Я ненавижу тебя!

Солнечное июньское утро, поют птички, в элитном районе Сеула начинает кипеть жизнь... И четырехлетний Лухан уже знает, что узрят его глаза, когда он их откроет. - Пливет, Лухася! Перевернутая рожа Сехуна. Вот уж о чем, а об этом маленький омега даже мечтать не мог. И не хотел. И молил Бога о том, чтобы дядя Бэкхен перестал каждый божий день таскать своего младшего сына в дом по соседству. - Ага, привет,- сонно пробурчал Лу, поднимаясь с постели. - А я плидумал, во сто мы мозем поиглать в садике,- довольно прокартавил мальчик. - Молодец,- Хань довольно сильно хлопнул его по плечу, надеясь, что мелкий разревется и убежит. Но Сехун, видимо, имел мазохистские наклонности, поэтому ничего, кроме невинного "Ай!", омега не услышал. - А ты куда?- протянул мелкий альфа, когда старший направился к выходу. - В ванную. И завтракать. - Я с тобой!- несмотря на небольшую разницу в росте, Сехун вскарабкался на спину Ханя, еще и пятками по бокам треснул. Вперед, мол, конина педальная. Лухан лишь сожмурился от короткой вспышки боли. Слава Богу, что Сехун терпеть не может ванную. Даже находиться там не может, не то, что умываться или мыть голову. Бэкхен заставляет сына умываться только угрозами, что мальчик к Лухаше играть не пойдет. Когда Се ускакал на кухню, Лухан включил воду и сел на край ванной. Казалось бы, есть масса вариантов избавиться от надоедливой малявки. Треснуть по голове, нажаловаться родителям... Но это кончится слезами. А уж этого омежка насмотрелся в саду. Как малышня плачет, сотрясая воплями весь район и обветривая сопли под носом. Это не про Лу. Когда омежка пришел на кухню, Сехун уже сидел на высоком барном стуле, который так любил папа, и болтал ногами, жуя яишницу. При виде Лу он лучисто улыбнулся, так, что пара кусочков завтрака упала обратно на тарелку. - Сыночек мой проснулся!- наседка-Минсок все не меняется. Подлетев к малышу, он поцеловал его в макушку.-Садись кушать. Мальчик улыбнулся родителю. Уж кого-кого, а папу он любил. На кухне рядом с папой сидел Бэкхен и листал какой-то журнал, закинув ногу на ногу. - Доброе утро, Лу,- омега улыбнулся ему. - Драсьте, дядя Бэк,- поприветствовал его ребенок. Хотя в душе копошилась какая-то ненависть к этому парню. Лухан вскарабкался на стул напротив Сехуна и стал ждать свою порцию. Минсок подлетел тут же , поставив перед сыном чашку какао и тарелку с яичницей. - Приятного аппетита, Ханни,- улыбнулся ему папа. - Спасибо, пап,- кивнул омежка. - Плиятного аппетитя, Лухася!- донеслось с другого конца стола. - И тебе,- "Чудище болотное". - Ханни, я тебя сегодня пораньше заберу. Поедем с отцом в магазин,- проворковал Мин, отпивая терпкий кофе из небольшой чашки. "Спасибо тебе, Господи!",- мысленно помолился Лухан. С соседнего кресла донеслось недовольное хныкание. - Папа, и меня забеи!- прокартавил Сехун, начиная хныкать.- Лухася, ну сказы! - Се, тебе же вроде нравится играть с альфами в садике?- подбежал к сыну Бэкхен. - Я хатю иглать с моим Лухасей! - Я не твой, сопля ты шепелявая!- не вытерпел Лухан, слезая со стула и поднимаясь в свою комнату. Сехун заревел еще громче, оба омеги удивленно вскинули брови. - Что это с ним?- не понял Бэк. - Довели мы его,- вздохнул Минсок.- Наверное, везти Сехуна сегодня придется тебе самому. - Я так и понял. Приводить его завтра?- парень пытался успокоить ревущего сына. - Вечером поговорим.

