Юнезис: книга первая

Чёртова палата. Чёртов Храм. Чёртовы джедаи. А врач оказался прав – где-то к середине ночи состояние и правда начало ухудшаться. Примерно так же, как на Альтморе, но много быстрее. Чёрт, такими темпами это и правда будет моё последнее утро… А что можно сделать? Что я могу? — Ситхов яд! — я с горечью ударила кулаком о прикроватный столик, отчего всё, что на нём лежало, градом посыпалось на пол. С металлическим звоном о каменный пол ударился жук, рухнули фрукты и вчерашний ужин; громче всех приземлилась книга. Морально обессилев, я с ногами забралась на стоявшее в углу палаты кресло и подтянула колени к груди. Ладно, пусть всё болит, пусть кружится голова и мутнеет рассудок, хорошо! Это слишком часто случалось в моей жизни, я согласна, пусть будет так. Но это отвратительное чувство беспомощности… Когда всё происходит на твоих глазах, ты видишь, чувствуешь это, но ничего не можешь сделать. Ненавижу. Какое-то время я ещё сидела в кресле и смотрела в окно. Часов в комнате не было. Постепенно небо над городом начало светлеть, а вскоре показались и первые лучи солнца. Жаль, правда, что восхода я не дождалась, – сказалась усталость.

