Dum spiro, spero

Дверь открывается. Сначала в нее заходит мой отец, точнее, влетает при помощи магии, следом заходит Кай. Он даже слова не произносит, сразу направляется к Саймону. Он собирается перерезать ему горло, но я успеваю встать между одноклассником и братом. Казалось бы, мне должно быть все равно, ведь Саймон предал меня, работая на отца. Просто я больше не могу вести такой образ жизни. Смотрю на Кая и чувствую, что меня сейчас стошнит. Голова кружится от отвратительного запаха... смерти. Он весь пропитан им. И мне противно стоять рядом с братом. Никогда прежде не испытывала такие чувства к нему. Отвращение. – Ты нарвался, – обращается Кай к отцу. – Не лезь в мою жизнь, старик, иначе ты будешь следующим, кого я прирежу с огромным удовольствием. – Хватит! Оставь его! Оставь их всех! – кричу брату. Он как будто только сейчас замечает мое присутствие, недоуменно моргает, но все же убирает нож. – Если потребуется, я убью полмира, но никто, слышишь, никто тебя не отнимет у меня! Я тебя никому не отдам. – Ты же знаешь: что бы ни случилось, я вернусь к тебе! Весь наш клан будет охотиться за тобой до тех пор, пока ты не перестанешь убивать людей. Я понимаю, как тебе сейчас трудно адаптироваться к обществу, ты пять лет провел в одиночестве, но, пожалуйста, сделай это ради меня. Не трогай больше никого. Пусть весь мир горит адским пламенем, я никуда от тебя не денусь. Я в любой ситуации найду способ вернуться к тебе. – Ты не можешь этого знать наверняка, – хмурится Кай. Его голос звучит неуверенно и слегка вибрирует. Кажется, он начинает осознавать, что натворил. Впервые за все эти годы он думает о том, что натворил. Надеюсь, у меня получится до него достучаться. Пробиться сквозь толстую стену непонимания и, наконец, показать Каю, что он может быть обычным человеком, может любить и проявлять к другим сочувствие. – Поверь в нас. Я протягиваю к нему руку и со вздохом облегчения сжимаю скользкую от крови ладонь. – Отец, на этот раз предупреждаю я: еще раз сунешься к нам, и я лично придушу тебя. По-хорошему прошу, перестань травить жизнь Каю. Оставь его в покое. Забудьте оба о старых обидах, начните жить с чистого листа. Неужели вам всю оставшуюся жизнь хочется гоняться друг за другом, отравляя жизни окружающим людям? Вы не подумали обо мне? – всплескиваю руками, словно говорю родным о простых вещах, которые они непременно должны знать. По сути же, обязаны знать. – Вы настолько поглощены жаждой мести, что забыли обо всех остальных. Вы чертовы эгоисты. Если так и дальше будет продолжаться, я соберу вещи и уеду из города, и делайте, что хотите. Кай переглядывается с отцом. По ним видно, что они оба не собираются идти на перемирие. Упертые бараны. Ладно, я попыталась. – Когда станешь прежним более-менее любящим отцом, приходи к нам на ужин. – От моих слов Кай давится воздухом. Спасибо, что промолчал. Веду брата прочь отсюда, и уже на улице Кай использует заклинание перемещения. Мы оба чувствуем себя спокойно, только когда находимся наедине. Мне так хорошо и спокойно. Только чертовски устала. Я привстаю на носочки, мимолетно целую Кая в губы и шепотом прошу его принять ванну. Пока он занят водными процедурами, я быстро переодеваюсь, собираю всклокоченные волосы в короткий хвост, беру несколько смятых купюр и на всех парах несусь в ближайшую аптеку. Хорошо, что вечером здесь мало посетителей. Продавщица с подозрением осматривает выбранные мною товары: на кассе лежат два теста на беременность, тампоны, противозачаточные таблетки и упаковка презервативов. Натянуто улыбаюсь женщине средних лет и отвожу взгляд в сторону – смотрю куда угодно, лишь бы не видеть ее прищуренные глаза, потому что в них так и читается осуждение. – Возьмите сдачу, – вежливо говорит она. Я сгребаю мелочь, сую во внутренние карманы легкой кожаной куртки свою покупку и несусь обратно домой. Кай все еще в ванной, я слышу, как громко шумит вода. Неплохо бы составить ему компанию. От этой мысли я усмехаюсь, взбегаю на верхний этаж, подхожу к двери и прислоняюсь к ней ухом. Воодушевленная, я собираюсь зайти внутрь, как дверь внезапно распахивается и по закону подлости меня тянет вперед. Кай вытирает в этот момент полотенцем волосы, поэтому не успевает среагировать и подхватить меня, а жаль. Он поднимает меня уже с пола. Из карманов, как назло, вываливаются купленные вещи из аптеки. Собрать все не успеваю. Проклятье, проклятье, проклятье! – Для чего тебе это? – он рассматривает розовую прямоугольную упаковку, на которой крупными буквами четко и ясно написано "тест на беременность". Ну, и как мне выкрутиться? – Герда, я жду ответа. – Пусть будет. – И ты решила его купить именно сегодня? – Да. – Ты никогда не принимала меня за идиота. Не нарывайся, малышка. Сейчас же делай тест, потом покажешь мне результат. – Но... – Я слишком хорошо тебя знаю. Если тест окажется положительным, ты до последнего момента будешь молчать, пока живот не полезет на нос. Не спорь со мной и быстро заходи в туалет. Иду с понурой головой, прямо как на казнь. Только когда я слышу удаляющиеся шаги Кая, мне удается немного расслабиться. Молюсь всем богам, чтобы тест оказался отрицательным. Я еще не готова стать матерью. По истечению указанного на упаковке срока ожидания я беру палочку и в страхе смотрю на количество полосок. О, нет. Голова кружится, а тело бросает в холодный пот. За что мне это наказание? Всему виной моя любовь к брату? Две маленькие красные черточки – и жизнь как будто остановилась. Я чувствую, как неприятно щиплет глаза. Почему не одна? Выхожу из туалета и плетусь к себе в комнату. Кай появляется через пару минут с подносом еды. Боже, я смотрю на него и уже ощущаю себя так, словно мы муж и жена. Какой бред. Брат забирается на постель с ногами и ставит передо мной поднос. На нем тарелка круассанов и два стакана апельсинового сока. Аппетита нет, но я не хочу огорчать Кая, поэтому беру душистый круассан и откусываю небольшой кусочек. Протягиваю руку, чтобы взять стакан, но Кай перехватывает мое запястье. – Результат положительный? – Да, – отвечаю, не поднимая глаз. – Сделай еще один. – Тебе одного не достаточно? – Я хочу убедиться, что это правда, – он злится, я вижу это по его тяжелому взгляду и плотно поджатым губам. Он мне не верит. Или тесту. – Как пожелаешь.

