Страх - не самое плохое чувство

Если сравнивать с утром, ближе к вечеру настроение Лили мало изменилось. Физически она чувствовала себя лучше – конечно, стараниями мадам Помфри. «Уже почти вечер, все наверняка уже вернулись из Хогсмида… И хоть бы один маг-недоучка сподобился навестить», - думала Лили. Родителям сообщили, что с ней все в порядке, что никакой угрозы для жизни нет, поэтому днём от мамы с папой прилетели две совы с любимыми домашними пирожками и письмом, где почерком мамы было написано, что отец и не в такие переделки попадал, а почерком папы – что мама закладывала виражи похлеще, чем он, но просто ей всегда везло. В конце оба желали ей скорого выздоровления и писали, что ждут-не дождутся «семейного Рождества». Прочитав письмо до конца, Лили поморщилась, представила, каким снова будет этот праздник: каждый год одно и то же… Взрослые предаются воспоминаниям у камина, младшие – слушают их с разинутыми ртами… И если раньше Лили пыталась сидеть вместе со всеми и делать вид, что ей нравится то, что на нее все начинают понимающе таращиться, стоит только кому-нибудь упомянуть в разговоре ее бабушку, то теперь она не будет этого терпеть. Она пыталась наладить отношения с родителями, но не могла быть во всем с ними откровенна. Ей безумно хотелось дать им понять, что ее интересы отличаются от интересов Виктуар или Роуз… «Кстати о Роуз, где ее носит? Плакали мои шоколадные лягушки…» Постельный режим уничтожал все положительные эмоции. Оставались только раздражение, усталость от безделия, бессильная злоба на приятелей, которым нет до нее никакого дела, а потом и злость на себя – за то, что никого не подпускала к себе на расстояние, позволяющее дружить. Но только кому она понравится, если позволит узнать себя получше? Лили чувствовала, что слишком много в ее внутреннем мире отличалось от того впечатления, которое она производила на окружающих. Слишком много было нерассказанных шуток, которые бы вряд ли кто-то понял. Слишком много снисходительных взглядов от парней, которые считали ее беспомощной рыжей девочкой. Слишком много разговоров с мамой о том, как нужно себя вести, чтобы мальчик обратил на тебя внимание. - Ты сейчас как раз в том возрасте, Лили, - говорила Джинни Поттер дочери, - когда девушка в Хогвартсе начинает себе зарабатывать репутацию… Лили вздыхала, но мама ее совсем не слышала: - Альбус говорил, что ты много общаешься с мальчиками, особенно с Лорканом Скамандером… - Он охотник в нашей команде, - без эмоций отвечала Лили, - мы просто дружим. - Ну, так и я была в команде охотником, а твой отец – ловцом! У вас просто все наоборот, - попыталась пошутить мама, но ее улыбка увяла, как только она натолкнулась на колючий взгляд дочери. – Ну, что с тобой такое! Не нравится Лоркан, понравится кто-нибудь другой… Лили еле сдержалась, чтобы не застонать. - Так вот, Лили, репутация для девушки очень много значит. Если у тебя много мальчиков в окружении, то рано или поздно они начнут звать тебя на свидания… Лили на секунду прикрыла глаза, она понимала, что маме просто необходимо это все проговорить, чтобы успокоить совесть. - И от твоего поведения будет зависеть, какие именно мальчики тобой будут интересоваться. Если будешь милой со всеми, то тебя могут посчитать легкомысленной, понимаешь?.. Лили не понимала. Потому что милой со всеми она точно быть не собиралась. - Хорошо, мам. Я буду вести себя осторожно… Вспоминая их диалог, Лили чуть не расплакалась. Она не хотела свиданий, внимания, замужества, семейных праздников… Она хотела бы уснуть и проснуться кем-нибудь другим. Из потока самоистязающих мыслей Лили вырвал неожиданно бодрый голос кузины: - Ну, как ты? – Роуз так сильно радовалась чему-то, что даже приподнималась с пяток на цыпочки, пытаясь сдержать обуревающие ее эмоции. Лили не смогла спрятать влажные покрасневшие глаза, почувствовала себя неловко, поэтому, извиняясь, пожала плечами и улыбнулась: - Да уже лучше, спасибо. Как Хогсмид, еще не снесли? - Нет, что ему сделается… - Роуз смотрела на сестру с непониманием, было видно, что она сомневается, стоит ли спрашивать, из-за чего тут Лили нюни разводит. - Ты… Эм… - Роуз потеребила ремешок сумки, - можно я сяду? Лили кивнула. - Спасибо, - Роуз скинула верхнюю одежду на спинку кресла и села в него, поставив сумку на колени. – Вот, принесла тебе лягушек, - она вынула из сумки с десяток упаковок и положила их на тумбочку неровной кучкой. – С тобой точно все хорошо? Девушка не знала, что ответить. Соврать, как всегда или попытаться рассказать сестре обо всем, что ее тревожит? Нет, она не поймет. - Я просто устала, - произнесла Лили. Роуз внимательно посмотрела на сестру – та действительно выглядела измотанной. - Да, я понимаю. «Пусть она не хочет делиться своими проблемами, так я хотя бы смогу поддержать ее… Не надо было так сильно отдаляться», - в который раз подумала Уизли и накрыла руку Лили, лежащую на кровати, своей. Лили вздрогнула от прикосновения и испуганно выдернула руку. - Ой, прости… - Роуз начала спешно