренне и убежденно. Мне ведь захотелось на мгновение схватить короля за плечи, встряхнуть, да посильней, чтобы вытрясти из него то чужое, что поселилось… приговаривая, быть может, как с тяжелораненым – «успокойся, всё будет хорошо, ты поправишься…» Это ведь тоже магическая болезнь. А что, если боль от нее сравнима с тем, что пережил я? И не обязательно боль должна быть чисто физической… Бедняга… А последние две фразы – это был уже не он. И они привели меня в чувство, если можно так выразиться. Исчезла нахлынувшая жалость и желание сделать хоть что-нибудь прямо сейчас – ведь столько боли я увидел… Кени была права. Веззар околдован – не важно как, но это не он… а настоящий король, наверное, на короткий миг посмотрел на меня его глазами. И вправду – есть ли ещё у Веззара тот, кто мог бы хоть в самой малой степени назвать себя его другом? Пусть даже и в далеком прошлом? - У моего вьорна никаких отношений с Пределом, кроме мальчишеского желания показать, что он не боится страшного мага и вполне способен поддержать с ним разговор о женщинах, - сказал я. – А у меня… есть предложение о сотрудничестве, которое может быть выгодно и Гезонгу, - я слегка поклонился, - и северянам. - Почему предложение поступило именно Вам? Почему не Короне? Я пожал плечами. - Возможно, потому, что если Вы скажете – «нет», это будет окончательный ответ короля, который гораздо труднее будет превратить в «да», чем ответ герцога. - В таком случае – что за предложение? – такое впечатление, словно король ищет какую-то зацепку. – И каков был Ваш ответ? - Я не дал ещё ответа, Ваше Величество. Предложение было о концессии… золотой рудник. - Золото – это хорошо, - казалось, Веззар потерял всякий интерес к разговору. – Оно всегда кстати… Что ж… не смею более утомлять Вас своим скучным обществом, Ваша Светлость. Он встал. Мне пришлось спешно последовать его примеру. - Я был очень рад видеть Ваше Величество, - сказал я почти искренне. Он сделал несколько шагов и уже вышел из беседки, когда вдруг развернулся и добавил: - И передайте своему вьорну… пусть он разговаривает с послом о женщинах в присутствии как можно большего количества людей – иначе его очень сложно будет уберечь от обвинения в шпионаже и сговоре. - Разумеется, Ваше Величество. Больше такого не повторится. Вот ещё, значит, какая опасность может грозить Эртену… Шпионаж, ха! Но на сегодня я его отбил… Я смотрел вслед Веззару, машинально комкая в руке салфетку. Можно расслабиться. Кажется. Совсем ненадолго… «Как бы он не ударил вас в спину…» - издевательски заботливый голос. Чужой, абсолютно… так мог бы сказать… к примеру, канцлер. Веззар, тот, что был раньше – так бы не сказал. Даже если бы слова были теми же – другим был бы тон. А вот это – почти стон отчаяния. «Мне бы вот тоже…» Что – тоже? Преданного друга? Человека, уверенного в твоей невиновности? Конечно, может быть, мне что-то и почудилось, - потому, что я ХОТЕЛ это увидеть? Но я почти уверен, что сам Веззар никогда не сделал бы того, что творилось последние годы его именем. Всё-таки я верю в тебя, Ваше Величество! А если нет - то почему из глаз короля плеснуло такой болью?!