***

Кай будит меня посреди ночи и ведет в туалет. Сначала в психушке не давали нормально выспаться, теперь – дома. Иногда я реально жалею, что не живу одна. Никто бы не стал постоянно дергать меня по пустякам, не отвлекал от личных дел и не жужжал над ухом. Я стала слишком раздражительной. Однако я не злюсь на брата за то, что он лишний раз хочет убедиться в том, что стал отцом. Мне всегда удавалось найти объяснение его поступкам, оправдать, а потом простить. Тест снова оказывается положительным. Не сказала бы, что я удивлена. Меня охватывает какое-то безразличие, потому что знаю, что никогда и ни за что не рожу этого ребенка. Не сейчас, не при такой жизни. Я не хочу, чтобы мой сын или дочь росли в такой негативной обстановке. Когда все наладится, если вообще наладится, я рожу ребенка. По реакции отца было ясно, что он не позволит этому ребенку появиться на свет. Я сделаю аборт. Осталось только посвятить в свои планы Кая. Не желая видеть убитое выражение лица брата, я забираюсь обратно на постель и закрываюсь с головой одеялом. Как испуганная и запутавшаяся девочка, жду, когда проблемы сами собой рассосутся. Кай молчит. Я ощущаю его присутствие в комнате, но ничего не говорю. Мы оба не знаем, что делать в такой ситуации. Мы не готовы становиться родителями. Из меня получится никудышная мать, как и из Кая – отец. Некоторые люди просто не созданы для семьи. Честно говоря, нам бы не следовало появляться на свет. И вообще, какая возня с детьми и домашними заботами, когда у меня впереди еще год учебы в школе? Потом поступление в университет. А Кай? Не могу даже придумать для него подходящую работу. С его характером к людям лучше не подходить. – Мы дефектные. – И что с того? – слышу недовольные нотки в его голосе. – Если общество не способно принять нас такими, какие мы есть, пусть засунут свой язык в задницу и тактично молчат. Не им решать, что нам делать, не они принимают решения, а мы. Я догадываюсь о твоих замыслах, поэтому заявляю сразу: ты этого не сделаешь. – Ты меня не остановишь. Нужно только найти деньги и... – Мое мнение уже не учитывается? Герда, это и мой ребенок тоже. – Ты можешь представить нас родителями? – и, как следовало ожидать, – в ответ тишина. – Дело во мне. – В нас, – поправляю брата. – Слушай, давай не будем сейчас обсуждать это. Кровать прогибается. Кай ложится ко мне спиной, всем своим видом показывая, что он обижен. Мне так нравится, когда он ведет себя как капризный ребенок и проявляет недовольство, если что-то не может заполучить. Какой же он все-таки забавный. Целую его в шею и желаю спокойной ночи. Мы подумаем обо всем завтра.