Dum spiro, spero

– Проводить тебя до дома? – предлагает мой одноклассник. Мы с ним крайне редко общаемся, а если точнее – изредка здороваемся, и на этом наше общение заканчивается. – Мне не трудно. Подозрительно прищуриваюсь, откровенно долго рассматриваю довольно симпатичного парня и никак не могу взять в толк: с чего это в нем произошли такие перемены? Я просто не верю в совпадения. В чем подвох-то? Решаю согласиться, чтобы потом посмотреть, как будут дальше развиваться события. Кто его знает, может, этот придурок пригласит меня на свидание. Уже предвкушаю момент, когда дам ему от ворот поворот. Хотя, часть меня хочет позлить брата. Так и тянет узнать его реакцию, если я посреди ночи заявлюсь домой в обнимку с каким-то подозрительным пацаном. Ревнивый Кай. Посмотрим, какой из него собственник. – Я не против. – Отлично, – улыбается Саймон. Мы говорили на совершенно разные темы, но в основном об учебе. Когда разговор переходил на личности, я уворачивалась от ответа. Мне не нравятся подобно рода расспросы, потому что это не его собачье дело. Кай сидит на крыльце, прислонившись спиной к колонне. Он увлеченно читает книгу, и замечает меня, когда я всхожу по ступенькам. Брат захлопывает книгу и не спеша поднимается на ноги. – Это… – начинаю я, собираясь представить ему одноклассника, но Кай одним суровым взглядом заставляет заткнуться. Он выпячивает нижнюю губу и присматривается к русоволосому парню. Похоже, решает про себя, подходит он мне или нет. Не хватает еще проверки на вшивость. – Саймон, – представляется одноклассник и протягивает руку для пожатия. Кай остается неподвижным и непривычно молчаливым. Бедный парень неловко улыбается, собирается что-то сказать, но его как заклинивает. Сначала он прокашливается, затем снова пытается поздороваться. Жалкое зрелище. – Ладно, всего доброго, – и спешит ретироваться. Даже со мной не попрощался. Какой молодец. – В дом, – приказывает Кай, указывая рукой на дверь. – Быстро. И почему я так торжествую? Внутри все переворачивается от предстоящего скандала. Сейчас повалятся взволнованные вопросы: “кто он такой?”, “что ему от тебя нужно?”, “вы встречаетесь?” – Не взяли, – мрачно сообщает Кай о результате собеседования. – И вряд ли куда-либо вообще возьмут, разве что сраным продавцом. Я должен доучиться и получить образование. – Да, это настоящая жизнь, а не другая реальность, где ты не был обременен проблемами учебы и дальнейшими поисками работы. Я ожидала совершенно другого разговора. Подмывает заговорить о новом потенциальном ухажере, но брат и так расстроен, не следует окончательно добивать его. Как близкий человек, я должна сейчас быть рядом и всячески поддерживать. – Ты пойдешь восстанавливаться? – Нет. Я пересдам хреновы экзамены и поступлю на бюджет в другом университете. После учебы буду подрабатывать пару часов, не знаю где, но я найду работу. Я должен обеспечивать тебя. Должен. Обеспечивать. Меня. Что это было? Я его совсем не узнаю. Судя по всему, на моем лице отражается такое замешательство, что Кай заливается смехом, запрокидывая голову назад. Ах, эта пленительная шея. Так и тянет осыпать ее поцелуями. Почему я не могу просто обнять брата и никогда не отпускать его? Я хочу, чтобы всю оставшуюся жизнь мы провели вместе. Поселились бы в уютном домике, где бы нам никто не посмел помешать. Только он и я. – Ты подстриглась. – От его тихого и удрученного голоса у меня внутри все переворачивается. Машинально дотрагиваюсь до коротких волос. – Сразу, как попала в психушку. Надо бы спрятать альбом с фотографиями. С меня хватит старых воспоминаний. – Отращивай, - советует Кай. – Ты мне больше нравишься длинноволосой. – А сейчас не нравлюсь? – Я этого не говорил. – Ты такой злой еще с момента отказа в работе или все дело в моем однокласснике? Теперь ты запретишь мне встречаться с парнями? Скажи, что я только твоя. – Я предупредил тебя о том, что случится с ними. Я никому не позволю приблизиться к тебе, прикасаться или, не дай Бог, целовать. Меня приводит в бешенство одна лишь мысль, что кто-то чужой будет... – От накативших эмоций он даже не в состоянии договорить. Ну же, скажи! Он стремительным шагом приближается ко мне, хватает за плечи и приподнимает над полом. Сталкиваемся нос к носу. Трудно определить, чего сейчас Кай хочет больше всего: затрахать до потери сознания, а потом убить, или сразу покончить со мной. Его до трясучки бесит тот факт, что мне не страшно. – Ты моя, – с полной уверенностью говорит он и хорошенько встряхивает, чтобы дошел смысл сказанного. – Моя! Наконец-то вздыхаю с облегчением.