***

- Лухан, ты повел себя неправильно,- начал разговор Мин, выруливая на дорогу к детсаду. Лу сидел взади на детском кресле и кусал губы, обнимая недорванного с младенчества зайца. - Пап, он меня достал,- обиженно протянул омежка.- Можешь поговорить с дядей Бэком, чтобы он не приводил к нам Сехуна? - Милый, он же совсем еще кроха...- попробовал подступиться родитель. - Он ко мне обниматься лезет. Поцеловать пытался,пока я спал. Я терпеть его не могу!- Лу начал реветь от бессилия. - Лу, а ты как хотел? Ты же у меня красавец. За тобой альфы будут табунами бегать,- Минсок улыбнулся сыну через зеркало заднего вида. - Не будут. Сехун их всех распугает,- буркнул мальчик, вытирая слезы. - Ну и пусть,- сказал на это Ким.- По крйней мере, будешь знать, что тебя любят. Лухан на это не ответил. Спорить с папой по делам любовным невозможно в любом возрасте.

***

Весь день в детсаду Лу вел себя, как обычно. Омеги были отдельно от альф, но на прогулке мальчик вполне мог увидеть Сехуна. Хотя, чего мелочиться. Увидит. Более того, Се прибежит к ним на площадку и опять будет лезть то с песочными куличиками, то с супом из грязи. Хань уже ине задумывался, почему у этого парня девчачьи игры. Но сегодня Сехун не прибежал. То есть, прибежал, но не к Лу. Когда группу маленьких альф вывели на прогулку, Се пронесся через своего рода ограду из цветочков на площадку омег и налетел с обнимашками на некую представительницу слабого пола, которая, судя по лицу, такого буйного ребенка видит впервые. Однако на объятия она ответила, даже с каким-то наслаждением. Видимо, Сехун стал первым представителем противоположного вида, подошедший к ней более чем на полметра. А вот Лухана начала грызть обида. И мальчик не понимал, почему. Вроде, радоваться надо, избавился от этой занозы в заднице. Но сердце аж защемило. Или не сердце, Лу еще плохо знал анатомию. А когда омега увидел, что Се на него смотрит и прямо взглядом говорит: "Видишь, я не с тобой, бебебе", обиду сменила злость. Козявка противная, еще и дерзит! Хань тоже решил отомстить Се, поэтому смело поперся на площадку альф. И тут же пожалел об этом. Если на одного альфу на территории омег всем пофиг, то омега на территории альф - как кусок мяса для стаи голодных волков. Мальчика с оленьими глазками и плюшевым зайцем в обнимку тут же обступили мальчики чуть крупнее, но намного нахальнее. Один, самый крупный, смело подошел к омежке и без слов отобрал игрушку. - Эй, отдай!- завопил Хань. И воспиталка, как на зло, ушла... - Не бойся. Я поиграю и отдам,- ухмыльнулся альфа, растягивая зайца за лапы. Вскоре тушка зайца валялась на земле, а лапы обидчик вертел в руках.- Упс, поиграл. Все начали смеяться. А вот Лу было не до смеха. Зайца подарил ему отец. Омега так редко его видит, он почти всегда на работе. К горлу подкатил ком, на глаза навернулись слезы. Но внезапно на "матерого" альфу кто-то налетел, хорошо треснув в подбородок. У Лухана отвисла челюсть, когда он просек,что разъяренный Сехун закрывает его собой. - Не тлогай моего Лухасю!- зло прошепелявил мальчик, прежде чем нанести еще один удар. Драку молодых альф прекратила воспитательница. Оба получили по строгому выговору. "Глава песочницы", как окрестил обидчика Лу, получил кучу маленьких синячков, а у Се была небольшая ссадина на щеке. Которая не мешала ему улыбаться во весь рот. Но Лу с малышом так и не заговорил. Хоть тот и ходил за ним хвостиком. Только когда за старшим приехал папа, Хань подошел к младшему Паку. - Домой поедешь? - А ты тозе поедесь?- посмотрел на него Се. - Ну да. Мой же папа,- рассмеялся старший. - Халасо,- кивнул альфа. Секунду подумав, Хань поцеловал его в щеку. - Спасибо, что защитил. Жду в машине. Сехун сначала своему счастью не поверил. Поэтому около минуты краснел и колупал носком тапочка пол. За ребенком внимательно наблюдал Минсок. - Бэк, я твоего тоже забираю,- сказал он в трубку.- Да, помирились. Подробности дома. Это было мило. Рассмеявшись в трубку, Мин отключился. Пора везти детей домой.