Ветви плакучей ивы

Дни сменялись неделями, а Лихолесье жило своей размеренной жизнью. Казалось, что неспокойно на душе лишь у одной Мелимэ. С принцем она почти не виделась, а в те редкие моменты, когда они случайно встречались в коридорах, он дарил ей легкую улыбку и стандартное приветствие. Для него, казалось, ничего не произошло - просто в один момент они с юной эльфийкой стали невозможно далеки друг от друга. Мелимэ больше не ждала принца у ворот, да в этом и не было смысла - раньше он сам информировал ее о своем уходе и прибытии, сейчас она даже не знала в дозоре он или нет. К тому же, если она узнавала, что аранен снова на зачистке границы, то ждать его раньше, чем через несколько дней было глупо. Леголас будто утрачивал все, что связывало его с домом, поэтому, когда Мелимэ перестала его ждать, то он перестал торопиться с возвращением во владения своего отца. Мелимэ все больше времени проводила у реки под кронами ив, где она могла позволить себе выплакаться, не натыкаясь на сочувствующие взгляды служанки и знакомых ей эллет. Эльфийка не могла и предположить, что такое светлое и доброе чувство, как любовь, воспетое в песнях и книгах, может приносить столько боли. Каждый раз видя Леголаса с Тауриэль, Мелимэ резко сворачивала в другую сторону, не замечая косые взгляды других эльфов. Ей было больно видеть, как принц смотрит на рыжеволосую стражницу, как легко и весело ему с ней. Она сравнивала их с солнцем и ветром, которые дополняли друг друга. Леголасу хотелось свободы, а Тауриэль грела его надеждой на новые приключения, мысли о которых также жили и в ее сердце. Мелимэ же сравнивала себя с ивой, которая грустно устроилась на берегу реки и роняет в воду свои слезы, поскольку никогда не сможет уйти со своего места вслед за ветром. В один из дней эльфийка получила письмо от матушки из Лориэна. Они с отцом и ее младшей сестрой скучали по Мелимэ и просили приехать навестить их. Девушка долго не решалась ответить им - она тоже скучала по родным, но, казалось, если сейчас она уедет из Лихолесья, то больше не вернется, а это значит, больше не увидит принца. С наступлением нового дня Мелимэ посвящала всю себя работе: принимала больных больше, чем обычно, читала лечебные книги, создавая новые отвары и снадобья, чаще ходила за травами и кореньями. Все это отвлекало ее от мыслей о светловолосом эльфе, которого она не видела уже несколько недель. Однажды посмотрев на цветы, разложенные на своем подоконнике, Мелимэ поняла, что также, как они, медленно высыхает. Ее волосы потускнели, глаза утратили былой блеск, а улыбка уже давно не появлялась на тонких губах. Даже сам Владыка Трандуил отметил, что эльфийка выглядит нехорошо: - Мелимэ, - однажды окликнул он ее в коридоре. - Да, Владыка? - Все ли с тобой в порядке, дитя мое? - Все хорошо, Владыка. - Ты выглядишь уставшей. Нимиэль сказала, что ты днем и ночью трудишься, - Трандуил посмотрел прямо в глаза юной эльфийке, - тебе нужно больше отдыхать. - Да, Владыка, - тяжело выдавила из себя Мелимэ и скрылась в проходах. Все больше и больше она понимала, что так не может продолжаться. Жизненная сила покидала тело Мелимэ, но девушка все еще любила принца и не могла уйти от него. Все изменилось в один вечер, когда она застала его с Тауриэль. Юная эльфийка вновь задержалась в южной части, составляя рецепт нового отвара от головной боли. Тихой и легкой походкой передвигалась она по коридорам, пока ноги ее сами по себе не свернули в сторону королевских покоев. Девушка никогда не была в комнате принца, но часто доходила с ним до его спальни. Мелимэ решила просто прогуляться там, хотя в душе понимала, что все, конечно, вовсе не просто - она надеялась встретиться с Леголасом. Оставалось подняться всего чуть-чуть, и Мелимэ уже сворачивала к лестнице, когда вдруг ее глаза заметили на балконе принца две фигуры. Леголас страстно целовал Тауриэль, тесно прижимая к себе, а рыжеволосая эльфийка выгибалась навстречу, отвечая ему с ничуть не меньшим пылом. Глаза Мелимэ наполнились слезами. Подняв подол платья, она побежала прочь от того места. Проходящие мимо охранники странно глядели на нее, а некоторые даже пытались окликнуть, предлагая помощь. Но она ничего не слышала и не видела. Оказавшись в спальне, девушка достала из нижнего ящика трюмо письмо матери. Еще раз пробежавшись по нему глазами, она позвала служанку и попросила принести ей перо и бумагу. Через некоторое время ответ был готов - девушка просила ждать родителей ее скорого прибытия к ним. Навсегда. Digital Daggers – Still Here