***

По барабанным перепонкам ударяет оглушающая музыка. Первым делом Кай идет выпить. Я не возражаю, но потом мы обязательно потанцуем. Я его заставлю. Ну, или при помощи своего обаяния уговорю на небольшой танец. Он выражает свое недовольство о музыке, считая, что пять лет назад она была куда лучше. Здесь я с ним не соглашусь. Брат заказывает два бокала: себе мартини, мне - шампанское. Я как бы все равно не собираюсь напиваться. За полчаса мы оба успели отшить почти с десяток поддатых и настойчивых ребят. Пару раз к Каю пытались клеиться парни, после чего я начала вести счет, кто из нас двоих привлекательнее. Я проиграла. Да и кто бы сомневался? – Ты такой красивый, – восхищается им очередной гей. – Ты точно предпочитаешь девушек? Может, пересмотришь свою ориентацию? Поначалу это было весело, а сейчас конкретно раздражает, причем нас обоих. Я тактичным покашливанием привлекаю внимание неугомонного парня. – Прости, дружок, но он уже занят. – Кем? – Ты идиот или прикидываешься? – не сдерживаюсь от резкого тона. Брат ставил бокал на стойку с такой силой, что стекло не выдерживается и со звоном разбивается. Осколки впиваются ему в кожу, но Кай словно не чувствует боли. Он извиняется перед барменом, бросает пару купюр "за нанесенный ущерб клубу" и уводит меня вглубь танцующих пар. – Надо обработать рану и перевязать руку. – Успокойся. Все нормально. – У тебя кровь хлещет, а мелкие осколки застряли в ладони. Что здесь нормального?! – Ты переживаешь за меня сильнее, чем за себя. – Потому что я живу ради тебя, – вытаскиваю из своей сумочки несколько пластырей. Кай при помощи магии призывает стакан с водой и промывает порезы. – Мне не так важна моя собственная жизнь, как твоя. – Даже после того, что я с тобой сделал? – Да. Любовно разглаживаю пластыри на ладони. Кай свободной рукой обнимает меня за талию, притягивая к себе. Отпускаю его вторую руку, и обе незамедлительно ложатся мне на ягодицы. Я подхватываю ритм песни, плавно покачивая бедрами. Вперед-назад. Стараюсь прижиматься к нему максимально близко. Как можно теснее. Зарываюсь пальцами в темные волосы брата и тянусь к его губам. Он ускоряет темп движения бедер, почти до боли сжимая ягодицы. Через ткань джинсов ощущаю его возбужденную плоть и не могу сдержать усмешки. Сокрушительный, резкий поцелуй наталкивает меня на мысль, что долго он не сможет себя сдерживать и имитация полового акта превратится в настоящий секс. Первым останавливается он. – Мне нужно на воздух, – не глядя на меня, говорит Кай и скрывается в толпе. Что за... Я кричу ему вслед, зову обратно, но он уже не слышит. Проклятье!