***

Утро встретило меня холодными руками медсестры и весьма ощутимым уколом в районе плеча. От неожиданности ли, от острой ли иглы я подскочила с кресла и чуть не рухнула на пол из-за внезапно накатившей волны головной боли. — Тише, тише, вам не следует вставать так резко! – вдруг всполошилась молодая медсестра и за локоть потащила меня в сторону кровати. Затолкав мою безвольную персону под одеяло, она налила в кувшин воды. Проводив её до двери взглядом, полным ненависти, я уткнулась носом в подушку. — Надо ж было проспать столько драгоценных часов! — уныло протянула я, борясь с новым приступом усталости. Так, хорошо, к утру я не развалилась. Вроде бы даже ходить могу – этот факт не может не радовать. Я опустила руку на пол и на ощупь нашла небольшое зеркальце, что прошлой ночью, как и всё, рухнуло на пол. Н-да… Лучше б я этого не видела. Вчера я даже не удосужилась поглядеть на себя перед тем, как покинуть палату. Из-за стекла на меня смотрело исхудавшее бледное нечто, смотрело мутными глазами, обведёнными непонятными фиолетово-синими кругами, отдающими в зелень. Кожа истончилась настолько, что открывала взору все сосуды и капилляры, казалась прозрачной. Даже по обыкновению пышные кудрявые волосы как будто завяли и приобрели какой-то серый тусклый отблеск. Я намотала один из локонов на палец, поднесла поближе к лицу и внимательно рассмотрела. — Какого чёрта?!.. О, это оказался отнюдь не просто отблеск – седина… — Ты чего носом клюёшь, падаван? — до зубного скрежета бодро прозвучало с порога. Я подняла глаза и хотела было взвыть, мол, устроили тут проходной двор, но быстро передумала, признав в вошедшем Оби-Вана Кеноби. Джедай стоял в дверях с каким-то контейнером в руках и приветливо улыбался. — Здравствуйте, магистр Кеноби, — кивнула я, приглашая его зайти наконец в палату. — Ну, юный падаван, и как ты себя чувствуешь? — всё также приветливо поинтересовался он. Интересно, а Энакин рассказал ему правду или нет? — Честно или приврать можно? — кисло улыбнулась я. — Лучше, конечно, честно. — Как будто по мне пробежалось стадо бешеных бант, — скривилась я. — Ничего-ничего, ты молодая, всё пройдет, — рассмеялся Кеноби. — Но в этот раз вы знатно вляпались, юная леди. Чёрт, а мне и ответить нечего. Чистую правду говорит – глупо это вышло. — Держи вот, — продолжил джедай, ставя на кровать вышеупомянутый контейнер. — Тебе тут твой непутёвый учитель передал. — А где же сам мой непутёвый учитель? — усмехнулась я, ковыряясь с защёлкой на крышке. — Увы, его вызвал магистр Йода. Так что он всучил это мне, раз уж я всё равно собирался тебя навестить. — А что там? — спросила я, всё ещё не в состоянии открыть коробочку. — Вот уж не знаю, я не открывал, — подмигнул Кеноби. Да, конечно, не открывал, так я и поверила. Наконец треклятая крышка поддалась. Ну, что сказать, в этот раз Энакин переплюнул сам себя. Видимо, решив, что раз я могу нормально двигаться и нормально есть, он затолкал сюда ровным счетом всё, что нашел на рынке. Там были как привычные для подобных передачек фрукты, так и весьма экзотичные по внешнему виду сладости. Я фыркнула. Глупый способ меня задобрить в таком состоянии. Магистр, конечно, не понял этого жеста и сильно удивился. Видимо, ему всё-таки ничего не рассказали… — Что за реакция? Его сегодня весь день где-то в городе носило, для тебя же старался. — Весь день?! — я озадаченно подняла глаза на Оби-Вана. — Скоро уже смеркаться начнёт, — удивленно проговорил магистр и, погладив бороду, спросил: — Ты только проснулась, что ли? — Как?! Неужели скоро вечер?! — я пропустила его последний вопрос мимо ушей. — Не волнуйся ты! Выспалась и ладно! — улыбнулся Кеноби. — Не убивайся так. — Нет, вы не понимаете… — Конечно, не понимаю! Мне же высыпаться не дают! — наигранно возмутился джедай, уперев руки в бока, чем вызвал у меня улыбку. — Эй, но так же нельзя! — послышалась ругань из коридора, сопровождаемая шагами. Тяжело было посчитать, сколько конкретно шло людей, но точно не один и не два. Неужели все эти гости по мою душу? Предположение подтвердилось спустя секунды, когда по двери с той стороны кто-то ударил кулаком, а после громко провозгласил: — Да нельзя её под суд в таком состоянии! Как вы этого не понимаете! — О, а вот и чёрт! — развёл руками Кеноби. — Интересно, что там такое? Я пойду посмотрю, не скучай, рыжая, — он махнул рукой и покинул палату. — Магистр Кеноби, вы тоже тут? — удивленно проговорил кто-то. — Да, магистр Винду, тоже. Обрисуйте, пожалуйста, что тут происходит. — Как вам будет угодно, — ответил другой голос, принадлежавший, кажется, магистру Пло. Голоса удалились от двери. Обидно как-то: разговаривают про меня, а мне не слышно… Ничего! И на моей улице праздник будет. Вот только когда теперь, при нынешней-то ситуации? Что ж, тогда ждём. Когда дверь палаты вновь открылась, на пороге возник Энакин, а за ним уже бывший здесь магистр Кеноби. — Ну что, мелкая, как? Настрой боевой? — почти пропел учитель. — Тьфу! И ты туда же?! — буркнула я. — Эй, поуважительней, мелкая! — рассмеялся Энакин и расположился в кресле. — Я тут тебя от нашествия злых магистров спас, а ты… Никакой благодарности! Позёр… — Что ж ты так грубо, мой ученик? — вдруг в разговор ввязался Оби-Ван, чем сильно меня удивил. — Всё-таки ей сильно досталось! Мог бы и помягче быть! — Я уже давно не ваш ученик, магистр, — отмахнулся Энакин, наигранно скривив лицо. — Что бы ты не думал, — ехидничал Оби-Ван. — Ты всегда им останешься. Тебе до самостоятельности как до соседней галактики пешком. — Простите, магистр, — возмутился Энакин. — О какой ещё несамостоятельности идёт речь? Помнится, в передряги вы попадаете чаще моего. — Да что ты! Просто тебе каким-то чудом удаётся выходить из передряг без последствий… — Вот он – признак настоящего мастерства, — рассмеялся учитель и победно вскинул руки. — Шах и мат, магистр Кеноби! Ох, ну и детский сад… Казалось, этим двоим и всего мира даром не нужно, дай только поспорить друг с другом. — Ну хоть ты-то побудь на моей стороне, — сначала я и не поняла, что этот молебный призыв был адресован мне. — Эй, всё хорошо?.. — А? Да, вы что-то говорили? — устало улыбнулась я, сдерживая зевок. — Ты даже не притронулась к еде, — Энакин быстро забыл про спор с учителем. — Уверена, что всё в порядке? — Да! — раздражённо бросила я. — Печёшься обо мне, как о двухлетней! — Я просто о тебе забочусь! — Заботился бы – рассказал бы всё, как есть. — Рассказал что? Чёрт, всё-таки не стоит ему знать, что я подслушала тот разговор… С какой стороны ни глянь, а все его действия были продиктованы самыми лучшими побуждениями. Пусть и не все из них пришлись мне по душе. — Ничего, — буркнула я, выбравшись из-под одеяла. — Всё, давайте, учитель, — я вытянула из кресла ошеломлённого Энакина и начала толкать его к выходу из палаты. — Всё, тихий час, больным нужно отдыхать. Магистр Кеноби, вы мне не поможете? — С превеликим удовольствием! — засучив рукава мантии, ответил джедай. — Эй, ты что творишь! Это несправедливо! — голосил Энакин, упираясь ногами в дверной проём, вызывая дикий шок у всех несчастных, проходивших в тот момент мимо палаты.