Слишком разные

Впервые мне так сильно хотелось спать, но благодаря мистеру Умнику полночи пришлось потратить на учебу. Поэтому я напрочь забыла о самой важной вещи, о которой вспомнила только когда увидела Олю с Машей. Вчера из-за Велеса и его занятий у меня из головы вылетел день рождения подруги. С другой стороны, странно, что мне никто не трезвонил. А может… Я открываю сумку, достаю оттуда телефон и охаю – двадцать пропущенных. Десять из них от Оли, остальные от Димы и Машки. Мобильный стоял на беззвучном режиме. Я пропустила праздник своей подруги, и она точно не простит меня. Хотя стоит попытаться. Закинув тетрадку с записями в сумку, направляюсь к девчонкам. Вместе со мной к ним приближается Смирнов. Выглядит он, стоит отметить, не очень: опухшее лицо и растрепанные волосы - вчера хорошо погуляли. Набираю побольше воздуха в легкие и выдаю сожалеющее «привет». В ответ тишина. Делаю вторую попытку. - Прости, милая-я-я! – протягивая я виновато. - Мне послышалось или тут кто-то провякал? – полным презрения голосом спросила Оля. На языке уже вертелись нужные слова, которые могли бы послужить оправданием, но Машка опередила меня. Она схватила Олю за руку и потащила прочь, отрешенно глядя куда-то в сторону. Будто это и вовсе не моя Маша, а какая-то другая... К горлу подкатывает ком. Да, я совершила не очень хороший поступок, но такого определенно не заслуживаю... - Месяц другой, и они остынут, - слышу голос Димы за спиной. - У меня были обстоятельства, - сообщаю ему, сама не знаю зачем. Смирнов пожимает плечами, на лице фальшивая улыбка. - Главное, что с тобой все хорошо, - его взгляд меняется, будто нас и не связывали эти два года. Что мог изменить один праздник?

***

Сегодня был самый ужасный день за все два года. На душе скребли кошки - впервые я шаталась как зомби по корпусу, начала отсчитывать минуты до конца занятий и, в конце концов не выдержав и плюнув на все, ушла домой. И сейчас, как самая странная девушка в мире, в минуты тоски и отчаяния стою около кухонной плиты и готовлю блинчики. Я не часто готовлю, но порой это действует успокаивающе. Хорошо, что Алька сегодня опять до темноты у своих репетиторов. В такие моменты мне не хочется ни с кем разговаривать. Мои мысли и готовку прерывает звонок в дверь. Черт! У нас же занятия! Как я могла забыть? Убираю сковородку в сторону, чтобы ничего не спалить, и иду открывать. Велес учуял запах блинчиков, стоило ему лишь переступить порог дома. Сегодня его внешний вид ничем не отличается от вчерашнего, только вместо рубашки с майкой на нем тонкий черный полувер в полоску, одетый поверх темно-синих джинсов. Рукава подкатаны, и я замечаю часы. Еще бы его одежда была нужного размера, думаю, тогда смотрелось в разы лучше. Эта явно великовата. - Мисс Дурочка, ты умеешь готовить? - Лучше, чем ты умничать. Он заходит следом, уже без куртки и обуви. Садится за стол и без всякого разрешения пробует мой блинчик с джемом. Этому парню стоило бы поучиться манерам. - Съедобно. Стремишься обойти Рейчел Рэй? - Кого? - Как все, однако, сложно. По версии Форбс эта мадам считается самым лучшим поваром в мире. - И откуда в твоей голове умещается столько всего? – я делаю глоток чая и смотрю, с каким удовольствием мистер Умник кушает мою стряпню. Как не крути, а это приятно… Какое-то время мы молчали. Недавний разлад с подругами никак не выходил у меня из головы. - Слушай! А ты как думаешь, есть ли срок у дружбы? - Что ты имеешь в виду? Если говорить о друге, как о товарище, то это лишь наличие совместной деятельности и интересов. Если говорить о друге, как зеркале, то это лишь функция самопознания, где второму отведена пассивная роль. Если говорить о друге, как о собеседнике, то это коммуникативная функция. Ни у одной из этих метафор, нет срока годности. – Велес поднимает на меня глаза и указательным пальцем поправляет очки. В очередной раз я ничего не поняла, хотя чего удивляться? Это же мистер Умник. - Проехали, - расстроенно отвечаю я и тянусь за блинчиком. - Я имею в виду, что у чувств не бывает срока годности, – Кажется, он замечает, мои переживания. Странно, но этот парень так хорошо понимает меня. Может быть, он прав… Может, у дружбы нет срока годности, и завтра все вернется на круги своя? - Спасибо… - еле слышно отвечаю я.