Ломка

      Прошла неделя.       Каждый вечер я садилась возле открытого окна, включала музыку и смотрела в сторону леса. Меня почему-то тянуло к нему; было ощущение, что я что-то в нем оставила, что-то не доделала, а после я вспомнила, что забыла отнести цветы на могилу бабушки, и все это время меня мучила совесть. Я выжидала выходные, чтобы довершить дело и вздохнуть со спокойной душой.       Голос не появлялся с последнего похода на кладбище; я была рада, но меня это пугало и угнетало. Такие вещи раз в жизнь не случаются, у них всегда есть продолжение, значит, меня не оставят в покое, я для чего-то нужна, и именно я, а не кто-либо другой. Я со страхом и трепетом ждала "возвращения", гадая, когда оно произойдет и что же будет на этот раз.       С Мариной у нас ежедневно усугублялись отношения. На переменах в школе она со мной не говорила, уходя в неизвестном направлении из классов, где мы занимались, на уроках же спрашивала только решение заданий, которые я, конечно, не говорила, сохраняя спокойствие и делая вид, что не слышу ее. Она не страдала, а кидала листочки с просьбами почти по всему классу.       С каждым днем мы все меньше общались. Она будто медленно забывала меня, сама того не замечая, зато замечали другие, как я сижу одна на переменах, уткнувшись в телефон и слушая музыку, ведь обычно мы сидим вместе, веселимся... кто-то заменил ей меня. Вначале мне было больно, обидно и одиноко, а еще я злилась — как она могла, а после я вдруг поняла, что Марина была... увлечением. По-другому назвать нельзя. И, поняв это, мне стало так хорошо и легко на душе; стало все равно, с кем она гуляет и где. Покинув, она многому меня научила, словно жизнь изменила, а жизнь — меня саму.       Наконец наступило воскресенье. Я готовилась к нему всю неделю и странно короткую субботу. Встав ранним утром, я раскрыла окно. В комнату вихрем влетел весенний свежий воздух, от удовольствия я зажмурила глаза, вдыхая и вдыхая его полной грудью и наслаждаясь прекрасным началом последнего выходного. Сон был снят как рукой. Раскрыв глаза, я вновь наткнулась на лес, который манил к себе. Я тряхнула головой и прошла в ванную.       Через десять минут я была готова. Я надела серо-голубую рубашку, завернув рукава, и те же самые лосины. Пройдя в комнату за наушниками и телефоном, я также взяла из вазы искусственные цветы, которые купила мама специально по моей просьбе. Они были чуть пышнее, чем цветы для дедушки, и немного красивее, так как бабушка все-таки женщина, а женщины любят хорошо составленные букеты; еще я чувствовала свою вину за то, что в первый раз не принесла и во второй тоже, и вспомнила только в последний момент, и так медлила со всем этим...       Наполнив карманы "всем необходимым" для подростка и крепко сжав цветы, я, стараясь тише идти, прошла к двери в зал и осторожно постучалась. Ответа не последовало, я открыла дверь, которая — а как же? — заскрипела. — Мам, я пошла, — прошептала я. — Иди, только будь аккуратнее, ладно? — мама сказала последнее слово и тут же снова заснула.       Прикрыв дверь, я дошла до прихожей и на автомате взяла босоножки, в которых всегда хожу с весны до осени на прогулки. Вспомнив первый и предпоследний походы, я взглянула на свои ноги и, увидев избитые и поцарапанные пальцы, обула закрытые босоножки. Они были немного тяжелыми, но других не было, и я пошла в чем есть.       Я шептала, подпевая под музыку, которая сопровождала меня всю дорогу. Дойдя до кладбища, я вытащила наушники и сложила их обратно в карман, взяла цветы в другую руку и нерешительно, как можно бесшумней отодвинула калитку. Та немедля оглушила меня скрипом и, плотно поджав губы, я выслушала эту пытку и быстро юркнула на территорию мертвых. — Ну, что, здравствуй, бабушка... — со вздохом сказала я, доходя до ее могилы.       Ответом мне была тишина. "Впрочем, ничего нового", — с грустью подумала я и трепетно возложила цветы, продолжая все также смотреть на бабушкин портрет. Мне всегда говорили, что я на нее похожа, но чем — у каждого были свои варианты и свои предположения. Я была совсем маленькой, когда она умерла, и через три года за ней отправился дедушка, который не мог прожить больше без своей любимой. Иногда проскакивает мысль, что если бы не я, то он умер бы от тоски на следующий же день... после смерти бабушки весь его мир сосредоточился на мне. Он берег меня, как, по своим убеждениям, не смог уберечь ее.       Сердце сжалось в комок. Бабушка мне никогда не снилась, хотя я до сих пор хочу обнять ее, пусть и во все... да что там обнять — хотя бы увидеть или почувствовать, как я уловила нежные и осторожные, но упорные попытки прикоснуться ко мне дедушки во сне. Он снился мне всего лишь раз после того, как я увидела его в гробу и упала в обморок прямо на похоронах. Говорят, что если мертвый не снится, значит там, на Небе, ему хорошо и спокойно...       Взгляд стал колючим и пронзительным. Я посмотрела в сторону. Лена, черт подери, о чем ты думаешь? Какая ересь... Бога нет. Любопытно, что еще взбредет в твою светлую голову?       Вдруг еле-еле, как будто медленно пробуждаясь, подул ветер. Это было так неожиданно, что я вздрогнула и задрожала, словно на меня обрушился ливень. Он... он дул в сторону моста. Я метнула глазами туда и увидела то, после чего в душе проснулся дикий интерес.       Шла Марина со своими друзьями, имена коих я так и не смогла определить. Они маячили сквозь деревья и я, как в прошлый раз, не смогла определить число человек и, как не пыталась ране, еще в школе — их имена. Марина гуляла с кем-то из старшеклассников... и большинство ее новоиспеченных друзей составляли парни. Как и тогда, они хохотали, веселились, но направлялись уже не в сторону моста, а в сторону деревни, откуда пришла я.       Интересно была не эта компания, а то, почему впервые за все время подул ветер. Нет, без сомнений, это должно было случится, но почему именно сейчас и почему в сторону Марины и ее друзей? А если он зовет меня совсем не туда, куда я думаю?..       Мне освободили место.       Когда ветер еще раз дотронулся до меня более упорно и настойчиво, то я уже огибала покосившийся заборик на самом краю кладбища, мысленно попросив прощения у бабушки и дедушки одновременно.