разминать пальцы правой руки и согревать их дыханием, - у меня ладони еще не согрелись после улицы. Лили, глядя на манипуляции старшей Уизли, не выдержала и расхохоталась: - Да нет, это ты прости… это было… неожиданно, - она произносила слова между приступами нервного хохота. Роуз, смутившись, тоже засмеялась. - В следующий раз, когда меня накроет приступ сестринской нежности, я предупрежу тебя заранее. И согрею руки, - пообещала она, шутливо помахав в воздухе пальцами. - Ладно, я не совсем за этим пришла, - загадочно произнесла староста, - у меня есть для тебя кое-что еще, - и с этими словами Уизли вытащила из сумки бутылку сиропа. Лили скептически подняла бровь. - Значит, ты считаешь, что мне нужно похудеть? – Она удивленно улыбнулась, - вот уж от кого комплиментов не ожидала! Роуз пропустила насмешку сестры мимо ушей и невозмутимо постучала по бутылке палочкой – та моментально изменила форму на прежнюю. - Двадцать очков Гриффиндору, Уизли! – ошарашенно протянула Лили, глядя на бутылку в руках Роуз. – Даже не знаю, что сказать… Обещаю, что больше в жизни тебя занудой не назову! Староста снова замаскировала огневиски в сироп и кивнула: - То-то же. Дарю с пожеланиями скорейшего выздоровления, - она протянула лжесироп сестре. Лили осторожно приподнялась на локтях, взяла бутылку и убрала ее под подушку. - Ты только без меня ее не открывай, ладно? – Роуз покраснела, - я… никогда не пробовала огневиски. – Она встала и отвернулась, запоздало попытавшись скрыть свое смущение. Лили фыркнула: - Ну, кто бы сомневался… Ладно, в середине недели меня должны выписать – и у нас останется один вечер в Хогвартсе до отъезда к родителям. Вот тогда и откроем! *** Лоркан вернулся из Хогсмида в школу, попрощался с братом и хотел уже отправиться в гостиную Грифиндора, но внезапно вспомнил о том, что сегодня так и не зашел к Лили, а ведь вчера их всех разогнали! Не дали даже толком посмотреть, все ли с ней в порядке. «Вот же мы везучие», - думал парень, шагая в сторону Больничного Крыла, - «Ладно хоть Лили бладжер сбил, она не виновата, а я…» - Он посмотрел на свои перебинтованные руки, - «я просто на ровном месте лоханулся». Уже подойдя к двери, Скамандер осознал, что ничего не купил Лили в Хогсмиде, а ведь пара шоколадных лягушек наверняка могла бы поднять ей настроение… «Нет, хорошо, что ничего не купил», - возразил ему внутренний голос, - «а то она решит, что ты на нее запал…» Лоркан представил, какое лицо сделала бы Лили, если бы он принес в Больничное крыло корзинку сладостей – она бы просто подняла его на смех, до конца года бы издевалась. До сих пор ведь припоминает ему прошлый День Святого Валентина, когда он осмелился подарить Лили розу. «Лоркан, ты бы еще венок похоронный притаранил!» «Приятель, это праздник для девочек другой интеллектуальной категории…» «Красная роза? Символ страсти и желания? Лоркан, это плоско, пошло и банально!» Тряхнув головой, чтобы избавиться от унизительных воспоминаний, парень осторожно заглянул в палату – и неожиданно обнаружил, что рядом с кроватью Лили уже есть посетитель. - Привет, девчонки, - Скамандер напустил на себя бравады, ленивой походкой приближаясь к кровати Лили Поттер. - Привет, - хором отозвались те и отчего-то сразу рассмеялись. Не захихикали, как обычно при нем вели себя остальные девушки, а именно рассмеялись. Лоркан почему-то ощутил, что смеются именно над ним, хотя такое было бы возможно только, если бы сестры успели пройтись на его счет по каким-то телепатическим каналам. - Как твоя прекрасная рыжая голова? – он подмигнул Лили. Та пожала плечами. - Лучше, мой котелок однозначно крепче любого бладжера. Лоркан облегченно вздохнул. - Вот и славно, не пугай нас так больше, вся команда была в ужасе, когда ты упала… - Однако сегодня из всей команды пришел только ты, - она была обижена на остальных, хотя прекрасно понимала, что сама своим поведением когда-то отгородилась, отшутилась даже от собственной квиддичной команды. – Или ты зашел, чтобы сменить повязки? Скамандер покачал головой и горделиво расправил плечи: - Я обещал, что приду – и пришел. А это, - он помахал в воздухе забинтованными ладонями, - ерунда, они совсем не болят, я даже в квиддич играл. - Я помню, как ты играл, выглядело это так, будто квоффл у тебя мог бы отобрать даже пятилетний… - Лили подняла руки, растопырила пальцы на манер граблей и замахала ими в воздухе, будто безуспешно пыталась что-то удержать. Роуз ощутила себя лишней. - Я, наверное, пойду, ладно? «Как-то даже неловко, такое ощущение, что у Лили с Лорканом что-то есть… Стою тут, мешаюсь только», - подумала она, почему-то ощутила разочарование и тут же успела себя мысленно укорить: «Лоркан не виноват, что ты решила наладить старые дружеские отношения с сестрой именно сейчас». Скамандер кивнул: - Пока! Лили помахала рукой: - Пока, Роуз. Спасибо за лягушки и… не только. Уизли улыбнулась краешком губ, вспоминая о своей лихой контрабанде, и вышла, оставив «голубков» (как она уже успела окрестить Лили и Лоркана) наедине.